Жрец Анубиса

      Давление ауры спало, но многие демоны так и не решились опустить щиты. Взгляд холодных, словно лед, бирюзовых глаз угрожал жизни большей части тех, кто тут собрался.       — Маат, зачем ты меня вызвала? — раздался слегка рычащий, но удивительно приятный голос.       — Демоны высказали недовольство, — пожала плечами богиня, — хотят оспорить твое право на Соночку.       И тут весь зал понял, что Маат соврала. Призыв выпустил не всю силу бога. А в том, что это бог уже никто не сомневался. Весь зал накрыло волной силы. Она буквально пыталась разорвать всех, кто посмел позариться на невесту Камбизета. Наиболее слабые уже стояли на коленях, истекая кровью. Те, кто занимал титул элиты, совместно со своими фигурами, направили огромное количество энергии в щиты.        «Так вот, какая сила у него» — Серафол, незаметно для всех, смахнула капли пота с неестественно бледного лба.       — И кто же готов оспорить договор Ада и Дуата? А самое главное, каким способом? — как ни в чем не бывало продолжил он, как только давление исчезло.       Хоть многим и показалось, что под давлением ауры они провели несколько часов, но на деле прошла всего лишь секунда. Секунда, за которую половина демонов в зале стали недееспособны, а еще процентов сорок выжгли весь свой запас маны. Именно сейчас они поняли, что среди них никто не сможет тягаться с богом. Но, как говориться, глупость человеческая бесконечна. Видимо, к демонам это тоже применимо. Из общей толпы демонов вышла сотня парней.       — Уважаемая Левиафан, — эти слова Маат пропитала таким ядом, что некоторые демоны, встретившись с секундной яростью Камбизета, в серьез забоялись быть смертельно отравленными, — хочет провести турнир. Кто победит, тот и заберет Сону.       — Это правда? — бог обратился к Серафол, на что она только кивнула.       В глазах бога блеснули алые искры. Многие демоны уже приготовились к боли, но по залу разнесся хохот. Словно, бог сейчас смеялся над хорошей шуткой друга за кружкой пива, а не над тем, что сотня демонов хочет отобрать его невесту.       — И что они готовы поставить? — резко оборвал приступ веселья Камбизет.       — Поставить? — не поняла Серафол.       — Да, — взгляд переместился на нее, — раз они при их победе получат мою любовь, то, что получу я?       От этого заявления опешили все, а Камбизет только улыбался под своим капюшоном. Он понимал, что все эти зазнавшиеся демонята думали, что просто опробуют свои силы против достойного соперника, а если окажутся сильнее, то заберут себе Сону. Ведь он же бог, ему не к лицу требовать. Но при такой постановке событий, у них не было иного выхода, потому что ничего не мешает Камбизету отказаться. Сона уже принадлежала ему, если же ему ее не отдадут, то это будет нарушением договора, которого демоны добивались не одни десяток лет.       — Но предупреждаю сразу, — веселые искры из глаз бога исчезли, — кто предложит что-то менее ценное чем Сона — убью.       Это была не угроза, а простой факт. Левиафан, да и все остальные просто не могли ничего сказать. С одной стороны, никто не был в праве требовать этого поединка, но Слово было сказано и услышано. Демоны вызвались, и теперь отступать было не куда. Ведь если они отступят, то опозорят не только себя, но и свой род.       — Хорошо, тогда я помогу вам с решением, — спустя пару минут тишины продолжил Камбизет, — все, кто сразится со мной за руку и сердце Соны отдадут мне все заклинания, к которым у них есть доступ. Так же дабы подтвердить свое право, поставлю ограничения для себя. Никакой магии и оружия, а также, — хоть лица и не было видно, но все ощутили хищную улыбку бога, — я подставлюсь под ваш первый удар. Кто согласен, шаг вперед! — под конец прорычал он.       Тут владыки демонов ощутили, как захлопнулся капкан Египта, а сильнейшая молодежь почувствовала лишь щелчок ловушки одного бога. Эти ощущения слились с одновременным шагом сотни демонов.

***

      — Ты так уверен? — спросила Сона у Камбизета.       — Конечно, — пожал он плечами.       Все время, что демоны подготавливались к бою, Камбизет провел с Соной. Он поступил весьма благородно, дав им восстановить силы и подготовиться. Раз Райзер, столь сильный в этой среде демон, оказался довольно слабым, то, что можно говорить о них?       — С тебя поцелуй за каждую победу, — подмигнул он девушке и спрыгнул на арену.       — Итак, — он поднял взгляд, мягко опустившись на арену.       Против Камбизета вышел высокий парень в цельной красной броне. В руках он держал копье. И оружие, и доспех явно высокого качества, а руны подсказывали, что еще и магическое. Руны один из лучших способов накладывания чар, но руны так же главная слабость этих артефактов.       Пока демон распинался, Камбизет быстро считывал руны доспеха. Ничего особенного, стандартный набор, разве только что ускорение на ногах. А тем временем демон стал читать заклинание, и множество пентаграмм покрывали его, но, в одно мгновение он в страшном выпаде ударил бога в грудь. Только вот…       — Ты мне чуть весь план не сломал, — зло сверкнул глазами Камбизет, в чью грудь только что был нанесен удар, не могущий пробить даже тонкую ткань мантии, — теперь моя очередь!       Бог сделал небольшой шаг в сторону, дернув на себя древко копья, одновременно с этим резко сближаясь с противником. Острие копья прошло в паре сантиметров от Камбизета, а демон, так и не отпустивший оружие, потерял равновесие и стал падать на бога. Впрочем, упасть ему было не суждено. Камбизет резким ударом, сминая металл доспехов, отправил того в недолгий полет. Оставляя после себя небольшую ямку, Камбизет прыгнул, и, поймав противника в воздухе, спустил его с небес на землю, а сам аккуратно приземлился на тело соперника. После этого демон не смог подняться.       — Кто следующий?! — азартно зарычал бог.

***

      Удар ногой и тело оппонента завершило картину, которую Камбизет выстраивал все сто боев.       — Он издевается? — глаз Соны начал дергался.       — А, по-моему, мило, — хихикнула Риас.       Бог, который победил девяносто парней и десять девушек (это оказалось сюрпризом для всех) стоял посередине огромного сердца, которое было нарисовано его ударами, послал воздушный поцелуй Соне.       — Разреши присоединиться? — раздался тихий голос.       Сзади Камбизета стояло существо, так же одетое в мантию, из-под которой двумя рубинами горели глаза. Стоит заметить, что никто так не смог ни порвать мантию бога, и ранить его самого.       — Что тебе надо? — рыкнул слегка раздраженный бог, уже ожидающий поцелуев от своей любимой.       — О, просто сразиться, — замахал неизвестный руками, — как в старые добрые времена.       Тут же они оба исчезли, чтобы в следующую секунду оказаться в пятидесяти метрах друг от друга, но с одним отличием. У обоих сзади лежали порванные мантии. Перед демонами появились два монстра. Высокий, поджатый, с черной словно ночь кожа Камбизет, чья голова была похожа на шакалью. И сейчас он скалился, показывая всем внушительные клыки. Его противник же, словно одетый в туман, демонстрировал болезненно-серую кожу, на которой, двумя раскаленными углями, горели глаза. Рот, разрез которого был буквально от уха до уха, был набит острейшими зубами, среди которых выделялись два длинных клыка. Уши, больше похожие на эльфийские, выглядывали из-под седых прядей волос. Так выглядели высшие вампиры. Но было одно, что объединяло их. И у Камбизета, и у вампира на груди появился длинный, от ключицы до бедра, разрез, из которого сочилась золотая кровь. А пальцы обоих, с которых капали все те же золотые капли, намекали о происхождении этих ран.       — Золотая кровь, — ошарашенно прошептал кто-то.       — Давно тебя не видел, Тим, — улыбнулся сын Анубиса. Насколько вообще можно было назвать это улыбкой       — Как и я тебя, Зет, — еще сильнее оскалился в ответ вампир.       Да, хоть и не у всех, но у богов кровь цветом жидкого золота. Но она столь редка, что это стало предметом слухов, сказок и легенд. Золотая кровь — признак большой силы.       Конеко вспомнила про небольшую пробирку в ее комнате, в которой, на самом дне, вместе с землей, было маленькое золотое пятно, которое она нашла при Игре. Пятно крови, которое осталось после выбывания Хедо.       — Невозможно, — одними губами прошептал она, и перевела взгляд с восторженного Хедо на Камбизета, — Иссей…

***

      — И что же ты тут забыл? — порычал я, глядя на вампира.       Тим, или же Анзеретим, бог крови, покровитель вампиров. Так же один из сильнейших в молодом поколении. Один из единственных, с кем я с удовольствием сражаюсь. И один из тех, кого я попросил о помощи. Мой хороший друг и товарищ.       — Ты же сам пригласил, — улыбнулся он, — и разве не ты обещал подставиться под первый удар?       — Я это обещал демонам, а не тебе, — хмыкнул я, сорвавшись в атаку.

***

      — Да помогите же вы! — закричала Маат. — Я одна не удержу!       С ее рук срывалось золотистое марево, закрывающее зрителей, пока два монстра бились. Они не использовали оружия или заклинания. Их сражение являлось обычным кулачным боем, но тем не менее вместо арены появился котлован, на дне которого сражались боги и эхо их ударов вполне серьезно угрожало демонам. Хоть и эхо было слабо, но и Маат после вызова была не в лучшей форме. Основную опасность представляла аура, которую они высвободили, и, теперь, по периметру всего диаметра происходили взрывы энергий.       Владыки укрепили своей энергией щит Маат, и тогда она вздохнула спокойно.       — Ну вот, теперь, в теории, началось сражение за руку Соны, — вздохнула богиня.       — В каком смысле? — нахмурился Сазекс. Ему очень не нравилось все происходящее.       — Левиафан не удосужилась ни ограничить участников, ни завершить ритуал, — пожала плечами судья Дуата, — так что формально Анзеретим сейчас сражается за право быть мужем Соны.       — А по факту? — заинтересовалась Сона, все же она была уверена в победе Камбизета.       — А по факту они просто играют, — пожала плечами богиня, — все же они даже магию с оружием не используют. Анзеретим в любом случае не будет претендовать на руку той, которую выбрал его лучший друг.       — Они настолько сильны, — восторженно прошептала Риас, с большим интересом смотря на сражающихся.       — За такие мысли тебя убьют, — фыркнула Маат, поняв, что Риас хочет, — все же молодое поколение очень талантливо и горделиво.       — Уважаемая Маат, — наконец заговорил Сазекс, ему потребовалось время, чтобы осознать данную интригу, — к нашему сожалению с богами мы давно не контактировали, поэтому расскажите, что означает в вашем понимании молодое поколение?       — Молодое поколение — неофициальное название организации молодых богов. С соответствующей силой. Кого попало туда не берут. По факту они — лучшие среди богов последнего тысячелетия. Старше там находится не могут. Камбизет и Анзеретим относятся к сильнейшим, но ни один из них не стал главой организации. Хотя их туда взяли в возрасте тридцати лет.       — А сейчас им сколько? — насторожилась Серафол.       — Анзеретиму скоро исполняется двести, а Камбизету тридцать первого октября исполнится сто восемьдесят.       — Такие молодые? — одновременно удивились Сазекс и Серафол       — Я думал им по половине тысячелетия, — впервые подал голос задумчивый Вельзевул.       — Да, для такой силы они очень молоды. А те, кто сможет их удивить сможет рассчитывать на место в молодое поколение. Поиск талантливой молодежи — одна из их прямых обязанностей.       Тем временем бой завершился победой Камбизета и двое божеств, переговариваясь, неспешно поднимались к демонам.       — Анзеретим, позволь представить тебе мою невесту, — начал Камбизет, — Сона Ситри, наследница рода, сестра Лефиафана. — девушка сделала небольшой реверанс.       — Друг мой, а вкус то у тебя есть! — воскликнул вампир, — Такую красоту отхватил!       — Тоже заметил? — оскалил клыки в улыбке он, — Но я с тобой согласен. Мне с ней повезло.       Давние друзья начали обсуждать достоинства девушки, от чего та начала краснеть. А Камбизет распылился и начал убеждать вампира в том, что даже Афродита не сравнится с его невестой. А учитывая их происхождение и то, что Сона смогла услышать, увидеть и осознать, то вполне возможно Камбизет и вправду был знаком с богиней красоты. От этого комплименты приобретали уже другой смысл.       Но поток комплиментов оборвался, когда к их группе подошел Сазекс с понурой Серафол, которая уже объявила о победе Камбизета.       Сейчас же трое богов укоризненно и с нисхождением смотрели на Левиафан. Да, неизвестно когда, но к обсуждению успела присоединиться Маат. Сона была с ней знакома, но не очень хорошо. Все же приезд ее… жениха изрядно навел шороху в Дуате.       — Я признаю твое право силы, — медленно, с заметной печалью, проговорила демоница, — поэтому не возражаю против вашего брака. Так же приношу извинения за свои слова.       — Извинения не приняты, — сталью прозвучал голос Маат.       Да, слова оскорбления были произнесены при ней, пусть никто ее и не видел, поэтому и извинения обращены к богине. Но Маат выступала в роли посла, и оскорбления Египта, даже столь мимолетное, в ее присутствии — все равно что объявить войну. Да, это не серьезное оскорбление, да, это всего лишь слово, но, тем не менее, это оскорбление всей мифологии. Для отдельного бога, услышь он от близкого друга, это не обида, а шутка. Но речь идет о политике. И раз демоны не хотят иметь в союзниках богов, кидаясь столь провокационными словами, то зачем это богам? Будем честны, Аду этот союз нужен намного больше, чем Дуату. Договор трещал по швам лишь от одного неосторожного слова демоницы, произнесенного не в тот момент. Поэтому все сейчас держится на любви Камбизета. Но что мешает ему забрать Сону, как трофей? Ведь Серафол сама объявила турнир, в котором главным призом выступала ее сестра. И Камбизет победил, при этом серьезно себя ослабив.       Эти мысли мгновенно стали понятны после отказа Маат. Ловушка оказалась намного сложнее, чем демоны думали. А это значит, что прощение им достанется не просто. И от осознания этого у Серафол похолодела кровь.       — Демоны нанесли оскорбления Египту. Даже не Дуату, а всей нашей семье, — продолжила Маат, — Анубис и Осирис разочарованы в вас. И поэтому он требует возвращения сына с его невестой домой, до выяснения обстоятельств. Анзеретим, примешь приглашение в гости? — обратилась она к вампиру.       — С удовольствием, — оскалился вампир.       Но эта улыбка мгновенно потухла, когда он буквально в миллиметре от Соны поймал освященную стрелу. Обычную стрелу, вымоченную в святой воде, отчего она была столь опасна для демонов. И еще больше он нахмурился, когда увидел еще пару таких стрел в руке Камбизета и одну, более мощную, непосредственно в его плече.       На данный момент все слуги были выведены из зала. Остались лишь демоны-аристократы, которые уже разбились по своим компаниям. Поэтому отследить нападавших было легко по оружию и дымящимся рукам. Впрочем, стояли они недолго, буквально рассыпавшись пеплом. Но оба бога успели рассмотреть нападавших.       — И как вы объясните то, что демоны Ситри и Гремори напали на мою невесту?! — прорычал Камбизет, смотря на Сазекса и Серафол.       В зале наступила тишина. Как и боги, демоны так же увидели тех, кто атаковал.       Рыкнув, Камбизет достал стрелу, сжигая ее дотла. Рана тут же начала затягиваться, а кровь испаряться. Как и на арене, она исчезла без следа по желанию своего хозяина.       — Я твой должник, — кивнул Камбизет вампиру, и не говоря и слова более, исчез, вместе с Соной и двумя богами.       Сазекс выругался. Все вышло из-под контроля, став намного хуже. Хуже уже быть не может.

***

      Подводное царство всегда было прекрасно, а уж подводный дворец самого Дагона поражал воображение своей красотой.       Пусть он и находился на глубине в несколько километров, но тем не менее в подводном царстве сменялся день и ночь, как на суше.       В одной из многочисленных комнат дворца, прекрасная девушка читала письмо, что недавно прилетело к ней.       — А почему бы и нет? — улыбнулась она, — Давно я не выбиралась на сушу.       И тут, в совершенно другой части замка, вздрогнул Дагон, будто бы почувствовав, что скоро придется вновь разорятся на дочь.

***

      — И что это было? — вздохнул я, смотря на отца, — Сам же сказал, что мне пока нельзя показываться. Провели бы тихо мирно свадьбу и все.       На данный момент мы сидели в Обители. Для такого случая трон исчез, а вместо него появился круглый стол с креслами. На данный момент тут сидели отец с матерью, Тим и я с Соной на моих коленях. При этом Тима быстро ввели в курс дела моей мамы и положения библейской мифологии.        Все мы приняли человеческие облики, и в нем Анзеретим выглядел намного лучше. Подросток с длинноватыми синими волосами, одетый в модную одежду. Правда мода из США, но да не суть. Я же сидел и прижимал к себе Сону, боясь отпускать. Мои слова были серьезны. Тиму я задолжал очень много.       — Планы резко поменялись. Кроме Кокабиэля, как ты видел, активизировались ангелы и демоны. Поэтому мы решили как можно быстрее объявить вашу помолвку и забрать Сону.       На эту фразу я только сильнее прижал девушку к себе, а она мягко погладила меня по руке.       — Кроме того, — продолжил отец, — демоны слегка зарвались. Особенно их молодняк. Поэтому пришлось им показать твою силу. Все же хорошо что вы двое, используя энергию внутри тела, увеличили показатели своих сил. Хотя и перестарались. Мне особенно понравилось как ты, Камбизет, увеличил давление своей ауры и жажды крови с помощью Драйга.       — Зато теперь вы в ссоре с демонами, и все, что отделяет вас от войны — нежится на коленях Камбизета, — заметил Анзеретим, который был в курсе о Драйге.       — Знаю. Но слишком много позволила себе Левиафан. «Отдавать в лапы к животноголовым», так вроде она сказала? — фыркнул он, — Но тем не менее она так неосторожно вставила это в свое Слово. Именно тогда это мелкое оскорбление приняло скверных характер. А нападение было нам только на руку. Так как это были демоны Гремори и Ситри, это выглядело как нарушение договора, хоть они и были предателями. Сделаем вид что мы обижены, но ни ты, ни Асия не должны пропадать. Понятно? — на это я лишь кивнут       Отец был прав. Демоны выставили себя в нелицеприятном свете перед остальными богами. А я уверен, что или они сами за всем наблюдали, или им уже известно все от отца. Мы же покажем себя теми, кто чтит свое слово. Особенно после того, как вскроется моя личность. Репутация Египта укрепится. К тому же это будет отличный щелчок по носу Сазекса. Он то знает кто я, поэтому видя меня рядом с Риас ему будет не по себе. Но есть и неприятности. К нашему сожалению, демоны были убиты не нами. Они совершили самоубийство, да еще так, что их души прошли мимо моего артефакта. А это значит, что вместе с телом была уничтожена душа. Или же в теле ее не было изначально. Поэтому нам не удалось узнать ничего о нападении.       — А какими тихими они были в Дуате при подписании договора, — сокрушенно покачал головой Анубис, — особенно Левиафан.       — Вы подписывали договор в Дуате? — удивился я.       — Ну не сюда же было их вести, — пожал он плечами.       — Ладно, — вздохнул я, — тогда отец, мама, можно Сона будет жить со мной, а не у вас?       — Конечно, — опередила мама отца, — только надо ей обеспечить соответствующую защиту. Справишься?       — Конечно, кроме того, скоро должна прибыть Мили. Тим, не откажешь в помощи? — обратился я к вампиру, на что от только кивнул, улыбаясь.       — Тогда особых проблем нет, — пожал плечами отец, — сейчас выдам пару нужных вещей и можете отправляться. Ведь иллюзию довольно легко раскрыть.       — Кстати, — прищурилась мама, — скажи, Сона, а кого ты любишь больше, Хедо Иссея или Камбизета? — неожиданно спросила она.       Вопрос с подвохом. По факту вопрос как она меня любит. Меня как человека или меня как бога. После слов ее сестры любой вариант будет неверным.       — Я люблю… — неуверенно и смущенно начала Сона после небольшой паузы, но тут она подняла взгляд и твердо, смотря в глаза моей мамы, продолжила — я люблю Хедо Иссея, известного так же, как сын бога Анубиса — Камбизет.       — Как пафосно, — по-доброму улыбнулась мама, — в лучших демонических традициях. Но хороший ответ.       — Забыл сказать, — взял слово отец, мгновенно став серьезным, отчего его глаза сверкнули темной сталью, — мы смогли найти новый прорыв в Дуате, в который уже направлялись особо злые души. И появился он сразу после того, как демоны ушли.