Тайна красного лириума

      Я съёжилась в пыльном углу своей комнаты, куда из-за паука Валеры даже заглянуть всегда боялась, и, поджав под себя ноги, тряслась, как дворовая шавка, стырившая у мясника палку колбасы. Это надо же было так опозориться! И что теперь будет думать обо мне Логейн? Он же, мать его, легенда, а я тут показала себя, как всегда, с «лучшей» стороны. Показала весь свой тупизм и безумие, разбавленное идиотизмом и маразмом. Правда, это одно и то же, но не важно. Просто нужно смириться с тем, что я победитель по жизни. Великолепно. Чего ещё можно было ожидать от меня? Вот всегда мне Натали говорила, чтоб я держала язык за зубами, но я же Эля. Даже тело Лесли меня не спасало.       А этот поганец Хоу всё знал и нарочно ничего не сказал. Вот дерьмо. Видимо, заранее хотел выставить меня перед ним полной идиоткой. Знал, что я не сдержусь и буду пререкаться, язвить и молоть полнейшую чушь совершенно незнакомому человеку. Теперь я знаю первое правило этой Башни — никогда не верьте Хоу. Они все пиздюки и засранцы. Всё-таки он недалеко ушёл от своего папеньки. А теперь… теперь похороните меня под плинтусом. Знайте, что меня тут сожрал Валера…       Прошла неделя. Потом другая. Я не вылазила из комнаты, боясь столкнуться нос к носу с Логейном Мак-Тиром. Как назло, он решил задержаться в Башне по каким-то жизненно важным вопросам, связанным с лекарством от чего-то там. Благо Валера меня ещё не сожрал, хотя и довольно быстро поправился, на королевских-то харчах. Мы с ним тут договорились, мол, я у него живу в уголочке и за это делюсь с ним частью своей еды. Ну, он вроде как согласился. Кстати, еду мне в комнату вызвалась приносить Кученей — единственное пока сохранившее разум существо, которое меня не бесило. Мы с ней часами болтали о далёких мирах, где была она, где была я, и казалось, что жить не так уж и плохо, когда рядом вот такой человек. В общем-то, я передумала умирать в желудке у Валеры.       — А Трандулета видела? — развалившись на кровати, кушала вишенку я.       Не жизнь, а рай. Кученей лежала рядом и подобно мне, глядя в потолок, порола ягоды.       — А, Трандуил? Тот эльфийский принц?       — ПРИНЦ?! — подняла я голову. — Ого. Принц.       — А что такое?       — Ну, вообще-то, когда я видела его в последний раз, он был королём, — усмехнулась я. — Ещё у него имеется двое сыновей.       — Оу, так эти двое произвели потомство, — хихикнула она, закидывая ягодку в рот.       — Типа того, — нервно усмехнулась я, задумавшись. — Чёрт, так здорово, что ты здесь. Есть о чём поговорить. Даже на Мираклии я не могла найти хоть одну живую душу, побывавшую где-то там, где была я.       — Да, мне тоже, — перевернувшись на живот, улыбнулась она. — Я искала что-то вроде того мира, о котором ты рассказывала, но всякий раз попадала куда-то не туда. Думаю, мне бы там понравилось, судя по твоим рассказам.       — Ещё как, — усевшись в позе лотоса, восхищенно протянула я. — Кто туда попадает — влюбляется в Мираклию. Она становится родным домом, несмотря на многие опасности и сложности. Пока что я не встречала ни одно живое существо, добровольно покинувшее этот чудный мир, — мечтательно протянула я. — Каждый раз, когда я оставляла его, мне становилось грустно. Но я знала, что вернусь. Знала, что пройдет несколько дней, и я снова встречу своих друзей, ставших мне семьей, увижу родную Академию и бабу Дусю, — я не сдержалась и хохотнула.       — Бабу Дусю? — повела бровью Кученей.       — Наша местная Афродита и богиня швабр, — рассмеялась . — Бессмертная вахтёрша, ставшая почти бабулей каждому. Характер у неё скверный, но с ней точно не соскучишься.       Мне даже этой бешеной бабки не хватает. Только сейчас поняла, что она чем-то Мередит напоминает, только не такая старая. Ну и придирается не только к магам.       — Весело, — усмехнулась девушка. — Как так случилось, что ты и твои подруги попали сюда? — внимательно посмотрела она на меня.       Ну как так? Одна очень УМНАЯ дура привела нас на какие-то раскопки, и вот мы здесь…       — Я уже точно не помню, — почесала я затылок. — Помню только, что мы вчетвером прогуливали лекцию миссис Куи, — задумчиво. — Что очень необычно…       — Необычно?       — Ага. Необычно, — серьезно посмотрела я на неё. — Вообще-то для нас с Селей это всегда была норма. Как и для Розы. Но Адель… Адель была у нас всезнайкой и примером правильности. Но именно в тот день она стала инициатором нашего прогула. Мы отправились в эти чёртовы руины, надеясь найти что-нибудь интересное и полезное. И хотя она сказала, что это в научных целях, мы с Селей пытались найти какую-то выгоду для себя. Это место было поистине мрачным и жутким. От него так и веяло каким-то могильным холодом. Я даже в последний момент хотела вернуться в школу, но гордость не позволяла. Это где видано, чтоб лучшая прогульщица школы уступала в откосах ботаничке? — усмехнулась. — На раскопках Адель нашла какую-то очень древнюю книгу и начала её читать. И… видимо, это и переместило нас в этот мир.       Почему-то с каждым разом всё меньше и меньше вспоминаю тот день. Даже лица родных людей уже стали исчезать из моей памяти. Если так пойдет и дальше, забуду я и Мираклию, и тех, кто когда-то был мне дорог…       — Так она прочла какую-то книгу? — внимательно на меня посмотрев, спросила Кученей. — А вы не пробовали её вновь прочесть? Может быть, это было какое-то заклинание?       Вне всяких сомнений, это было заклинание. И не простое, а одно из мощнейших заклинаний, прочитанных сильным чародеем.       — В том-то и дело, что книга тут же пропала, — пожала я плечами. — Да и нас раскидало по всему Тедасу. На протяжении десяти лет я даже не догадывалась, что помимо меня в этот мир попали и они. Я всё это время не покидала Киркволл. Селия стала весьма влиятельным Тевинтерским магистром. Адель, что и следовало от нее ожидать, стала служителем Церкви при самой Владычице, а Роза — Антиванским Вороном, это что-то вроде местных наёмных убийц.       Я единственная не стала какой-то влиятельной шишкой. Наверное, нужно было меньше торчать на одном месте. Хотя… что бы я сделала? Я слишком труслива и тупа. Магией не обладаю, да и вообще невосприимчива к ней. В Церкви мне делать нехер, ибо я атеист до мозга костей (Фен’Харел не в счёт). Убийца из меня как из Лучика певица оперы. Так что приходится быть простым вором и звать себя Другом Рыжей Дженни. Ну, тоже неплохо, по крайне мере, много не спрашивают.       — Так вот оно что. Непросто вам пришлось… — вздохнула Кученей, перебирая подол своего платья. — Я никогда нигде так долго не задерживалась.       Вот и я… когда-то.       — Самое интересное то, что мы собрались все вместе почти в одно и то же время, — усмехнулась я. — Просто однажды я повстречала Селю. Потом мы вместе с ней — Адель. А потом и вовсе как гром среди ясного неба на нас свалилась Роза. Мы были вместе, но недолго, мы даже были счастливы, как в старые добрые времена. Но восстание магов в Киркволле вновь нас разделило, а меня теперь и вовсе считают мертвой благодаря одному гному. Хотя, может, это и к лучшему.       Наверное, я с самого начала была лишней в этой заварушке. Они — три сестры, три влиятельных особы. Они даже остались сами собой, а я вселилась в тело маленькой девочки. Почему всё так, почему? Потому что я никогда не была похожа на обычного человека или эльфа? Потому что я смесь бульдога с носорогом? Почему у меня отняли мои крылья и хвост? Зачем лишили моих чудесных синих волос? Зачем?       — Что же тебя заставило покинуть тот город, где ты столько времени прожила? — спросила Кученей. — Мне казалось, тебе там нравилось, судя по твоим рассказам. Да и магов не стоило бояться, с твоей-то невосприимчивостью.       Почему я покинула Город Цепей — интересный вопрос. Иногда я думаю об этом. Я усмехнулась, покосившись на шкаф. Показать или не показать? Впрочем, не думаю, что ей есть до этого какое-то дело. Она даже понятия не имеет, насколько может быть опасен красный лириум. Да и если бы знала, то вряд ли стала бы осуждать. Она как я.       — Сейчас покажу, — я спрыгнула с кровати и подошла к шкафу.       Я зажмурилась, коснувшись дверцы и прислушиваясь к пению. Ничего. Песнь давно покинула меня, оставив лишь тишину. Со вздохом неуверенно отперев замок, я осторожно вытащила из него меч Мередит. Сейчас он казался ещё более прекрасным и более… тяжёлым. Лезвие приобрело красноватый оттенок, кое-где даже проступили жилы алого лириума. Было опасно держать его так. Сойти с ума могла не только я, но и те, кто рядом. Но я старалась никого близко к нему подпускать. Наверное, я такая идиотка…       — Вау, — подошла она ко мне, потянув руку.       — Не советую, — покачала я головой. — Это красный лириум. Он очень опасен. По крайней мере, двое из-за него с ума сошли.       — А ты вот так не боишься сойти с ума? — повела она бровью.       Сойти с ума? Не думаю, что сумасшедшая может сойти с ума. Хотя…       — Пока что еще не спятила, — пожала я плечами. — Вообще-то я мечтала его заполучить ещё когда была совсем девчонкой. Тогда я не думала, что он какой-то лириумный. Однажды, блуждая по Казематам и обчищая карманы у Усмиренных, я увидела её — Мередит…       — Мередит? Ту тётку, что охотилась за магами? Карвер мне рассказывал.       — Да. Охотилась за магами, — фыркнула я. — И за ворами. Я просто тогда решила пробраться к ней в кабинет, пока она не видит. И когда я это сделала, то увидела этого красавца, — я присела на кровать, смотря на искаженное отражение. — Он так и звал меня. Словно шептал, чтоб я его забрала. Знаешь, ведь укради я его раньше, возможно, Мередит бы не спятила. А так он сломал её и без того пошатнувшуюся психику.       Хотя куда там было дальше ломать? Мне кажется, она с рождения была долбанутой бабой в кокошнике. Вообще не представляю её ребёнком.       — Думаешь, тогда было бы лучше? — спросила Кученей.       — Не знаю, — пожала я плечами. — Возможно, и не было бы. Она и без того была больной на всю голову.       Кученей, словно неваляшка, перекатывалась с одного бока на другой, сидя рядом со мной, согнув колени, и смотрела на меч. Надеюсь, на таких, как она, не действует эта дрянь. Хотя кто его знает. Наверное, лучше бы убрать его от греха подальше, пока тут вся комната не покрылась красным лириумом, как это было в Казематах.       — Ой, что это! — вдруг воскликнула она, указывая на лезвие меча.       Что, уже пошел процесс?       — Что? Я же говорила, что это лириум, — я опасливо покосилась на неё.       — Нет, я не об этом, — замотала она головой, упорно тыкая пальцем на лезвие меча. — Девушка с синими волосами прямо там.       — С синими… что? — я всмотрелась в отражение, но видела лишь Лесли и Кученей. Она видела… меня настоящую?       — Ты видишь синеволосую девушку? — судорожно спросила я. — А крылья у нее есть?       — Я не з… — стала приглядываться она. — Да! Точно! Ты тоже ее видишь?       — Нет, — я покачала головой, задумчиво посмотрев на отражение Лесли. — Но когда-то этой девушкой была я.       — Ты? — непонимающе уставилась на меня Кученей. — Ты разве не всегда была эльфийкой?       — Нет, — помотав головой, я поднялась и вернулась обратно к шкафу. — Меня звали Элен. Я была элетанкой, родившейся на планете Ниал. Меня изгнали с родной планеты в день моего совершеннолетия. Я попала в Средиземье, как уже говорила. Потом на Мираклию. И теперь мой дом там, а не здесь и не на Ниале. И при первой нашей встрече я наделялась тебя использовать, чтоб вернуться домой.       И не только при первой встрече. Я уже две недели размышляла над всеми возможными способами как-то воспользоваться твоей мощью.       — Но я сама не знаю…       — Я это поняла, — поджав губы, проговорила я. — Поэтому почти отчаялась.       И устала ждать чуда.       — Послушай, раз в этом мече можно разглядеть настоящую тебя, то, возможно, он и есть твой путь домой.       Я оглянулась к ней, прикрыв рукой дверцу шкафа.       — О чём ты?       — Тебя не зря к нему манило всё это время, — уверенно начала она, поудобней устроившись на кровати. — Ты не сошла с ума, как те двое до тебя. Я увидела тебя в нём. Это не просто случайность, это предназначение. С его помощью ты сможешь разыскать дорогу домой. Ведь этот… лириум, может, он как портал?       Я задумчиво посмотрела на Кученей. А если правда? Если все эти шепотки, исходящие от меча, что-то значат? И что если только с его помощью я вернусь домой? Но как? Я понятия не имела, как его использовать.       — Я не знаю, что нужно делать, — я пожала плечами. — Не знаю, как открыть этот портал.       — Карвер мне сказал, что та Мередит оживляла статуи с помощью меча. Может, нужно его как-то использовать? — посмотрела она на пол. — Ну, я не знаю, ударить о землю, и что-нибудь да откроется.       — Если ударишь им об землю, то всюду вырастет красный лириум, наверное, — фыркнула. — По крайней мере, Казематы были заполнены им. Не хочу, чтоб эта зараза пошла и здесь. Нет, это бред какой-то. Если бы я с его помощью могла вернуться домой, то наверняка бы уже вернулась. А так… это просто меч.       — Который ты по какой-то причине прячешь в шкафу, — изогнула она бровь.       — Да он просто красивый, — отмахнулась я. — Я люблю красивые вещи. Вот и всё.       — Делай как знаешь, — покачала она головой. — Я тебе выложила свою теорию, а там уж реши, есть ли в ней хоть доля правды или нет.       Кученей вышла из комнаты, оставив меня наедине с моими мыслями.       Я серьезно задумалась над её словами. А если всё это и в самом деле не случайность? Если этот меч не случайность, и все эти шепотки? Если смерть Мередит не случайность, и я просто была обязана забрать этот меч? Если прибытие сюда Кученей не случайность, и именно она должна была дать мне наводку? Тогда почему этого не произошло раньше? Может, меня и в тело вора-то специально закинули, чтоб я украла этот меч? Но вор из меня вышел никудышный, поэтому пришлось устранить Мередит. Да, это ещё бредовее, конечно. Нет никакой связи. Это просто случайность. Этот кусок красного дерьма и вовсе могли не найти. Всё заслуги Хоук. Я и роли-то никакой в этом не сыграла, была лишь пешкой. Когда было надо, мне звали делать мелкую и грязную работенку, вроде помоги перетащить Мерриль зеркало с горы или приютить на время долбаного малефикара-подростка. Меня тут вообще не должно было быть. Ни сейчас, ни тогда. Как и остальных. Мы просто случайно попали в этот мир.       Прошло две недели, а я всё сижу и сижу здесь… Что я, спрашивается, делаю со своей жизнью? Я никогда никого и ничего не боялась. Разве что Мередит, да и то потому, что она убить меня хотела. А теперь я боюсь чувака, которым восхищалась. И из-за чего? Из-за того, что много болтаю? Однако это меня никогда не останавливало. В пекло всё. Пора уже выбираться отсюда. Я же всё равно хотела... Ну, в смысле, из мира этого проклятущего.       Я уверенно вышла из комнаты и гордой походкой пошла по коридору. Поначалу я была спокойна, как удав. Но чем ближе я подходила к столовой, тем больше мне хотелось вернуться назад. Мой шаг был уже не таким уверенным и заметно замедлился. Навстречу мне шёл… Логейн. Хотите сказать, что это тоже случайность?       Я натянула маску безразличия и вообще старалась на него не смотреть. Блять, не смотреть невозможно. Я же столько времени искала встречи с ним, а теперь… Резко присев на корточки, я стала делать вид, что завязываю шнурок. Ну, знаете, на физре это срабатывало. Вот только загвоздка была в том, что это была не физра и вместо кед на моих ногах были пушистые домашние тапочки. Лох — это судьба.       — Может, помочь? — послышался голос над головой.       Что, завязать невидимый шнурок?       — Нет. Спасибо, — буркнула я, усердно выдёргивая шерстинки из тапок. Боги, что я вообще делаю?..       — Как знаешь, — его шаги стали удаляться, и я, оглянувшись, чтоб убедиться, что его нет, встала и, облегченно выдохнув, пошла дальше.       В следующий раз нужно вместо тапок что-то со шнурками напялить.       И зачем я вышла? Мне и в комнате неплохо сиделось… Наверное, стоит прогуляться или вовсе валить отсюда. Ну, а что? Меня здесь уже ничто не держит, да и пользы я не приношу народу. В конце концов, я все равно собиралась отправиться в Денерим.       Я вышла на улицу и огляделась по сторонам. Здесь ничего не меняется. Даже напоминает чем-то родной и вонючий Эльфинаж. Дерево бы посадить только и ушастых собратьев собрать в одну кучу.       Скучающе прогуливаясь по территории Башни, я сходила сначала на конюшню. Но была прогнана каким-то засранцем, имя которого я, естественно, запоминать не хотела. После чего заглянула на ристалище и поглазела на полуголых Стражей. Ну как Стражей… особо-то и смотреть не на кого было. Разве что на Ната. При виде голого Огрена меня чуть не стошнило, и я отправилась в сад по яблоки.       Дурацкая какая-то мания у меня появилась к яблокам. Раньше я их на дух не переносила, а сейчас тоннами лопать могу. Хм, опять какой-то глюк… В саду я обнаружила тех, кого не ожидала — Карвера и Кученей. Они сидели на скамейке и о чём-то мило беседовали. Решив не мешать им, я нашла самую плодовитую яблоню и стала её раскачивать, надеясь, что яблоки соизволят упасть мне прямо в руки. Но как же я ошибалась… Ни одно блядояблоко даже не пошевелилось! Пришлось лезть на дерево.       Ох, сто раз пожалеешь, что ты такой карликовый эльф. Даже яблоко достать не могу. Можно было, конечно, попросить Карва или Кученей, но у них же там любовь-морковь. Не сложилось с личной жизнью, так зачем мешать другим?       Короче, я типа забралась на дерево и даже достала самое огромное и самое красное яблоко. Но теперь проблема состояла в том, чтоб спуститься. Я совсем забыла, что боюсь высоты… Почему я такой еблан?       Я посмотрела вниз, прикидывая в голове, высоко ли падать. Оказывается, высоко, мать вашу. А если кинуть в Карвера яблоком, чтоб тот меня снял? Ага, тогда помимо того, что я лишусь яблока, ради которого лезла на ёбаное дерево, так ещё и по шее получу потом. Ну, нахрен.       Эй, народ! Ну, кто-нибудь здесь есть ещё?..       Я удобней устроилась на ветке и принялась трапезничать. Знаете, а здесь не так плохо. Обзор хороший. Интересно, о чём они там говорят? Стопудово уже заранее придумывают имена детям. Я бы им подсказала, да орать неохота.       Прошло полчаса. Я надеялась, что эти двое отвлекутся и уже пойдут отсюда к чёртовой бабушке, но они продолжали хохотать. Ох…       Тут я заметила какое-то движение внизу. Посмотрев сквозь ветки вниз, я увидела… да твою же Сьюху, Логейна! Нет, сегодня точно не мой день. Тот прошел мимо яблони, не заметив затаившуюся на ней долбоёбину Элю, и подошёл к влюблённой парочке. Я стала пристально за ними наблюдать. Тот склонился к ним, оперевшись о спинку скамейки локтями, и что-то говорил. Карвер то и дело кивал, а Кученей закрыла рот рукой, как будто подавляя смех. Он им там что, анекдоты рассказывает? Я тоже хочу!       После эти двое поднялись с насиженного места, и все трое куда-то направились.       Эй, алло! Меня-то кто-нибудь снимет?!       Так не хотелось палиться перед Логейном, но и на дереве остаток дня не хотелось торчать. Кто знает, когда здесь появятся первые люди. Я чуть дёрнулась на дереве, стараясь привлечь внимание. Орать-то тоже как-то неловко. Одно из яблочек сорвалось и упало прямо на голову... Угадайте, кому? Правильно. Бывший тейрн Гварена посмотрел на меня так, что дерево едва не сгорело от его взгляда.       — Я это… — начала нервно я. — Не хотите яблочко?       — Лесли? — удивилась Кученей. — Ты чего там торчишь?       — И как долго торчишь? — подозрительно прищурился Карвер.       — Достаточно долго, чтоб придумать имена вашим детям, — растянулась в ехидной ухмылке я.       Тот весь надулся, покраснел и, по всей видимости, хотел мне что-то высказать, но не знал, что б такое оригинальное и сверхгениальное придумать. Ну да, он уже давно хочет переплюнуть меня в этом.       — Короче, снимите меня. Я как бы высоты боюсь и всё такое… — поджав губы, протянула я.       — Ты издеваешься? — нахмурился Хоук-младший. — Зачем ты тогда вообще лезла?       — Яблочка захотелось, мать твою, — язвительно протянула я. — Думаешь, стала бы я без причины по деревьям тут лазить?       — Могла бы нас попросить, мы бы достали, — предложила гениальную идею Кученей.       Ну конечно. А потом твой благоверный меня бы с говном сожрал за то, что я вас отвлекаю.       — Вы были заняты, — вновь съязвила я. — Так вы поможете? У меня уже ноги затекли.       Они переглянулись. Только Логейн как-то подозрительно хитро продолжал смотреть на меня. Что задумал этот тип?..       — Нужно лестницу найти, — услышала я слова Кученей.       — Легче так залезть, — отмахнулся Карвер.       — Идея с лестницей мне нравится больше! — выкрикнула я.       — А ты там вообще помалкивай, иначе так и останешься сидеть всю ночь на дереве! — пригрозил Хоук-младший. Вот свинья! Появилась девушка, так и храбрости прибавилось?!       Карвер зачем-то снял с себя рубашку, оставшись в одной майке, и, видимо, уже собрался лезть на дерево. А рубашку для понтов, что ли, снял? Чтоб Кученей твои мускулы увидела? Пфф, да их и под сотней одежек будет видно, умник.       — Погодите, — подал голос всё это время молчавший Логейн. Те двое замерли. Как, впрочем, и я. Что он задумал?!       Логейн поднял на меня взгляд.       — Прыгай.       Что?! Да ты совсем больной, что ли?! Архидемон мозг пробил?! Я пока ещё жить хочу! Хоть ты и Герой Дейна, но умирать ради твоих тупых предложений помочь я не собираюсь.       — Даже не мечтайте, что я так нелепо умру! — выкрикнула я. — Лесли не… — не успела я договорить, как дерево пошатнулось, и я, не удержавшись и с диким ором цепляясь за тонкие ветки, полетела вниз. Круто, блин.       В общем-то, посадка оказалась мягче, чем я предполагала. Правда, всю рожу и руки ветками расцарапала. То, что меня кто-то держит на руках, я поняла не сразу. Перед этим я орала и размахивала руками, всё еще думая, что убьюсь. Но когда поняла, что полёт прекратился, открыла глаза и увидела лицо Логейна… Мля…       — Ты закончила горланить? — повел бровью он, с усмешкой глядя на меня.       Я молча закивала, всё ещё охуевше глядя на него. Так, харе пялиться, Эля. Ты уже себя опозорила по полной. Теперь ещё и это… Жаль, я не сдохла. Похоронили бы прямо под яблоней. Вон и лопата стоит.       Наверное, мы бы смотрели друг на друга целую вечность, как два барана, если бы не Кученей.       — Лесли, — откашлялась она. — Мы собираемся с Карвером в город. В этот…       — Амарантайн.       — Да, — кивнула. — Не хочешь прогуляться с нами? А то всё сидишь в своей комнате… Не выходишь.       Так, о чём это я? Ах, да. Город.       — Конечно, — сползла я с рук Логейна, всё ещё косо на него поглядывая. — Погодите немного, я переоденусь.       Не идти же в пижаме. Натаниэль до сих пор смеется над моей самодельной жёлтенькой пижамкой с эмблемой Киркволла. Не вижу ничего смешного! Я сама её шила, да. Мне нужна была хоть одна одежда, которая будет больше напоминать мне о доме и в то же время о Городе Цепей.       Я, спотыкаясь и всё еще оглядываясь, почесала обратно в комнату. Чтоб этого Логейна. Он нарочно это сделал. Да, и на дерево меня загнал, конечно, тоже он, идиотка. Я проскользнула мимо Альфреда, который грыз косточку у входа, незаметно прокралась мимо Ната и забежала в комнату.       Быстро напялив какую-то зелёную тунику и коричневые лосины, я выбежала в коридор и тут же вернулась назад, сменив тапочки на сапоги. Через пять минут я уже была во дворе Башни.       — Я готов, — широко улыбнувшись, протянула я.       Кученей обвела меня оценивающим взглядом. Да, я знаю, что этот шмот слишком необычный для этого мира, ведь я сама теперь шила себе одежду. Ну бесит меня местная мода, хоть убейте.       — Что? — непонимающе уставилась я на нее.       — Ничего. Мне нравится. Пошли? — улыбнулась она.       Всю дорогу Карвер не умолкал, что-то бурно рассказывая об Амарантайне. В основном это были истории о том, как он только стал Серым Стражем и отрывался тут. Я слушала вполуха, всё еще размышляя о мече и прочей херне, которая со мной в последнее время творилась. Кученей то и дело с восторгом охала и ахала.       — Так Бетани тоже в городе? — вдруг спросила я Карвера.       — Нет. Она уплыла с Изабеллой и Фенрисом в Тевинтер, — вздохнул он, задумавшись.       А Феню-то какая муха укусила? Летит в самые лапищи больных ублюдков.       — Ну, я понимаю — Бетани. Ей как магу там как в раю будет. А Феня-то чё дурнулся?       — Не знаю, — пожал он плечами. — Может, отомстить Данариусу хочет.       — Он же его вроде как укокошил уже.       — Ну, значит, другим магистрам.       Вот же ненормальный. Вроде освободился от рабских цепей и опять лезет. Не живётся эльфу спокойно. Хотя чья бы корова мычала. Сама ищу неприятности на ровном месте.       Дойдя до города, эта влюблённая парочка первым делом пошла разглядывать местные достопримечательности, а именно — рынок. Ну, а что тут еще можно разглядывать? Не город, а помойка, как по мне. Не то что Киркволл… Эх, родной город. Ничто уже не заменит тебя.       Я пошла к местной церквушке, поглазеть на доску объявлений. Уж больно я любила читать все те бредни, что там висели. То им лечебных припарок принеси, то крышу почини у какой-то там мадам. Блин, люди, вы серьезно? Такую херню выставляете на всеобщий обзор? Хотя самое смешное то, что кто-то даже приходит им на помощь. М-да, всегда убивали такие добродетели.       Меня все больше пробивало на смех.

«Памагите асиратефшым из-за Мора. Принисите ящык самагона».

      Просто блеск. Осиротевшие из-за Мора, блин. Он уже почти десять лет назад закончился. И да, неужели кому-то поможет ящик самогона? За такое нашу Дусю вообще бы на пятнадцать суток посадили.       Монашка, стоящая около доски, нехорошо так на меня покосилась. Ей явно не пришлось по вкусу, что я тут ржу над бестолковыми просьбами о помощи.       Решив не испытывать судьбу, я отправилась дальше. Этот город был настолько скучен и сер, что даже грабить было некого. Одни купцы да какие-то бомжеватые аристократы. Походу все ферелденцы одеваются как нищие, не понять, кто из них благородный, а кто крестьянин. Но зато и те, и другие удивленно пялились на меня и мой прикид. Эх, темнота. Да что вы понимаете?       Побродив еще какое-то время по городу, я решила отправиться на рынок. Там я встретила Кученей и Карвера. Последний тащил огромную сумку, а первая примеряла идиотскую орлесианскую шляпу у прилавков.       — Как она мне? Идёт? — спросила она у Карвера, глазея при этом в зеркало. Тот открыл было рот, но тут вовремя подошла я.       — Нет. Ужасный фасон. У орлесианских лизоблюдов совсем вкуса нет, — я отняла у нее шляпку и бросила обратно на прилавок.       — Да как ты смеешь оскорблять великий народ, собачница?! — гаркнул торговец орлесиаской наружности.       Люблю срач на рынках, ей-богу. Лишь бы стражу не привлечь.       — Ну, во-первых, я не собачница, а благородная марчанка, — ответила я с таким видом, как будто была Пророчицей Андрасте. — А во-вторых, умник, ты бы был повежливей с клиентами, иначе лишишься не только своих товаров, но и головы. Знаешь ли, у меня есть знакомые, как ты выразился, собачники, которые с удовольствием тебе её оттяпают. Пошли, Кученей. Здесь ты ничего не найдешь.       Карвер и Кученей переглянулись и пошли за мной.       — А чего ты так невзлюбила этих… ну, орлесианцев?       — Да они все такие говнюки, — фыркнула я. — Вон Карвер тебе лучше расскажет.       — Это… долгая история, — почесал затылок Младший.       Пока Карвер рассказывал нашей временной чародейке, какие орлесианцы козлы и как они едва не завоевали весь мир, я оглядывалась по сторонам в поисках каких-нибудь булочных. Что-то жрать уже захотелось, а обратно до Башни ещё топать часа два. Да и эти умники демон знает когда нагуляются ещё. Чёрт, они совсем-совсем не голодные? Как так можно?..       — Эй, народ. Я всё понимаю, любовь-морковь, огурцы-помидоры, но неплохо бы и подкрепиться.       — Э… что? — округлила глаза Кученей. — Да нет у нас никакой любви!       — Да, что ты несёшь, Лесли? — нахмурился Хоук-младший.       — Ну конечно, а я королева Антивы, — ехидно протянула я и продолжила, не дав им даже возразить. — В общем, давайте-ка заглянем в «Король и Лев». Что-то кушать охота.       — Ну, я бы тоже не прочь подкрепиться, — поддержала меня девушка.       — Вернёмся в Башню и поедим, — проворчал Карвер. — Ты видела цены в этой забегаловке? Да я там всё своё месячное жалование оставлю.       — Ой, всё, — отмахнулась я и уверенно направилась к таверне. — Я угощаю.       — Ты что? Но где ты денег возьмешь? — побежал следом Хоук, а за ним и Кученей. — Или опять принялась за своё? Только не говори, что украла у Стражей.       — Пфф, словно у вас деньги имеются, — фыркнула я. — Пока гуляла по городу — нашла мешочек с золотыми.       — Ого, круто, — восхитилась Кученей. — Или… не круто? — заметив изменившееся выражение лица Карва, спросила она.       — Она их украла, — нахмурился тот. — У моих соотечественников. Как ты могла? Они и так пережили Мор.       — Ты мне теперь каждые пять минут будешь напоминать? — съязвила я. — Я пережила нашествие долбаных кунари, восстание треклятых магов и маразм чокнутой храмовницы. Да мне молоко должны бесплатно выдавать за такое, но я же не строчу жалобные петиции королю.       — Да ты всё время сидела в безопасности. Да ты…       — Что я? Ну, давай, скажи, умник. Не только твоим сородичам хреново живётся. Вон, гномы под землей вообще постоянно с ними воюют и не жалуются. И вообще. Ты-то во время Мора сидел, поджав хвост, в Вольной Марке. Так что харе ныть и пошлите уже, пока я окончательно не возненавидела ферелденцев.       Как же доконало это нытьё… «Они же страдали, они же мои сородичи, как ты так можешь?» Да, могу. Я воровка, и мне до лампочки ваши проблемы. Словно я виновата в том, что им пришлось худо из-за порождений тьмы. Каждый выживает, как может. И если у них не хватило мозгов покинуть страну собачников до её практически полного уничтожения, то это их проблемы. Вон, Хоуки же додумались свалить отсюда подальше, молодцы.       Мы зашли в таверну и тут же стали примечать себе свободный столик. Как всегда, чёрт ногу сломит, сколько здесь было народу. Кучка тупорылых храмовников прямо за столом у двери. Уж не по душу ли Андерса и Мариан припёрлись? Надо бы приглядывать за Кученей, чтоб она тут не магичила. Несколько стражников видимо пипец как устали от караула, торчали здесь и попивали эль. Какой-то подозрительный одноглазый тип в углу. Типичный пират. И почему мне кажется, что он когда-то спал с Изабелой?       Мы нашли свободный столик рядом со столом этого типа и приземлились там.       — Официант, меню, пожалуйста! — закорячив ноги на всю длину лавки, воскликнула я.       Эти двое сели напротив, и в глазах Карвера так и читалось презрение. Пфф, думай обо мне что хочешь. Я высказала своё мнение.       Молодая официанточка тут же подбежала, судорожно теребя свой засаленный фартук.       — Что будете заказывать, миледи? — пронзительным голосом пропищала она. Боги… выдерите ей гланды.       — А, то есть в этом склепе хрен мне предоставят меню, — страдальчески вздохнула я. — Ну, а что у вас имеется?       — Сейчас особенно хорошо берут нагов в лимоном соку, — радостно пропела она.       — О, нет. Только не этих свиней, — я протестующе помахала рукой. — Принеси супчик какой-нибудь. Только не из нагов. Что-нибудь овощное.       — Хорошо, миледи, — кивнула та. — А вы?       — Ну, мне… — неуверенно начала Кученей. — Давайте мне то же, что и моей подруге.       — А мне гороховую похлёбку с говядиной, — подал голос Карвер.       Твою ж…       — Ты серьезно? — поперхнулась я. — Как ты можешь заказывать гороховую похлёбку в таком месте, да ещё и с такими людьми?       — А что такое? — непонимающе протянула Кученей.       — Да ты знаешь, что после неё бывает? Газы, — откинулась на спинку я. — Он тут так всё провоняет, что придётся вызывать МЧС. А ведь у вас ещё не создали противогазы. Тебе не стыдно будет перед Кученей тут вонять?       — Я… — растерянно посмотрел он на девушку. — Я передумал. Принесите мне просто воды.       Одноглазый тип, сидящий прямо через стол, хохотнул. Что смешного, умник? Я-то знаю, что такое гороховая похлёбка с говядиной. Как-то храмовникам в Круге её давали, я тогда в сороковой раз проникла в Казематы. Иду, значит, такая, думаю, наконец-то удача. Даже Мередит шибко была занята. Пробираюсь через сортир, значит, и такая вонища на весь коридор, и три храмовника за животы держатся. Из их разговора я поняла, что им давали на ужин эту самую гороховую похлёбку и у них у всех после нее резко схватило животы. Короче, они не успевали занимать очередь в сральники. Кто-то опорожнялся прямо в штаны. В тот день я не украла меч именно по этой причине, просто не могла там находиться и свалила нахер.       Официантка принесла нам наш заказ, и мы принялись трапезничать. Еда тут, конечно, отстой, но беднякам выбирать не приходится. Ей-богу, даже в «Висельнике» не так гадко готовили. Если бы я была не такая голодная, то хрен бы стала это жрать, но голод не тётка.       Дожевав последний кусок хлеба, я с довольным видом отодвинула тарелку.       — Поели, теперь можно и поспать, — процитировав старую жабу из советского мультика, протянул я.       — Кажется… в Башне еда вкуснее, — не доев свой суп, скривилась Кученей.       — Ты не будешь?       Она отрицательно покачала головой, отставив.       — Тогда я доем, — я взяла её порцию и стала хлебать супчик.       Ну, а что? У меня молодой растущий организм. Я же не виновата, что вечно хочу жрать. Как эти Серые Стражи уже стала.       На самом деле, второй порцией супа дело не закончилось. Когда официантка проносила мимо нас жареную курятину с золотистой корочкой к столу каких-то богатеев, я заказала то же самое. Карвера это бесило. Кученей, видимо, дружбы ради терпела и только улыбалась. А я кушать хочу, чё.       Всё было бы ничего, эти двое меня терпели. И терпели довольно долго, пока вдруг двери таверны не распахнулись и на пороге не показались четыре рожи сомнительной наружности. В одной из них я узнала малышку Бетани, неловко топчущуюся у дверей и косящуюся в сторону храмовников. Еще одна рожа принадлежала весьма мрачному эльфу с тёмным прошлым. Ну как тёмным… Он-то был не виноват, что на него положил глаз чокнутый малефикар. Варрика я узнала по волосатой груди, чьи волосы так и колосились на ветру. Кхм, точнее, я просто узнала Варрика, он мой бро, как-никак. Ну и, конечно, эпицентром всего пиздеца была грудастая пиратка, чью грудь, собственно, может не увидеть разве что слепой, да и то не факт. Те огляделись по сторонам, видимо, ища местечко, где приземлить свои задницы. Я нарочно не подавала виду, а мои пиздюки пока их не видели. Да как тут что-то заметишь, когда такая любовь?       — О, любовь моя! Ты ли это?! — всё же заметила меня Изабела. Блять…       Карвер резко вздрогнул и обернулся.       — Бетани? — резко подскочил он и побежал к сестричке.       Кученей нахмурилась, с подозрением на них покосившись. Хех.       — Да ты не ревнуй, — отмахнулась я. — Они брат с сестрой. К тому же близнецы.       — Близне… — начала ошарашенно Кученей. — В смысле, мне-то что? — фыркнула она, опомнившись.       Ну конечно. Ей-то что. Они просто друзья, ага.       — Фиалка, а ты, никак, жива, — усмехнулся гном, подходя к нашему столу.       — А ты, небось, уже и повесть сочинил о том, как я сдохла где-нибудь в желудке нага, — съязвила я.       — Ну, не то чтобы так… — задумался гном. — Хм, неплохая идея.       Забудь, что я сказала, гном…       — Зачем мы сюда пришли? — в своей обычной манере пробурчал Феня, с презрением смотря на Кученей.       Да, мне тоже интересно. Хотя меня больше интересует, чего вы вообще сюда прикатили. Мне казалось, вы уже на полпути к Тевинтеру.       — Ну, как ты тут поживала? — нахально убрав мои ноги с лавки, присела ко мне Изабела и обняла.       — Нормально до сего времени, — фыркнула я, скидывая ее руку со своего плеча. — А вот что вы тут делаете, интересный вопрос.       — Долгая история, — отмахнулась пиратка. — Варрик как-нибудь тебе расскажет.       — Он, пожалуй, расскажет, — фыркнула я. — Малость приукрасит, и пойми там потом, правда или нет.       Вышеупомянутый в это время вместе с хмурым эльфом отняли у соседнего столика лавку и притащили к нам. Официантка хотела было возмутиться, но, заметив гневный взгляд Фени, промолчала. Правильно, молчи. Ты ещё не видела, как он сердца голой рукой вырывает.       — А это что ещё за лапушка? Карвер, неужто ты подружку себе нашел? — хихикнула пиратка, обратив внимание на Кученей. — Наш мальчик растёт.       — Карвер, я тебя поздравляю! — кинулась обнимать его Бет.       — Да я… Кученей мой друг! — возмутился Хоук-младший, заметно покраснев.       — Да-да, мы просто друзья, — закивала Кученей, тоже краснее помидора.       — Ну конечно, — одновременно с ехидными рожами протянули мы с Изей. Тьфу на неё.       — Значит, Кученей, — потер подбородок гном. — И откуда же ты такая?       — Ну, я… — посмотрела она на меня. — Издалека.       — Ты тоже Страж, как и мой брат? — с улыбкой спросила Солнышко.       — Нет. Я Часодей. Ну или, проще сказать, Маг Времени.       — Малефикар, — сплюнул Фенрис, ударив моей ложкой по столу.       Эй, не трогай чужое добро!       — Ты глухой или дурак? — язвительно протянула я. — Сказала же, Маг Времени.       — Знал я одного магистра, владел он этой самой Магией Времени, — прошипел Фенрис. — Считал себя уникальным. Все маги одинаковые.       Кученей, по-видимому, хотела что-то возразить, но была вовремя заткнута Бетани.       — Смирись. С ним бесполезно спорить, — прошептала ей девушка. — Лучше покажи, что это за магия. Я никогда такую не видела.       — Ну, если ты так хочешь, — Кученей сняла с руки свой браслет, который напоминал стрелку часов, и внезапно его расправила.       — Воу, — очарованно наблюдала за ней я.       — Не уверена, что вы поймете её смысл, но… — девушка взмахнула палочкой, и все как будто замерли.       — Эээ… — удивленно протянула я, смотря на то, как в полете зависла официантка с подносом. Хех, ещё чуть-чуть, и она бы навернулась. — Охереть как это круто.       — Оу, видимо, на тебя моя магия не действует тоже, — хохотнула Кученей.       — Ты остановила время?       — Ага. Остановила время.       И тут мне в голову пришла безумная мысль. Маниакально ухмыльнувшись, я достала из кармана маркер (и не спрашивайте, где я его взяла) и стала выполнять замышленное.       — Ахах, что ты делаешь?! — рассмеялась Кученей, смотря на то, как я рисую усы на роже у Изабелы.       — Придаю ей подобающий вид, — усмехнулась я. — Всегда мечтала это сделать. Следующий.       Спустя четверть часа, ну или нисколько часа, судя по тому, что Кученей остановила время, я закончила и удовлетворенно оглядела проделанную мной работу: усатая Изабела с охреневшей рожей смотрела на якобы очкарика Фенриса, у которого из носа торчала бензопила «Дружба», а на щеке было написано «МАГИЯ КРОВИ!». Варрик с нехорошим словом из трёх букв на лбу и усами Гитлера теперь пугал меня похлеще Мередит. Над малышкой Бетани я сильно измываться не стала, нарисовав милое солнышко на щеке. Но над Младшим я, конечно, постебалась. На этого засранца я потратила весь маркер. Нарисовала дьявольские рожки на лбу, вторые глаза на веках, кучерявые волосы, торчащие из носа, бородавку на носу, козлиную бородку и дорисовала широкий рот, из которого торчали острые зубы. В общем, красота, да и только.       Кученей ржала, как лошадёнка, и даже что-то от себя пририсовала Карверу на руке. Но потом резко замолчала.       — Послушай, но они же теперь подумают, что это я всё нарисовала! — вдруг осмыслила происходящее она.       — Именно так, — нагло улыбнулась я.       — Но… но ты тоже не разрисованная. Так что на тебя они тоже могут подумать.       — Да, но я им скажу, что ты нарочно меня не разрисовала, чтоб все шишки падали на меня.       — Ах ты, зараза, — прошипела Кученей, случайно взмахнув своей палочкой. — Ой.       Все мигом отмерли, ещё не понимая, что произошло. Кстати, официантка всё же навернулась с подносом, тем самым привлекая к себе внимание.       — Ну и где твоя… — начала было Изабела, но, увидев рожу Карвера, громко расхохоталась.       — Что ты… — парень опешил.       Все стали растерянно разглядывать друг друга и ржать. Ну как все… Фенрис хотел убить. Вот только я не знаю, кого именно — меня или Кученей. Видимо, он тоже пока думал, кто из нас виноват.       — Чую жопой, пора валить, — тихо протянула я.       Пока они там думали, кого убить первым, я по стелсу, словно Слизнячок, уползла под стол, а там и к барной стойке. Ну их нахер. Получу ещё по щам от Фени. А Кученей хоть Карвер защитит, если что. Присев на стульчик, я жестом показала бармену, чтоб налил чего покрепче. Невольно вспомнила Корфа, протирающего стаканы своими слюнями. Вспомнила и всплакнула. Надеюсь, он там жив еще.       Тут же ко мне тихонько подсел тот самый одноглазый тип. Хм, странный он какой-то.       Я залпом выпила стакан какой-то противной хрени. Фе, моча бронто, что ли?       — Не рановато ли ты начала употреблять алкоголь, ребёнок? — хохотнул тип, наблюдая за мной.       Это кто тут ребёнок, дядя? Да ты знаешь, сколько мне лет?       — Не рановато, — съязвила я, всё же посмотрев на него. — А вам не поздновато? Небось, уже и печень отказывает.       Мужчина ещё больше расхохотался.       — Да вроде не жалуюсь пока.       — Ну, вы там поосторожней. Один мой знакомый гном вот так же пил, пил, а потом у него признали цирроз печени. Ну и отбросил вскоре копыта.       Ладно, это был вовсе не гном, а наш старый завхоз Гавриилыч. Бухал беспробудно. Если не хватало зарплаты, бежал у нас клянчить. Зануды вроде Натали, ясен пень, ему не давали на новую порцию, тут же начиная читать лекции о вреде алкоголя и его последствиях. Тогда он прямиком бежал ко мне. Ну, Эля добрая душа, почему бы и да? Деньги ей все равно девать некуда было, а так хоть оказывала помощь друзьям нашим меньшим. Дооказывалась… через месяц его тело нашли в канаве под забором нашей Академии. При вскрытии сказали, что помер от чрезмерного потребления алкоголя. Ну, а я что? Плакала, конечно. Почти. Хороший был мужик. Всегда шоколадки для меня тырил со склада, типа списанные. Эх…       — Что у него признали? — не понял одноглазый. Ах, ну да. Я же совсем забыла, что тут о таком не знают.       — Ну, в печени у него, короче, черви завелись, а потом она сгнила. Вот что.       Хотя хрен знает, что там у него было. Что-то с печенью, в общем. Я-то не врач, откуда мне знать?       Он недоверчиво посмотрел на свой стакан. Хех, напугала человека, блин.       — О, какие люди, и без охраны! — раскинув руки в стороны, подошла к нам Изабела.       И почему я не удивлена, что они знакомы? Даже думала об этом каких-то полчаса назад.       — Изабела, давненько тебя не видел, — усмехнулся мужчина. — Где же всё это время пропадала королева Недремлющего моря?       — Ну, я расскажу тебе как-нибудь в более приятной обстановке, — подмигнула она ему и просунулась на стуле между нами, закрывая мне обзор своими сиськами. Эпс! — Вижу, ты уже познакомился с моим котёнком.       Ну, это вообще наглость, я не твой котёнок. Я вообще ничей котёнок.       — Котёнок? — повел он хитро бровью. — И почему я сразу не догадался? Царапается, но не кусается?       — Вообще-то она безобидная, когда нет этих дней, — хохотнула пиратка.       Сучка, я придушу её когда-нибудь.       — Эй, я ещё здесь! — недовольно протянула я.       — Ну конечно, котёнок, — вновь полезла ко мне обниматься эта потная макака.       — Да иди ты нахер, — выпуталась я из её объятий, сев подальше. — И кстати, у тебя над губой что-то есть. Никак усишки проступили. Ай-ай, Изабела, да ты же у нас мужик. Всегда это знала.       Одноглазый хохотнул.       — Ну, не знаю, не знаю. Никогда не видел у мужика таких… — посмотрел он на её арбузы, а потом вдруг резко перевёл взгляд на мою ущербную грудь, которой, в общем-то, и не было.       Говнюк. Изабелла расхохоталась ещё больше, похлопав меня по плечу.       — Ещё вырастут, котёнок. Не переживай.       Как же я иногда ненавижу её.       — Тебя там, кажется, заждались, — фыркнула я, кивнув в сторону столика.       — Ой, да скучные они, — скучающе махнула она рукой. — Тем более я не могла упустить возможность поздороваться со старым другом. Кстати, это Айбер. Айбер, познакомься, это мой котёнок Лесли.       — Я не твой котёнок, — сквозь зубы прошипела я.       Как она не может понять, что меня не интересуют бабы. Да и мужики тоже. Меня вообще никто не интересует, кроме котов.       — О, совсем забыла тебе сказать, что он был лучшим другом Героини Ферелдена. Ты бы видела, что они однажды устроили в «Жемчужине», — женщина расхохоталась.       — Да уж, — усмехнулся Айбер, как-то резко переменившись в лице.       — Не думала, что Героиня шастала по борделям, — протянула я, разглядывая стакан.       — Ну, она выросла в борделе, — пожала плечами пиратка. — Сбегала девчонкой ещё из Эльфинажа. Была там прислугой. Я её учила технике дуэлянта и неплохо так выучила. Стала Героиней, как видишь.       — И не только Героиней, — опрокинул стакан Айбер. — Другом. Она стала отличным другом. Понимала буквально с полуслова.       — У них с Айбером была своя стихия, — усмехнулась пиратка, подперев подбородок рукой. — Могли общаться без слов. Без жестов. Одними лишь взглядами. И всё понимали. Приводили в такое недоумение других, ты бы видела.       Ну, я бы тоже офигела.       — Это как же? — заинтересованно уставилась я на Айбера. — Как можно общаться лишь взглядом? Вы умели читать мысли?       Мужчина усмехнулся.       — Вроде того. Стоило нам посмотреть друг на друга, и мы уже понимали, в каком дерьме находимся.       Всегда мечтала о друге, с которым бы общалась без слов. Иногда у нас получалось так общаться с Натали, но в основном только тогда, когда она злилась из-за того, что я накосячила.       — Кстати, это случайно не вы хозяин Альфреда? — вдруг вспомнила я о паршивой псине и о том, что говорил Нат.       — Альфред, да, точно, — почесал он затылок. — Как раз хотел на днях за ним вернуться. Так ты тоже Серый Страж?       — Кто? Лесли-то? — хохотнула Изабела. — Она тебе не Табрис. Её я так ничему и не научила.       — Да это… это потому, что ты больше ко мне приставала, чем учила, — возмутилась я.       Вообще охеревшая. Сидит тут позорит меня перед посторонним.       — О, вижу, у Изабелы страсть к рыженьким, — усмехнулся одноглазый.       — Прошу заметить, не только у меня, — хохотнула пиратка, поднимаясь.       Что это она имела в виду?       Я подозрительно посмотрела на Айбера. Похоже, он не только хорошо дружил с Героиней, но ещё и спал. М-да уж, я о ней узнала за последние две недели больше, чем за все эти годы. И о некоторых вещах лучше бы вообще не узнавать.       Ещё смотрит на меня так странно. Взгляд какого-то извращенца. И как он мог помогать с Мором? Я его больше представляю в рядах Антиванских Воронов, нежели среди героев Мора. Впрочем, внешность обманчива. Стоит посмотреть на спутников Хоук, и уже понимаешь, что к чему. Милые глазки Мерриль вовсе не делали её милой. Из-за этой стервы едва не погиб весь её клан и мы в придачу. Так что, может, этот парень и в самом деле заслуживает уважения, даже несмотря на то, что он спал с Изабелой. Хотя о чём это я? А кто с ней не спал? Пожалуй, через её большую норку прошло немало морковок.       — Лесли, мы возвращаемся в Башню, — отвлекла меня Кученей. — Ты с нами?       — Я… ну да. С вами, — я поднялась из-за стойки, кинув взгляд на Айбера.       Тот лишь продолжал на меня как-то странно таращиться и ухмыляться.       — Айбер, кажется, ты хотел забрать своего пёсика, — приобняла его со спины Изабела. — Пошли с нами.       Стоп, что?! Эта шлюха тоже пойдет в Башню Бдения?! Нахер она там сдалась? Мало мне головной боли в лице Логейна.       — Только не сегодня, — хохотнул одноглазый, опрокинув ещё один стакан эля. Походу его ни капельки не испугали мои рассказы о гнилой печени и червях. — Я загляну к вам как-нибудь на днях.       — Ну, я буду ждать тебя, — провела она рукой по его шее.       Фу, ну как можно с ней спать? Она отвратительная, несмотря на свои формы. И почему мужиков такие привлекают?.. Хотя о чём это я? Ее есть за что ухватить, не то что меня…       Изабела схватила меня под ручку, как будто мы были лучшими подругами, и стала нашептывать мне что-то пошлое на ухо. Ясен пень, я её даже не слушала.       Кученей, кажись, сдружилась с Бетани и теперь даже не обращала внимания на помрачневшего Карва. Блин, вот я уссусь, если она отобьёт её у братишки. Тогда Карвер точно победитель по жизни вроде меня.       Фенрис продолжал кидать мрачные взгляды в сторону Кученей. Не убил бы только по дороге.       И лишь Варрик беззаботно пристроился с другой стороны от меня с каким-то подозрительно задумчивым видом. Наверное, уже балладу сочиняет о том, как сестра-близнец отбила у брата подружку. Я бы даже почитала.       А я… ну, а что я? Я вообще ни о чём не думала. Хотя…