the iceberg method // метод айсберга

Я чувствовала, как мое тело расслабилось от ощущения её губ, целующих мою шею. Я сижу на кухонном столе, а Лорен стоит между моих ног, нежно кусая кожу на моей шее. Все, что она делает, посылает электрические разряды по моему телу. Я чувствую напряжение внизу живота, и Лорен, кажется, не собирается останавливаться. Я обхватила ногами её талию и откинула голову назад, давая ей больше пространства. Она тут же использует возможность и начинает исследовать предоставленную территорию. — Лорен. — сказала я, задыхаясь. Я уверена, что она слышала меня, но сочла это стимулом для продолжения, потому что она укусила меня немного сильнее, давая мне смешанное ощущение боли и наслаждения. — Лорен, — сказала я еще раз — ед… еда сгорит. Она поднимает голову с ухмылкой на губах, прежде чем пожать плечами. — Ну и пусть. Она наклоняется и вовлекает меня в страстный поцелуй, а моя голова тут же начинает кружиться, и все волнения по поводу завтрака испарились. Она толкает язык в мой рот, не попросив разрешения. Хотя я была не против. Мне нравится, когда она доминирует, это заводит меня больше, чем мне бы хотелось признать. Я чувствую, как моё тело напрягается, когда она убирает руку из моих волос и кладет её на застежку моих шорт. Я чувствую ухмылку на её губах, пока она расстегивает шорты, все еще не торопясь. Она засунула руку мне в шорты, мягко нажимая на клитор, что заставило волну удовольствия пройтись по моему телу. Я пододвинулась ближе в надежде, что она нажмет сильнее, но мне не повезло. Я недовольно простонала, прежде чем пробормотать. — Может ты просто тра… Но прежде чем я смогла договорить, кто-то три раза постучал в дверь, заставляя нас обоих повернуть головы в сторону входа. Нет, только не сейчас. — Не обращай внимания. — сказала я. Кажется, она согласилась и поцеловала меня еще раз, прежде чем стук стал еще громче. — Клянусь, Чанчо, я выбью эту дверь, если ты не откроешь! Еще 3 стука. Холодок прошелся по моему телу, когда Лорен отошла от меня. — Открой. — сказала она с понимающей улыбкой. Я вздохнула и слезла с кухонного стола, медленно целуя её в губы. — Это еще не закончено, Хурэги. — я увидела намек на ухмылку на её лице. Я открыла дверь, увидев Дайну и Нормани, вздыхающих с облегчением. — Слава богу. — сказала Нормани, прежде чем крепко обнять меня. Я тоже обняла её, хотя была немного растеряна. — Какого хрена, Карла? — спросила Дайна с волнением в голосе. — Что? — невинно спросила я. Они обе осмотрели меня с головы до ног, прежде чем заговорить вновь. — Мы прерываем что-то? — она посмотрела на Лорен с ухмылкой. Мы с Лорен ответили одновременно. — Нет. — Да. Я была единственной, кто ответил честно, и Нормани сказала, что не верит Лорен. — Почему вы думаете, что я вру? — спросила Лорен почти обиженно. — Потому что шорты Милы до сих пор расстегнуты. Я слышала, как Лорен пыталась сдержать смех, пока я быстро застегнула мои шорты. — Мы поняли, Чанч. — сказала Дайна, подмигнув мне. Я покачала головой. — Какого черта вы делаете здесь? — спросила я в жалкой попытке сменить тему. Они обе сидели на диване, а я стояла в нескольких шагах от них, когда почувствовала руки Лорен, обнимающие меня за талию. Черт. Знакомое напряжение вернулось, как только она дотронулась до меня. Она не делала ничего такого, но я была чрезвычайно чувствительна в тот момент. — Мы пришли проверить, живы ли вы. — преувеличила Дайна — Вас не было неделю. Я улыбнулась. Это правда. После того, как мы с Лорен сделали наши отношения официальными, мы наслаждались компанией друг друга. Мы наверстывали упущенное в каждом уголке квартиры, по крайней мере дважды. Мы уходили из дома только на работу. Это была неделя, наполненная поцелуями, флиртом, словами «я скучаю по тебе» и интимом. Хотя мы не говорили друг другу о любви. Я знаю, что я люблю её, и чувствую, что она любит меня, но я думаю, что мы боимся сказать об этом друг другу. Может быть, стоит рассказать друзьям, что мы снова в отношениях. — Мы были заняты. — ответила я. — Мы? — Нормани внимательно слушает. Я могу только представить, как глупо я выглядела с огромной улыбкой на лице, но я ничего не могла с собой поделать. — Да. — я кивнула — Мы. — Охренеть! — закричала Дайна, пугая нас с Лорен. Нормани станцевала, пока я и моя девушка смущенно переглянулись. Я улыбнулась, думая. — Девушка. Лорен Хурэги — моя девушка. Я наконец поняла радость Нормани, когда Дайна вытащила 20 долларов и протянула ей. — Вы не могли подождать еще неделю? Боже. — спросила она. Мы обе засмеялись, прежде чем Лорен спросила — Ты ставила на то, что мы не будем вместе? — Нет! — вмешалась Дайна — Я поставила на то, что это займет немного дольше. — И это была глупая ставка. — перебила Нормани — Я имею в виду, ты видела, как эта девушка смотрит на Лорен? — она задала риторический вопрос — Как будто она думает, что у неё из задницы светит солнце. [прим. переводчика лол, самый лучший комплимент.] Я пыталась сдержать смех, когда увидела, как щеки Лорен загорелись. Она смущенно улыбнулась и спрятала лицо в мое плечо, что показалось мне очень милым. Скоро Лорен сказала, что ей нужно на работу, и Нормани настояла на том, чтобы та показала ей всю её «одежду сексуальной учительницы». Я направилась на кухню с Дайной и выключила плиту, зная, что наши блинчики превратились в пепел. — Так теперь всё официально, да? — спросила Дайна, пока я убиралась. Я невольно улыбнулась и кивнула. — Да. Я боковым зрением видела, что Дайна смотрит на меня взволнованно, но решила не обращать внимания. Если она не начнет говорить об этом, то и я не собираюсь. — Ты рассказала ей? — спросила она. Это не продлилось долго. — Что рассказала? — Не притворяйся дурочкой, Чанч, ты знаешь что. Я вздохнула. — Нет. — Ты не думаешь, что она должна знать? — Не совсем. Я не понимаю, почему это важно. Я почувствовала, что она взяла меня за руку, чтобы повернуть меня к ней лицом. — Ты серьезно сейчас? Ты чуть не умерла, Камила! — она сказала гораздо громче, чем мне бы хотелось. — Замолчи. — я прошептала. Я посмотрела на дверь, чтобы убедиться, что Лорен не слышала. К моему счастью, она не услышала. — Послушай, сейчас все хорошо. — объясняла я — Мне не нужно, чтобы она жалела меня или подумала обо мне что-то не то. — Она должна знать, что нужно быть осторожной с тобой. — защищалась Дайна. Я знала, что она переживает, но я в порядке сейчас. Мне не нужно, чтобы она защищала меня. — Я не цветочек, за которым нужно ухаживать, ладно? Я не сломаюсь. Она вздохнула, смотря на меня с чем-то средним между состраданием и жалостью во взгляде, и я не знала, что было хуже. — Камила, я рада тому, что у вас двоих все хорошо, но если что-то случится… — Ничего не случится. — я перебила её. Она неохотно кивает. — Это твой выбор. Но если бы ты была Лорен, тебе бы не хотелось знать?

***

Мои глаза открылись, и я тут же почувствовала боль в голове, пока глаза привыкали к свету. На секунду мне показалось, что я в раю, но когда я услышала отдаленный пикающий звук, я точно знала, где я. Я простонала из-за непрекращающейся боли в моей голове. Вчерашние события словно в тумане для меня. Я помню, как плакала, как думала о своей семье, о Лорен и о том, что она делает, если забыла обо мне. Я помню, как думала, что не была счастлива долгое время, и то, как начала задумываться, буду ли я когда-нибудь счастлива снова. Я помню, как думала, в чем смысл всего этого? Почему я здесь и поменяется ли что-то, если меня не будет? Я решила, что не поменяется. Вот, что было в моих мыслях, когда я пила таблетки. — Мила. — я услышала знакомый голос, и еще раз задумалась, рай это или нет, потому что я точно знала, что она в Майами, а не в Нью-Йорке. Мои глаза наконец привыкли к свету, и теперь я отчетливо вижу мою лучшую подругу, сидящую рядом, с красными от слез глазами. — Дайна? — мой голос был почти неслышным, но она слышала меня, потому что она тут же обняла меня. — Ты меня очень сильно напугала, Чанч. Я еле обернула руки вокруг её талии, потому что они были слишком слабыми. — Что ты здесь делаешь? — спросила я. Она села на край больничной кровати и начала объяснять. — Когда твоя тетя нашла тебя, последний вызов, который она нашла на твоем телефоне — это я. — сказала она — По какой-то идиотской причине, в её состоянии паники, это единственная вещь, которую она смогла сделать. Я позвонила твоим родителям. — добавила она осторожно — Но только после того, как я была уже в аэропорту. Я бы ни в коем случае не оставила тебя одну после такого. Маленькая улыбка появилась на моих губах, а я взяла Дайну за руку. Я не могла просить о друге лучше, чем она. — Посмотрите-ка кто проснулся. Голос моего отца раздался в палате, и мы с Дайной посмотрели на него. — Я оставлю вас вдвоем. — сказала Дайна, прежде чем выйти. Часть меня хотела умолять её остаться, но я не хотела, чтобы она была вовлечена в то, что мой отец может сказать или сделать. Зная Дайну, она бы стала защищать меня. И последняя вещь, которую мне бы хотелось видеть — это физическое противостояние Дайны и Алехандро, поэтому я позволила ей уйти. Я увидела мою маму, застенчиво стоящую в углу с красными глазами. — О чем ты думала? — сказал мой отец. Я думала, что смогу больше не видеть тебя. — подумала я про себя. — Как ты можешь быть такой эгоистичной? Ты хоть на секунду подумала обо мне или о твоей матери? — продолжил он — Ты даже не задумалась обо всех деньгах, которые мы вложили в тебя? Я усмехнулась. — Так вот из-за чего это всё? Ты и твои деньги. Я не знаю, были ли это эмоции из-за ситуации или они вкололи мне какое-то лекарство, но это первый раз в моей жизни, когда я ответила отцу на его нападки. — Нет. Это из-за того, что ты эгоистичная и тупая. — он сказал с ядом, вытекающим из его слов — Ты идиотка! Ты хотела выбросить свою жизнь просто так! — прокричал он — И почему? Из-за чего ты жалеешь, а? Все, что тебе нужно было делать — ходить на учебу и оставаться живой, но ты даже этого сделать не можешь. — Заткнись. — я повысила голос. Я не знаю, как это произошло, но я рада этому. — В смысле? — сказал он. — Заткнись! — повторила я — Ты вообще слышишь себя?! Ты хотя бы немножко заботишься обо мне? Он застыл, а я услышала тихие всхлипы моей матери. — Я хотела умереть, папа. — сказала я ему — Я хотела умереть! Я думала, что будет лучше умереть, чем остаться здесь, и ты даже не спросил, что заставило меня так себя чувствовать, или почему я пришла к этому, или почему у меня разбито сердце. Всё, о чем ты думаешь — твои ебаные деньги, я НЕ твои вложения, я — твоя дочь! — прокричала я. Я не знала, когда слезы начали течь из моих глаз, но я решила не обращать внимания и нажала на кнопку, чтобы позвать медсестру. — И пока ты не решишь начать вести себя, как отец, я не хочу, чтобы ты был в моей жизни. Я увидела, как злость формируется в его глазах, и он ближе подошел к кровати. — Слушай сюда, маленький кусок дерьма. — сказал он сквозь зубы. Дверь открылась, и женщина среднего возраста вошла в палату. — Здравствуйте, мисс Кабелло. Как хорошо, что вы проснулись. — сказала она ласково. — Вы меня звали? — спросила она. Я кивнула. — Да. Вы можете увести этого мужчину отсюда? Я больше не хочу его видеть. Черты лица медсестры тут же изменились, когда она заметила напряжение в комнате. Конечно мой отец не ударит меня в палате с незнакомым человеком. Медсестра взяла его за руку, но он тут же вырвал её. — Я ухожу. — бросил он, прежде чем снова повернуться ко мне — Но ты… — начал он — Ты больше не моя дочь. Я усмехнулась. — Отлично. Я никогда не чувствовала, что у меня есть отец в любом случае.

***

Холодок прошелся по моему позвоночнику из-за воспоминания. Я знаю, что Дайна права. Я точно хотела бы знать, если с Лорен случилось что-то подобное. Я бы точно была намного осторожнее и заботливее, но именно то, чего я не хотела. Нормани была права ранее. Лорен смотрит на меня так, будто я достаю звезды с неба, и если этот взгляд сменится жалостью, это просто разрушит меня. Мне гораздо лучше сейчас, волноваться не о чем. Но если волноваться не о чем, то почему я так боюсь сказать ей? Правда в том, что если что-то случится, у нее есть сила, чтобы вернуть меня обратно. Я знаю, что хоть я и стабильна и даже счастлива сейчас, небольшая темнота все еще живет во мне, и если монстра кормить, то он победит в следующий раз. — Я пошла на работу. — сказала Лорен, заходя в кухню — Тебе нужно, чтобы принесла что-нибудь, когда вернусь? Я смотрела на неё секунду. Две. Она счастлива. — подумала я — Я не хочу разрушать это. — Камз? — М? — ответила я, и она засмеялась. — Тебе нужно, чтобы принесла что-нибудь, когда вернусь? — спросила она еще раз. Я отрицательно покачала головой, а она подошла ко мне ближе, обнимая за талию. — Хорошо, тогда поцелуй меня. Широкая улыбка появляется на моих губах, а затем я поцеловала её. — Скоро вернусь. — сказала она, прежде чем уйти. К нам быстро вернулись старые привычки. Это была одна из них — мы никогда не говорили «пока». Я сказала ей о том, что не хочу, чтобы она прощалась со мной. Это казалось таким точным, и я боялась, что однажды она скажет это и никогда не вернется. Тогда она сказала, что нам не стоит говорить «пока». Она убедила меня в том, что так она показывает, что всегда вернется ко мне. Поэтому, когда нам нужно было расставаться, мы говорили «увидимся позже» или «скоро вернусь». И ещё мы не говорили «спокойной ночи». Это было заменено словами «сладких снов». Это давало странное ощущение комфорта и надежду на то, что мы никогда не расстанемся. Хотя из моего недавнего опыта я поняла, что ты не можешь быть с кем-то вечно, но мне нравилось представлять, что это не так. Через несколько минут после того, как Лорен ушла, Нормани и Дайна сказали, что им тоже нужно домой. Они заверили меня, что только пришли проверить, живы мы или нет. Обычно я наслаждаюсь тем временем, когда нахожусь одна, но после сегодняшнего разговора с Дайной, я не знала, хотелось ли мне оставаться наедине со своими мыслями. Поэтому вместо того, чтобы позволить мыслям одолеть меня, я решила проверить работы студентов, думая, что это отвлечет меня. Это не сработало. Дайна была права, и я ненавидела это. Я решила рассказать Лорен сегодня вечером. Я отогнала все оправдания и решила, что если я действительно хочу быть человеком, которому Лорен может слепо доверять, то мне нужно быть честной с ней.

***

Выражение на её лице было не читаемым. Только когда я подумала, что вернула возможность знать, что она думает, в тот момент я была в абсолютном тупике. Мой разум отказывается работать, и я проклинаю себя и Дайну за то, что сказала об этом. Что, если она думает, что я сумасшедшая, или я не знаю. Что люди обычно думают о тех, кто совершал попытки суицида? Я начала думать о том, какие именно слова я сказала. Я думаю, что сказала всё хорошо, или так хорошо, как такое признание может звучать. «Лорен, я знаю, что доверять людям сложно для тебя. Поэтому прежде чем мы продолжим отношения, я хочу убедиться в том, что между нами нет секретов.» Мои собственные слова эхом отдаются у меня в голове снова и снова, и я думаю, что не могла сказать лучше. «Я была в ужасном состоянии некоторое время в Нью-Йорке, и если быть честной, я не знаю, что довело меня до такого. Может быть это чувство того, что мои родители никогда меня не полюбят, или может быть из-за того, что я потеряла тебя, а может быть это было все вместе.» Не было лучшего способа выразить это. После того, как я приняла таблетки, я проснулась в больнице, и там произошел моя окончательная ссора с родителями. Мой отец отчитал меня за то, что я пыталась убить себя, и с того времени мы не общались. Они здесь, в Майами, и они знают, что я вернулась, но мы решили оставаться подальше друг от друга.» Она так и сидела напротив меня на кровати. Я с облегчением вздохнула, когда увидела, что слеза скатывается по её щеке. Не потому что я хотела, чтобы она плакала, а потому что был первый признак жизни после моих слов. Я тут же села ближе и положила руку ей на щеку. Я не была уверена, стоит ли мне говорить что-либо, но что-то во мне нуждалось в этом физическом контакте. Мне нужно было почувствовать, что она здесь и что мое признание не заставит её уйти. Мой большой палец поглаживал её щеку, вытирая слезы, а она положила свою руку на мою, как-то отчаянно, как будто хваталась за жизнь. Слеза за слезой скатывались, пока я продолжала поглаживать её щеку в тишине, не зная сколько времени прошло. После некоторого времени, которое казалось часами, она приблизилась ко мне, нежно обхватив моё лицо руками. — Ты не можешь оставить меня. — сказала она. Я наконец поняла, почему она не говорила раньше. Не думаю, что она могла. Её голос был тихим. — Обещай мне. — умоляла она. Я кивнула, нежно целуя её в губы. — Обещаю. — как только я сказала это, она расплакалась. Вскоре мы лежали на кровати, она плакала у меня на груди, а я крепко обнимала её. Я погладила её по волосам и обняла еще крепче. — Я никуда не ухожу. — сказала я — Я здесь. Хотя я не видела её, я почувствовала, как она кивнула. Я задумалась, что было в её мыслях сейчас. Я слышала тихие всхлипы, когда я поцеловала её в лоб.

***

— Мне жаль. Я развернулась, увидев Лорен, стоящую в тех же самых вещах, в которых она уснула вчера. После моего признания, я обнимала её, пока она не уснула. — За что тебе жаль? — я спросила, нажимая на кнопку кофеварки, чтобы заварить кофе. — За вчерашнюю ночь. — сказала она — Я должна была отреагировать лучше. Я нахмурилась и подошла к ней, обнимая за талию. — Лорен, — ласково начала я — ты отреагировала, как обычная беременная женщина. — сказала я, пытаясь пошутить. Я увидела тень улыбки на её лице, прежде чем она снова стала серьезной. — Я серьезно, Камз. — сказала она, обнимая меня за шею. Я оперлась лбом об её лоб и на секунду задумалась, другие пары тоже так нуждаются в физическом контакте, как мы. — Лорен, я не расстроена. У меня не было никаких ожиданий по поводу твоей реакции, я просто хотела быть честной с тобой. Она кивнула, и я почувствовала её пальцы, гладящие мои волосы. — Спасибо, что сказала мне. — сказала она — Я знаю, что это было тяжело для тебя. Я кивнула и положила голову ей на грудь, а она обняла меня крепче. — Но я ценю, что ты так доверяешь мне, я обещаю, что буду изо всех сил стараться, чтобы ты больше никогда так себя не почувствовала, хорошо? Я невольно улыбнулась и кивнула. Я люблю тебя — подумала я. Но вместо этого сказала. — Хорошо. — И так как ты была честна со мной, я хочу быть честной с тобой. Я посмотрела на нее и кивнула, готовя себя к тому, что это может быть. Она обхватила мое лицо руками, и это немного успокоило меня, но то, что она продолжает, заставило меня волноваться сильнее. — По поводу? Она вздохнула и обвела пальцами мое лицо. — Ронни. — начала она — Он хочет опеку над ребёнком. Я усмехнулась. Должно быть, она шутит. Когда я не увидела ни намёка на смех или веселье на её лице, я начала паниковать. — Что? — Я не хотела ничего говорить тебе, пока это не станет официальным. Он говорил об этом и ранее, но вчера мне позвонил юрист и сказал, что одним из условий развода является опека над ребёнком, когда тот родится. — объяснила она. Я подняла руку, показывая ей остановиться, чтобы я могла осознать только что полученную информацию. — Подожди. — сказала я — Если я правильно понимаю. Ты говоришь мне, что он хочет, чтобы ты согласилась на то, чтобы отдать ребенка под его опеку, и в другом случае, он не подпишет развод? Она вздохнула, прежде чем кивнуть. — Да. Когда мы завтракали, она сказала мне, что её юрист уверен, что ей не о чем беспокоиться. Большинство судей остаются на стороне матери в таких делах, пока нет весомой причины, чтобы забрать ребенка. Что звучало замечательно, но отношения со студенткой являются весомой причиной, чтобы это сделать? Я отогнала мысль и решила не говорить о ней Лорен. В любом случае, Ронни не знал, кто я, и то, что я была студенткой Лорен. Я искала пробелы в нашей защите и подумал об Элли. Я не знала, в каких отношениях они с Ронни сейчас, но я сделала заметку, спросить её позже. Мне нужно было убедиться, что она не расскажет ему, кто я и как мы с Лорен встретились. — Стой спокойно. — сказала я, когда Лорен вздохнула. Мы в гостиной, Лорен стоит без футболки напротив пустой стены. Я сказала ей, что хочу зарисовывать каждую стадию её беременности. Она неохотно согласилась. Я села на диван и сконцентрировалась на работе, пока Лорен нетерпеливо стояла. — Почему я согласилась сделать это снова? — простонала она. — Потому что ты любишь меня. — беззаботно сказала я, сконцентрированная на рисунке. Затем я поняла, что только что сказала. Я посмотрела на Лорен в панике и встретилась её удивленным взглядом. — Я имею в виду… — я начала, но не знала, что мне нужно сказать — Я просто… Я… — как мне исправить это?! Что не так с тобой, Камила? Какого хрена ты сказала это? Я не слышала этих слов от Лорен с того дня, когда я ушла от нее. Почему я говорю за неё? Идиотка! — Ну… — начала Лорен — Ты права насчет этого. Волна облегчения прошлась по моему телу. — Правда? — нервно спросила я. Она нежно улыбнулась мне и кивнула. Я отложила скетчбук и медленно подошла к ней, целуя её отчаянно, но медленно. Тихий стон сорвался с её губ, когда я нежно прижала её к стене. — Скажи это. — пробормотала я напротив её губ. Я не почувствую, что это реально, пока я не услышу три волшебных слова. Мне нужно было услышать это её голосом. После трех лет пребывания на втором месте, я наконец оказалась на первом. После года без неё, она наконец была моей. Женщина, которую я люблю, любит меня в ответ, и может быть, но только может быть, моя жизнь стала наконец налаживаться. Эти три слова подтвердят всё это для меня. Эти три слова позволят мне больше не чувствовать себя одиноко. — Я люблю тебя. — сказала она, снова целуя меня. Она не знает, как много значат для меня эти слова. С каждым движением её губ напротив моих, она склеивала кусочки моей души и даже не знала об этом. Я никак не смогу объяснить ей это словами, поэтому я просто продолжила целовать её. Я целовала её со всеми своими чувствами и почувствовала, как слезы начали формироваться, но я решила не обращать внимания, потому что единственное, что имело значение сейчас — показать ей, что я тоже люблю её.