Гори, но не сгорай

Соулмейты Родственные души Все эти истории… Куда не плюнь, говорят только об этом. Да я и сам был таким же. Верил во все это. На самом деле, о соулмейтах до сих пор многое неизвестно. Принято считать, что между родственными душами существует особая связь. Напиши на руке слово — и оно появится на руке твоего соулмейта. Всем известная с детства фраза. Вот только в реальности это не так. Существует тысячи теорий, но никто так ничего и не понял. Да и как это вообще можно понять? То ли соулмейты есть не у всех, то ли эта связь не всегда работает, но некоторым ничего и никогда не отвечают на такие послания. Считается, что это невозможно, и не все верят в существование таких вот неполноценных людей, обделенных второй половинкой. Но я верю. И, да, я один из таких людей. Несколько лет назад я отчаянно нуждался в ком-нибудь. У меня не было друзей и родных, готовых меня выслушать, и я даже не представлял, где мне взять такого человека. Теория с соулмейтами вспомнилась мне не сразу, потом я долгое время уговаривал себя решиться. Но ситуация усугублялась, а других вариантов действий я не мог придумать, как бы ни старался. Тогда я и сделал это. Помню, как сейчас, у меня тряслась рука от волнения, и мой и без того убогий почерк стал еще хуже. Я написал всего лишь «Привет», но для меня это было подобно прыжку с трамплина. От ожидания захватывало дух, я даже не смог уснуть ночью, постоянно рвался включить свет и проверить, нет ли ответа. Ответа не было. Его не было и на следующий день, но я не терял надежду до последнего. Уговаривал себя, мол, может мой соулмейт очень занят и не видел моего послания. Я ведь ничего о нем не знаю. Ходят слухи, что это может быть человек любого пола и возраста. Неделя ожиданий не принесла ничего. Пусто. На моей ладони все еще было пусто. Не понимаю, почему я тогда не сдался, почему продолжал верить, что, если попробую еще раз, все обязательно получится. И я пробовал. Снова и снова. Писал уже по несколько предложений, а позже и вовсе стал исписывать всю руку откровенными письмами. Но этого ничего не дало. Я пытался оправдаться перед собой. Думал, что мой соулмейт, например, не знает английского, вдруг он живет, скажем, в Китае? А потом я решил, что нет у меня никакого соулмейта. Нет, и не будет. Да и разве у такого как я может быть идеальная вторая половинка? Смешно. Я отвлекся от созерцания неба и вздохнул. Что-то сегодня меня проняло на воспоминания. Вся эта история уже не имеет никакого значения. Покопавшись в рюкзаке, я выудил из кучи бумаг (пора бы перестать носить с собой столько хлама) свой телефон, который и сообщил мне, что я уже на пятнадцать минут опаздываю на экономику. Это меня не удивило, я очень часто задумываюсь и теряю счет времени, так что постоянно везде опаздываю. Поначалу всех это дико раздражало, но со временем им пришлось смириться. Я не хотел входить в класс, когда урок уже идет, так что решил прогулять. Это не станет проблемой, учитель экономики, мистер Гиббс, довольно пофигистично относится к посещениям. Его больше волнуют результаты итоговых тестирований, а с этим я всегда справляюсь отлично. После экономики в моем расписании стояла физика. Ее бы я с радостью прогулял, но никак нельзя. Учительница, миссис Рассел, одержима идей того, что все должны активнее участвовать в обучении. Она постоянно устраивает какие-то проекты и конкурсы, пытаясь заинтересовать учеников. Конечно, это не работает, но она очень упорная женщина. Меня как-то угораздило решить задачу повышенной сложности, и тут понеслось. Теперь миссис Рассел пытается пропихнуть меня на различные олимпиады, которые мне вообще не нужны. Пока получается отговориться, но ее напор пугает. Эх, надо было тогда притвориться тупым. Остаток экономики и перемену я просидел на той же лавочке во дворе, таращась в никуда и размышляя. Мое любимое занятие. Но начало урока физики неумолимо приближалось и мне пришлось-таки встать и направится к школе. В коридоре, как обычно, толпилась уйма народу.Не понимаю я их, вот что такого крутого в том, чтобы зависать возле шкафчиков? Лично мне всегда хотелось поскорее убраться из этой толпы и скрыться в кабинете, загородившись учебником на последней парте. Это я и поспешил сделать. В классе, кроме меня сидела компания типичных популярных девиц, которые, как обычно, сплетничали. На меня, естественно, внимания они не обратили. Да и зачем? Они занимали верхнее место в школьной иерархии, а я был в конце: изгой-одиночка. Обосновавшись на своем законном месте, я уставился в учебник, пытаясь вспомнить, какая была тема прошлого занятия. Хихиканье стайки гарпий меня немножко отвлекало, но сделать было ничего нельзя. Я бы надел наушники, но, по закону подлости, именно сегодня я оставил их дома. Невольно я начал прислушиваться к их разговору. Поначалу они болтали о каком-то Тревисе (кто это вообще?) и его бицепсах. Не очень информативная беседа. А потом разговор пошел обо мне. Конечно, их не волновало, что я сижу рядом. Они этого даже, скорее всего, и не знали. — Знаете того странного парня? Ну, который вечно один и в черной толстовке каждый день ходит? — прошептала одна из них. И чем им моя толстовка не угодила? Что ж мне в школу в костюме, что ли, приходить? — Чего это ты вдруг заговорила об этом чудике? — захлопала глазками та, которая, судя по всему, возглавляла эту шайку. И правда? С чего вдруг? Это как-то не очень хорошо. Я даже немножко заволновался. Нет, мне плевать на то, какие обо мне ходят слухи, но лишнее внимание привлекать не хочется. — Да просто подумала, он же вечно с длинными рукавами одежду носит, так? Может, он там тайную переписку с соулмейтом ведет, а? Эта новость произвела фурор. Все тут же возбужденно загалдели, и разбирать отдельные фразы стало трудновато. Переписка с соулмейтом, серьезно? Я покачал головой. Ну что за люди, везде эту теорию с соулметйами засунут. Впрочем, такая сплетня не представляла для меня угрозы. Ну и пусть считают, что у меня роман. От этого мне ни горячо, ни холодно. Гул поутих, что означало, что в класс вошла миссис Рассел, с порога набросившись на Брэда, популярного парня футболиста, который являл собой типичного стереотипного качка-идиота, что он сейчас и демонстрировал, пытаясь хоть что-то ответить на довольно легкий вопрос миссис Рассел. Она сегодня что-то разошлась, даже задачу его к доске решать вызвала. Несчастный Брэд весь урок отчаянно пытался сделать умный вид и писал всякие странные формулы собственной задумки, таким образом, видимо, пытаясь сойти за умного. Жаль, что миссис Рассел не впечатлилась, он же так старался. Прозвеневший звонок окончил его пытку, и ученики поспешили по домам. Я, как обычно, выбрал самый длинный путь, что пролегал через парк. По дороге я останавливался несколько раз: снял кота с дерева (в благодарность эта блохастая зараза чуть глаз мне не выцарапала), покормил бездомного пса, зашел побродить в минимаркет, хотя у меня даже не было денег, чтобы что-то покупать. Но, как я ни старался отсрочить этот момент, впереди показалось покореженное облезлое здание, именуемое моим домом. Я осторожно повернул ключ в замке, издавая как можно меньше шума, и вошел внутрь. Моей задачей было прокрасться к лестнице и запереться в своей комнате. Все шло отлично, пока я не споткнулся о пустую пивную бутылку, которая предательски покатилась по полу, извещая отчима о моем возвращении. — Ричард, — протянул он заплетающимся языком, показываясь в дверях. Я обреченно закрыл глаза. Вот черт.