Убей меня этим летом

Я уже во второй раз пытаюсь решить пример по алгебре. — Снова та же ошибка, — удрученно сказал Дилан, смотря в лист моего решения. — Как это так?! Я ведь все пересмотрела! — ударив себя по лицу воскликнула я. — Ну вот же она, — Дилан пересел ко мне вместе со стулом, от чего наши коленки встретились. Парень показал на первую часть моего решения, от чего пошли ошибки дальше. Он приблизился еще сильнее, наклоняясь над листом. Блондин начал писать решение, а я даже не смотрела. Я смотрела лишь на голубоглазого парня, прикусившего губу. Он изменился. Он стал взрослым. Он больше не мой маленький и любимый друг. Он теперь парень, у него куча девушек и веселья. Он больше не защищает меня. Он уже не солнечный мальчик, любивший плеваться с дерева ягодами. От этих мыслей почему-то стало так больно на душе. Время так быстро уходит. Я его ненавижу, но почему-то все равно так и хочется его защиты, его успокаивающего взгляда, идеальной улыбки и смешным: « Все будет хорошо, Гвен!» Я скучаю по времени, когда мы втроем были детьми. — У тебя было много девушек? — задала вдруг я очень странный вопрос. А потом поняла, что ляпнула, покраснела и опустила глаза на лист с заданиями. Дилан улыбнулся и взяв меня за подбородок, посмотрел в глаза. — Ты первая и последняя, — лицо блондина приблизилось, а я растворялась в неистово бушующем море его глаз. Они заставляли меня подчиниться, сдаться, перестать ненавидеть его и его ошибку. Между нашими губами остаются миллиметры. Я перестала дышать. Я попыталась отлынуть, но он не дал. Миллиметры… И мог быть мой первый поцелуй. Но я его толкнула. Ненависть сильнее, чем моя давняя привязанность. Дилан сжал губы. Понял, что не сломать мой кокон так просто. Я с некой долей злости смотрела в упор на него. — Еще раз посмеешь такое сделать — пойду в полицию, — прошипела я. Он не ответил. — Кхм, — прокашлялась Хлоя в дверях. — Кх… Ты что-то хотела, Лютик? — улыбнулась ей я, делая вид, что ничего не случилось. — Я оставила тебе шоколад и хотела посмотреть телевизор, но поняла, что вы заняты. — Мы можем пойти в нашу комнату, если ты хочешь смотреть телевизор, — привстала я. — Нет, сидите. Я пошла «Питер Пэна» почитаю, — Хлоя повернулась и веселенькая поскакала в комнату. Мне не хотелось после произошедшего разговаривать с ним. Теперь я поняла его рвение. Он хочет затащить меня в постель, а то и вовсе влюбить. Меня передернуло. Чтобы я, влюбиться в него? Спасибо, мне еще хочется иметь хоть какое-то достоинство. — Вот как здесь решается, — Дилан решил сделать вид, что ничего не было. Остаток времени я была хладнокровна. Парень пытался придвинуться, коснуться моих рук и коленей, но я отсаживалась все дальше и дальше. — Все. Я поняла, — я встала и начала собирать исписанные листы, — Можешь идти домой. Спасибо, что объяснил. Я думала, что он попросит принести ему чаю или еще чего. Но Дилан встал, взял сумку и пошел к двери. — Пока, Гвен, — махнул блондин мне рукой. Я ничего не ответила. Лишь с каменным выражением лица я закрыла за ним дверь. Не нравятся мне его знаки внимания. Да и сам Дилан мне не симпатизирует. Мне отвратительны чувства, которые во мне вызывает этот человек. Я устало села за кухонный стол и сложила на нем руки. Что делать теперь? Как отвязаться от него и его сестрички? Как забыть всю нашу дружбу? Ведь даже предложения которые я говорю Хлое, говорили мне они. Это они вселили в меня веру в волшебство и чудо, в любовь и вечное лето, отказываться от этого очень сложно. Потому что… я скучаю. Иногда меня терзал вопрос: Я бы тоже убежала? Погнаться за машиной я погналась, но чтобы вернуться в амбар… Не знаю. Но я все равно предупредила бы их родителей. Звонок в домофон. Неужели снова он? Я взяла трубку: — Да? — Гвендолин? Дорогая, это папа с мамой, — услышала я мужской голос. Открыла. — Кто это? — мигом прибежала ко мне Хлоя. — Родители, — улыбнулась я, видя ее сияющее личико. Как трудно это признавать, но и от родителей я закрылась тоже. Мне стыдно, но я ничего не могу поделать. Я безумно благодарная им за все. Я их люблю, но не могу показать. Все мои действия как всегда, лишь попытки казаться хорошей дочерью: Я вижу их. Усталых и измотанных. Женщину и мужчину, посвятивших мне жизнь. Мне больно видеть их такими усталыми и постаревшими. Я хочу им помочь, сама бы работала и приносила деньги в дом, но… Они не позволяли. Боялись наверное, что я наврежу себе или окружающим. Так вот. Мне безумно колит сердце их вид. Я неискренне улыбаюсь, обнимая их. Хлоя делает тоже самое, только намного правдивее. Я не знаю, как так получилось. Это произошло в первый год после того дня. Мама всеми силами пыталась контактировать со мной, как и папа впрочем. Но это еще больше мне не нравилось. Я боялась, что собственные родители сделают мне больно. Так я и не поверила в чудо, в то, что именно они спасут меня. — Хлоя, Гвендолин, как я рада вас снова видеть! Мои девочки! — обнимала нас мама: шатенка с замученными зелеными глазами. Она постарела на десяток лет и в ней не осталось и грамма той лучистости, что была когда-то. Папа же: высокий, когда-то довольно статный мужчина с русыми волосами стал замызганным, чуть горбатым человеком со впалыми глазами. Он будто уменьшился в размерах. В несколько раз. Папа так же обнял нас. — Вы опоздали на четыре дня. Спасибо, что предупредили, — они скинули мне смс на телефон со словами «Задержали. Будем дня через три-четыре. Целуем» — Как вы? — родители оставили сумки на пороге, мы прошли в зал и уселись все вместе на диван. — Очень хорошо, — улыбнулась Хлоя. Она сидела в объятиях мамы и была счастлива. — Гвендолин, как твои кошмары? — взволнованно посмотрел на меня отец. — Последний был неделю назад, — кивнула я головой. И это была правда. Кошмары не мучили уже целую неделю, что несказанно радовало. — Слава Богу, — вздохнул папа. — Ага, — ответила я. — Хлоя, как твои успехи в учебе? Гвен, про тебя мы знаем, нам звонила классный руководитель. Ты молодец, а алгебру подтянем, — улыбнулась мама. Вечная оптимистка. Лютик пошла в родителей, сильные, умеющие сохранить доброту в себе, любящие и настоящие. — Хорошо, я вчера пять за контрольную по математике получила, — гордо подняла голову девочка. Она молодец. Мы просидели еще полчаса, родители поели, а потом ушли в комнату отдыхать. Я разобрала их вещи, нашла покупки, приготовила еду, накормила Хлою и пошла в ванную. После уже легла в кровать. — Он милый, — Хлоя лежала на своей кровати, которая находилась в противоположном углу комнаты. Мы лежали в кромешной темноте. — Кто? — засыпая спросила я. — Дилан. Хочу с ним дружить, — я услышала хихиканье сестры. — Дружба с ним заканчивается ужасно, — возмутилась я. — Он изменился. Ты видишь, какой он теперь взрослый и ответственный! — Как был глупым мальчишкой, так и остался, — закатила глаза я. Разговор о нем заставлял меня сжимать кулаки. — Мы так и не поиграли в «Млечный путь» — грустно добавила Лютик. — Завтра? — спросила я. -Давай…- девочка уже засыпала.