Из грязи в князи

      Тьма. Да, вокруг лишь сплошная тьма. Ничего не видно, хоть глаз выколи. Я не вижу ни себя, ни того, что меня сейчас окружает. Что делать и куда идти — неизвестно. Но одно я знаю точно — своё тело этой чертовке Омбраж я не отдам ни под каким предлогом. Да и вообще, разве я не заслужила прожить ещё одну жизнь? Всё, что должна сделать обычная среднестатистическая женщина, я провалила. Образование получила? Нет. Работу нашла? Нет. Замуж вышла? Нет. Детей родила? Нет. Отчаянной домохозяйкой тоже не стала, увы и ах. Так может быть, Я, вся такая непутевая, заслужила шанс исправить свои ошибки молодости?       Когда тебе скучно, время тянется медленно. Когда ты бродишь в неизвестном пространстве без каких-либо источников света, счет времени напрочь теряется. Абсолютная темнота. В ней я брожу около часа или меньше…или больше. Сначала пыталась считать секунды, но, когда почувствовала, что вот-вот потеряю рассудок от этого, прекратила. Всё здесь неимоверно давит на психику: тишина, темнота, пустота. Мне кажется, я сейчас сойду с ума. Всё очень-очень плохо.       С другой стороны, когда у тебя нет ограничений во времени, можно не спеша подумать о чем-то насущном. Например, о нахождении выхода из этой пустоты. Наукой доказано, что если есть вход, то должен быть и выход. Или тот же вход может служить выходом. Надо просто его найти. Под лежачий камень, как говорится, вода не течет, и, просто сидя на попе ровно, ни вход, ни выход не найдёшь. Увы, ни тот, ни другой самостоятельностью не обзавелись, а значит, снова придется все делать самой. Встаем, дорогая, и начинаем идти. Сказать, что сие занятие мне быстро наскучило — ничего не сказать. Чтобы хоть как-то отвлечься, начинаю напевать мотивчики из песен: Каждый день только работа, Только будни каждый день. Мне не то, что просыпаться, засыпать мне даже лень. Я устал от этой жизни, только деньги на уме. Олигархи строят дачи, Невиновные в тюрьме. Нас пугают терроризмом, кругом кризис, кругом стресс. Молодёжь кончает школы, но рабочих нету мест. Хватит этой пропаганды, пессимизма. Не горюй! Наступают выходные, отдохнём, Давай танцуй!..       Прикольная песня, жаль, после припева тоже наскучила. Кажется, оригинал на французском. Собственно, из него я знаю только фразу «Alors on dance». Помню, мои одноклассники сильно над ней угорали, когда им в припеве слышалось «Алёна даст». Ну, вспомним тогда уж и Макарену: Da le a tu cuerpo alegria Macarena Que tu cuerpo es pa darle alegria y cosa buena Da le a tu cuerpo alegria Macarena Eeeeeh, Macarena       Под эту песню стоять в сторонке просто невозможно, особенно, когда знаешь, как под нее двигаться. Вот и я не смогла сдержаться и не поводить руками вперед, к локтям, за голову и бедра. Было немного сложно идти и танцевать одновременно. Сейчас я даже рада, что нахожусь здесь одна в кромешной темноте, никто не видит моего позора, ага. — Ошибаешься, хи-хи! — где-то рядом со мной прозвучал детский голос. А вот теперь становится по-настоящему страшно! — Кто здесь? — Я, — да, отлично, теперь мне всё стало понятно. — Ой, ну, то есть ты…или я? Арх, я запуталась! — Ладно, ладно, успокойся. Для начала, можешь включить свет? — Конечно! — раздался щелчок пальцами и рядом со мной появился небольшой зеленый светящийся шарик. Потом с другой стороны ещё один, и ещё, и ещё. Это были светлячки. Они как по команде рванули вперёд, закрывая мне обзор того места, где я находилась. Этих насекомых было нереально много. Пока они пролетали, мне приходилось иногда закрывать глаза, ибо некоторые из них проявляли наиболее активную деятельность и светились так, будто хотели затмить собой солнце. Тем не менее, когда их поток поубавился, картина, представшая перед моими глазами, была поистине восхитительна. Ещё минуту назад я не ощущала под собой ничего, а теперь запросто могу почувствовать приятный холод от мокрой утренней травы. — Как красиво…       Это был тот самый сад из моего сна. Ой, то есть не сна. Ох, я совсем запуталась в этих иллюзиях Омбраж! — Да, очень, — маленькая Амалия, что стояла рядом со мной, будто специально растягивала гласные, желаю показать насколько её завораживает это место. — Ну, вот мы снова и встретились. — Я умерла?       Малышка ничего не ответила, она продолжала смотреть на восход солнца. Её карие глаза были наполнены грустью. Кувшинка в её маленьких руках казалась огромным цветком, но от того не менее прекрасным. Девочка перевела взгляд на растение, а после подошла ближе к пруду и отпустила его в свободное плавание. — Знаешь, говорят, что эти лилии появились из тела прекрасной нимфы. Она была влюблена в одного героя, но тот не ответил ей взаимностью. Нимфа умерла, превратившись в прекрасный цветок*, — хоть что-то я запомнила из курса истории в школе. — Какая грустная легенда. У нас этот цветок связан с жизнью и смертью. Как его лепестки раскрываются на рассвете, так и новая жизнь зарождается в этом мире, — девочка не отрывала взгляд от уплывающей кувшинки. — Он олицетворяет увядание и возрождение растительности. Лотос по праву можно считать священным.       Понятно. Значит, я всё-таки умерла. Ну, что ж, видимо, это судьба. Я никому не нужна. В своем мире пожить не удалось, в этом тоже. Неужели, я такая неудачница? О, Боже… Я схватилась за голову и осела на мокрую траву. Сейчас было абсолютно плевать на то, что одежда намокнет. Мне бы сюда плеер, наушники, теплый плед и альбом с карандашом и ластиком. Полная атмосфера депрессии была бы снова воссоздана. Сидя на траве, я сложила голову на колени и смотрела куда-то вдаль. Наверное, у меня сейчас те самые, безэмоциональные, бесчувственные «рыбьи» глаза. А ведь ещё недавно я в абсолютной пустоте танцевала макарену и надеялась найти выход и вернуться к друзьям. Как быстро рушатся все мечты и надежды. Просто нереально быстро.       О присутствии еще одной души я благополучно забыла. Маленькая Амалия тихо подошла и вручила мне кувшинку. — М? — я непонимающе взглянула на неё. — Поднимись и возьми цветок, — девочка была настроена серьезно. Спорить с ней совершенно не хотелось, поэтому я немного лениво и неуклюже села на колени и накрыла руки девочки своими, поддерживая таким образом цветок.       Амалия закрыла глаза. От её рук начало исходить слабое свечение. Оно было не привычным мне зеленым цветом, а нежно-золотым, будто в руках девочки находилась не лилия, а маленькое солнышко. От этого свечения стало тепло и спокойно, все проблемы казалось сошли на нет, не оставив после себя ничего. У меня такое было в студенческие годы, когда после длительной зубрешки я отлично сдавала все экзамены и в приятной прострации проводила каникулы. Замечательное чувство.       Вдруг где-то сзади, со стороны леса я услышала скрежет и шум. Резко открыв глаза и развернувшись, я увидела до жути пугающую картину. Хаос, разрушение, стихийное бедствие, называй как хочешь, но факт остается фактом — это измерение разрушалось. И мы ничего не могли поделать. В отличие от меня, Амалия отнеслась к происходящему более лояльно. Она продолжала тихо выговаривать странные слова на не менее странном и непонятном языке. Демона она там, что ли, вызывает? Мне кажется, сейчас не место и не время для этого! — Амалия! Нужно уходить! — я попыталась докричаться до ребёнка, но та будто не слышала. Или не хотела слышать. Второе пугало ещё больше.       Сдвинуться с места, или хотя бы пошевелить коленками я не могла, казалось меня что-то прижало к земле и не хотело отпускать. А вот сейчас стало по-настоящему жутко. За моей спиной происходит самый настоящий апокалипсис, сравнимый по своей мощи с христианским Армагеддоном, а я ничего не могу сделать. Просто сижу на месте и провожу с пятилетним ребёнком какие-то сектантские ритуалы, странные и непонятные! — Я же говорила, — этот противный голос я узнаю из тысячи, — тебе не победить меня!       Всё, как я и думала, — передо мной сидела не принцесса, а Омбраж. Точнее, это было ещё одной её иллюзией. Маленькая Амалия постепенно превращалась в демона. Её детские глаза переполнены безумием. Улыбаясь подобно сумасшедшему, она схватила меня за плечи и приблизилась на опасно близкое расстояние. Нас отделяли всего несколько сантиметров. Будь я в менее плачевном положении, обязательно пошутила бы на эту тему. От милой девочки не осталось ни следа, предо мной была самая настоящая Омбраж в её истинном обличии. Она была похожа на тех суккубов, что завораживали мужчин своей красотой и питались их энергией. Но эта чертовка не учла некоторые аспекты сего ритуала. Во-первых, я не мужчина и никогда таковым не была. Во-вторых, за всю свою жизнь в обоих мирах не одной пиявке не было позволено касаться моей кожи и выкачивать кровь. И я не собираюсь отступать от своих приоритетов, даже если вместо крови из меня высосут энергию! — Да иди ты к чёрту! — эти слова я буквально выплюнула ей в лицо, больно ударив своим лбом её. Наверное, со стороны выглядело как сопротивление двух упрямых баранов, но сейчас не до этого.       Мир вокруг нас рушился. Отовсюду летели обломки деревьев, камни и даже целые обломки земли. Находится здесь несомненно опасно, но если отступлю сейчас, никогда не смогу увидится с друзьями, семьей и королевством. Чары Омбраж начали постепенно отступать, а потому я смогла спокойно вцепиться в её плечи, как она это сделала недавно с моими. Вдруг демонесса посмотрела куда-то позади меня и удивленно распахнула свои миндалевидные глаза. Ещё минуту назад она была готова меня убить, как уже сейчас испуганно пытается вырваться из моей хватки. — Отпусти, дура! — Нет! — Мы сейчас тут обе сдохнём! — А кто в этом виноват, как думаешь?       На мои слова Омбраж только цыкнула: — Ты! Всё из-за тебя! Неужели так сложно было мне подчиниться! — так я ещё и виновата? Ах, ты…! Чёрт! Моему недовольству нет предела, кажется, еще немного и эта демонесса погибнет не от приближающегося хаоса, а от меня. — Представь себе: да! — зла на неё не хватает. — Ладно, сейчас не время спорить. Лучше скажи, мы можем как-нибудь выбраться отсюда? — Да, если… Пригнись! — что? Омбраж против воли схватила меня за голову и надавила вниз. В следующую секунду я почувствовала, как огромная плита пролетела над нашими головами в опасной близости. Надо отдать плутовке должное, если бы не она, валялась бы я сейчас мёртвая где-нибудь там, среди других обломков. — Если что? — Я вытащу нас, если ты поделишься со мной своей жизненной энергией, — она говорила всё это со зловещей, хищной улыбкой, от которой мороз по коже идёт. — Ага, а потом ты заберёшь моё тело и будешь жить припеваючи, а я уйду в небытие. Вот уж чего не надо! — Ну, как хочешь!       Думать времени не было и, наверное, всё же стоило принять её предложение, но блин, не для того я столько всего пережила, чтобы потом уйти на покой. Возможно, я бы колебалась и дальше, если бы сзади шушу не образовался огромный смерч, поглощающий всё, что было на его пути. — Хех, ты чего это? — смешно тебе, плутовка, да? Ну, так я сейчас подпорчу тебе настроение. — Да так, ничего. Просто сзади тебя огромный смерч, несущийся прямо на нас.       Омбраж не ожидала такого ответа и резко обернулась назад. Её лицо снова исказилось гримасой ужаса. Её нынешнее состояние определенно мне на руку. — Знаешь, — подождав, пока шушу обратит на меня внимание, продолжила. — я готова отдать тебя часть своей энергии при условии того, что, когда выберемся, тело останется при мне и я смогу им дальше активно пользоваться. — Нет! — её лицо противно исказилось, будто она смотрела не на меня, а на надоедливое насекомое. — Что я получу взамен? — Ммм, дай подумать, — я возвела глаза к некогда бывшему небу и продолжила. — ты останешься в живых и сможешь найти себе стража.       Неожиданно её глаза загорелись недобрым огоньком и девушка выпалила: — Ты станешь моим стражем! — нет! Я никогда не хотела иметь при себе неуравновешенного, сумасшедшего шушу.       Смерч всё приближался и приближался, земля рушилась, деревья ломались, растения гибли, а мы продолжали сидеть и зло смотреть друг другу в глаза. Я хочу жить. Омбраж тоже хочет жить. Идеально, ага. — Аргх! Ладно, по рукам! — По рукам!       И шушу начала свой ритуал. Она приказала сосредоточиться и не на что не отвлекаться, мол, даже если земля уйдет из-под ног. Мы снова взялись за руки и демон принялась читать заклинание. Я почувствовала защитный барьер возле себя. За его пределами царил хаос, смерч сносил всё на своём пути. Внезапно сердце начала затихать, по телу прошлась неприятная дрожь, а после и слабость. Глаза против воли закрывались, сфокусировать взгляд не получалось, голова стала такой тяжёлой, будто на неё сверху положили десятикилограммовую гирю. Не стоило доверять шушу, ага.       Мне кажется, или в последнее время я слишком часто отключаюсь?..

***

— Амалия! — ммм, что? Что происходит? Юго? Ева? Грови? Руэль? Значит, я вернулась домой. Хех, домой? Да, это место я могу по праву считать своим домом.