Убей меня этим летом

Плакать, обняв кого-то руками и чувствуя, как тебя крепко сжимают, намного легче, чем в одиночку. Я старалась унять свою истерику, чтобы не услышали домочадцы. — Дилан, пожалуйста, не дай им услышать, я не хочу принимать таблетки снова, — заикаясь, выговорила я в грудь парня. — Гвендолин, не бойся, тебя слышу только я, можешь плакать, — парень погладил меня по голове. Я дала волю всем своим чувствам и всему своему одиночеству, которое я ощутила еще сильнее с приездом близнецов. Я не чувствовала, что была нужна хоть кому-то. Родители постоянно на работах, а Хлоя все еще невинный ребенок, чтобы взваливать на нее груз моих проблем. Я чувствовала себя ненужной, использованной, грязной и недостойной каждую секунду каждого дня с того самого события. Я сама себя поставила ниже всех, не давала людям себя любить, жила в коконе как еж и никогда не позволяла оказать себе помощь. Хотя море людей вокруг меня очень долго пытались ко мне пробиться: все мои одноклассники, мои родители и другие родственники, врачи, а после близнецы и их мама. Я никому не давала даже малейшей возможности помочь. Я вдруг осознала, что чувствовала себя недостойной любви, как после произошедшего кто-то может полюбить такую девушку. Я ненавидела себя, а потом и всех вокруг, считала виноватыми всех, хотя никто не был виноват. Преступники уже давно за решеткой, никто из них уже не выйдет, правосудие их настигло. Мне нужно найти в себе силы простить Дилана и Анику. Мы правда были детьми, и, возможно, они правда сожалели все эти годы. Они заслуживают второй шанс. Я должна открыться людям. Столько лет прошло, можно хотя бы попытаться отпустить прошлое и вздохнуть полной грудью. Можно поверить, что люди могут любить меня такой, какая я есть на самом деле. Пока я плакала, Дилан аккуратно перенёс меня на кровать, я свернулась комочком и продолжала вытирать огромные слезы. У меня было чувство, что это последние горькие слезы моей прошлой жизни. Начинается что-то новое. Тепло от тела Дилана перестало меня успокаивать. Оказалось, что на кровати я лежу одна, в парень сидит на полу у изголовья и очень грустно на меня смотрит. — Дилан… — Что? — парень подался вперёд. — Мне холодно, — сказала я сквозь пелену от слез. — Я найду одеяло, — блондин было начал вставать по направлению к шкафу. — Обними меня, — совсем тихо, будто сама не веря своим словам, произнесла я. Дилан, уже стоявший на ногах, остолбенел на секунду, в упор глядя на меня. А я подняла взгляд на него. Я ждала его решения, будто бы от этого зависела моя жизнь. Может быть, я бы очень хотела, чтобы он выполнил мою просьбу и разделил все мои печали и невзгоды. Блондин бесшумно подошёл и лёг рядом. Я совсем немного отодвинулась, чтобы взглянуть ему в глаза. — Я могу тебя обнять? — Дилан спросил меня, будто бы думал, что я уже передумала. — Пожалуйста, мне очень холодно. — Теперь тебе всегда будет тепло и уютно, — мужские руки обняли меня за плечи, придвинул к себе. Я прикрыла глаза, устроившись удобнее. Сразу же стало намного теплее, создалось ощущение какой-то защищённости, которую я не чувствовала уже очень давно. Мне вдруг показалось, что я оказалась в том далёком детстве. Ощущаю тепло на своей коже, чувствую себя в безопасности и ничего не боюсь. Оказалось, этих ощущений мне страшно не хватало. Все эти шесть лет, я жаждала почувствовать себя дома, когда все хорошо и спокойно. Дилан, на мое огромное удивление, дал мне этот дом.