Из грязи в князи

      Сегодня должен был быть прекрасный день. Ни что не должно было предвещать беды. Знаете, такие чудесные, солнечные и безоблачные деньки, которые являются таковыми только снаружи, а на самом деле таят в себе много опасностей, разочарований и прочего негатива. Ещё сие явление можно обозвать стёбом со стороны судьбы, причём очень некачественным. А ведь сегодня у меня день рождения, шесть лет исполняется, ага. Весело, да так, что плакать хочется. — Принцесса Амалия, у вас высокая температура. Сегодня вы однозначно не пойдёте ни на какие банкеты, — поставила диагноз энирипса. — Будете принимать эту настойку три раза в день после еды, и через неделю вы полностью поправитесь! Только не унывайте, ваше психологическое состояние оказывает сильное воздействие на лечение болезни. Будьте позитивнее!       Да, я прям чувствую, как мой позитив льётся через край. Заболеть на кануне дня рождения! Кто бы мог подумать? И причём ладно, если простая температура, так ещё и красная сыпь на лице и кое-где на теле. Просто жуть. Я чувствую себя овощем. Сваренным-переваренным. Но неприятности на этом не заканчиваются! Моя болезнь передаётся и воздушно-капельным путём, и бытовым, другими словами в моей комнате провели карантин — никого не впускают, никого не выпускают, если вы, конечно, не лечащая энирипса. Я не могу повидаться ни с отцом, ни с братом, ни с Евой, ни с её сестрой Клео. Ни с кем!       Мне плохо. Депрессия.       Что самое интересное, так это то, что я уговорила отца привезти сюда Клеофину. А был ли смысл? Девочка проделала не малый путь до королевства садида, хоть и не одна, но всё же, и зачем? За тем, чтобы увидеть больную принцессу? Как же мне стыдно.       А ещё я подвела отца. Сегодня должен был быть большой банкет, приехали бы короли, их приближённые и дети Мира Двенадцати, но, так как я заболела, банкет отменили. Отцу и канцлеру пришлось рассылать письма с извинениями. Сколько же проблем я им принесла. А ведь на этом банкете мог появится мой потенциальный жених!       Остаётся надеется, что мой следующий день рождения пройдёт более гладко.       В дверь постучали, а после в мою комнату вошла служанка. В маске. Все мои служанки теперь носят маски, чтобы не заразится. Садида поставила рядом с моей кроватью тележку с едой и немедля удалилась, бросив напоследок, что через полчаса вернётся за подносами и тележкой. Да, я тут всех пугаю.       Кое-как приподнявшись на локтях, постаралась принять сидячее положение. Хорошо, что я лежала не посередине кровати, а ближе к краю, а то мне пришлось бы не сладко. Я даже не представляю, как бы подбиралась к еде. Наверное, ползла бы, как улитка. Энирипса сказала, что лекарство нужно принимать после трапезы, так? Так. Если честно, аппетита у меня никакого нет, а всё из-за того, что горло болит. Что сказать, я сильно заболела.       Но поесть надо, и лекарство выпить тоже, ага. Надо. Хоть немного. Протянув руку к ближайшей тарелке, обнаруживаю там кашу. Кажется, она сладкая, фруктами украшена. Наверное, вкусно. Кое-как я осилила половину порции, несмотря на то, что блюдо было превосходным. Служанка принесла много разной еды, а я даже тарелку из всего не съела.       Приняв лекарство, снова откинулась на подушку. Вот так вот, болеть-то. Лежишь целыми днями да ничего не делаешь.       Спустя тридцать минут действительно пришла та самая служанка. Посмотрев на подносы, а точнее, на их содержимое, лишь грустно вздохнула. — Принцесса, ну что же вы так мало поели? Вы точно ничего больше не хотите?       Я только отрицательно покачала головой. После лекарства мне хотелось только спать. Хотя, именно этим я и занимаюсь уже несколько дней. — Ладно, — служанка забрала тележку и покинула мою комнату. А я тем временем окончательно ушла в царство Морфея.

***

      Проснулась я от голода. Очень сильного голода. За окном была ночь, лунный свет падал прямо в комнату, от чего создавалась хоть какая-то видимость. Интересно, все уже спят или ещё нет? Эта настойка от энирипсы действительно действует, мне уже значительно лучше. Вот только сыпь, кажется, ещё не прошла. Ну, не беда, и она пройдёт!       Поднявшись с кровати, тихо подхожу к окну. Красиво. В королевстве днём-то красиво, а ночью…ночью просто сказочно. Моё прекрасное настроение прервал возмущавшийся желудок. Весь момент испортил. Надо бы чем-нибудь перекусить и потом принять настойку.       Единственная еда сейчас на кухне, а туда мне ход закрыт. Во-первых, за дверьми стража, и я не знаю, спят они или бодрствуют, добросовестно выполняя их должностные обязанности. Во-вторых, болезнь передаётся воздушно-капельным путём, то бишь, если я выйду, велик риск того, что все жители дворца заразятся, надышавшись бациллами. А я этого не хочу. Но голодать я тоже не хочу! Блин, что делать?       Всё также задумчиво и грустно смотря в окно, замечаю на улице знакомую фигуру. — Арманд? Это ты? — довольно громким шёпотом говорю я, высунувшись из открытого окна. От моего неожиданного возгласа фигура вздрогнула и резко обернулась. — Амалия? Ты почему не спишь? И вообще закрой окно, а то вдруг простынешь и ещё больше заболеешь. — Я не сплю, потому что днём спала, и ещё очень есть хочу. На улице тепло, я не простыну. А ты чего не спишь? И как ты выбрался из комнаты? — Бессонница. А выбрался я легко: просто призвал стебли ежевики.       Блин, да он гений! Я тут голову ломаю, как мне из комнаты выбраться, еду добыть, а всё оказалось так просто. А может брат мне еды принесёт? Ему же всё равно не спится, а так хоть полезным делом займётся. — Арманд, можешь мне еду принести? — Сейчас что ли? — Ну, нет, блин, завтра! Конечно же сейчас. Я есть хочу, сильно-сильно. А ещё мне лекарство надо принять, вот только его надо пить после еды. Принеси еды, Арманд! — Ну, не знаю, — ой, ну всё. Сейчас выкобениваться начнёт. Его раздумья длились минуту, после чего он согласился и сказал ждать. Арманд убежал во дворец, в сторону кухни. Я наблюдала за ним ровно до тех пор, пока он не скрылся за поворотом.       Спрыгнув с подоконника, я стала ходить по комнате, ожидая брата с провизией. Прошло пять минут. Ещё десять. Ещё пять. Да где же он? Где его черти носят?       Своё окно я давно благополучно закрыла, а зря. Обернувшись на звук, я увидела брата, ломившегося в мою комнату. Быстро открываю окно, и в комнату вваливается Арманд. С едой. Какой же он всё-таки молодец! — Ты зачем окно закрыла? Там внизу стража ходит! Представляешь, как долго бы мне пришлось объясняться перед ними! Хотя это цветочки, ягодками было бы то, что они бы рассказали отцу о моих ночных похождениях! — он прав. Он во всём прав. Чувствую себя виноватой, хотя, по сути дела, так оно и есть. Даже не хочу думать, какую бы взбучку устроил отец, узнав, что Арманд делает ночью. — Прости меня, — поднимаю на него жалостливые глаза. — Мне очень стыдно. Арманд, прости меня, пожалуйста. — Ладно, прощаю. Лучше бы поблагодарила за еду. — Спасибо за еду, — кажется, брат уже отходит, так что можно и счастливо улыбнуться. О! Только сейчас заметила, что на нём маска, закрывающая нижнюю часть лица, то бишь нос и рот.       Арманд заметив, куда я смотрю, лишь смутился и пробубнил что-то вроде «меры предосторожности». Я бы продолжала на него смотреть, если бы желудок не напомнил о своём существовании. Есть, нужно поесть. Посмотрим, что мне братец принёс. Так, фрукты, овощи и…всё. Нет, ну, а чего ты ожидала, что он тебе тут шведский стол накроет? Ага, как же. — Я принёс, всё, что мог, — брат заметил мой разочаровавшийся вид и поспешил оправдаться. Собственно, зачем ему оправдываться? Он уже ни в чём не виноват. — Не оправдывайся, я прекрасно понимаю, что какой-нибудь суп из Потшопи Шупсу или овощное рагу, ты бы мне не принёс, — стараясь как-то разрядить атмосферу, я начинаю заливисто смеяться. Правда, вспомнив об охране за дверью, прекращаю это делать.       Пока я уплетала принесённую провизию за обе щёки, Арманд сидел на подоконнике и то ли грустно, то ли задумчиво смотрел на звёздное небо. Точно! Может, в день приезда Евы, отец, оставшись с ним наедине, наговорил чего-нибудь? Прекратив есть и выпив лекарство, я подхожу ближе к Арманду. Так хочется его обнять, или хотя бы положить руку на плечо, но это невозможно! Я не хочу его заразить. — Арманд, что случилось? — он посмотрел на меня, будто раздумывая, говорить или нет, а потом, видимо, склонился ко второму варианту и отвернулся, снова смотря куда-то в даль. — Это из-за разговора с отцом в день приезда Евы?       На мой следующий вопрос брат отреагировал лучше, чем на первый. Удивлённо глядя на меня, он поражался тому, как я точно попала в цель. — Что тебе говорил отец? — такое ощущение, что правду я из него клешнями вытаскиваю. Но я хочу помочь, а чтобы это сделать, мне нужно понять, в чём проблема. — Да, ничего такого. Просто снова говорил, что в будущем я стану королём, буду вести за собой народ. Ещё сказал, чтобы я усерднее занимался с учителями, тебя в пример приводил.       Так вот оно что. Арманд испугался приближающейся огромной ответственности, быть королём, это вам не пирожки печь. В зависимости от того, какую политику ты выберешь, страна будет либо процветать, либо нет. А потом батя его решил совсем добить и сказал брать с меня пример. Кому понравится, что ему в пример ставят пяти-ой, уже шестилетнего ребёнка? Если взрослый ещё сможет это как-то пережить, смириться и начать устранять свои промахи, то десятилетний ребёнок, приближающийся к стадии переходного возраста, воспримет всё слишком близко к сердцу. Арманд и так страдает от нехватки внимания, причём не абы какого, а отцовского, а тут ещё это. Ну, батя и молодец, конечно! Нет бы, похвалить сына за старания, так нет же, наоборот стал его упрекать, мол, учись, сын мой, учись. Ну-ну, век живи — век учись, а дураком помрёшь. — Арманд, не расстраивайся так сильно. Может, отец в чём-то и прав? Чтобы стать великим королём, нужно уметь принимать мудрые решения. А знаешь, я верю, что ты будешь замечательным королём!       Брат, кажется, прислушался к моим словам. Он стал увереннее в себе, в своих силах, и это несомненно меня радует. Хорошо, что я смогла его утешить. — Ну, раз ты веришь в меня, тогда я просто не имею права на ошибку! Я стану королём, и ты будешь гордиться тем, что у тебя такой брат, — он лучезарно улыбнулся и хотел было обнять, да только вспомнил, что я болею. Ещё около недели мне ходить в таком состоянии, ага. — Я уже горжусь этим, Арманд, — улыбка сама напрашивается.       Мы ещё немного так посидели, а потом попрощались. Брат украдкой вылез на улицу и побежал в сторону его покоев. Надеюсь, он не спалится.       А мне уже тоже пора на боковую, хватит устраивать ночные посиделки. Тем более, во сне организм быстрее восстанавливается, может, я даже раньше поправлюсь. Это было бы замечательно.