Дневник. Рейвенкло. Луксор.

1.01.1956 Через пару дней уже возвращаемся в Хогвартс. До экзаменов остается все меньше и меньше времени, поэтому Лире точно пора взяться за ум и начать готовиться. Я могу помочь ей когда угодно, но на экзамене — очень вряд ли. Хоть ей и не нужно будет сдавать что-то особенное на ЖАБА, но ее оценки должны быть в среднем на «В». Никогда не понимал эту политику ВАДИ, но она работает. Что-то вроде: «наши творцы не только талантливы, но и достаточно умны, а еще вполне могут трансфигурировать вас в мартышку, если начнете зазнаваться со своей критикой»? Правда, не думаю, что Лира превратит кого-то в мартышку. Скорее в болонку или корги. А потом наколдует себе мнимых бабочек и будет говорить, что эти люди очень мило выглядят в образах собачек. Моя милая дурочка. И Рождество прошло, как обычно. В кругу нескольких семей, все как положено. В этом декабре довольно странная погода была, слишком резко менялась, по моему мнению. Хотя, говорят, бывают места, где погода может длится пять минут. Из жары в грозу, а оттуда в снегопад и ураган. Мы живем на острове, по сути, но все же, погода здесь относительно стабильна. Особенно дожди. Стоит как-нибудь потом съездить на юг Англии, должен же климат хоть как-то минимально отличаться. По крайней мере я на это надеюсь, действительно интересно посмотреть на отличную от лондонской, шотландской и моей родной погоду. Но двадцать седьмого был снег, как сказала моя сестра, у которой тогда день рождения, «легкий и тихий». И снова говорила мне, что белого цвета не бывает, он создается из других. Не сильно я понимаю это искусство с цветом. Белый — это белый, черный — это черный. Бывают, вроде, какие-то оттенки у них, но по факту: розу хоть как назови, тюльпаном она не станет. И старшая показала своего сына. Племянника. Самое смешное, что она назвала его почти также, как зовут ее. Но лично она утверждает, что это в честь ее любимого маггловского писателя. Сделал вид, что поверил, хотя знаю, что на самом деле она несколько плохо придумывает имена. А племянник на нее похож очень. Кроме глаз, здесь оттенок (невероятно, но какие-то из них даже я различаю!) какой-то больше голубой. Но не мне судить, со своим темным цветом. Светлые глаза — красиво. Хотя у Лиры они и карие. Золотисто-карие, кажется даже, что они иногда светятся. Особенно когда она рисует. Или играет на скрипке. Или танцует… Или когда вновь говорит об этой своей магии веры. Если бы она была животным, то была бы кем-то маленьким, милым (хотя бы на вид) и с золотистой шерсткой. (Идиот). Или же волшебной золотой бабочкой, которых она так любит рисовать везде, где только можно. И на Рождество, и в Новогоднюю ночь она точно что-то загадывала, но никогда не скажет, что именно. Нельзя ведь рассказывать, как и при падающей звезде. Раньше думал, что во все это верят лишь магглы. Но нет же, вот вам потомственная чистокровная волшебница (больше всего удивляет, что ее семья не попала в «Священный список», а ее родственники — Шафики — с легкостью, хотя я бы поспорил, кто из них древнее…), которая чудит, зачастую слишком даже для волшебника. Возможно, в этом есть какой-то настоящий смысл, но я его не вижу. Возможно пока. Или я просто слишком логичный человек. Но можно ли назвать слишком логичным того, кто творит абсолютно не поддающиеся логике обычных людей вещи? Превращает спички в иголки, варит противоядия, на расстоянии поджигает предметы и прочее? Магия сама по себе не совсем логична. Логика есть в ее изучении. Воспринимать с придирками тоже невозможно, просто нужно принимать и головой осознавать, как оно примерно работает. И это не «взмахнул палочкой, произнес абракадарбру и магия свершилась». Бездумно размахивая куском дерева с любой начинкой путного не добьешься. 27.01.1956 Прав я насчет написания имени «Луксор» и того, что оно неплохо подойдет коту. Хорошая знакомая с Гриффиндора заметила у меня листок с этим именем и сказала, что это слово должно писаться иначе. Именно так, как я и говорил. Она магглорожденная и много знает о мифологих. Кажется, они называют это так, (вроде бы у нас, британцев, тоже есть своя эта мифология, у древних кельтов, бриттов и прочих племен. Точно не знаю, что они делали и чему (кому) поклонялись, но они определенно были в разы разумнее современных магглов по отношению к магии). Она сказала, что так называется город в Египте (если писать так, как оно должно быть, а не так, как вдруг решила Лира). А древние египтяне любили кошек. Еще она сказала, что этот город делился на «живой» и «мертвый», что-то подобное, я не сильно запомнил. Сомневаюсь на самом деле, что Лира про все это знает. Может быть, она случайно услышала это название, подумала, что неплохо звучит и записала по-своему. И от нечего делать решила приписать это имя мне. Хотя вряд ли я похож на кота. Определенно нужно будет завести настоящего кота, чтобы это странное имя ушло от меня. И она все же сама поняла, что пора готовиться к экзаменам. Время пролетит крайне быстро. Но я уже могу сказать, что зельеварение Лира не сдаст на достаточный балл, чтобы продолжить им заниматься на шестом и седьмом курсах. Примерно тоже самое я предполагаю про себя, но по отношению к трансфигурации (в отличие от меня, у Лиры всегда высшие баллы по этому предмету). Не важно, что говорит мне каждый раз профессор Дамблдор, у меня все равно не выходит все в достаточной мере. Обычные заклинания, руны и зелья мне ближе. Я не настолько способный и талантливый, как профессор полагает. Я реально оцениваю себя и знаю, что в следующие два года меня не будет на занятиях по трансфигурации. Простите, профессор, подвожу, но это действительно так. Еще бы сестра, которая в этом году заканчивает в Хогвартс, взялась за ум. Но вместо подготовки к ЖАБА она рисует портреты однокурсников, знакомых и виды Хогвартса и окрестностей. В последний раз видел в ее альбоме наброски преподавателей. И кем она стать собирается… Не думаю, что она сможет прожить только на своих рисунках, (если наконец-то поймет, что их можно продавать, а не только дарить), но она точно не думает. Не помню, чтобы видел ее особо думающей. Довольно легкомысленная и наивная на самом деле. Хорошо хоть не влюбляется постоянно, как еще одна старшая сестра. Следить даже не успеваю. Хотя не так. Я не слежу, просто все равно знаю, сестра же. Надеюсь, когда-нибудь найдется кто-нибудь, кто ее в чувства приведет, и она успокоится. А младший брат недавно подрался с кем-то со своего же факультета. Пусть довольно мы и похожи характерами, но он более вспыльчивый. Так и не понял причину, но профессор Дамблдор, кажется, уже не удивляется этому (просто староста Гриффиндорцев привел моего брата и того парня к кабинету трансфигурации почти сразу по окончании занятия у нашего курса, а профессор меня немного задержал, как всегда). Баллов не снял, но вновь наказал его на неделю. Сомневаюсь, что это моему брату когда-нибудь поможет. Скорее, ему поможет немного повзрослеть, четвертый курс ведь уже. Как мне кажется, никаких проблем не будет лишь у нашей самой младшей сестры. Она милая и тихая, спокойная. Но даже так для меня все еще остается загадкой, на какой факультет она попадет. Это вполне может быть Хаффлпафф, но почему-то я надеюсь на Рейвенкло, где большинство из нас. Так она будет ближе, мне будет спокойнее. Чтобы никто точно не обижал сестренку. Она единственная из всей моей семьи, кому я мог бы рассказать едва ли не все. Вроде бы не стоит выделять любимчиков, особенно если ты из большой семьи, но она действительно моя самая любимая сестра. И Лира ей тоже нравится. Помню, когда мы с Лирой родителям рассказали все, сестра была счастливее всех. Не удивлюсь, если она даже хотела, чтобы так было. И сейчас в письмах мне всегда спрашивает и про Лиру отдельно. Надеюсь, ей не будет сложно в школе. Если что, я буду ей помогать здесь всегда, сколько смогу. Да и после окончания всеми силами. 18.02.1956 Четырнадцатое февраля. Никогда не знал сути этого празднества, но нашим девушкам отчего-то так нравится этот самый обычный день. Как по мне, просто день. Просто день. Ничего особенного. На самом деле даже бы не вспомнил, какое это было число, если бы не группа девушек с курса на год младше нашего, которая уже примерно полтора года все пытается своими странными способами отвоевать меня у Лиры. Какие же глупые. Лира их всех вместе взятых лучше в два раза. Никогда не понимал, что им от меня нужно, присмотрели бы кого-то другого. Но в этом году здесь была и положительная сторона: в действительности я довольно плохо слежу за календарем и практически никогда не знаю, какой сегодня день и дату. А эти дурочки напомнили, что уже четырнадцатый день февраля. Это значило, что через три дня будет семнадцатое. Так что в шестнадцатый раз моей семье и Лире не пришлось напоминать мне же о моем дне рождения. Вновь письма с поздравлениями от родителей, их родителей, старшей и младшей сестёр; личные поздравления от остальной большей части моей семьи, которая на завтраке снова расположилась ко мне поближе (будто бы я и так не вижу их почти постоянно. Мы же почти все на одном факультете, серьезно!). В обед Лира увела меня подальше ото всех (и особенно от семьи). И вновь прекрасно улыбнувшись, как она обычно и любит делать, если дело касается меня, взяла меня правую руку и сказала, что у меня есть для меня подарок. Она сказала еще много-много слов… Как же очевидно, что она меня просто забалтывала, но я все равно ничего не заметил. Понял я это, когда опустил на мгновение взгляд вниз. За это время Лира успела завязать на моем запястье темно-серую шелковую ленточку. Когда она увидела мое выражение лица в тот момент, она еще больше рассмеялась, поцеловала в щеку и прошептала, что это еще не все. Все остальное меня ждет сегодня в Хогсмиде. Эту ленточку я так и не снял, хотя бы потому что понятия не имею, как развязать этот узел. Да и есть у меня подозрение, что на самом деле лента как-то заколдована, потому что я только что капнул на нее чернилами, и они совсем не впитались, просто скатились дальше на стол. Снова закралась в голову мысль, что подобную ленточку стоило бы надеть коту вместо ошейника. Я слишком часто думаю в этом году про котов. Совершенно простой подарок (или начало подарка?), но все равно совершенно особенный. Взрослые люди предпочитают дарить иные вещи, но Лира в любом возрасте будет мила и похожа на ребенка. Счастливого, честного, искреннего. Даже иногда кажется, что я старше, хотя на самом деле ее день рождения в сентябре. И эта ленточка дала лишний повод порадоваться, что я пишу левой рукой. Фактически, я едва чувствовал, что Лира делала с моей рукой, в дополнении к тому что я слишком внимательно слушал ее голос. Я вообще не почти чувствую, если кто-то касается моей правой руки, например. Но хотя бы чувствую саму руку, что уже неплохо. С этого лета я стал любить маггловскую технику еще меньше, после того как меня ударило током. Достаточно сильно, чтобы обжечь все пальцы, но определенно недостаточно, чтобы убить (просто повезло). По словам мамы, у меня могли отмереть нервные клетки или окончания на руке. Или что-то подобное, я тогда не особо слушал, а пытался уговорить братьев перестать тыкать в меня, и без них не сильно хорошее настроение было. Но со временем чувствительность возвращается. Уже меньше смотрю на руку, когда пытаюсь ей что-то делать. Но все равно, все, кому только не лень, продолжают шутить про это. Пару раз друг даже рисовал довольно неприличные вещи, из-за чего я потом опаздывал на следующий урок, ведь под его смех (еще в это время он потирал голову или бок, куда получал уже от меня) я всю перемену отмывал руку. Праздники… Не люблю праздники. Люблю людей, которые делают эти странные дни хоть немного особенными.