Дневник. Рейвенкло. Луксор.

10.03.1956 До сих пор не могу развязать эту ленточку. И отчего-то я полностью уверен, что Лира ее не купила такой, а именно сама заколдовала. И где же она выучила такое… Не перестаю ей удивляться. Зато теперь девушки меньше досаждают. Кажется, лента сработала на них примерно также, как обычно работают обручальные кольца. Время экзаменов приближается, о чем нам без устали напоминают все преподаватели. А мы уже устаем про это слушать. Экзамены, экзамены… Я про это отлично помню, готовлюсь и Лиру стараюсь заставлять заниматься. По ее мнению, у нас еще достаточно времени. Но на самом деле это не так, уже через месяц начнутся консультации у профессора Флитвика, а после все преподаватели начнут повторять с нами то, что может быть на СОВ. Время идет слишком быстро, если ты вдруг начнешь о нем забывать. И пора и мне решать, чего хочу я. Кем хочу я быть. Осталось совсем немного времени. Расписывал себе все варианты, про которые думал, но никак не могу выбрать. В нескольких из них предполагается сдача трансфигурации на уровне ЖАБА. Я просто счастлив получать «У» на занятиях, но профессор Дамблдор продолжает обучение лишь с теми, у кого «В» или «П». Он говорит, что я могу добиваться больших результатов, но просто не хочу. Я хотел бы. Но трансфигурация правда слишком трудный предмет для меня. Вчера профессор МакКиннон отменила занятия. Уже третий раз за месяц. Многие возмущаются, что такой важный предмет, как защита от темных искусств, нельзя отменять так часто, особенно перед сдачей экзаменов. И это же только у нас третий раз, у других курсов ведь тоже отменялись занятия. Но, кажется, они все просто не замечают, что профессор действительно себя не слишком хорошо чувствует. Она определенно чем-то больна, но на людях она старается делать вид, что все в порядке. Зачем пугать коллег и учеников? Так это видится мне. И это напоминает мою старшую сестру: чтобы не случилось, она всегда будет улыбаться, если на нее смотрят. Она говорит, что так и нужно давать людям надежду: даже когда идет череда бед, можно найти солнечные лучи, которые спасают нас. И некоторым нужно становиться такими солнечными лучами для других, чтобы вытаскивать их с темного дна отчаяния. Для меня это звучит слишком сложно, потому что в моей жизни никаких пучин нет и не было. У меня, скорее, переизбыток солнца: дома — семья, в школе — семья и Лира. Я плохо помню маггловскую войну — только слышал о ней что-то, да и мы живем в тихом городе. У них в основном все происходило в континентальной Европе. Я знаю, что в те же Гриндельвальд также пытался захватить магический мир — до тех пор, пока его не победил Дамблдор. Но все это было далеко от меня. Моя жизнь достаточно солнечная, чтобы беспокоиться лишь о том, как сдать СОВ и ЖАБА, как не встретить в коридорах в школы Пивза или что делать с девушками. Или как отучить одну единственную девушку называть меня кошачьим именем. Есть всего месяц, перед тем как преподаватели начнут заканчивать программу пятого курса и станут прогонять нас по давно пройденному материалу. Месяц, чтобы решить, что я буду говорить на консультации с профессором Флитвиком. 14.04.1956 Делать выбор, от которого будет зависеть твоя дальнейшая жизнь — всегда трудно. Видимо, именно поэтому профессор Флитвик поставил разговор со мной по поводу будущей работы самым последним в расписании нашего курса. Подозреваю, что это профессор Дамблдор подсказал так сделать. Он всегда замечал мою неуверенность в вопросе будущего. Особенно когда говорил, что я могу получать и высшие результаты на трансфигурации. Всегда удивлялся тому, что профессор Дамблдор всегда весьма осведомлен обо всех учениках, а не только о своих гриффиндорцах. Хотел бы и я быть таким преподавателем… Да, именно. Я остановил свой выбор на преподавании. Кажется, профессор Флитвик даже не удивился моему решению. И тем более не удивился тому, что я еще не определился с предметом. Правда, он предлагал мне задуматься об его предмете: как никак, он удается мне в разы лучше, чем та же трансфигурация. И сказал, что при желании я мог бы побыть его ассистентом. А до этого я могу ходить на дополнительные курсы заклинаний, которые он собирается организовать с этого года для старшекурсников. И также он посоветовал мне несколько дополнительных книг для подготовки к СОВ и ЖАБА (заранее). Правда, даже если я думаю быть преподавателем, я не представляю, где я буду работать. Абсолютно уверен, что профессор Флитвик будет в Хогвартсе деканом Рейвенкло и преподавателем заклинаний еще долгие и долгие годы. Хотя, и мне понадобится некоторое количество лет, чтобы стать специалистом. Даже для того, чтобы быть ассистентом профессора. Ни разу не слышал о такой практике в Хогвартсе. Но на то профессор и декан нашего факультета, чтобы придумывать что-то новое и неординарное. Надеюсь, профессор Слагхорн не узнает про мой выбор будущей профессии. Ему всегда нравилось, как я справляюсь с его предметом, и несколько раз он все сулил мне будущее известного зельевара. Но в его клубе я все равно не состою, в отличие от одной моей старшей сестры. Но я все равно не понимаю, как она туда попала. Хотя, профессор всех нас к себе звал… И даже Лиру, но только по началу. Потом он понял, что она слишком витающая в облаках для его собрания лучших из лучших, поэтому просто присматривает за ней издалека. Абсолютно уверен в том, что когда она станет известной, профессор будет говорить всем, что она первоочередно была его ученицей. Пусть у нее и проблемы с зельеварением, а она сама будет счастлива, если получит «С» на экзамене, не то что «У». Два месяца до экзаменов. У всех пятикурсников (да и семикурсников тоже) невероятная паника. Все начали почти жить в библиотеке, постоянно что-то учат в отчаянии. А мы с Лирой готовимся спокойно. По крайней мере я точно. Лире иногда почти все равно, она точно знает, что она может сдать, а что нет. Кажется, и я все знаю про будущие результаты экзаменов, но все равно немного волнуюсь. Но все будет в порядке. В этом уверен.