Из грязи в князи

      Спустя неделю, как и сказала энирипса, я полностью поправилась. Температура отступила, горло не болит, сыпь сошла с кожи. Я теперь полностью здорова! Ещё меня порадовало то, что эту болезнь переносят практически все дети, благодаря ей иммунитет ребёнка укрепляется, после неё риск заболеть какой-то типичной простудой сходит практически на нет! Ну, если, конечно, переохлаждаться, находится в непосредственной близости с больным человеком, то ясно как день, что болезни не избежать. Энирипса даже прочитала мне лекцию, мол, как вести здоровый образ жизни, соблюдать чистоту, личную гигиену и многое другое. Она даже хотела рассказать про те самые «особенности» женского тела, но потом, вспомнив, что её слушателю всего лишь шесть лет, резко замолчала и перевела тему. А мне вообще-то интересно, как местные женщины справляются с менструальным циклом. Я как-то ходила на рынок, не одна, конечно, но ничего похожего на привычные мне прокладки или тампоны не видела. А вдруг у садид вообще всё это отсутствует? Мы же полулюди-полудеревья, а у растений ничего подобного нет. Или я плохо учила биологию в школе? Во всяком случае, правду мне так и не удалось узнать. Ладно, будем тогда ждать одиннадцати-двенадцати лет. — Принцесса Амалия, о чём задумались? — это была Банафея. Она довольно строгая и не любит, когда на её уроках отвлекаются. — О своём здоровье. Подумать только, ещё несколько дней назад я лежала в кровати с температурой, больным горлом и сыпью на лице, а сейчас занимаюсь литературой со своим учителем. Поразительные изменения. — Это вы верно подметили. Но вернёмся же к теме урока.

***

      Занятия с Банафеей длятся ровно два часа, как и положено. Сегодня у меня только две пары: литература и история с Банафеей, которые уже прошли, и магия садида с Камиллой. Женщина ещё на прошлом уроке сказала, что сегодняшнее занятие будет очень важным. Понятия не имею, что она могла придумать. Но знаю только одно, такой серьёзной я свою учительницу ещё не видела.       Наученная горьким опытом, я уже спешу переодеваться. Ни одно наше занятие не проходит без физической подготовки, потому красивые платья терпят фиаско, а лидирующие позиции занимают спортивные комбинезоны. Переодевшись в один из них, быстро выпрыгиваю из окна, где меня ловят призванные растения. Хорошо, что стража под окнами не дежурит. Такой способ передвижения пришёлся мне по вкусу, правда, не всегда он получился, что очень огорчало.       Весь путь от дома до сада я преодолела в быстром темпе. Камилла очень не любит, когда опаздывают. Один раз я на этом прокололась, потом пришлось убегать от её разъярённой куклы. Теперь я стараюсь прийти во время, а иногда даже раньше назначенного времени.       Уже подбегая к месту тренировок, я заметила сидящую на скамейке Камиллу. Решив не заставлять человека ждать, я ускорилась. — Камилла! — она повернулась в сторону звука. Всё-таки ей тренировки не прошли даром, одышки почти нет. — Принцесса Амалия! Как всегда вовремя, это меня радует, — она мило улыбнулась и продолжила. — Перейдём сразу к делу. Сегодня ты получишь свою куклу садида.       Наконец-то! Я долго этого ждала, много раз упрашивала Камиллу рассказать о ней, и вот сейчас я её получу. Счастья полные штаны!       Камилла, заметив мою радость, лишь хитро улыбнулась. — Не спеши радоваться, принцесса. Куклу придётся сделать, — она достала из сумки швейный набор, ткань и шерсть гоббала. Ой, на это я не рассчитывала. Я никогда не отличалась особыми швейными навыками, нет, пришить пуговицу, зашить дырку я могу, но сшить игрушку… Я никогда этого не пробовала. — Не волнуйся, я тебе помогу. Правда, это должна делать не я, а твоя мать, но королева покинула нас, так что… Надеюсь, ты разрешишь мне побыть за неё?       Так вот почему она сидела такая задумчивая. Жаль, конечно, что мама не дожила до этого момента. Но помощь Камиллы будет неоценима! — Камилла, я почту за честь, если ты поможешь мне в таком нелёгком деле, как шитьё, — я ей тепло улыбнулась и легко рассмеялась. — Я буду рада помочь, — женщина ответила на мою улыбку.       Так мы стали делать заготовки. Камилла сказала, что у каждого своя кукла, а значит дизайн моей мне придётся придумать самостоятельно. Я немного коряво нарисовала на бумаге самую простую куклу, голова которой была больше тела, с зашитым ртом и глазками-пуговками. Глазки, кстати, тоже получились большими и белыми. Тело куклы было довольно простым, без всяких изгибов, выпуклостей и других новшеств. Руки и ноги, соответственно, тоже. Единственное, что я добавила, так это своеобразные «когти» на кисти и стопы. В общем, кукла получилась бы милой, если убрать криво зашитый «зигзагом» рот, чем-то напоминающий страшную улыбку. В моём рисунке мне показалось, что чего-то не хватает. Попробовала нарисовать ушки. Нет, не идёт. Может хвостик? Да, только тонкий и длинный, как у мартышки. Точно, мартышка! А я думала, на кого кукла похожа! Конечно, это было лишь подобие настоящего животного, но зато какое милое. Пририсовав хвост, я поняла, что образ до сих пор не завершён. Может одеть куклу? Да нет, смешно будет. Или нет? Я нарисовала на голове пять листьев, расположенных так, что первый прикрывал лоб, второй и третий — виски и скулы, четвёртый и пятый — челюсти. Все пять листиков будто выходили из затылка, тем самым закрывая и теменную часть. Смотрелось красиво и, думаю, оригинально. Я добавила ещё один листик, только уже на тело. Этот лист напоминал пояс, расположенный так, что концы сводились к пупку, который я тоже пририсовала.       Неплохо получилось, коряво немного, но неплохо. Для шестилетнего ребёнка сойдёт. — Камилла, я закончила, — протянула ей в руки рисунок.       Она оценивающе посмотрела и сказала, что приступаем к шитью.       Раскроив ткань для головы, мы начали сшивать её в единое изделие. Оставив разрез для дальнейшего набивания шерстью, мы перешли к телу. Точно так же были готовы и руки с ногами. Набив всё шерстью, начали сшивать. Сначала пришили голову к телу, потом к нему же руки с ногами. Всё это время Камилла была рядом со мной, подсказывала и помогала, если не получалось. Дальше пошли «украшения». Здесь я и сама прекрасно справилась. Пришить пуговицы, зигзагообразный рот, когти было проще простого. Сложным было пришивать листы. Они постоянно где-то рвались. Я со счёты сбилась, сколько испортила даров местной фауны. С горем пополам я наконец-то их пришила, именно так, как хотела. Но листья были ещё «цветочками», «ягодки» начались потом. Последний завершающий элемент моего творения был хвост. Мартышкин хвост я решила сделать зелёным, а значит нужны были листья. На мой вопрос, как его сделать, Камилла лишь в незнании покачала головой. Спустя минуту раздумий, она посоветовала сделать его из ткани и набить шерстью, а после обшить листьями. Геморрой. — Эм, знаешь, Камилла, я тут подумала, без хвоста ведь тоже неплохо смотрится? — у меня сдают нервы, я уже начинают истерически посмеиваться. — Ну, нет! Эта кукла — твой компаньон на всю жизнь. Если бы тебе сказали: «Ой, Амалия, знаешь, твои волосы очень проблематичные, давай их отрежем?», тебе бы понравилось? Если что-то задумала, то, будь добра, довести дело до конца! И не распускай тут нюни! Поняла? — женщина как всегда строга…и права. Камилла во всём права. — Да, я поняла. Я всё сделаю!       Хорошо, что меня окружают люди, готовые всегда дать пинка под зад, чтобы не ленилась.       Снова раскроив ткань, теперь уже для хвоста, я принялась её сшивать, оставив разрез для набивания. Набив изделие, я начала его обшивать листьями. Это длилось довольно долго, я не раз хотела всё бросить и послать к чёртовой матери, но присутствие Камиллы под боком мешало мне это сделать. С горем пополам я обшила этот чёртов хвост, а затем пришила его к телу.       Кукла готова. Даже не знаю, сколько времени я на неё затратила, но, учитывая то, что начала я в обед, а уже начинает смеркаться, то много. — Молодец, принцесса! Теперь осталось вдохнуть в неё жизнь. — Хорошо. Что мне нужно делать?       Не нравится мне хитрая улыбка моей учительницы, ой как, не нравится. — Здесь я тебе не помощник. Ты должна сама понять, как это сделать. — А если я не пойму? — Тогда это, — она указала на моё творение. — просто останется игрушкой. Удачи, принцесса!       После этих слов женщина направилась к выходу из сада, оставив меня в полном недоумении. Решив, что сидеть здесь бесполезно, я взяла свою куклу в охапку и пошла на ужин.       На этот раз ужинали мы всей семьёй. Батя и Арманд что-то интересное обсуждали, активно жестикулируя при этом. Когда меня спрашивали, почему я такая задумчивая и унылая, я ещё больше впадала в депрессию, и вместо ясного ответа, выдавала лишь нечленораздельное мычание. Отец и брат долго пытались выяснить причину моих глубоких дум, но все их попытки оказались тщетны, и со временем они плюнули на это дело, посчитав, что, если я захочу, то сама всё расскажу.       Проблема была в том, что я даже не знаю, как подойти к этому насущному вопросу. Я не знаю, как пояснить им причину моего отвратительного настроения. К тому же, Камилла ясно дала понять, что помощи мне ждать неоткуда, что я должна сама со всем справится. Придётся быть дураком и учится на собственных ошибках и промахах.       Закончив ужинать, все направились по своим делам. Я вернулась в комнату. Проходя дворцовые коридоры, я не могла перестать думать о своей кукле. Я очень хочу её оживить, но не знаю, как это сделать. Как там Франкенштейн оживил своего монстра? Электрическим разрядом? Хорошая идея, вот только электричество негде взять. Я не физик, поэтому не знаю, где можно достать двести двадцать вольт. Версия Франкенштейна отпадает.       Сидя на подоконнике в своей комнате и смотря на темнеющее небо, я всё отчётливей понимала, какой геморрой меня настиг. В переносном, конечно, смысле, но даже, если бы и в прямом, думаю, местные энирипсы без труда бы вылечили. Да, своей магией они творят с помощью вакфу чудеса. Точно! Вакфу! Может попробовать использовать вместо электричества вакфу? Надо просто постараться передать своё вакфу кукле, только не всё, а то я копыта откину, так и не увидев своего собственного «чудовища Франкенштейна».       Взяв в руки куклу, я сосредоточилась и представила, как направляю в неё вакфу. Так продолжалось пять минут, ровно до тех пор, пока у меня не заболела голова, и я не потеряла концентрацию. — Да, чтоб тебя! Я оживлю тебя, слышишь? — Господи, до чего я докатилась? Уже с куклой разговариваю. — Я не буду сдаваться и добью это дело до конца. Все садида имеют своих маленьких компаньонов, а я что? Хуже других? Ну, уж нет!       На этот раз я забью на головную боль и прочие нюансы. Сосредоточившись, снова представляю, как передаю своё вакфу кукле. Спустя пять минут начинает болеть голова, но мне плевать, я лишь хочу оживить её. На лбу выступила испарина, а головная боль лишь увеличилась. Такое ощущение, будто мою голову несколько раз прострелили, а потом нещадно сдавили, намереваясь расплющить. Сохранять концентрацию в таких условиях крайне сложно. Спустя ещё десять минут участился пульс, сердце билось о рёбра так, будто хотело выпрыгнуть из груди. И в этот момент я почувствовала лёгкое шевеление в своих руках — кукла дёрнулась! Отдаю ей ещё больше вакфу, стараюсь выжать из себя по максимуму. Это продолжалось до тех пор, пока я не откинулась назад без сил. Всё также сидя на подоконнике, я прижалась к стене. Кажется, из меня все соки выжали. На меня пыталось что-то вскарабкаться, повернув голову, я заметила свою куклу. Та пыталась залезть на меня, но потом поняв, что это бесполезно, а помочь ей у меня нет сил, она просто прижалась к моей руке.       Какую же заботливую куклу я создала.Кое-как оторвавшись от стены и спрыгнув с подоконника, я пьяной походкой прошла к кровати. Куклу я, кстати, взяла с собой. Упав на кровать, я ещё некоторое время просто лежала, отходя от произошедших событий. Кукла легла рядом. — Может тебе имя придумать? Как насчёт «Франкенштейна»? — я вопросительно на неё посмотрела. — А если коротко, то «Франки». М? Как тебе?       Если честно, я не ожидала ответа. То, что кукла счастливо кивнула, немного повергло в шок. Хотя нет, меня скорее не столько удивил кивок, сколько ярко выраженная мимика. Глазки-пуговки уже не соответствовали своему названию, а были больше похожи на настоящие глаза, только без зрачков и радужки. Кривоватый зигзагообразный рот мог спокойно шевелится, раскрываясь в удивлении или растягиваясь в улыбке. Также пропали все швы. Другими словами, кукла стала более, эм, живой? Да, живой.       Раз она кивнула на имя «Франки», значит я теперь так и буду её называть. Кстати, теперь это уже не «она», а «он». Хе-хе, как всё хорошо закончилось. Амалия Ширам-Шарам и её верный спутник Франкенштейн. Звучит.       Это были мои последние мысли перед тем, как окончательно заснуть. Или потерять сознание. Я точно не поняла. Но, что меня порадовало, так это пробуждение. Проснувшись рано утром, я заметила лежащего рядом со мной Франки. Он был буквально под боком, и, кажется, был готов проснуться в любую минуту и начать защищать его хозяйку. Только я шелохнулась, как он действительно проснулся. Хех, защитник, блин! Надо будет у Камиллы разузнать, какие заклинания можно творить вместе с компаньоном.