Обречён любить тебя

— Приятно познакомится, я Герм… — парень, стоявший все это время спиной к Гермионе, развернулся, и, когда Гермиона увидела его лицо, её челюсть чуть не отвисла, а глаза чуть на лоб не полезли. Внутри что-то очень сильно сжалось, а колени начали подкашиваться, и на секунду Гермионе показалось, что пол под её ногами растворился, и еще мгновение и она упадет, голова начала кружится, и Гермиону начало пробивать на истерический смех, ведь этим парнем оказался Рик из бара. Дрожь пробирала насквозь, а в голове то и дело крутилось: «Этого не может быть!» Гермиона, мягко говоря, была шокирована, она не знала, что делать, больше всего ей хотелось убежать, но ведь это глупо, он же её не знает… не знает ведь? Громко выдохнув, гриффиндорка попыталась взять себя в руки. Она широко распахнула глаза и посмотрела на парня, попытавшись дружелюбно улыбнуться, однако улыбка получилась не дружелюбной, а скорее натянутой. — Я Гермиона Грейнджер — староста школы, — в голосе чувствовалась дрожь и, возможно, даже немного страх. Страх от того, что он может узнать её. — Очень приятно, я Аларик, — широко улыбнувшись, сказал парень и протянул руку. — Аларик Уильямс — новый студент этой замечательной школы, — устремив свои темно-карие глаза на Гермиону, он ждал, что она протянет руку, и она неуверенно протянула, а Аларик легонько коснулся губами тыльной стороны её ладони и поспешил покинуть кабинет, Гермиона так бы и осталась стоять посреди помещения, если бы не голос директора: — Итак, мисс Грейнджер, присаживайтесь, и я сейчас же вам расскажу в общем плане, что должно быть на празднике. Гермиона рефлекторно двинулась вперед и села в большое мягкое кресло, при этом она почти не слушала, что ей говорит директор, ведь её мысли находились далеко за пределами кабинета. В голове то и дело возникали все новые и новые вопросы: «Узнал ли он меня?», «Почему, ну почему это случилось со мной?», «А что, если друзья узнают?». Гермиона просто сидела и смотрела в одну точку, сейчас ей было все равно на то, что говорит профессор Дамблдор, все чего она хотела, чтобы это оказалось просто сном, глупыми играми воображения, но, к сожалению, это была реальность… — Итак, мисс Грейнджер, я надеюсь, вы поняли то, что я хотел вам сказать? — присаживаясь за стол, спросил директор. — Да, конечно, профессор, — кивнув головой, ответила гриффиндорка. А что еще ей оставалось, не может же она сказать: «Извините, я вас совершенно не слушала из-за того, что мои мысли заняты парнем. с которым я по пьяни переспала». Гермиона поднялась с кресла и уже направилась к двери, но, сделав всего несколько шагов, развернулась и посмотрела на профессора. Она не может просто уйти, не задав вопрос, который так её мучает. — Извините, профессор, но могу я задать один вопрос? — Конечно, я попытаюсь найти ответ на волнующий вас вопрос, — отправляя лимонную дольку в рот, сказал профессор и протянул тарелку со сладостями к Гермионе. — Не желаете лимонную дольку, мисс Грейнджер? — Нет, спасибо, профессор, — вежливо отказала Гермиона. Набрав в легкие побольше воздуха и заправив мешающую прядку волос за ухо, девушка задала вопрос. — Мистер Уильямс должен был прибыть в понедельник, а сегодня ведь только пятница. — Из-за некоторых обстоятельств мистер Уильямс прибыл раньше, — поглощая лимонные дольки одну за одной, ответил директор. — Спасибо, профессор, я могу идти? — Да, конечно, мисс Грейнджер, — произнес Дамблдор, и Гермиона стремительным шагом вышла из кабинета. Она шла по длинному коридору и совершенно ни на что не обращала внимания, даже на то, что если не поторопится, то рискует опоздать на урок. У неё в голове никак не укладывалось происходящее. Она так и не поняла, узнал он её или нет? И этот вопрос не давал покоя. Гермиона совершенно потерялась в пространстве, девушка понятия не имела, куда идет, ноги сами вели её, а она и не сопротивлялась. Завернув за угол, гриффиндорка наткнулась на какого-то студента, ну или он наткнулся на её, хотя это уже не имеет никакого значения. Упавшие из рук парня книги помогли Гермионе вернутся из своих размышлений в реальность. Гермиона присела, чтобы помочь жертве её невнимательности собрать книги, и, как только она потянулась к большому фолианту, её глаза встретились с холодными пронзающими насквозь серыми глазами, что заставило девушку вздрогнуть. «Вот только его мне сейчас не хватало!», — промелькнуло в мыслях. — Грейнджер, — устало произнес слизеринец. — Каким боком тебя занесло в подземелья? «В подземелья?!», — с ужасом подумала девушка. Она резко поднялась, расправила юбку и начала осматриваться вокруг, и таки да это действительно подземелья. — А подземелья это что, частная собственность, почему я не могу сюда придти и вообще… — Не отлынивай от ответа, зачем ты сюда пришла? — приподняв одну бровь еще раз, спросил Драко. — По делу… Мне нужно занести эссе по зельеварению, — Гермиона не понимала, почему она перед ним оправдывается, и вообще она должна была просто развернуться и уйти. — Врать ты совсем не умеешь. Во-первых, Уизли большую часть свободного времени проводят в гостиной гриффиндора, а во-вторых, Грейнджер, ты самая большая зануда в мире и ты бы не стала пропускать урок только из-за того, чтобы занести несчастное эссе. — Тебе-то какая разница, что и зачем я делаю? — Абсолютно никакой, — безразлично пожав плечами, ответил Драко. — Просто в следующий раз используй глаза по назначению и смотри, куда прешь, — Драко прошел мимо гриффиндорки, как бы случайно задев её плечом. «Странный он какой-то», — подумала Гермиона: «Стоп, какая мне разница до странностей Малфоя?». Шатенка быстро выкинула из головы ненужные мысли и поспешила покинуть подземелья. Она действительно пропустила уже половину урока. Ну и что теперь делать? Пойти на урок она не может, что о ней подумают учителя, и не пойти тоже нельзя. Как же все сложно. Гермиона стояла у двери и все никак не решалась постучать. Спустя несколько минут она все же поднесла руку к двери, как из-за спины услышала знакомый голос. — Грейнджер, я впервые вижу, что бы ты пропускала урок, — подойдя к подоконнику, протяжным тоном сказал Блейз. — Неужто я присутствую на событии века: Мисс-я-самая-умная-в-школе вместо того, чтобы занудствовать на уроке, прогуливает его. «Да что ж сегодня за день такой?.. Почему эти слизеринцы повсюду?», — Гермиона медленно развернулась к Забини и смерила его равнодушным взглядом. Она не станет отвечать, просто промолчит. — А если серьёзно, то тебя к себе вызывает Макгонагалл, — засунув руки в карманы, Блейз пошел дальше по коридору. А Гермиона направилась в кабинет к профессору. Войдя в большое помещение, она подошла к столу, за которым сидела Макгонагалл. Минерва заполняла какие-то бумаги и, кажется, совершенно не заметила присутствия Гермионы. — Профессор, вы хотели меня видеть, — нарушила тишину гриффиндорка. — А, мисс Грейнджер, да, присаживайтесь, — не отрываясь от пергаментов, Минерва махнула рукой в сторону кресла напротив стола. Гермиона опустилась в деревянное и достаточно-таки жесткое кресло. — Видите ли, мисс Грейнджер, к нам в школу пришел новый ученик, — профессор положила перо на стол. — А, как вы знаете, на завтра запланирован поход в Хогсмит, и вы, как староста, должны провести для мистера Уильямса экскурсию. А Гермиона думала, что хуже быть не может, как же она все-таки ошибалась. Сидя в кабинете профессора Макгонагалл, Гермиона сделала вывод, что сегодняшний день, определенно, самый худший за последнее время. — Извините, профессор, но если я буду проводить экскурсию для мистера Уильямса, то кто тогда будет присматривать за младшекурсниками? — Гермиона пыталась любым способом отказаться от этой важной миссии. — Мистер Забини вежливо согласился присмотреть за детьми, так что не переживайте, без присмотра они не останутся. Ага, не переживайте, легко сказать, как тут не переживать, если почти целый день Гермиона должна провести с человеком, которого так старательно пыталась забыть всю неделю. За что ей все это, что такого она сделала? — Профессор, но… — Никаких «но», мисс Грейнджер, вы можете идти, — Гермионе ничего не оставалось, как просто уйти. На урок девушка так и не пошла. Третье октября — день, когда Гермиона Грейнджер впервые в жизни прогуляла занятие. Знаете, говорят, что прогуливать уроки весело, так вот Гермионе это не принесло никакой радости, наоборот, на душе было как-то гадко, потому что в последнее время она мало того, что только то и делает, что врет друзьям, так теперь еще и уроки пропускает без причины. Гриффиндорка решила пойти в библиотеку. Как всегда, там было тихо и спокойно, она медленно шагала между стеллажей в поисках интересной книги, и она её нашла, однако та находилась аж на верхней полке, и Гермионе пришлось привстать на носочки, но даже это не помогло, она изо всех сил пыталась дотянутся до заветного фолианта, как вдруг почувствовала чье-то дыхание на уровне шеи и увидела руку, что потянулась за той же книгой, что и она. Гриффиндорка резко развернулась и увидела перед собой Рика. В одну секунду она испытала сразу несколько эмоций, среди которых были страх и тревога. — Вот держи, ты ведь эту книгу хотела достать? — протягивая фолиант Гермионе, спросил Аларик. — Да… Спасибо, — неловко ответила Гермиона. Она старалась смотреть куда угодно, только не на Рика. — Ты ведь учишься на Гриффиндоре? — потрепав себя по волосам, спросил шатен. — Да… Эм… Знаешь, извини, но мне пора… появились срочные дела, — пробубнила Гермиона, впихнула парню в руки книгу и выбежала из библиотеки. Сердце колотилось, как сумасшедшее, по телу бегали мурашки, а еще, кажется, у Гермионы трясутся коленки. Библиотека всегда была любимым местом Гермионы, не только из-за изобилия книг, но и из-за тишины и возможности побыть наедине со своими мыслями, и обычно Гермиона сбегала в библиотеку, а не из нее. Как сегодня оказалось даже там нельзя вздохнуть спокойно. С самого обеда у Гермионы такое ощущение, будто неприятности к ней притягивает магнитом. Нет, и все-таки этот день смело можно занести в список самых кошмарных дней, а это ведь еще даже не вечер. От сегодняшних событий у Гермионы ужасно разболелась голова. Она чувствовала себя настолько уставшей, что, казалось, еще чуть-чуть и свалится прямо на пол. Гриффиндорка не могла понять, откуда на нее свалилась такая сонливость, скорее всего из-за чертовски трудного дня ну или из-за обязанностей старосты, в любом случае, это не так важно, важнее то, что если сейчас она как следует не отдохнет, то не сможет нормально обдумать сложившуюся ситуацию. Подойдя к портретному проему, Гермиона сказала пароль и медленно вошла в гостиную. К счастью в гостиной, как и в спальне, никого не было. Гермиона рухнула на кровать прямо в школьной мантии и, как только ее голова коснулась подушки, она тут же уснула. Гриффиндорка понятия не имеет, сколько времени проспала, но, когда проснулась, за окном уже было довольно-таки темно, а в комнате по-прежнему никого не было. Гермиона предположила, что сейчас где-то около восьми, а это означает, что все студенты на ужине. Как ни странно, но Грейнджер совершенно не чувствовала голода, да и идти в Большой зал желания не было. Несмотря на длительный сон, Гермиона все еще чувствовала легкую усталость. Поднявшись с кровати, Гермиона сняла школьную мантию, небрежно бросила ее на стул и, взяв все необходимое, направилась в ванную старост, надеясь, что горячая вода с огромным количеством душистой пены помогут ей наконец-то расслабиться.