Как узнать, нравитесь ли вы парню?

Уэйд думал, что вздремнет хорошенько в самолете, пока долетит до базы правительства, но все оказалось намного прозаичнее, чем он себе представлял. Военный самолет не располагал для сна, мотор гудел, военная бригада, отправленная на миссию с ним, постоянно выкрикивала свой боевой клич, мешая отключиться. Но перед заданием было принято решение отсидеться в местном отеле и хорошенько разработать план. Без лишней суматохи. Здесь уже не хватало шума и гама, поэтому Уэйд перебивал капитана операции и подначивал на счет дурацких приказов и команд, сам отпускал их и гаденько хихикал, умудрившись выбесить всю команду. Правда, подлетали они к базе молча. Только мотор монотонно тарабанил. К концу поездки уши Уилсона заложило, как в старые добрые времена. В голове гудело, хотелось умереть. Нет, серьезно, голова зато проходила после отключки. Лучшее средство от головной боли — сдохнуть. «Вот тут автор должен сказать, что это не реклама суицида» «А теперь вернемся к истории» База представляла из себя небольшой деревянный домик, расположенный прямо в скале заснеженных гор. Крыша нерешительно выпирала козырьком, едва различимая на фоне белого ковра снега, Уэйд подумал, что наверняка внутри база выглядела похлеще старковской лаборатории: с подземкой, вторым этажом, а может, и третьим. И оказался прав. План был прост: пробраться внутрь бесшумно и незаметно, обнаружить лабораторию, понять, что творится там, сообщить по рации, все ли хорошо, и валить. В любом из случаев Уэйду нужно было свалить, пока не началась заварушка или перестрелка. Ему так сказали. Но Уэйд Уилсон не просто так прослыл лучшим киллером Америки и Канады. Он умел бесшумно появляться и исчезать, правительству было не о чем беспокоиться. Чтобы пробраться внутрь, пришлось повозиться лучшему киллеру, как шпиону-разведчику. Лазерного лабиринта не было (жалко), но система улавливания движения и тепловые датчики добавили сложности. Государственные рабы, разумеется, не стали разглашаться, как их преодолеть, потому что либо сами не знали, либо решили не рисковать с разглашением новых разработок. Уэйд и сам справился. Пришлось повозиться. И уже скоро присвистывал от навороченности оснащения, круглых колб, металлических сооружений. Домик, естественной, служил отвлекающим маневром. Внутри таилась целая базища по разработке… секретного оружия? Так, кажется, они себя прозвали. Пока Уэйд ни одного оружия не увидел, только охранников, которых вырубил. Парочку. Ради благой цели. Не надо так смотреть на него. Нужно было пробраться внутрь и отключить все датчики. Затем пришлось отключать сигнализации, рвать волосы на голове охраны — на своей-то их не было — думать, изворачиваться. Как всегда, в общем. Без запары было не так интересно. Разумеется, стоило Уилсону увидеть оружие, он воскрес на глазах — если он, конечно, умирал, чтобы избавиться от головной боли. Нет. — Так вот, чем вы здесь занимаетесь, — присвистнул Уэйд во весь голос, забыв об осторожности. А может, и нет. Он пробрался в отсек, где по всему периметру лежали оружия: пистолеты, пулеметы, винтовки, карабины. Какие-то в разобранном виде, какие-то почти в целом. В воздухе воспроизводились голограммы с макетами и чертежами. Видно, ученые собирали все в точности по инструкции. Ученые обратили на него внимание и забегали, как муравьи, схватившись за голову, вызывая охрану, крича, суетясь. Честное слово, как будто мертвого бассейна никогда не видели. Зазвучала сирена, сигнализующая о вторжении, неполадках и прочих помехах. — Новые стреляющие малышки, — Уэйд не постеснялся приблизиться, заломав руку одному смельчаку, который попробовал остановить его. Заломав и откинув от себя подальше. Уэйд уже подходил к макетам и разобранным образцам, затаив дыхание. — Поделитесь? «Да-да, бери все, что только можешь унести!» «Хватай, и бежим! «Было ваше — стало наше!» Началась суматоха. Пришлось вступить в рукопашку, раскидать всех наступающих наивных таракашек по углам. Пока он разбирался с пешками, ожидая прибытия короля, королевы или, на худой конец, коня, устраивая шах и мат неумехам, набежала свора защитников секретиков, и Уэйд раскидывал всех ферзей без разбора. Пошла в ход даже перестрелка, но Дэдпулу было не до счета, сколько пуль прошло сквозь него, нужно было дождаться прихода главаря. Когда он удосужился внимания главного коня, чтобы выяснить, каковы были его мотивы, главарь — тощий мужик в белом халате и в очках, коротко стриженный — судорожно нажимал кнопки, чтобы вызвать к ним еще не прибывшую охрану. «Кстати, где они?» Так, навскидку было тяжело определить, трудился главный ученый на этой базе во благо государства или другого заказчика, но когда на подмогу ученый вызвал далеко не правительственную охрану, а ту, что окружила базу извне, стало понятно, что полагаться на свои силы ученый не собирался. Тут же набежал спецназ из государственной дружины, с которой Уэйд летел сюда, и окружил их всех до выяснения обстоятельств. Произошла заварушка. Уэйду удалось выяснить то, что нужно было только ему, опрокинуть пару колонок баллонов со взрывчатыми газами, пока намыливал шеи неприятелям, и слиться. Вот такая содержательная миссия выдалась на голову мертвого бассейна. Уэйд и остальные чудом успели выбраться с базы, прежде чем ацетилен на воздухе вспыхнул от соприкосновения с искрами огнестрельного оружия и разнес в пух и прах лабораторию. Только выбравшись наружу, Уэйд смог оценить, какое решето он из себя представлял. И как кровь стекала по телу, оставляя ярко-алые следы на снеге. Пока знакомые правительству представители черного рынка стояли связанные и ждали свой самолет, Уэйд перекинулся парочкой фраз с той дамой, которая в тот раз затащила его в тачку и поведала о секретной миссии. За их спинами пылала красным пламенем деревянная часть базы. Дамочка слегка кричала, потому что вокруг царил хаос, ее было трудно расслышать, говори она своим спокойным тоном. — А нельзя было обойтись без спецэффектов? — спросила она, намекая на масштаб их «секретной операции». Никакая она не секретная вышла и наделала шуму хотя бы потому, что произошел взрыв. Уилсон только пожал плечами: — Фейерверк в честь успешно выполненной миссии. Миссия ведь выполнена успешно? — Дэдпул подмигнул женщине, та только опустила веки и покачала головой. — О боже, — она потерла виски, выглядя удрученной. Уэйд так и вспомнил об одном вязальщике в трико, настолько этот жест напомнил ему Пити. Видеть в движении одного человека другого это сильно, конечно, пора возвращаться домой. — Когда мы возвращаемся? — не очень терпеливо уточнил Уилсон, просто чтобы знать сколько еще ночей он проведет в холодном отеле, прежде чем приедет к Паукану. Восстанавливался он несколько часов, переночевал пару ночей и отправился назад. Уже в самолете, отправляющем его обратно домой прямиком в Нью-Йорк, Уэйд вертел маленькую флэшку размером с сам разъем USB-накопителя. Он летел один, за рулем только сидел пилот, и Уэйд смог позволить себе достать ее из запасного кармана. О, не спрашивайте. На нем много кармашков. И в нем тоже. На лице Дэдпула расползалась небольшая улыбка после того, как он убедился, что все сохранилось в той суматохе, в какой проходила миссия. Флэшка содержала макеты всех секретных оружий, за которое правительство так тряслось, что пригласило Дэдпула на разведку. К счастью для Уэйда, у которого теперь была маленькая, но дохуя важная вещь, с помощью которой он мог держать президента за яйца, если тот решит его когда-нибудь депортировать от дочери, Человека-паука и работы. И если Элли и работу можно было прихватить с собой, то за Паучка Дэдпул был готов жопы рвать. Как и за то, чтобы он никогда ни о чем таком не узнал. Уэйд не собирался использовать эту флэшку, но туз в рукаве нужно иметь, даже если не собираешься играть. Пособие жизни от Уэйда Уилсона — можно пользоваться, не благодарите. Да, Пит бы за такие пособия по головке не погладил. Отпиздил бы с ноги, но никак не похвалил. Правительство посчитало, что Уэйд с заданием справился. Он получил плюшки, включая круглую сумму на счету и освобождение от условного. Уэйд думал, что больше всего хотел бы быть около одной плюшки, у которой уже наверняка срослись все кости и которая ждала его дома с распростертыми объятиями. Либо со скалкой в руках, либо с объятиями. Было только два стула, третьего не дано. — Я дома, дорогая, — крикнул Уэйд, заходя через окно к своему герою. Он по-хозяйски сбросил катаны и экипировку, став стягивать костюмчик с дороги, начиная с маски. Наступила ночь, когда Уэйд уже добрался до Нью-Йорка. Дорогая Дэдпула спала сладким сном — дорогой Дэдпула, разумеется. Парень распластался на постели в одних трусах, одело сбилось где-то в ногах и грозило оказаться на полу. Паучье чутье не отреагировало на присутствие болтливого напарника. Уэйд даже огорчился, что не разбудил жену. И никто его не встретил с горячим ужином. Зато жена была жива-здорова, это явно читалось в свободной позе, в которой спал герой. Накачанная спина, ягодицы и бедра здорово вдохновляли. Уэйд стянул поскорее костюм, чтобы прилечь к парню и поцеловать в горячее плечо. — Привет, малыш, — прокряхтел Уилсон, укладываясь рядом так, чтобы не задеть его, но оставаться рядом. Становилось все холоднее за окном в Нью-Йорке. Голова Пита была отвернута от него, и, как только Уэйд поздоровался, Пит вдруг резко встрепенулся и обернулся. — Уэйд? — сказал он удивленно. — Ты… ты вернулся? Я думал, мне снится. Почему не выходил на связь? — Я немного замерз, знаешь, на улице холодает, — Уэйд улегся поудобнее и раскинул руки. — Самое время согреться от передачи тепла друг другу, — по силуэту Пита казалось, что он расслабился и лег к нему, обнимая рукой поперек груди. Он поерзал головой на плече Пула, пока тот запускал всю пятерню в мягкие волосы на затылке. — Что нового, кроме того, что ты помыл голову, м? Уэйд чмокнул парня с лоб, Пит толкнул его в бок коленкой. Нихуево так пришлось ногу задрать, чтобы пнуть, что только подтверждало, что Паркер оклемался. Про себя Уэйд выдохнул с облегчением и радостью. «Вот тебе с левой, а вот тебе с правой» «Господи, как мы скучали по этой коленке» За время, которое нужно Питеру, чтобы его кости срослись, Дэдпул успевал поймать обойму пуль, регенерировать и вернуться домой к своему Паучку. Вот такие разницы в ускоренной регенерации. — Звонили ФБР, просили поздравить тебя с успешно выполненной миссией, — произнес Пит, одновременно с этим утыкаясь носом в кожу на плече Уэйда. — Надо же, и они уже в курсе? Ай, да развездка. Получше, чем у некоторых, да? Все уже разузнал, значит, и ждал домой напарника. — Чтобы ты вернул мою двадцатку. Я долги не прощаю, знаешь, даже ветеранам. Если вы думаете, что вам должны уступать место в метро, то долги прощать никто не намерен. Уэйд улыбнулся потолку. Как он скучал по этому. — Ну, если ты переживаешь за свободное место, можешь посидеть у меня на коленках. — Уверен, что коленки не развалятся? «Это провокация» — Ну, берегись. Уэйд перевернулся резко, скинув голову Питера на подушку. Питер хихикал, уже протягивая руки, чтобы пустить Уэйда в свои объятия. Уэйд был настроен искусать всю его кожу в надежде отомстить. — Я имел в виду, что ты устал после миссии! — на последнем слове его голос сорвался, а смех перешел в стон. — Уэйд! — Проси прощения, детка. Или еще. — Еще, — смеясь, выбрал Питер. Уэйд закусил губу. Такой исход его устраивал. «Ты улыбаешься» — Нет. «Гонишь. Скалишься, как Гринч, укравший Рождество» «Ты улыбаешься» «А сейчас немного грустинки. Как мы умудрились проебать все это?» — Не знаю. Начиналось все прекрасно, — Уэйд вдруг припомнил начальные подвижки в их отношениях, когда Пит только-только понял, что Дэдпул — не плохой человек. И у неплохих людей тоже были дни рождения, у уебищ, вроде Уэйда Уилсона, тоже. Правда, называть себя уебищем больше не доставляло, от жалости к себе у Уилсона падал член. Это было ни к чему, особенно когда их отношения с Пити пошли на высоту. Подвижки были, это нельзя отрицать. Да, снимать маску под предлогом «так жрать удобнее» Уэйд так и не соглашался, зато помог осознать Питеру, что на Старке свет клином не сошелся. Что Питеру не обязательно следовать за кумиром, у него был и свой путь. Да, банально немного, но это имело смысл. Так же, как и имело смысл подшутить над Питом, когда он написал про чай в сообщении. Уэйд открыл телефон, обнаружив смс «я скпро буду на базе, заебашишь чайку, если ты уе там?» Пит писал с опечатками и спокойно матерился в общении с Уэйдом. Это радовало. И Уилсон на радостях ответил: «Я уже на базе. Где я тебе сейчас чайку найду? Давай хотя бы голубя?» У Уэйда был день рождения. И Мстители знали об этом, Росси знал об этом, Домино, Кэйбл. Они уже поздравили его приятельскими смс-ми или лично, похлопав по плечу. Плечи Дэдпула уже ощущались как отбивные, удар у супергероев был поставлен. Пит только спешил на собрание, посему наверняка не знал, что за день сегодня у Уэйда. Да и ни разу не особенным этот день не был, просто Уилсон получал внимание, как все люди, родившиеся столько-то лет назад в такой-то день. Это нормально. Скоро все закончится, о нем снова все забудут, и он займется своими делами. Например, поиграть в оружия на манер городов с Голосами в своей голове. Чем не хобби? Пит появился довольно быстро. Буквально через семь минут после того, как Уэйд отправил сообщение, закинул ногу на ногу и потряс ею в воздухе в ожидании. И года не прошло, как Питер уселся на соседний стул, поздоровавшись со всеми и с Уэйдом кивками. По-видимому, он не проверял телефон и не знал, что ответил ему напарник, потому что, после того как он оторвал взгляд от телефона, уставился на Уэйда, как на недоумка. В маске это было сделать несложно, достаточно прищуриться. Уилсон только сладко улыбнулся ему. Он обожал Пита. Обожал, как тот реагировал на его шутки и колкости. Именно такой реакции, в которой Дэдпул нуждался каждый раз. День рождения казался все лучше и лучше, а все потому, что Пит делал его лучше, даже не подозревая об этом. Парень вообще не знал ничего, и всех все устраивало. Почти всех. Кроме Питера, как оказалось. Выдал его Кэп. Вот от кого он не ожидал подставы. Булка подошел, чтобы сказать пару добрых слов и пожать руку в честь дня Уэйда, но Пит отреагировал так, будто у недоумков и не бывало дней рождений. Правда, зачем они им? Удивительно, что кто-то еще пытался. Паук повернул голову к ним резко, Уэйд даже забеспокоился, не повредил ли он себе там ничего. Поосторожнее на поворотах, сказал бы Белый, если бы не молчал, пребывая в ахуе. Кэп подошел к ним сам и заговорил по-приятельски. Слишком много всего происходило в один момент. Он не успевал. — Я не подготовил для тебя подарка, но прими мои искренние поздравления. С днем рождения, Дэдпул, — мягко говорил с ним Стив. Уэйд натянуто улыбался. — Как тебе идея собраться сегодня на Базе и отметить? Тони и Наташа за. Питер? Питер чуть не упал со стула. Он отодвинулся подальше от них и активно закивал. — Конечно. Отличная идея! Уэйд только улыбался в маске, но этого никто не мог понять точно. Так что смысла в искренней улыбке не было. Уилсон просто не мог контролировать свои лицевые мышцы, которые свело в улыбке. И совершенно неважно, что Пит смотрел на него, как на предателя. Хотя, если честно, Уэйд не понимал, что в этом такого, что в этом проклятом дне, когда он родился? Ну да, он родился сорок один год назад в муках своей больной матери, но он же не виноват в этом? Уэйд не относился серьезно к этому дню, позагоняться можно и в любой другой, отмечать он не отмечал, разве что кокаином до потери сознания. Потому и не рассказал паутиноголовому другану, что за день близился, пока они проводили время вместе всю предыдущую неделю. Его вины не было в том, что он не сказал Питу, но Пит не то чтобы обиделся, но надулся. Как та рыба фугу. Колючая, как роза, и ядовитая, как Локи в первых Мстителях. — Пит? — Дэдпул обратился к нему, как обычно делал это, чтобы показать мем, который оценил бы только Питер из сборища супергероев. — Смотри, я тут… — Совсем заврался, да? — повернул к нему голову Паучок. Уэйд приподнял бровные дуги. — Заврался? — он сжимал телефон в руке, на экране которой виднелась подходящая шутка про день рождения. Самоирония — то, то отличало старину Дэдпула от всех остальных. Вот кто умел посмеяться над собой. И Пит всегда ценил в нем это, только вот сейчас он был не совсем в подходящем настроении, чтобы оценить. Ему умолчали о чем-то важном, как посчитал герой. — Да, я спрашивал у тебя два дня назад про твои планы, потому что Тони что-то говорил про вечеринку, а я не расслышал. А тут выясняется, что это было про тебя… — Что это мой день рождения? На что ты обижаешься? На природу? Забей, Паутиныч, лучше оцени, что я тут… — Ты не… — Просто расслабься, ладно? Никто ничего не планировал. Даже моя мать с отцом меня не планировали. Единственная, кто заморачивается, это моя дочь. Потому что не хочет, чтобы я отставал от нее. Вот кому это действительно важно. У нас с ней пакт: не забудь друг о друге в день, когда вышел на свет, ясно? Я все разрулил? Могу показать тебе шутку? — Да, — спокойно ответил Питер, выдохнув. Уэйд тоже слегка завелся, и, чтобы перевести дыхание, ему нужно было время. Он махнул рукой. Он не хотел продолжать этот спор. Уэйд показал экран телефона. «На год ближе к изюму», — гласила надпись на торте. Паук толкнул его ногой так, что Уэйд отъехал на стуле на метр пока еще смеющийся, потому что Пит после еще и рот ему паутиной залепил, и стул к полу. Злоупотреблял своими суперспособностями. Наконец-то. Хоть какое-то влияние оказывал на него Дэдпул. Уэйд, разумеется, хотел оказывать немного другое влияние. Не обессудьте. Он думал об этом, уже лежа дома в кровати. А что, если… Если бы Питер сделал ему подарок на день рождения. Только не бейте! Дэдпул имел право помечтать. Хотя бы в свой день рождения. «Тебе и все оставшиеся дни в году это делать не мешают» «А ему только мечтать и остается» И пока он впадал в легкую дрему и был даже не в силах ответить Желтому, то видел Питера, стаскивающего с него штаны вниз по ногам. Питера, целующего его пресс… Облизывающего пупок и кусающего тазобедренные косточки. Пит бы вел себя осторожно, потому что не знал точно, как любит Уэйд. У них было бы еще все впереди, и пока Пит только изучал его реакцию, Уэйд уже неслабо возбудился. Он даже простонал сквозь эту грезу, сжав зубы, потому что дальше картина рисовалась наиинтереснейшая. Пит целует его лобок и подбирается к члену, чтобы широко облизать, а после… — Уэйд? «БЛЯТЬ» «Это Паучок?!» Уэйд подскочил с кровати со стояком в штанах. Он не пытался сделать что-либо с ним, он просто… Вскочил, вспомнил, что в паху отчетливо ноет и пульсирует, и опустился на кровать, закрывая свой стыд подушкой. — Да, детка? — Уэйд сложил руки под щеками, делая вид, что слушает. В маске было терпимо. Почти не душно. Хотя он и проклял бы себя, если бы заснул в ней, проснись он потом с приклеенной маской к роже или того хуже, задохнувшись в собственный день рождения, восстановившись на следующее утро и снова умерев. Замкнутый круг удушья какой-то бы получился, а не день рождения. Но все сложилось именно так, как нельзя лучше. Он не снял маску, как чувствовал, и пришел Паучок на огонек, он не успел заснуть и задохнуться. Возможно, это не был его лучший день рождения (ничто не сравнится с тем пони на пятилетие), но определенно он был успешнее того, когда его череп размозжило по мостовой… Да, пожалуй. — Ты пойдешь на вечеринку, которую устраивают Нат и Тони? — спросил Пит с рюкзаком за спиной в костюме Человека-паука. Он стянул маску и присел рядом, стягивая рюкзак и опуская его к ногам. Дэдпул надавил рукой на подушку и пах больше, проследив взглядом за загадочным рюкзаком, и поднял глаза на Пита. Надо же, в его мечтах, в этом рту побывал его член, и парня даже не стошнило. Всем было хорошо, и члену, и Питеру, и всемирному балансу. Танос, эй, слышишь? Баланс восстановился бы в тот самый момент, незачем устраивать геноцид. Возможно, Уэйд загадал бы такое желание, задув свечку на капкейке, но не значило ли это, что он посягает на свободу Паука? Еще как посягает, поэтому Уэйд загадает любовь во всем мире и останется при своей любви. И подрочит раза два, потому что чувства к Питу были далеко не платоническими. — А они не выкинут меня с нее, если я приду с опоссумом, которого нашел в мусорном баке? — Ты нашел опоссума? — приподнял брови Паркер. Уэйд вздохнул. — Да, но он убежал, так что… вообще-то я искал сигарету, но не нашел, а опоссум укусил меня за палец, порвал костюм, и я… — Что ты делал в мусорном баке? — Ты меня слушаешь вообще? Я искал сигарету. Пит отвернулся, посмотрев прямо перед собой, чтобы переварить факт, что, чтобы покурить, Уэйд Уилсон рылся в мусорке. — Ладно, — сказал парень. — Я… могу купить тебе пачку хороших крепких сигарет, если ты захочешь? — он снова взглянул на напарника. Уэйд прыснул и ощутил, как расслабляется его пах. Отвлекающая беседа это замечательно. — Выдохни, Паутиныч, я просто несу, что попало, как и всегда. — Так… ты идешь на вечеринку? — Я хотел прогулять, но тут пришел ты, и я уже подумываю об этом. А что? Меня ждет выпрыгивающая из торта стриптизерша? Я заинтригован. — Только если тебя устроит стриптизерша с мизинец, — ответил Питер. Уэйд пожал плечами. — Потому что торт не ростовой. — Скотт Лэнг уменьшится ради меня и залезет в торт? Бежим скорее. — Да нет же. Я просто… — Пит слегка подрумянился. «Как курочка в духовке при ста восьмидесяти» Уэйд молчал, боясь разрушить момент. Пит собирался что-то сделать, о боже мой. Уилсон задержал дыхание. Только бы Пит не бросил его. Только бы не ушел к другому напарнику. Только бы не отшил его, как приставалу вонючую, от которой пришло время избавиться. Уэйд отвернулся, держась из последних сил. Что, если Пит узнал о его делишках у него за спиной и сейчас скажет, что не хочет больше работать с ним? Что тогда станет с Уэйдом? Он никогда не задумывался о том, что с ним станет, когда Пит бросит его. Была ли жизнь после классного напарничества? — Я не знал, что у тебя сегодня день рождения, прости, я должен был быть более внимательным и так далее, но ты тоже ничего мне не рассказал, ладно? Я не хочу, чтобы ты сетовал на меня за дерьмовый подарок, но это все, что я… смог придумать. Если ты не идешь на вечеринку, я рад, что заглянул сейчас, потому что, — Пит потянулся за рюкзаком, а Уэйд проследил за ним с застывшими глазами. Пит… не собирался его бросать? — Потому что вот, — Пит вручил ему свой серый рюкзак, который был наполнен чем-то. Уэйд поднял голову на Паучка. — Нет, свой рюкзак я тебе не дарю, его нужно будет вернуть. Сначала загляни, что в нем, а потом поговорим. Уэйд в ахуе моргнул. На его коленях лежал громоздкий серый рюкзак, набитый чем-то твердым, прямоугольным и мягким, каким-то… каким-то барахлом. Пришлось убрать закрывающую стыд подушку, потому что на его коленях мог уместиться кто-то один, и выбор пал на рюкзак. Уэйд, онемев, расстегнул молнию. Внутри он обнаружил что-то розовое и книгу. Не успев как следует разглядеть, наемник взвизгнул и посмотрел на Питера. Осознание накрыло его в эту самую секунду. «Подарок!» «Спокойно! Всем оставаться на своих местах, вдруг там бомба?» «Дарить подарки нам на день рождения, вот что бомба! Открывай!» — Погоди. Ты… ты даришь мне подарок на день рождения? — Да, — оторопело ответил Пит, наблюдая за ним. — Что в этом такого? — Ничего! Кроме того, что я не получал подарков целую вечность! — Брешешь. У тебя есть дочь, которая дарит их тебе, ты сам рассказывал сегодня утром. — Да, но… от тебя! Черт! Я не получал подарков от тебя примерно никогда! Разве что тот пендаль на день Святого Валентина, хотя он был не от тебя, а от актера, играющего тебя, на Таймс-свер… — Открывай скорее, мне есть, что сказать, — поторопил его Питер. — Я… Уэйд отдал внимание подарку на своих ногах и достал из рюкзака еще один рюкзак. Розовый с кошечкой. Небольшой. Мелкий для такого верзилы, как Дэдпул, но блять. Он был с Хэлло Китти! Он был таким очаровательным, и он был предназначен Уэйду! Питер Паркер подарил подарок Уэйду Уилсону! Вот это сенсация. Дэдпул тихо пищал, рассматривая его. — Он… вау, он потрясающий! Я не ожидал, что… Боже мой! Спасибо! Как ты догадался, что мне нужно? Вау! Это вау! — Спасибо, — ответил Пит. Уэйд заметил, что тот закусил губу в ожидании. — Я рад, что угадал. Посмотри все, пожалуйста. — Это не все? Я… это книга тоже для меня? — Все содержимое для тебя, я не стал покупать подарочный пакет или заполнять маленький рюкзак, потому что он не вместил бы книгу, а она громоздкая, как видишь, я… хочу, чтобы ты посмотрел все до конца. Уэйд понял, что заставлял свою паучью лапулю ждать, поэтому скорее отложил рюкзак на кровать и достал книгу, оставляя какие-то вещи в пакете на дне. Книга была… энциклопедией. Японской коллекционной энциклопедией о холодном оружии. У Дэдпула отвисла челюсть. — Не может быть… — Не… не то? — Я всю свою гребаную жизнь мечтаю почитать что-то о моих малышках, но… — Уэйд завизжал. — Паучиииишкааааа. Спасибо-спасибо-спасибо! Что я могу сделать для тебя, ты только скажи, если надо кого-то слить по-тихому, или если у тебя проблемы. Ты только намекни, и я все улажу. — Моя проблема это сорокаоднолетний наемник, который не может посмотреть подарок целиком и все время отвлекается на благодарности. Ты еще не видел завершающей его части, и я… Очень надеюсь, что тебе понравится, потому что, — Пит продолжил говорить, потому что Уэйд достал футболку с эмблемой Дэдпула и уставился на нее, как только распаковал и расправил, как на… надпись на иностранном языке, но речь же шла о Дэдпуле, для него почти не существовало незнакомых языков, так что как баран на новые ворота — единственное подходящее сравнение. — Мы живем в городе, где чуть не каждый супергерой или, прости, антигерой, становится мерчем. Я знаю, что у тебя есть много вещей с Человеком-пауком, Росомахой, Капитаном Америкой, но я… никогда не видел, чтобы у тебя были вещи с Дэдпулом, потому что… не пойми меня неправильно, но я считаю, что ты должен попробовать и это тоже. — Надеть футболку со своей маской? — Это будет следующим шагом нашего сотрудничества, — сказал Питер. — Тебя принял я, Мстители, Люди Икс и Фантастическая Четверка, но ты сам… Хочу, чтобы ты дал себе шанс. Тогда и поговорим о пачке хороших сигарет. Честно? Уэйд думал, что расплачется. Самыми позорными слезами, но он только сморгнул слезинку с правого глаза, и взглянул на парня. «Сахарная паутинка залепила наше сердечко» — Ты… — по телу Уэйда побежали мурашки. — Я только слышал о том, какой ты потрясающий, но ты… Ты булочка сладкая! Я так тебя люблю. Дай чмокну! — Уилсон, конечно, повалил слабо возражающего супергероя на кровать и расцеловал его краснющие щеки. И никто не мог осудить его, потому что… Потому что даже Пит не осудил его, а это дорогого стоило. Сорок первый день рождения прослыл лучшим днем рождения Уэйда Уинстона Уилсона. Такие дела.