Учебник алхимии

      … Из-за проклятья безумием, все силы алхимиков, владеющих философским камнем, были брошены на поиск методов и средств частичного ослабления этого проклятья. Кто-то искал спасение в зельях, кто-то пытался предусмотреть воздействие на организм внутренней алхимией, которая рассчитана на изменение духовной составляющей тела, а кто-то решил обратиться к духам и тварям божьим, существующим у нас на Земле. В итоге было найдено средство ослабления безумия в Японии, Италии и ряде других стран. Был заключен договор, известный всем, но сейчас забытый. И горе будет тому, кто попытается нарушить его или совершит противоправное действие, прописанное в нем, а таких моментов накопилось слишком много. Остаётся надеяться, что истинные алхимики не вернутся в наш мир и договора будут окончательно забыты…

«Пособие по борьбе с еретиками» Специальное издание для Инквизиции и экзорцистов.

Воскресенье       — Кто стучит? — спросил я, стоя перед воротами в старом японском стиле, закрывавшими проход к зданиям, чьи крыши мы видели, когда шли к этому закрытому комплексу, где в основном обитают девушки, хотя тут и мужчины есть, но их меньше в разы.       Итак, мы не планировали выбираться в горную местность, но нам пришлось, поскольку мы решили узнать про Договор местных алхимиков с Кицуне, согласно которому мы должны были оберегать «лисиц» и чему-нибудь их учить, а они — помогать алхимикам преодолевать безумие или, если первое не получалось, ослаблять воздействие проклятья. Но как они, и ещё некоторые магические полулюди-полуживотные, так делают, никто до сих пор не понял.       — Давай я, а то ты от лисьей улыбки и слова сказать не сможешь, — с озорным взглядом произнесла Мерка. — Сейчас нас чаем запаивать будут, надеюсь.       Ну да, от милой улыбки красивой девушки я частенько впадаю в ступор, хотя так было всегда.       Мерка только подошла к воротам и занесла руку для удара, как дверь открылась и перед нами предстала рыжая девушка лет семнадцати-восемнадцати.       — Да-да, что хотите путники? — спросила та с милой улыбкой. — Может вам нужна моя помощь?       — Нам бы с настоятелем поговорить, — произнёс я, почесав левое запястье, где у меня некогда была татуировка-передатчик, облегчавшая передачу энергии в оружие: в меч или в цепь с лезвиями.       — А он занят, — мило произнесла девушка. — Но я могу ему что-нибудь передать!       — Тогда передайте ему следующие слова: «Pacta sunt servanda»[лат. договоры должны соблюдаться], — самые последние слова, имеющиеся в любом Договоре с алхимиками. В Японии эти слова тоже были известны, но смысла этих слов никто кроме алхимиков не знал.       Она удивленно посмотрела на нас, а после кивнула. Мы, попрощавшись, пошли обратно.       — Ошиблись? — спросила сестра вскоре после того, как мы отошли от ворот метров на сорок. — Неужели португальские алхимики солгали, когда мы подслушали их разговор в состоянии призраков? Хм, а может и мы уже не помним, ведь прошло четыре столетия .       — Всё может быть, — ответил я, пожав плечами и поправив рюкзак на спине.       — Стойте, подождите! —прозвучало из-за спины, а к нам со всех ног бежала девушка, открывшая нам ворота.       — Или нет?! — произнесли мы с сестрой одновременно.       До нас оставалось метра два и девушка, споткнувшись, полетела на меня, а я умудрился её поймать.       — Цела? — спросил, оглядев внешний вид рыжей — классическое хаори и красная юбка.       — Вроде бы, — отозвалась та, посмотрев на меня. Ну, точно лисица.       — Что-то случилось? — спросила Мерка, отцепляя от меня девушку. Ревнует что ли?       —Только глупцы не чтят древние договора, — произнесла она, отойдя от меня чуток прихрамывая. — Неужели алхимических дел мастера вернулись в наш мир?       — Как видите, только мы ещё не восстановились, — произнёс я. — Но выполнять условия договора нам это не помешает, — Мерка кивнула.       — Ой, что мы с вами на дороге говорим, да и не я должна, а настоятель, — прощебетала девушка и потащила меня за руку в сторону ворот.       Она изрядно прихрамывала, но мою руку не отпускала. Мы так и прошли пару метров, пока мне не надоело и я, подхватив ее на руки, от чего она пискнула, пошёл в сторону ворот, из-за которых уже выглядывали две мордашки и подхихикивали. Девушка на руках начала стремительно краснеть.       Перед нами открылись ворота и мы увидели двух пепельноволосых девушек, одетых в одежду, как и у нашей встречающей: одна из выглядела лет на 13-14, а другая лет на 20-21, которая держала в руках метлу и, смотря на нашу процессию, они ехидно улыбались. Чую, что подкалывать ту, что у меня на руках, теперь будут долго.       — Ну, всё, можете поставить меня, дальше я сама.       Я только кивнул и аккуратно опустил на землю девушку, резво побежавшую куда-то в сторону.       — Вот симулянтка, — произнесла на итальянском, на родном языке, сестра. — А ты повёлся.       Я только закатил глаза, а встречающие девушки весело улыбнулись, после чего низко поклонились. Мы не остались в долгу и тоже поклонились, чего они явно не ожидали.       — Прошу за мной, — сказала низкая девчонка и повела нас в сторону небольшого домика, сделанного в древне-японском стиле, где на пороге нас ждал пожилой человек, лет этак 70-80, с трубкой. Но определить возраст кицуне на глаз нереально, по хвостам тоже. Живут они долго, очень долго…       Девушка поклонилась дедку с усами, как у мастера Шифу из мультфильма «Кунг-фу Панда».Мы же следом за девушкой отвесили поклон, на что тот улыбнулся и кивнул головой в ответ, а наша провожатая ушла.       — Действительно ли вы алхимики? — спросил он, после того как мы покончили с церемониалом.       — Можем продемонстрировать, если вы позволите и это не выдаст наши умения в эфирном плане,— произнёс я, поскольку в данном случае говорить обязан парень.       В Японии главным считается мужчина и первым делом обращаются к нему, а только потом к спутнице. Также сначала говорит мужчина, а не женщина.       Дедок только прищурился и выпустил в небо кольцо дыма.       — Хм, уже говорите умные слова. А верно ли они усвоены? — произнёс он, окинув нас отцовским взглядом. — Ну что же, продемонстрируйте.       Вернёмся к алхимическим кругам. Существует два вида алхимических кругов: которые рисуешь сам и круги, которые достаточно представить и тут же появляется голограмма (какое удобное слово, а то мы раньше пытались придумать как назвать такую вещь), выжигающая круг на поверхности, на которую вы указали и, создавая нарисованный круг, или создавая иллюзию в воздухе. Например, демоны используют в основном воображаемые, но у них сил предостаточно для запитки таких кругов. Если круг, нарисованный или выжженный, или выдолбленный, то его проще запитать, меньше потребляет энергии и маны, и он мощнее в несколько раз воображаемого. Воображаемый круг могут создать только мастера алхимии, поскольку им приходится держать в уме все элементы такого круга и потрать изрядное количество своих магических сил.       Я быстро представил трансмутационный круг, напитал его энергией и элементом огня, который должен здесь быть в избытке из-за огненных лисиц. После напитки, я «бросил» его на песок, на котором молниеносно образовалось что-то похожее на очень грязное стекло. Для создания полностью прозрачного стекла мне пришлось «бросить» другой трансмутационный круг, который сделал из него идеально чистое.       Итак. Все алхимические круги делятся на «классы» по разным параметрам: размер, возможность добавления стихийных элементов, чисто магические, боевые и не забываем про перечисленные выше.       Размер. Существует основные круги следующих диаметров сверхмалые(от 2 мм до 5 мм) — если требуется на постоянной основе —выжигаются воображаемыми кругами на материале( у меня так на цепи было, каждое звено носило по такому кругу), но можно и извратиться и чертить вручную. Малые — до 10 см. Средние от 20 см до 50 см. Большие— до метра. Сверхбольшие до 5 метров. Чем больше круг, тем он сильнее и стабильнее, только вот потребление энергии растёт. Я написал в привычных единицах, поскольку вам так будет удобней, но не забываем, что числа приблизительные.       Трансмутационно-магические. Обыкновенный алхимический круг, который даёт возможность трансмутации любого вещества.       Магические. Круги, которые затрачивают только ману, энергию эфира и элементы стихии. Бывают в основном на перчатках и оружии. Ничего не трансмутируют.       Трансмутационно-стихийные круги. Те же трансмутационно-магические, только элемент стихии выступает усилителем. Отличаются только наличием нескольких сигил, они же знаки, вбирающие в себя элемент стихии.       Боевые или же трансмутаторы жизни и духа. В основном это круги, заточающие души в алхимические камни или наносящие непоправимый ущерб(часть тела оторвать, превратить живой организм в фарш, испепелить и тому подобное).       Хотя все круги можно назвать боевыми, но поскольку в бою ману надо тратить с умом, воображаемые круги используются редко, то как тогда биться с противником? Перчатки на что? Да-да, обыкновенные перчатки с нарисованным кругом — такие в стальном алхимике можете увидеть(особенно у Мустанга)… И вообще мультик имеет много общего с настоящей алхимией. Кхм, что-то отвлёкся! Помимо перчаток на оружие наносятся рунные круги разных типов и возможностей.       Возьмём мою цепь(которую придётся снова делать, но радует то, что я могу теперь взять от бензопилы и доработать, а не мучиться как раньше), которая сейчас в Ватикане у церковников. На каждом звене был нарисован магический круг, нагревающий цепь до температуры, близкой к температуре плавления, а в случае касания цепи с противником — «включались» трансмутаторы жизни и духа, вытягивающие из него силу и ману.       Вытянутая мана уходила в броню алхимика и на напитку цепи. А вот охлаждайку на цепь я так и не сделал…       Помимо вышеперечисленного используют различные зелья — начиная от ядов, заканчивая зельями массового поражения(да здравствует магический аналог напалма и БОВ!). Обычно это зелья, которые превращаются в очень противный и горючий газ, а его, в свою очередь, идёт очень много, стекая, он идет в направление к магу.       Вернёмся к стеклу, которое взял в руки дедок и удивленно смотрел на нас.       — Точно алхимики, — обескуражено произнёс он, уронив стекляшку. — Где же вы раньше были! Куда вы уходили?       Дед практически расплакался, после чего сел на ступеньку.       — Почему вас так долго не было?       Всё, у деда истерика, надо как-то исправлять.       Сестра сняла рюкзак, и вытащила бутылку с водой. Вода ли это только? Больно раствор мутноватый и красненький. Крышка слетела с бутылки, и я учуял приятный запах мяты с примесью запаха скошенной травы. Ясно, успокоительное...И когда она успела его сварить? Срок годности у него всего сутки.       Соня дала в руки деда бутылку, которую тот взял, но не стал пить.       — Пейте, пейте — это успокоительное, — мягко произнесла она и он начал пить, частично проливая жидкость, но уже через секунду проливаемой жидкости стало меньше. — Сейчас успокоимся и поговорим, а то ничего путного не выйдет.       Я тем временем почувствовал скошенные на нас взгляды, и откуда-то потянуло волной злости.       — Всё, спасибо, — произнёс дедок, вернув пустую бутылку. — Простите, что так себя повёл.       Он встал на ноги, после чего поклонился, а мы поклонились в ответ. Ох уж этот японский этикет… Чужд он мне, хотя европейский тоже был зубодробительный.       — Можете меня звать Осаму, — произнёс он, показав пять чёрных хвостов. Боевик, минимум три сотни лет. —И прошу меня извинить за грубый вопрос. А можно узнать ваши имена?       — Александр Рельсов, и моя сестра София Рельсова. — Мы поклонились.       — А настоящие? — спросил Осаму.       — Сульф Субортус, — представился я, — и моя сестра — Меркурия Субортус.       У деда округлились глаза, после чего он сказал:       — Королевские алхимики… Вы пошутили, правда?       — Эм, нет, а что случилось? — спросила Соня.       — Но вы погибли больше четырёх сотен лет назад в Германии! Как такое возможно?!       — Из-за того, что мы могли противостоять проклятью мира, мы были вынуждены после смерти скитаться в виде призраков и полтергейстов, — произнёс я, вздрогнув от воспоминаний. — А как мы приобрели плоть, мы сами не знаем.       Повисло неловкое молчание.       — А теперь скажите, пожалуйста, из-за чего у вас началась истерика? — попросила сестра.       — Осталось только пять общин ёкаев из тридцати шести, и то они все ослаблены, — произнёс дедок, не могу я его по имени звать. — После того как двести лет назад погиб последний алхимик в Японии и все об этом прознали, тогда нас начали похищать и уничтожать. Первые погибли чёрные лисы в Киото, потом приступили за лис в Йокосуке и Иокогама, а после и за всех нас. Мы решили объединиться с другими ёкаями, но это только задержало наше уничтожение… Первыми были зверски уничтожены Тануки и Мудзина в посёлке Насу…       У меня волосы встали дыбом, хотя не только у меня.       — … Потом тэнгу и инугами — самые многочисленные ёкаи, хотя сейчас их очень мало и они разбросаны по всей Японии… Мы пытаемся их найти, но они боятся и прячутся среди людей. Нас осталось слишком мало… Пиздец. Это тотальный, сука, геноцид!       — Демоны, Ангелы, Падшие — другие мифологии! Чтобы они все сдохли, твари! — со злостью произнёс он, а из окружающих нас кустов стали выходить кицуне, среди которых я заметил и парочку тэнгу, одного тануки, некомату с перевязанной головой.       — Известны их имена? — произнесли мы одновременно с сестрой, понимая, что кто-то забудет слово «жизнь».       — Процентов десять от силы, — произнёс дедок, с надеждой посмотрев на нас. — Но я свяжусь с другими выжившими общинами и узнаю недостающие имена.       По дорожке в нашу сторону шла девушка, которая прокатилась у меня на руках, неся что-то.       — Последний алхимик, Якото-сама, принёс нам это перед своей смертью, дабы мы сохранили это и передали другим алхимикам, — произнёс старик, когда мы начали рассматривать чёрный ящик, который несла девушка.       — Осаму-сама, — произнесла девушка, когда подошла к нам, — я принесла то, что вы просили.       Осаму со всей бережностью взял ящичек размером с крупный фолиант. Ничем не примечательный, кроме знака алхимиков на крышке и золотой застёжкой.       — Теперь это ваше, — произнёс старик, — и принадлежит вам по праву.       Сестра со всей бережностью взяла ящичек двумя руками, и как только лисица убрала руки от него, стыки ящика засветились ярко-красным цветом и спустя мгновение он превратился в фолиант, а сверху было послание на японском, в котором я узнал только пару слов.       — Мы не можем прочитать это полностью, — произнесла сестра. — Не могли бы вы нам помочь, Осаму-сама?       — С удовольствием, София-кохай, — произнёс он, а наблюдатели тут же нас покинули.       Мужчина взял в руки листок и начал читать:       — « Я ослаб и не могу больше выполнять древний Договор алхимиков с ёкаями, но я верю, что ты, мой последователь, будешь чтить его.       В этой книге все мои знания алхимии и часть знаний моего друга — последнего европейского алхимика, отныне он твой и я надеюсь, что ты усвоишь все знания этой книге и используешь их во благо, а не во зло другим.       Начни прочтение с тридцатой страницы, а потом можешь перейти на первую. Не бойся, что здесь всё на бунго, тебе достаточно капнуть каплю крови, чтобы познание стало доступным тебе.       «Знание — сила, когда его можно применить» — последние слова Серы и Ртути…»       — Тут всё написано в стихотворной форме, но перевод вышел таким.       — Интересно, — произнёс я, прокусив палец и капнул кровью на фолиант, который тут же засветился ярко-желтым цветом и пошёл запах серы. Сестра тоже капнула своей кровью.       Обложка фолианта стала иметь металлический блеск и на ней проступил знак серы и ртути.       — Трансмутация высшего уровня, — произнесла Соня, в глазах которой загорелась жажда исследований.       — Мы благодарны вам, — произнёс я, после чего отдал очередной поклон, как и Соня, тут же открывшая тридцатую страницу и что-то там читала.       — Интересные вы алхимики, — сказал мужчина, чуток улыбнувшись. — Многие из Ваших имели различные психические расстройства, которые мы лечили и приводили рассудок в норму, а вам двоим это не требуется.       — Мы тоже имеем, но они проявлялись в бою и когда нас злили, — произнёс я, припомнив пару случаев, когда приходил в себя среди трупов врагов. — Да и часть из них уже давно в раздел фетишей переведено.       — Прошу прощения, что прерываю, но у нас есть к вам просьба, Осаму-сама, — прервала нас сестра, но судя по интонации это срочно. — Разрешите ли вы провести две трансмутации с использованием ваших ресурсов?       — Без проблем. Что вам требуется? — Осаму понимал, что чем быстрее мы придём в норму, тем и лучше.       — Два куска хлопка по 16 метров каждый, древесина хвойного дерева, уголь, что-нибудь металлосодержащее — желательно пять килограмм, — произнесла Мерка, а я начал догадываться, что это компоненты стандартной брони алхимика, — и керамику.       Осаму внимательно слушал и записывал в неизвестно откуда появившийся блокнот, а со стороны жилых домиков в нашу сторону начали нести всё необходимое.       — Брат, — обратилась она ко мне, — нам нужен большой трансмутационный круг. Сделай его там, где тебе покажут.       Я кивнул, а настоятель произнёс:       — Можно прямо здесь, — показывая на пустырь за кустами. — Там пустырь диаметром в два метра, мощенный камнем, который мы не могли разрушить.       Я кивнул и, раздвинув кусты, увидел идеально ровную поверхность в виде круга, на которой стояли кусты чая, тот час отодвинутые мной.       Итак, многие алхимические круги чертят на заранее подготовленной поверхности. Например, площадка предо мною является универсальной площадкой для алхимического круга. Чисто формально круг можно чертить на любой поверхности, но заранее подготовленная территория снижает всплеск флакса и стабилизирует рунный круг. Есть несколько видов площадок для кругов: универсальная (мощенная камнем и пригодна для всех видов кругов, но лучше чертить только стандартные трансмутационные круги), стихийная( сделана из металла и окружена предметами стихий, но про них позже), духовная(делают из древесины пропитанной кровью).       Создав воображаемый круг возле руки (поверьте, это достаточно сложно держать все элементы круга в уме), я выжег его на площадке.       Голограмма загорелась зелёным цветом, а на площадке стали появляться очертания круга.       — Всё, отойди! — произнесла сестра, когда круг стабилизировался.       Дальше начала раскладывать принесенные материалы в хаотичном для меня порядке, а в центре положила плоский предмет, который блестел от солнца.       — Судя по количеству предметов, будет мощный выплеск флакса, — сказал я.       — Под площадкой «перехватчик» стоит, — ответила сестра, обведя мелом внешний круг. — Ну, так в книге написано…       Итак, помимо очистителей имеются «перехватчики» флакса. Алхимики сразу заметили, что некоторые материалы способны задерживать флакс и частично накапливать, чтобы его можно было переносить в другое место для очистки или кристаллизовать, чтобы получить мощнейшую взрывчатку.       — А не подумала, что он мог забиться?       — Ёкаи переработают его в чистую энергию, но голова у них побаливать может.       Вокруг нас вновь столпилась толпа народа, которому стало любопытно.       — Дяденька алхимик, — меня подергали за край рубашки. Это была маленькая девочка лет пяти, единственная, которая не показала своей истинной сущности, — а голова сильно болеть будет?       Я умилился, и быстро вытащил из рюкзака небольшую плитку шоколада, после чего присел перед девочкой.       — Вас тут много, да и будем надеяться, что накопитель пустой, ведь за двести лет он должен был очиститься от грязи самостоятельно. Если нет, то ты даже не почувствуешь из-за своего возраста, а вот у сенсея голова будет люто болеть.       — А что значит «люто»?       — Очень сильно, — ответил я, но заметил грустный взгляд ребёнка и дал ей шоколадку. — Не беспокойся, всё будет нормально.       — У меня зелье ускоряющее реген маны есть. — произнесла сестра с улыбкой, отлипнув от круга. — Так что всё будет нормально и ничего и ни у кого болеть не будет.       Девочка тут же улыбнулась и забрав шоколадку побежала к девушке-тэнгу.       — Так, отходим от круга метров на пять! Сейчас будем творить настоящую трансмутацию! Брат, запитай.       Скинув рюкзак на землю, я подошёл к кругу и, передав немного своей маны и заставляя круг медленно вращаться вместе с предметами вокруг своей оси, а я начал чувствовать начало трансмутации. Круг засветился ровным синим цветом, после чего все стали замечать, как к пластинке в центре начали стягиваться все предметы, и будто сливаясь с ними, загораясь красным цветом. Ещё миг и весь круг пропал в жёлтом тумане.       — Сульф, прикоснись к туману, — произнесла Мерка. — Тут написано, что это неопасно, но будет немного больно.       — Будем надеяться, — произнёс я, подходя к кругу.       Коснувшись левой рукой тумана, я сначала ничего не почувствовал, а позже руку сковала дикая боль, кричать я не мог, как и отойти. Подбежавшая сестра попыталась оторвать меня от тумана, но не смогла.       — Не трогай, дура! Отойди! — практически заорал я, а сестра отскочила. Первое правило алхимика: «Каждый сам за себя». В процессе трансмутации, где одним из компонентов является плоть и/или душа человека нельзя к нему вообще прикасаться, чтобы не убить ни себя, ни его.       Тем временем по руке очень быстро поползла чёрная субстанция, посмотрев на которую у меня возникла четкая ассоциация с симбионтом из Человека-паука, а боль отступила.       — Что это вообще за хрень? — спросил я, вытерев правой рукой пот со лба.       — Боевая броня алхимика, — произнесла сестра, а мои ноги покрылись чёрной хренью.       — Так-с, стану тентаклиевым монстром и начну домогаться — убейте и разберите на органы, нахер! Ну, или получите удовольствие, а потом грохните! Сестра, тебе это не впервой!       Как удачно один наш эксперимент вспомнился… И парочка сожжённых домов и часть леса, а ту тварь мы так и не догнали.       — Паршивец! — процедила сестра. Видимо, вспомнила.       Девушки покраснели, а потом резко побледнели и отбежали подальше. Даже мужчины, среди которых начали гулять вспышки блестящего на солнце металла.       Тем временем под жижой скрылась вся моя одежда и она начала подползать к моей голове. Через пару секунд жидкость наползла на мои закрытые глаза, а я почувствовал сначала тепло, а потом резкий холод.       — Это Амон из мультика! — прозвучал детский крик, а я повалился на землю от накатившей усталости.       — Брат, ты как? — спросила сестра, взяв меня за руку.       — Ходить буду… под себя, — прохрипел я, чувствуя, что через пару минут смогу встать.       — Балбес! — Меня ощутимо ударили по лбу, а я услышал звук удара по керамике. У меня на лице маска? — Я тут чуть не родила от страха! А он шутить изволит! — произнесла сестра на итальянском.       — Кому морду набить? — спросил я, открыв глаза и посмотрев на лицо сестры, по которому текла слеза.       — Чего?       — От кого ребёнок будет? — со всей серьёзностью спросил я.       — Да ну тебя! Вставай давай!       Меня подхватили с двух сторон и помогли подняться. Интересно, как я выгляжу и как буду снимать непонятную хрень.       Передо мной появилась иллюзия — явно работа кицуне.       Ну, что сказать, на лице белая маска с прорезями для глаз и рта и с красным кругом на лобешнике. Одет я был в тёмно-серые брюки, которые «прятались» в высоких ботинках с толстой подошвой, но внешне её было не видно, хотя чувствовалась она хорошо. В серый двубортный плащ, который был подпоясан узким ремнём с креплениями для сумок и зелий, а на голове был капюшон. На руках у меня были перчатки того же цвета, что и плащ. Особого внимания заслуживают наплечники, на которых был изображен знак серы.       — Красавчик, блин! — сказала сестра, после чего повернулась к ближайшей кицуне. — Прошу прощения, но не могли бы вы немного поджарить моего брата, особенно за шутку про тентакли.       Рыжая моментально оскалилась, а мне стало страшно. В меня тут же пошла струя пламени, но я на автомате отклонился и чуть не развернул алхимический круг на перчатке, чтобы создать «пургу» — смысл заклинания заключается в атаке противника холодом, который способен заморозить противника как жидкий азот мясо, но гораздо быстрее. Для заклинания требуется мана, элемент воды и ветра и сама энергия эфира.       — Стой на месте, парень! — воскликнула кицуне и усилила поток пламени. — И перестань кастовать заклинание!       — Не-не-не, я курочкой гриль быть не хочу!       — Брат, да стой на месте! И дай проверить защиту!— сказала сестра и у меня под ногами возник затормаживающий круг, который у сестры всегда получается слишком мощный и меня буквально приклеило к земле.       В меня полетела струя пламени, которая не нанесла мне вреда, а я боялся…       — Усиль пламя, — произнёс я, догадываясь, что броню надо испытать.       — Ты... вы уверены? — неуверенно спросила хвостатая.       — Угу, только усиляй постепенно.       В меня ударила струя пламени, которая с каждой секундой становилась всё белее и белее, а спустя десять секунд я почувствовал, что броня не выдержит.       — Хватит! — выкрикнул я, поняв, что сейчас мне может не поздоровиться.       Хвостатая моментально выключила свою «зажигалку» и посмотрела на меня.       — Всё в порядке? — спросила она.       — Назад! — выкрикнул я почувствовав, что надо срочно сбросить накопленные элементы от атаки огня. — Газгольдер, я вызываю тебя!       Девушка отскочила, а я создал на перчатке круг «зажигалка» и запитал его, прицелившись в воздух.

БУХ!

      Из перчатки вышла мощная трёхметровая струя пламени, которая била секунд пять.       — Мадам, а вы очень сильна в магическом плане, — прокомментировал я, когда столб огня погас.       Интересная броня, обычно элементы стихий алхимическое одеяние не накапливает, а накапливает флакс и частично ману, выступая своеобразным аккумулятором для внешнего «оборудования». Без потребителя требует выпуск с помощью круга.       — Вы не пострадали? — спросила лисица. — А то кажется, что я перестаралась.       Она склонила голову.             — Его даже костёр Святой Инквизиции не взял в пятнадцатом веке, а вы тут его попытались только поджарить, — весело произнесла сестра. — Ладно, броня испытана и теперь осталось научиться её снимать.       Девушка подняла голову, после чего хитро улыбнулась — кицуне по другому не умеют.       — Брат, теперь просто сними маску, — произнесла сестра, а я незамедлительно попробовал снять маску, которая снялась на удивление легко, оставив меня в моей повседневной одежде, а в руке у меня оказалась белая маска с капюшоном. Только слишком она тяжелая для обычной маски, килограмма три-четыре. — Чтобы надеть требуется приложить маску к лицу.       Я кивнул и отошёл в сторону к стоящей рядом лисице, пытавшейся меня поджарить.       — Сестра, — обратился я к Мерке, быстро «швырнув» тот же алхимический круг на площадку, который начал проявляться на платформе, — теперь твой черёд.       Сестра кивнула и начала раскладывать компоненты, так же как и в моём случае, только керамика заменилась на древесину.       Круг пришёл в движение и вновь засветился ровным синим цветом, после чего предметы начали стягиваться к красной пластинке, сливаясь с ней.       После того, как последний предмет «влился» в пластинку над кругом появился жёлтый круг, к которому Мерка прикоснулась и её сковала боль, судя по её глазам.       Через пару секунд по её руке потекла жидкость, как и по мне недавно, только красного цвета, которая полностью покрыла её тело.       Через пару мгновений по жидкости начали пробегать всполохи электрических разрядов, которые придавали ей некоторые формы, а спустя пару секунд жидкость выпустила черный газ, полностью скрывший сестру. Ещё миг и газ резко пропал, показывая одетую, как я, сестру, но в одежду бордового цвета и маску желтоватого оттенка, только без круга на лбу.       Я только кивнул, а ко мне подошёл настоятель.       — Когда мы со всем покончили, я предлагаю выпить чаю, — произнёс он, смотря как Мерка снимает маску.       — Будем благодарны, Осаму-сама, — произнёс я.       Но и тут нас ждала напасть в виде паренька лет двенадцати, бежавшего со всех ног в нашу сторону.       — Что случилось, Хьюга-кун? — взволнованно спросил дед у юноша, пытающегося отдышаться. — Опять накуролесил?       — Нет, Осаму-сэмпай, там, — он глубоко закашлял, — демоны! Идут в нашу сторону!       Вот только демонюг не хватало, хотя…       — Двадцать лет не трогали, а тут вспомнили... — произнёс дедок. — Видать, решили вновь получить адреналина в задницу.       Мы переглянулись с сестрой, кивнули друг другу, после чего синхронно надели маски и вновь оказались в алхимических одеяниях, а парень удивленно посмотрел на нас.       — Через сколько подойдут? Их количество? Гендерные различия? — спросил я у паренька.       — Минут пятнадцать, если не ускорятся. Идут неспешным шагом в нашу сторону, — закашливаясь, произнёс парень, а Мерка принесла наши рюкзаки. — Пятнадцать демонов. Все мужчины.       — Девушки в укрытие, — прокричал дедок. — Занять оборону!       Площадка пришла в движение, все суетились. Часть девушек бежала куда-то в сторону, представители мужского пола достали различное оружие и шли в сторону ворот.       — Мерка, у нас дохрена времени на встречу! — весело произнёс я голосом, измененным маской, вытаскивая кусок мела и пару сумочек из рюкзака, тут же оказавшихся на поясе. — Что ты думаешь насчёт изучения демонюг?       — Полностью вас поддерживаю, коллега! — произнесла она. — Хочу узнать, что они из себя сейчас представляют и как научились восстанавливать свою популяцию.       Народ удивленно смотрел на нас, а парню-разведчику, который сейчас валялся на земле, вручили пробирку синего цвета.       — Пей, это восстановит твои силы, — произнесла Мерка. — Проводите на кухню, будем готовить зелья!       — У меня лаборатория есть, — прохрипел парень, выпив энергетик из пробирки.       Мерка кивнула и помогла подняться парню, после чего они побежали куда-то в сторону леска, где я чувствовал сильнейшую иллюзию.       — Сенсей, я пошёл минировать подходы, — произнёс я, прикидывая, какие разворачивать круги. — Вы не против, если у кое-что убойное нанесу на ворота, правда их менять, потом придётся.       — Похрен на ворота! Делай, что должен и уничтожь этих ублюдков!       Я улыбнулся, после чего кивнул и рванул в сторону выхода. Сейчас будет ДИСКОТЕКА со светошоу!