Лёд в крови

POV Рия — Эрик, думаю, надо прекращать это. Вся яма слышала мои крики, — стыдно-то как. — Детка, думаешь, когда я трахаю тебя в квартире, ты потише кричишь? — он прав, но я же не признаюсь. — Пошёл ты! — шлепаю его по руке. — Ты доиграешься, — естественно, строгости в голосе и словах нет. Целует меня, крепко держит в объятиях. Приняв душ, идём каждый по своим делам, улыбаюсь про себя — когда мы вышли, в яме не было и души. Естественно, кто бы посмел. Первым делом иду к Демиену, он уже собирается уходить из лазарета, на брови красуется порез, нос сломан, губа разбита, под глазами тёмные круги. У меня сердце защемило. Блин, он же Демиен, он помогал мне последние три недели собирать кусочки моей разбитой Эриком души. При виде меня он опускает голову, ничего не говоря. Блядь, это мое чудо его так? Ну да, кто же ещё. — Демиен, прости, за что он тебя так? — каким бы не был ответ, мы знаем, истинная причина — я. — Да так, твоему парню не нужны особые причины, чтобы надрать кому-то задницу, — и, чёрт возьми, он прав. — Он не мой парень, — интересно, кому я доказываю это: ему или себе. — Да ладно, Рия, у тебя такой блаженный вид, что аж смотреть противно, — нет, я конечно его понимаю, но и говорить так со мной он не имеет права. — Ладно, вижу тебе уже лучше, — говорю и ухожу, в коридоре он всё же меня догоняет. — Рия, прости. Я не хотел тебя обижать, — я молчу, ускоряю шаг, — послушай, он бесит меня, не знаю, может это ревность! — последние слава он буквально выкрикивает, я всё же останавливаюсь. — Демиен, ты о чем? Мы, блядь, друзья! — ещё одного ревнующего мужчину я не вынесу. — Мы друзья, а кто он, Рия? Если не твой парень, то кто он? — хороший вопрос. — Не знаю, понятно? — Демиен подходит ко мне в плотную и смотрит в глаза. — Не знаешь? — спрашивает шёпотом. — Демиен, как бы сильно я не старалась его ненавидеть, всё равно люблю намного больше, — он отталкивает меня и, уходя, говорит: — Ты больная, Рия, — как-будто я и сама не знала, только вот слова моего, теперь уже, наверное, бывшего друга, причиняют боль. Не хочу терять его, но если предстану перед выбором, я, естественно, выберу своего тирана. Сижу за рабочим столом, перебираю ежедневные отчёты, как всегда здесь тихо, но впервые мне нравится эта тишина. В половине рабочего дня приходят Кристина с Трис, они как всегда не упустят момента подколоть меня. — Ты бы слышала, Крис, как Рия кричала на Лидера, мы думали, на этот раз он точно придушит её, но… — она смотрит на меня, а я уже красная. — Но не придушил, как видите, — говорю, надув губки, я, блядь, обиделась. — Нет, не придушил, так что же он делал, что ты так кричала? — блин, что-что, а от Трис таких подколов не ожидала. — Да, что же он всё-таки делает с тобой, всё Бесстрашие хотело бы знать! — мы дружно смеёмся. После того, как рассказываю девочкам о нашем с Демиеном разговоре, они успокаивают меня, говорят, мол, вот успокоится и придёт извиняться. Да, но как мы будем дальше, Эрик его на дух не переносит, и при первой возможности пристрелит, но я не верю, что он мог предать меня. Вечером собираюсь в свою пустую квартиру, которую уже давно обставить пора, но на полпути всё же решаю сперва заглянуть в столовую. Пока иду, думаю о его интимной угрозе. Блядь, меня ничего так не пугает, как мысль о таком виде секса. Так ещё и его-то нравом, нет, конечно, когда надо, он деликатен, но это же Эрик, в конце концов! Надо с Крис поговорить, она точно знает что да как, ведь всё равно, зная моего Лидера, мне этого не избежать, а то хоть подготовлена буду. Крис не сразу открывает дверь, спрашивает кто, затем кричит, чтобы я зашла — дверь не заперта. Она в ванной меняет повязку на ягодице. — Ой, малыш, дай помогу, — она протягивает марлю с йодом, и, выпрямившись, смотрит в зеркало, — я принесла пирог, — говорю, пока обрабатываю уже почти зажившую рану. Хорошо, что не огнестрел. А то бы точно ей понадобилось больше времени, чем три дня. — Спасибо, и за помощь, спасибо. — Да не за что, это же Эрик тебя так? — Ага, почему-то мне кажется, он всех твоих друзей ненавидит, — говорит Крис, на что я, естественно, отнекиваюсь. Ещё полчасика занимает моя формулировка вопроса, из-за которого я, собственно, и пришла, она смеётся не то над моей смущенной физиономией, не от самой идеи, что я дошла до того, чтобы брать советы на тему интима. Затем все-же даёт мне пару советов, которые мне кажутся абсурдными. Когда иду домой обнаруживаю, что ключ на работе оставила вместе с курткой. Возвращаюсь и не на шутку удивляюсь, застав там Демиена. — Я пришёл извиниться, — говорит он и выглядит ужасно уставшим. — Ты в порядке? — глупый вопрос, но иного не успеваю придумать. — Да, прости, я был не прав. Просто не могу смотреть, как он тебя мучает. — Если честно, Демиен, то и ему от меня достается, — он улыбается, но улыбка слишком натянута. — Рад слышать, послушай, я ухожу ненадолго. Может, на несколько дней, когда вернусь поговорим, — я киваю. Он притягивает меня к себе и сжимает в объятиях. Потом отпускает и отстраняется, — попробуй не влезать в неприятности пока меня не будет, — у него такой грустный голос. Неужели Эрик его куда-то отсылает. Блядь. — Хорошо, — он уходит, а я, беря свои куртку и ключ, иду к нему. Стою перед дверью минут пять, не двигаясь. Боюсь. Во-первых, боюсь, что он может оказаться не один, а во-вторых, не знаю, что скажу, если спросит, зачем пришла. Все же решаю уйти, поворачиваюсь и врезаюсь в твердую как камень грудь. Эрик. Обнимает меня и шепчет: — Почему передумала? — Испугалась, — признаюсь, знаю, что страх его раздражает, но врать правда сил нет. — С каких пор ты боишься меня? — он удивлённо приподнимает проколотую бровь. — Не тебя, — говорю, и это правда, — я думала, ты можешь быть не один. — Тогда зачем пришла, если думала, что я трахаю кого-то? — хороший вопрос, грубый, но, блядь, хороший. — Уже ухожу, — естественно, не ухожу он просто приобнимает меня и затаскивает внутрь. Едва успевает закрыть дверь, как мы уже целуемся, долго, пока не задыхаемся. — Мне надо в душ, — говорит он, сам сминает мне ягодицы. — Иди, — я невозмутима, правда вишу на его шее и отпускать не особо хочу. Он улыбается и поднимает меня, я сцепляю ноги над его попой. Но до душевой мы не доходим — в коммуникаторе пищит сообщение. Он сажает меня на стол, сам внимательно читает написанное. — Мне надо сходить кое-куда, не уходи. — Хорошо, — он снова целует меня. Еле отрываемся друг от друга, он уходит, а я в душ. Так естественно, как у себя дома. На улице ночь, а его все нет. Прождав ещё часок, отправляюсь к себе, чтобы одеться, а то хожу в его кофте, чтобы потом идти к Максу. Но когда открываю дверь, я, блядь, в шоке. Нет, всё-таки хорошо, что мебели у меня нет. Маты изрезаны, как и постельное белье, вещи раскиданы тут и там, порваны в клочья. Явно что-то искали, да только что, мать их! Замок не сломан, значит у них был ключ. Пока жду у двери Макса, чувствую как начинаю беспокоится, не за себя, естественно, просто с тех пор, как встретилась с Эриком глазами, он стал моим приоритетом.