Только ночи страшны от того, Что глаза твои вижу во сне я...

Heart beats fast Colors and promises How to be brave? How can I love when I'm afraid to fall? But watching you stand alone All of my doubt Suddenly goes away somehow One step closer (с) Christina Perri Первые лучи восходящего солнца проникают сквозь пыльные занавески и падают на лицо спящей девушки. Она морщится, улыбается, но продолжает крепко спать. Постепенно солнце полностью освещает довольно неказистую комнату. Обтрепанные зеленые обои, прожженный местами ковер, на котором оседает сыплющаяся с потолка желтая от старости побелка, громадные черные резные шкафы с грязными потрескавшимися стеклами, сохранившие остатки былого величия. И совсем неуместными в этой комнате выглядят две простенькие чистенькие кроватки из светлого дерева, одна из которых на данный момент пустует. На второй же кровати спит вышеупомянутая девушка, ее лицо спокойно, густые каштановые волосы разметались по подушке, на губах тень легкой улыбки. Девушке снится небо. Темное ночное небо с яркими звездами, ветер, бьющий в лицо, могучие крылья, разрезающие воздух, скрипящие под руками перья. Девушка боится летать, но сейчас ей не страшно, ведь за талию ее обнимают сильные мужские руки. Чуть откинуться назад, и можно прижаться к мужчине, сидящему сзади нее на огромном гиппогрифе. Девушка счастливо вздыхает во сне и переворачивается на другой бок. Девушку зовут Гермиона Грейнджер. Но внезапно сон ее начинает меняться, словно повернувшись спиной к солнцу, она оставила ему все хорошие воспоминания и призвала дурные сны, скрывавшиеся в темных углах. Вспышки заклинаний…красные…зеленые, топот бегущих ног, люди в черных одеждах с охваченными злобой лицами; калейдоскоп неясных теней мелькает перед ее глазами, ни на чем конкретно не задерживаясь. Пока она не видит ее – большую каменную арку с занавесом, колышущимся, словно от ветра. Она видела ее уже не раз, но никогда не понимала ни что это, ни где она находится. Только чувствовала боль и тоску, накрывающие ее при виде странного сооружения. Но в этот раз арка – не центр ее сна, она видит Гарри с непонятным туманным шаром в руках, Невилла, бегущего со сломанной палочкой, женщину с длинными черными волосами, злобно выкрикивающую оскорбления высокому растрепанному мужчине в черной рубашке. Мужчина только смеется и отвечает красными вспышками палочки на ее зеленые. Он поворачивается, и Гермиона узнает в нем Сириуса Блэка. И тут луч, вырвавшийся из палочки женщины, поражает его в грудь, он удивленно застывает и падает в арку. Прямо за занавес. Женщина торжествующе смеется и Гермиона понимает, что это конец. Она не знает почему, но чувствует, что мужчина мертв. Боль ледяными когтями разрывает ей сердце, и девушка кричит, не слыша своего голоса: - Сириус! Нет! Сириус!!! – крик постепенно переходит в рыдания, в голосе слышится отчаяние, слезы текут по лицу, руки неосознанно терзают одеяло. И вдруг голос, чуть хриплый, такой знакомый: - Ну же, Гермиона, проснись, я здесь. Она распахивает глаза, видит его обеспокоенное лицо, нахмуренные брови, проницательные ярко-синие глаза. - Сириус, - облегченно выдыхает девушка, и еще не понимая спросонья, что она делает, обхватывает шею мужчины руками, прижимается к нему дрожащим от рыданий телом в легкой ночной рубашке, и потихоньку успокаивается, чувствуя его тепло, его руки, бережно обнявшие ее худенькие плечи. - Тише, тише, это всего лишь сон. Только сон. Когда рыдания окончательно стихли, Сириус мягко отстранил Гермиону от себя, вытер дорожки слез на ее щеках тыльной стороной ладони и спросил: - Может расскажешь, почему ты так кричала? - Я видела сон…там…ты погиб! – она обхватила голову руками, пытаясь вспомнить подробности сна, но с каждым мгновением зловещие видения ускользали все дальше и дальше в глубины ее памяти, откуда их не так-то просто было извлечь. В конце концов, она выдохнула пару бессвязных слов: «арка», «черная женщина», но для Блэка, внимательно смотрящего ей в глаза, это ничего не прояснило. - Не беспокойся, Гермиона, как видишь, я пока жив, никаких черных женщин не наблюдается… Да и стоило ли так расстраиваться из-за моей смерти? - он невесело усмехнулся. Девушка вздрогнула, покраснела и выпустила его руку, которую все еще сжимала своей маленькой ручкой, чтобы удостовериться, что Сириус рядом, а дурной сон был просто сном. - Мистер Блэк, что вы… - Ну вот, теперь я мистер Блэк, а только что был Сириусом, - перебил он Гермиону, - фууу, как будто постарел лет на двадцать за минуту, - его голос был недовольный, но в глазах плясали лукавые огоньки, - ладно, раз ты уже проснулась, думаю тебе пора спуститься на кухню. Молли приготовила завтрак, и я как раз направлялся туда, когда услышал твои крики. - Завтрак? – недоуменно пробормотала девушка, - уже так поздно? Почему меня никто не разбудил? - Джинни сказала, что ты полночи просидела в библиотеке, и тебе лучше дать выспаться, - пожал плечами Блэк, - в общем, как будешь готова, спускайся. Он легонько потрепал ее по плечу, повернулся и вышел из комнаты. Сириус Блэк, мужчина, в которого Гермиона была безнадежно влюблена с конца третьего курса. Она не знала, откуда взялись эти чувства. Видимо все произошло, когда она увидела его глаза. Глубокие синие глаза мужчины, горящие яростью и надеждой, на лице бледного худого узника Азкабана, которым он был при их первой встрече. Гермиона сразу поверила ему, потому что в душе чувствовала, что человек с такими глазами не может предать. Сначала был страх, потом тепло, притяжение, а теперь безграничное обожание и беспокойство за него. К чести девушки все эти чувства и эмоции остались незамеченными Сириусом. Каждый раз, когда она его видела, сердце на мгновение сладко замирало в ее груди, а потом пускалось в бешеную пляску, окрашивая щеки красным цветом, делая руки слабыми и неловкими, изгоняя все правильные мысли и слова из ее головы. А он…он относился к ней так…так же как к Рону! Разве что более уважительно и предупредительно, потому что она все-таки девушка, а умения обращаться с девушками у Сириуса Блэка не отнять. За время, прошедшее с их первой встречи, он сильно изменился. Тюрьма не испортила его классической красоты. Осунувшееся замученное лицо преобразилось, и о возрасте теперь напоминали только редкие морщины и тонкие серебристые пряди в ровно подстриженных волосах. Всю растительность на лице он решительно сбрил, после переезда на Гриммаулд Плейс, и Гермиона восхищенно отметила его четкие мужественные скулы и губы с насмешливо приподнятыми уголками. Фигура из худощавой стала мускулистой и подтянутой, видимо под воздействием тренировок и стряпни Молли Уизли. В общем, из грязного отощавшего узника неопределенного возраста в грязных лохмотьях, Сириус Блэк превратился в привлекательного стильного аристократа, которым он и являлся по рождению. Теперь, взглянув на его колдографию в молодости, можно было без труда узнать этого человека. Только последнюю неделю, что она провела в его доме, она видела, как медленно потухают яркие звезды его глаз. Сбежав из Азкабана, он думал обрести свободу, а оказался снова заточенным, только в своем собственном доме, ненавидимом с детства. Бездействие угнетало деятельную натуру Сириуса, и когда он думал, что никто его не видит, его глаза затуманивались тоской и отчаянием. Гермиона очень хотела помочь ему, поддержать, утешить, но не знала как. Да и разве будет Сириус Блэк слушать какую-то назойливую девчонку? Она раздраженно вздохнула и откинулась на кровать. «Ну почему он воспринимает меня как ребенка?» – тоскливо подумала она. «Может потому, что ты учишься с его крестником?» - язвительно ответил внутренний голос. «Но я уже не ребенок! Из-за хроноворота мне уже 16. Я почти совершеннолетняя. А уж по умственному и духовному развитию, я точно намного старше мальчишек!» «Уймись, Грейнджер. Ты ему просто неинтересна. Просто маленькая скучная заучка, поселившаяся в его библиотеке» «Я знаю, что наша любовь невозможна, но никто не может помешать мне мечтать о нем и наслаждаться его обществом» «Ну-ну, наслаждайся, тогда не жалуйся» Во время этого препирательства с самой собой Гермиона успела заправить кровать, одеться и привести себя в порядок. Окинув себя в зеркале недовольным взглядом, она мысленно пообещала себе, что скоро будет выглядеть как элегантная девушка, а не как растрепанный подросток, и тогда может быть, Сириус будет воспринимать ее серьезно… Подумать только, он потрепал ее по плечу, как мальчишку! Она воинственно хмыкнула и побежала вниз по лестнице. Мысли о кошмаре совершенно выветрились из ее головы, оставив только неприятный осадок…