Весь этот мир...

      Сердце Беллами перевернулось в груди, как только он прочитал сообщение от Кларк. Он пытался успокоиться, твердя себе, что у подруги девушки все получилось, и она вышла на прогулку в защитном костюме, но на душе было неспокойно. Беллами не заметил, как слетел со второго этажа и вскочил на мотоцикл. До моря было рукой подать, но он спешил. Ему хотелось схватить Кларк и потащить ее домой, если той хватило ума выйти на улицу. И интуиция не подвела.       Кларк в платье, которое вчера надела на свидание, шла по берегу, подняв голову вверх и разведя руки в стороны. Ее светлые локоны развивал ветер, играясь с ними и набрасывая на лицо. Она никогда раньше не думала, что сможет ощутить дуновение ветра и приблизиться к морю… А сейчас шла и искрилась от счастья.       Беллами бросил мотоцикл и поспешил к Кларк. Он схватил девушку за руки, обращая на себя внимание. Он был рассержен, зол. Черт подери, он ненавидел весь мир, и в то же время молил Бога, в существовании которого никогда не верил, чтобы тот защитил Кларк, и она не заболела.       — Чем ты думала? Почему ты вышла? — хрипящим голосом спросил Беллами, глядя ей в глаза.       Но, получив в ответ счастливый взгляд, наполненный радостью, которой не было в них раньше, он не смог кричать. Он просто прижал ее к себе и почувствовал, как руки Кларк обвились вокруг его пояса.       — Прости меня… Я просто больше не могла так жить. Ты стал для меня целым миром, Беллами, но я не готова всю оставшуюся жизнь провести в клетке. Я знаю, что прошу многого, но останься со мной… Я хочу провести этот день в твоей компании. Давай уедем подальше отсюда, Беллами?       Ее просьба казалась нереальной. К уголкам глаз подступили слезы. Беллами крепче прижал Кларк к себе и стиснул зубы. Он хотел схватить девушку в охапку и утащить ее домой. Желал как следует встряхнуть ее и сказать, чтобы одумалась, но счастье, переполнявшее ее, заставляло сомневаться в правильности своего суждения.       — Ты хоть понимаешь, о чем просишь меня? — сквозь слезы спросил Беллами, заглядывая в глаза любимой.       — Беллами… Я больше не могу так… Я устала. Я не хочу остаток своих дней провести в этой проклятой клетке, — произнесла Кларк со всхлипом.       — Даже если я скажу, что всегда буду рядом и добьюсь расположения твоей матери? Даже если я скажу, как сильно люблю тебя? Потому что я люблю тебя, Кларк, и я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Я хочу, чтобы ты жила.       — Я знаю, Беллами, я тоже люблю тебя! Но я не хочу жить так…       Признание только усложнило все… Если бы Кларк сказала, что не любит и прогнала Беллами, то, возможно, он ушел… Хотя кого он пытался обмануть? Он поступил бы точно так же, как решил поступить сейчас.       — Прости, принцесса, но я не могу позволить тебе загубить свою жизнь. Возможно, ты скажешь мне спасибо за это, — ответил Беллами и прижал Кларк сильнее, когда заметил приближающуюся к берегу полицейскую машину. — Я люблю тебя! Ты помни это! Я всегда буду рядом.       Вероятно, Кларк не сразу поняла, что происходит, но когда услышала крик Эбби, обернулась и заметила полицейских, которые были уже слишком близко и схватили ее под руки, то измерила Беллами ненавистным взглядом.       — Ненавижу тебя! — с хрипом закричала она, и эти слова вонзили острый нож в сердце. — Я думала, что ты любишь меня и поймешь! Ненавижу!       Каждое слово причиняло новую боль. Беллами закрыл глаза и почувствовал, как по щекам текут слезы.       — Спасибо, — услышал он голос Эбби и открыл глаза. — Спасибо, что задержал Кларк. Возможно, нам следует поговорить с тобой. Если ты сможешь простить меня, то приходи вечером к нам.       Беллами кивнул, а Эбби забралась в машину, из которой Кларк пыталась выбраться. Он задумался о том, что поздно добился расположения матери любимой… Цена этого совсем не нравилась ему. Теперь Кларк ненавидела его и, возможно, никогда не сможет простить за то, что лишил свободы.       «Если она вообще выживет после чертовой прогулки», — проворчал внутренний голос, и сердце сжалось еще сильнее.       Беллами направился к своему мотоциклу, надеясь, что сможет справиться с управлением.

***

      Когда полицейские буквально заволокли в дом, Кларк взбежала по лестнице и закрылась в своей комнате. Она рухнула на постель и заплакала. Она не могла поверить, что Беллами поступил с ней так. Она надеялась, что он любит и поймет, но он даже не попытался.       — Кларк, ради бога, не заставляй меня ломать эту чертову дверь! Открой! — взволнованным голосом произнесла Эбби.       — Уходи! Я не хочу никого видеть! — закричала Кларк хрипящим голосом.       — Кларк, я никуда не уйду! Детка, мы должны поговорить! Я была не права. Слышишь, Кларк? У вас с Беллами действительно есть будущее…       «Поздно», — промелькнула отрезвляющая мысль.       — Плевать! Я ненавижу Беллами и больше не хочу видеть его, — ответила Кларк, чувствуя, что это ложь.       Даже после того, как Беллами предал ее, она все еще продолжала любить его и желала вновь почувствовать вкус его губ… его крепкие руки на своей талии… Потихоньку до Кларк начало доходить осознание того, насколько глупо и безрассудно она поступила, но признавать свои ошибки не хотелось.       Казалось, что Эбби действительно поняла, что неправильно вела себя, потому что больше не произнесла ни слова. Скорее всего, она и правда ушла. Кларк поднялась с постели и подошла к окну. Она увидела Беллами, стоящего на балконе и смотрящего на ее окна, и тут же задернула шторы.       — Ненавижу, — прошипела Кларк, когда обида вновь заполонила каждую клеточку тела.       «…я люблю тебя, Кларк, и я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь…», — прозвучал голос Беллами в голове.       Кларк сняла с себе платье, бросив его на полу, и направилась в душ. Она надеялась, что сможет хоть немного успокоиться, но как же сильно ошибалась. Теперь, ощутив дуновение ветра, услышав шум морского прибоя, почувствовав морскую воду на своей обнаженной коже, она не могла успокоиться и желала еще.       Надев белый хлопчатый халат и просушив волосы полотенцем, Кларк вышла из душа. Она чувствовала себя хорошо, несмотря на то, что пробыла на улице немало времени. И в этот момент ей пришло в голову, что риск может быть оправдан. Кларк поспешила вниз, чтобы поговорить с матерью и дать понять, что она больше не желает оставаться в клетке. С ней все в порядке. И так будет продолжаться. Возможно, болезнь отступила. Кто знал.       Когда Кларк спустилась, она услышала голоса, доносящиеся из гостиной. До боли знакомые голоса.       — Беллами, ты должен убедить Кларк, что только в доме она в безопасности, — старалась уговорить Беллами Эбби.       — Я понимаю. Я сделаю все, что будет в моих силах.       — В свою очередь, я позволю вам встречаться с определенной периодичностью, чтобы контролировать не становится ли Кларк хуже. Я усилю охрану. Возможно, на первое время даже придется поставить людей у дома, чтобы следили за Кларк и не позволяли ей совершать безрассудства.       — Это правильно решение, — согласился Беллами.       Кларк вышла и скрестила руки на груди. Она поджала губы и хмуро оглядела этих двоих, мило беседующих о ее будущем.       — Меня пригласить не забыли? — с обидой в голосе поинтересовалась она.       — Кларк, это все ради твоей безопасности, — постарался оправдаться Беллами, поднявшись на ноги и приближаясь к ней.       Кларк хотела ответить, что с ней все нормально и она не нуждается в заботе, но в ушах начало шуметь, внезапно затошнило, и голова пошла кругом. Девушка не смогла связать и пары слов, когда упала и потеряла сознание.