К чему приводит любопытство и что делать с последствиями.

- Малыш, постоишь за стойкой, нужно с поставщиками созвониться. - Ок, – я перемахнул через бар, получил легкий благодарный поцелуй в губы и принял пост. Народу было много, я привычно принимал заказы и смешивал уже выученные наизусть коктейли. Музыка ненавязчиво долетала до бара, отвлекая от мыслей. - Коньяк, – раздался за спиной, до боли знакомый голос. Я резко обернулся и встретился с любимыми темными глазами, Каин удивленно замер, а потом довольно усмехнулся. Как и при первой встрече, я забыл, как дышать, и коленки начали подгибаться, а перед глазами темнеть. «Приплыли» - констатировал разум. Меня подхватили и прижали к горячему телу, знакомые губы, коснулись моих, язык ластился, успокаивая, и ко мне постепенно возвращалось самообладание. - Малыш, обслужи вон ту девушку, – прошептал Дим мне на ухо, я, не глядя на Каина, ушел на другой конец барной стойки. Автоматически перекидывая из руки в руку шейкеры, я прислушивался к разговору. - Твой коньяк, – холодно произнес Димитрий. - Димитрий, какого хрена? – рыкнул Ворон, а у меня сердце блаженно замерло от его голоса. - Тебе-то что до этого парня? - Он мой! - Ой ли? А с кем он провел последние месяцы? Не знаешь? А я тебе скажу, со мной. - Врешь! - Нет, Каин, и ты прекрасно это знаешь, – Димитрий нагло улыбнулся. Ворон злобно рыкнул, глянул на меня полыхающими гневом глазами и, в один глоток допив коньяк, встал и удалился. - Дим, я домой хочу. - Хорошо, тебя подвезти? - Нет, спасибо, я хочу пройтись. - Ну что ж, иди, одевайся, я тебя выпущу. - Спасибо, – пока я одевался, не позволял себе ни о чем думать, вот попрощаюсь с Димом, и тогда подумаю и попсихую. Нельзя его волновать, он так заботится обо мне. «Он думает, что ты не видишь» - догадливость. «Да, я знаю, не стоило мне соглашаться на его помощь, но я тогда не мог отказаться» - совесть. Мой базарчик разглагольствовал, пока я зашнуровывал высокие сапоги на толстой подошве и застегивал два ряда пуговиц на черном драповом пальто, завершал композицию ярко-оранжевый шарф, свободно обмотанный вокруг шеи. Димитрий проводил меня до черного входа, открыл замок. - До встречи, – попрощался я. - До встречи, малыш, – как всегда тепло улыбнулся парень. А потом притянул меня к себе, развернул спиной к стенке, прижав к ней же, поцеловал, нежно, но не сдержанно, его язык проник между губами, вовлекая в безумную трепетную игру. Я обнял его за шею и ответил искренне с благодарностью за поддержку, за то, что он рядом сейчас и был все это время, что терпел и не отступился, и с чувством вины. Я растворился в его заботе, крепких объятиях и потерял счет времени. - Иди, – чуть хрипло проговорил он, прислоняясь своим лбом к моему и выдыхая. - Спасибо тебе, за то, что ты есть, – шепнул я, обнимая Дима крепче и притягивая к себе легко касаясь губ. Я шел по ночному городу, вдыхая холодный воздух, наслаждаясь громкой тишиной. Чего молчим, ждем особого приглашения? - спросил я свой базар, и началось. «Да нафиг он вообще приехал, как будто его тут ждали!» - голосила обида. «Очень даже и ждали, я вообще-то уходить не собиралась»- любовь. «Тю, выгоним!» - злобно зашипели гордость, самолюбие и все та же обида. «Никого мы выгонять не будем, мы семья и живем дружно» - вмешался разум. Раскомандовался тут! А меня вообще спросить не желаешь? Может я не хочу, - возмутился я. «Не хочешь, ну-ну, хочешь и ещё как, и любишь его до сих пор, и тебя это устраивает, и голос его тебя возбудил, а уж про взгляд я вообще молчу, желание, подтверди!» «Да, да» - поддакнули страсть в обнимку с желанием. Ох! И почему же у меня с самим собой согласия нет? Вот что за наказание такое… «Да ладно, не о том ты думаешь» - заявил разум. И о чем же мне надо думать? Просвяти. «Да хотя бы о том, что ты будешь говорить Каину, который за тобой тащится, да не паникуй ты, большое дело, можешь вообще молчать» - предложил разум. «Ага, молчать, и так как идиот себя повел в клубе» - вылезла гордость. «О! Качельки, а пошлите качаться» - предложил идиотизм. Почему-то я решил послушаться именно его. Небольшая детская площадка, к которой я как раз подошел, состояла из нескольких горок, пары турников, детской карусельки, маленьких ярких качелек и высоких, совсем не детских качелей, к которым я и направился. С разбегу запрыгнув ногами на сиденье, я начал раскачиваться, слегка приседая в нужный момент, качели без скрипа и лишних звуков набирали скорость, высоты в них было примерно два с половиной меня, ветер дул в лицо, а скорость все возрастала. «Страшно» - орал страх, ну это, в принципе, не удивительно. «Ещё, ещё! Хочу еще!» - не своим голосом вопил азарт. «Нашел, кого послушаться» - бухтел обиженный разум, а я уже не раскачивался, запрокинул голову к небу, руками обняв перила и сцепив их в замок, смотрел на звезды. Качели уже почти остановились, и я перевел свой взгляд на землю, голова слегка кружилась, но это не беда. Пару раз присев, чтобы раскачаться чуть сильнее, я примерился и прыгнул, мгновение полета, и мои ноги касаются земли, слегка присев, чтобы удержать равновесие, я выпрямился, запрокинул голову к небу и улыбнулся непонятно чему. А потом достал сигарету, зажав её между губами, я начал рыться по карманам в поисках зажигалки. Её не было. Блиин. Перед моим носом что-то щелкнуло, и засиял небольшой огонек. Каин, его запах ни с чем не перепутаешь, он стоял у меня за спиной, а рукой с зажигалкой словно обнимал меня, не касаясь. Я подкурил, грех отказываться, когда предлагают такую нужную вещь. Сделав глубокую затяжку, я вновь запрокинул голову и наткнулся на лицо Каина, склонившегося надо мной. Резко выдохнув дым ему в лицо, я пошел дальше, а за спиной послышалось недовольное рычание. Ощущение крепких рук поперек моей груди было вполне ожидаемо, так же как и злобный рык на ухо: - Стоять! - Отпусти, – взвился я, а сам в душе тая от его прикосновений. - Нет! Сначала мы поговорим, пошли! – он потянул меня в противоположную сторону, я начал брыкаться и отбиваться, а потом меня мягко погрузили в темноту, что-то там где-то пережав. «Большая мягкая кровать, уютное тепло, мерно вздымающаяся от дыхания подушка» - разум. «Подушка? Никак, мое влияние» - шизофрения. «Фу ты, блин! Это же чья-то грудь!» - воскликнула догадливость. Глубоко вздохнув, я открыл глаза. Моя голова покоилась на широкой мускулистой груди, приятный и родной запах клубился вокруг, по ощущениям я был наполовину раздет или одет, с какой стороны посмотреть. В общем, брюки и рубашка были на мне, Каин же был только в брюках. Я попытался встать, рука, лежавшая до этого спокойно на моей талии, напряглась. - Лежать, – опять рыкнул Каин. - Пусти, – я снова решил дернуться и почти в этом преуспел. - Я сказал, лежать! – меня ловко перевернули на спину и навалились сверху. Руки мои Каин завел за голову, крепко зажав их своей ладонью, стыдно, очень стыдно, но это меня возбудило, я чувствовал его горячее дыхание на своем лице. - Что у тебя с Димитрием? – прошипел он мне в губы. - Тебя это не касается, – выплюнул я. - Касается! – рявкнул он. – Отвечай! Что у тебя было с Димитрием? - Все, – выдавил я, даже в темноте я увидел, как Ворон недобро улыбнулся. «Ты никогда не умел ему врать». Каин тяпнул меня за губу, больно и приятно, стон вырвался непроизвольно, и я тут же покраснел. Удовлетворенно хмыкнув, Ворон запустил мне в рот свой язык, и тут же начал трахать им, не давая вдохнуть, не тратя время на расстегивание пуговиц, он просто потянул полы рубашки в разные стороны, срывая пуговицы. Сильно дернул пуговицы на джинсах, тоже их сорвав, он запустил руку мне в боксеры и сжал уже вставший член, снова непроизвольный стон, я выгнулся ему навстречу, тяжело задышав. Оторвавшись от моих истерзанных губ, Каин вцепился зубами в шею, не прокусывая, но причиняя ощутимый дискомфорт, отпустив кожу, он широко лизнул покусанное место и переместился на соски, пощипывая один и покусывая второй, другой рукой он споро стягивал с меня джинсы и белье. Справившись с этой задачей, Ворон всунул мне в рот несколько пальцев. Я понятливо начал их облизывать, я даже сопротивляться ему не могу, да и не хочу, так хорошо мне уже давно не было. Первый палец проник довольно грубо. - Все говоришь? – ехидно поинтересовался Каин, почувствовав мою узость. – Я повторю вопрос, что у тебя было с Димитрием? - Ничего, – задыхаясь, произнес я. - Опять врешь, - Каин резко добавил второй палец, параллельно задев простату, боль и удовольствие прокатились по телу, заставляя меня вскрикнуть. – Я видел, как вы прощались, – чересчур мягко произнес он, резко двигая во мне пальцами. - Он…просто…мне…помогааах! - В это верю более охотно. Что ты к нему чувствуешь? – задал еще один вопрос Каин, в очередной раз задевая простату, а языком обводя головку. - Он…мой…друууг, – постанывая, ответил я, – очень близкий, – добавил непонятно зачем, но все-таки это правда. Каин рыкнул, вставляя в меня третий палец и, поднявшись, произнес в самые губы: - Близкий, говоришь? Очень? – собрав всю волю в кулак, я заглянул ему в глаза, чтобы ответить. - Да, он давал мне то, что мне было очень нужно, помог не сорваться, что тебя не устраивает? – с вызовом произнес я. Каин слегка дернулся, облизал мои губы. - Я не буду ни за что извиняться, - прошипел он, вынимая из меня пальцы и садясь на колени между моих ног. Раздвинув их пошире и согнув в коленях, он закинул мои ноги себе на бедра, приподняв таз. Каин приспустил свои брюки, освобождая каменный стояк и, взяв его в руку, головкой начал поглаживать мою промежность. Я с трудом перебарывал желание начать насаживаться на него самостоятельно. Вспомнив про смазку, он потянулся под подушку, доставая тюбик. Каин смотрел на меня сверху, а я никак не мог оторвать глаз от его пальцев, размазывающих вязкую жидкость по головке и стволу. Мазнув напоследок влажными пальцами по моей дырочке, он приставил головку ко входу. Но входить не спешил. - Ты хочешь меня? – спросил он, слегка надавливая, но до сих пор не входя. Я закусил губу, зажмурился и отвернулся. Он прошелся рукой по бедру через живот к соску, сжал его между пальцев и покрутил, я глухо застонал, желая большего. Боже, как же я его хочу. – Отвечай! – приказал он, снова надавливая на вход и немного отстраняясь, продолжая терзать сосок. - Да..а..а..а – простонал я, слегка подаваясь к нему. - Что да? - Хочу..у..у.. - Запомни, - рыкнул он, делая первый толчок, – ты, – ещё толчок, – мой, – ещё один, – понял? - Дааа..хаха..ах …- простонал я, когда он полностью вошел в меня и замер на мгновение. Он поглаживал мои бедра, гася дрожь от боли, вот его ладони остановились на тазовых косточках, Каин сильно сжал меня руками и начал толкаться, сначала медленно, а потом все сильнее, резче и глубже. Стоны рвались из меня при каждом новом толчке, из уголков глаз стекла пара горячих слезинок, я задыхался от восторга, от его близости и рваного возбужденного дыхания. - Ещё, ах…Дааа…сильнее…прошу….ах….глубжее…ее! Каин вбивал меня в матрас, порыкивая от удовольствия. В конце концов, он не выдержал и, навалившись на меня, накрыл своим телом, впиваясь в губы, закинув одну ногу к себе на плечо, вторую согнул в колене, максимально отведя её в сторону, благо, растяжка у меня позволяет. Он снова врывался в меня, повторяя движения таза языком у меня во рту, ловя губами стоны и покусывая губы. Я был уже близок к оргазму, когда Каин, просунув между нами руку, сжал член у основания, замедляя темп. Теперь он медленно раскачивался, скользя во мне, делая основной упор на глубокий страстный поцелуй, танцуя с моим языком, посасывая и прикусывая его, лаская щеки, и лихорадочно шаря по телу руками, щекоча бока и впиваясь пальцами в бедра. Я уже тихонько поскуливал, блуждая руками по горячей мускулистой спине, спускаясь к пояснице и снова поднимаясь к плечам, зарываясь руками в волосы. - Ну же…- простонал я, когда стало совсем невмоготу. Ворон довольно улыбнулся, крепче сжал мои бедра и начал набирать дикий темп, вколачиваясь в меня и даря безумное наслаждение. Безумство продолжалось ещё несколько минут, я сдался, первым кончив себе на живот, Каин излился следом за мной, наполняя меня своей спермой, он ещё продолжал слегка покачиваться. Пара легких, последних толчков, и он вышел, откидываясь на спину, и притягивая меня. Уложив мое разморенное тело полностью на себя, он легко поглаживал пальцами поясницу. Моя голова покоилась под его подбородком, я слушал, как быстро и гулко бьется его сердце. «И что дальше?» - спросил разум. «Я рада, что он рядом» - отозвалась любовь. «Не думал, что ты такой сентиментальный и мягкотелый» - выразился недовольно сарказм. - Я не буду извиняться, – повторил негромко Каин. – Но я признаю, что поступил, как последняя сволочь. Я не люблю тебя, но ты мне небезразличен, я к тебе привязался, ты безумно меня возбуждаешь. И я тебя не отпущу, – он прижал меня к себе и зарылся носом в волосы, делая глубокие ровные вдохи. Я расслабился в его объятиях и провалился в глубокий спокойный сон. Я ему дорог, и это уже много. Каин вряд ли когда-то любил, хотя я и не знаю о нем ничего, он ведь никому не рассказывает о себе, и мне в том числе. Кажется, у него было нелегкое детство, по крайней мере, я так думаю. Он холодный и сильный, но со мной он ведет себя иначе, более мягко, внимательно. В сексе заботится о моем удовольствии, ни разу не дав мне повода пожаловаться на неудовлетворенность. Я его люблю и не могу без него. По крайней мере, пока. Пока можно быть с ним рядом, наслаждаясь тем, что есть. Успел я решить напоследок.