нарциссы отцветают

      Утреннее солнце нежно касается белой подушки, в один миг она становится золотой, буквально светится изнутри. Под ухом что-то гадко стучит, журчит переливаясь из кувшина в стакан. Алек хмурится, не успев ещё открыть глаза. В глотке противно дерет от нектара, который обволакивает горло сладкой вязкостью. Лайтвуд жмурится, привыкает к светлости стен палаты и солнечным лучам, которые так и лезут в глаза.       Первое что он видит — лицо Магнуса, серьёзный маг убирает со стола капли воды, которые он пролил, когда наполнял стакан (предположительно, для Алека). Он выглядит очень серьезным, будто не протирает стол, а выполняет миссию Конклава. Бейн замечает на себе прожигающий взгляд Лайтвуда, откидывает промокшую тряпку в сторону. Он улыбается так сладко, что Алека снова тянет кашлять. Маг протягивает ему воду, желает доброго утра в ответ слышит сдавленную благодарность. — Где Иззи? — спрашивает Алек, прочистив горло от сладости нарциссов.       Магнус садится на кресло рядом с кроватью, закидывает ногу на ногу. У Алека на руке остаются блестки от стакана с водой, который отдал ему маг. Лайтвуд хмурится, стряхивая с руки золотистый блеск, прилипающий к рукам, словно на них куча вязкого клея. Магнус виновато поджимает губы, делает пометку в голове — носить меньше блестящих вещей, чтобы людям было комфортнее. — Она отдыхает. Бедняжка не спала два дня, все сидела рядом с твоей кроватью.       Алек чувствует свою вину перед Изабель, закусывает щеку с внутренней стороны. Он — причина по которой его сестра не спала сорок восемь часов, сидела рядом с ним, надеясь на лучшее. Алек Лайтвуд чувствует, что он сплошная проблема. — Как ты чувствуешь себя, Александр? — мягко спрашивает Бейн, немного наклонившись к нему.       Алек пожимает плечами. Чувствует себя проблемой, инвалидом, дерьмом. Какой из этих ответов удовлетворит Магнуса? — Слушай, Алек, я видел много людей за свою жизнь, которые страдали от ханахаки. И я хотел бы помочь тебе.       Алек забавно вскидывает брови вверх. Как Магнус может помочь? — Это не вылечит тебя от болезни, цветы останутся. Но боль уйдет. — Магнус смотрит своими жёлтыми глазами с надеждой на согласие, а потом тихо добавляет: — На некоторое время.       Алек сжимает одеяло, которое когда-то было снежно-белым, но после нескольких стирок стало отдавать серостью. — Почему я должен согласиться?       Магнус хмурится, продумывая в голове самые лучшие варианты, которые могли бы привлечь внимание Алека. Вычеркивает из головы такие как: можно хорошо провести время, повеселиться, забыть наконец этого Джейса... — Потому что тебе надоело терпеть. — Алек кивает, а Бейн чувствует, что становится легче. — Мы составим список из семи вещей, которые ты хотел бы сделать перед смертью, и я помогу его выполнить. — Единственное чего я желаю — побыстрее умереть.       У Магнуса в груди все до боли сжимается, от того, как просто Алек говорил о собственной смерти, будто ждал её как второго пришествия. Смотрел прямо в глаза нахально, а она будто трепетала и отступала. Но однажды она осмелится, настигнет Алека, завернув в свои черные объятия. Магнус уверен, что в этот момент его новый друг будет счастлив. А он? А кто, кроме Алека, вообще будет счастлив?       Джейс врывается в палату золотым ураганом, который сносит на своем пути всю хмурость Лайтвуда. Он будто забывает обо всем, что произошло с ним, растягивает губы в улыбке. — Алек, ты напугал нас. В следующий раз, прошу, не запускай простуду до такого. — Джейс улыбается, легонько сжимает плечо Алека.       Охотник кивает, хлопает ресницами как глупец. Лайтвуд, куда делась твоя неподступная хмурость? Магнус отлично знает, что все влюбленные — дураки. Таращат глазенки-сердечки, глупо улыбаются, а их сердца вот-вот вырвутся наружу, как в этих идиотских предсказуемых мультфильмах примитивных. — Представь заголовки газет: парабатай лучшего охотника сумеречно мира умер от бронхита. Ну, что за позор?       Магнус впервые видит, как Алек смеётся по-настоящему. Сдавлено, хрипло, но так искренне нежно, что хочется раствориться в его смехе, словно кусочек сахара в чае.       Но через минуту его уже раздирает кашель. Он давится лепестками, боясь показать Джейсу, что влюблен безнадежно. — Джейс, ты должен уйти. Заразишься и сляжешь. А мир кто спасать будет? — Магнус буквально выталкивает Джейса за двери лазарета.       Алек бы хотел, чтобы Джейс «заразился» им.       Александр выплевывает нарциссы со сгусками крови. Смотрит на свои руки, полные его собственной боли. Он поднимает глаза на Магнуса, тихо бормочет: — Я согласен.       Из фиолетовой дымки появляется блокнот и ручка. Магнус выводит красивыми буквами заголовок: КАК ЗАСТАВИТЬ НАРЦИССЫ ОТЦВЕСТИ?