И так бывает

– Чем? Я с радостью тебе помогу. Я сам вижу тебе тут не место, – спросил меня Егорий. Я понимаю, что очень рискую, доверившись этому парню, только это единственный шанс вырваться отсюда, даже если всех в лаборатории придется убить. – Мне нужно избавиться от ошейника. Для этого нужен инструмент, или код он ведь программируемый. – Я посмотрю, что можно сделать, – согласился Егорий мне помочь. – Куда ты пойдешь? Где прятаться будешь? И как выйдешь отсюда? – Об этом буду думать, когда сниму эту дрянь. – Хорошо. Я пойду, не буду задерживаться, чтоб не начали подозревать в чем-то, – сказал Егорий и, сделав, что от него требовалось, ушел. Следующих два дня я был как на иголках. Сомневался во всем. Жалел, что доверился Егорию, а вдруг его специально подослали, чтоб узнать мои планы? Потом усилят охрану лаборатории, и все пойдет прахом. Слишком быстро он согласился. Не попросил ничего взамен и это то и странно. Не бывает таких бескорыстных котэр или людей. За все на свете нужно платить. На третий день после разговора с парнем нам выпала возможность поговорить наедине. Его снова послали ко мне за какими-то анализами. – Привет, – сказал Егорий, когда зашел в мою палату. – Привет. – У меня есть то, что тебе надо. Как ты планируешь выбраться отсюда? – разволновался он, и было видно, что он искренне переживает за меня. – Смотря, что у тебя есть. – Код, – почти неслышно ответил мне парень и правильно сделал, неизвестно камеры наблюдения передают звук или только картинку. – Наш глава лаборатории очень ответственный мужчина. Делает все всегда на совесть. Что бы ни забыть код записал его еще и на бумажку. – Ты уверен, что это тот самый код? – Да он был подписан. Цифры потом – «ошейник». Думаю что это именно то, что нам надо. Что мне делать теперь? – Попробуй его снять, став так к камерам, чтобы было не видно за твоей спиной, что ты делаешь. А потом бери все мои анализы и образцы и уходи как не в чем ни бывало. Дальше я сам. Не переживай никто на тебя не подумает. Камеры покажут что ты, выполнив свою работу, ушел по делам, а я остался. – Хорошо, давай попробуем. И попробовали. Мне впервые в этом мире повезло! Код, написанный на бумажке ответственным ученным и, правда, подошел. Егорий выполнил свое обещание ушел, оставив меня одного. Хотелось прямо сейчас начать убивать всех и вся. Проснулся какой-то животный инстинкт охотника. Давно пора поставить на место этих зажравшихся котов. А то возомнили себя вершителями чужих судеб. Но я держался, давая возможность Егорию подтвердить свое алиби вернуться на свое рабочее место. Минут тридцать дал ему времени и начал действовать. Вышиб дверь, и камеры это зафиксировали, потому что включилась сирена, извещающая о тревоге в лаборатории. Затем к моей палате начали бежать и ученые, и военные Потия. Но я ведь не пальцем деланный, недаром столько лет тренировал свое тело и мышцы. Раскидал всех желающих меня остановить и стал продвигаться к выходу. По пути еще пришлось подраться, но выбрался живым и практически здоровым. Царапины, пара сломанных ребер и так по мелочам раны. Тело начало регенерировать, спасибо местным ученым, за некоторые способности полукотов. Выбрался. Ветер свободы щекотал нервы и трепал отросшие волосы, я не обращал на это внимания. Сейчас не время. Сначала нужно осмотреться и решить, куда идти дальше. Место незнакомое. Поле, обнесенное забором, а за ним лес. Лес это хорошо, там можно затеряться, потеряться и спрятаться. Туда и ломанулся. Да уж местные военные с их секретными лабораториями заткнут за пояс любые другие расы по секретности и скрытности. Вряд ли Потий действовал один. За ним стоит кто-то сильный и влиятельный. Раз он не побоялся и нарушил приказ Фиала, выдернув меня свободного человека из привычной свободной среды. Черный котэр что-то там говорил, когда мы с ним встречались последний раз перед побегом: – Твоим детям повезло, их купил очень влиятельный и богатый мужик. Он спонсирует частично наши научные изыскания. Видишь, какой я у тебя мягкий хозяин, Алекс. За все твои выкрутасы и нежелание делать все добровольно, я все равно пристроил твоих детей, подыграв ему на торгах аукциона. Отдал их можно сказать в хорошие руки. Богатый дом. Так что они ни в чем нуждаться не будут, если будут вести себя хорошо. А они будут, потому что еще слишком маленькие и хорошо поддаются дрессировке. – Ах, ты, сволочь! – не выдержал и сорвался на ругательство в том разговоре я. – Как ты мог торговать разумными детьми? – Вы не котэры и никогда не станете ровней нам. Заткнись и веди себя хорошо. – Хуй тебе в зад! Мое терпение лопнуло. Помни, я тебя предупредил… Сейчас в лесу всплыл тот разговор с Потием. Детей я не смог уберечь от продажи. Больно это осознавать, но полукот в чем-то прав. Нам в этом мире никогда не стать свободными. Частичной видимости свободы наверняка можно добиться, как это было на военной базе Фиала, но не больше. Всегда будут ограничения и давление. Хорошо, что одежду с собой с лаборатории прихватил, можно переодеться. Надоело голышом бегать. Зря я их там всех не убил. Бил, так что бы оглушить, не добивал. А очень хотелось. Но быть разыскиваем как питомец одно, а когда тебя ищут за убийство совсем другое. Пришлось сдерживать себя, как мог. Что делать дальше пока не решил. Но возвращаться к котам назад не планировал, лучше сдохнуть в лесу от голода, чем опять стать питомцем. Но отомстить этому гаду Потию, аж руки чесались. И я решился позвонить Фиалу. Он мне как-то свой личный номер телефона дал. Я вызубрил его наизусть, как чувствовал, что понадобиться. Благо телефонов ученых много в лаборатории насобирал. Сейчас позвоню с одного из них, потом уничтожу, чтоб по сигналу не смогли отследить. И позвонил. Капитан долго не отвечал на звонок, я уже хотел нажать на сброс, но он ответил: – Слушаю. – Капитан? – Алекс? – узнал меня Фил по голосу. – Что-то случилось? – Это ты у своего зама Потия спроси! Что случилось. Этот гад нарушил все твои указания касательно моих прав и свобод, да не только моих. – Быть этого не может. Он не такой. Он всегда выполняет все мои приказы. Где ты был все эти годы? Я думал у тебя все хорошо. – У него и поинтересуйся, где я был и что делал. И еще спроси, кому он продал моих детей. Фиал, если однажды ты найдешь его труп… Мне очень хочется убить его, отомстив за все, что он сделал мне и моей семье. – Алекс, успокойся и толком расскажи что произошло. Где ты? – Тебе знать не обязательно. Я больше на твои лживые обещания о свободе не куплюсь. Все вы одинаковые. Ты вон его защищаешь, мне не веришь. Прощай…, – сказал я и сбросил вызов. Достал телефонную карточку, разломал ее и выбросил. Потом растоптал телефон, с которого звонил и сапогом, который снял с военного, валявшегося в лаборатории в отключке. Нужно спрятаться. Наверняка меня уже ищут. Лес как раз то место где можно спрятаться. Одно заставляло двигаться по нему осторожно осматриваясь – дикие. Котэры говорили, что те как раз живут в лесах. Два дня, что я провел в этом лесу с дикими так и не встретился. Скорее всего, военные их возле лаборатории всех отстреляли. Уничтожили угрозу так сказать и дали возможность ученым творить свои «грязные дела» спокойно не опасаясь за свою жизнь. Может и так, но я все равно вел в лесу себя осторожно. Почти не спал, боясь вырубиться и попасться если не диким, то полукотам. Силы терял еще от голода. Чужой лес, черт знает, что тут можно есть, а что нельзя. Блуждал, осматривал лес, искал надежное место для укрытия. Пока ничего не нашел чтобы удовлетворяло всем требованиям безопасности и надежности. На третий день совсем выбился из сил и задремал, приткнувшись спиной к большому дереву. И кажется, попался… – Алекс, – позвал меня знакомый голос. Открыл глаза и увидел Егория, он склонился надо мной и щупал пульс, на шее желая убедиться, что я жив. – Как ты меня нашел? Ты один? – обеспокоился я, что так нелепо опять попался. – Один, не бойся. За мной нет хвоста, я несколько раз проверял все чисто. А нашел я тебя по чипу, прости, он отслеживает все твои перемещения. – И ты только сейчас об этом говоришь? Понимаешь, что по этому чипу меня может выследить любой не только ты? Вынь из меня эту гадость немедленно. – Не могу, она вшита тебе под кожу. Не беспокойся, я сбил настройки перед твоим побегом и сейчас только я могу тебя отслеживать. – Все равно чип нужно удалить. Не нравится мне такое, когда кто-то может отслеживать любое мое передвижение. – Алекс, как ты не понимаешь? В лесу такую операцию по извлечению не провести. Нет хирургических инструментов, грязь кругом. Ты хочешь умереть от заражения? – давил на факты молодой котэр. – А как же ваша хваленая регенерация? – Может не сработать. Все от организма зависит. Давай не будем рисковать. Я связался со своим дядей, и он пообещал нам вертолет прислать… – Что ты сделал? Ты дурак? Кому ты еще рассказал о моем местоположении? – не выдержал я и обругал Егория. – Я ему ничего не говорил про тебя. Рассказал только, что на лабораторию напали, и тут стало не безопасно. Попросил как можно скорее вывезти меня отсюда. Не беспокойся, он прилетит сам один. Он мне обещал. Мы спрячемся и если увидим, что он слова не сдержал просто не выйдем к вертолету или я выйду один. Так пойдет? – Вариант. Только на место прибытия надо попасть раньше вертолета, найти безопасное и с хорошим обзором место, – начал сдаваться и соглашаться на план Егория я. Выхода ведь другого нет. В этом лесу и, правда, можно сдохнуть от голода. А у дяди котэра можно вертолет отобрать и улететь, все будет зависеть от ситуации. Егорий договорился, что вертолет сядет на небольшой поляне в лесу далековато от секретных лаборатории военных. Но, то, что его не заметят сложно поверить, придется действовать быстро и принимать решения еще быстрей. Добрались мы с Егорием туда минут за двадцать. Осмотрели место вокруг поляны. Только с одной стороны кусты были густыми и за них можно спрятаться при желании. Спрятались и стали ждать вертолета. Вот никогда б не поверил в то, что дядей Егория будет… Фиал. Так вот кто устроил своего родственника на тепленькое и хорошо оплачиваемое место. И тут связи решают все. – Фил твой дядя? – спросил шепотом я. – Почему ты мне раньше не сказал? Думаешь, я опять поверю ему? – Ал, я ведь не знал, что вы с ним знакомы. Откуда? Он хороший и может помочь тебе. Смотри, один прилетел, как и обещал. Пойдем? Не бойся… Верить или нет? Где гарантия, что как только я выйду, все не начнется сначала? Рискнуть? В воздухе его можно будет вырубить и отобрать вертолет. Места то в вертолете мало для драк и маневров. Я так зол на всех полукотов, что моя ярость добавит мне сил и я стану победителем. Рискнул. Вышел вместе с Егорием, даже сел в вертолет. – Прости, – сказал мне Фиал, когда мы сели в вертолет и летели куда-то. – Не досмотрел. Опять ты по моей вине попал в передрягу. Потий сознался… – Куда ты меня везешь? На военную базу я не вернусь. Хватит и так натерпелся там всякого, – сказал я и угрожающе посмотрел на капитана. – Тебе туда и нельзя. Потий не сказал, кто спонсировал его, когда он вывез тебя с нашей базы. Сбежал гад… – Да дисциплинка у вас. Твори, что хоти и не за что отвечать не будешь. Детей моих нашли? – Да, нашли их нового хозяина, но он большая шишка в правительстве, и вернуть их назад так просто не получится. Потерпи немного, я все исправлю, – попытался обнадежить меня капитан. – Верится с трудом, но попробуй. Там еще три самки были… они тоже, возможно забеременели. Их нужно найти и сделать аборт. – Их то, как раз нашли и все сделали, – порадовал меня хорошими новостями Фил. – Их держали в той же лаборатории что и тебя. Как только ты мне позвонил, я сам лично прилетел и разобрался, со всеми кто был там и замешен в этом. Видел твои записи с боями… Они были у Потия с собой. Он их как оказалась, продавал. Алекс, ты имеешь права злиться – мой недосмотр. – Фил, ты так и не сказал, куда ты меня везешь? – На остров. Я лично его проверил – необитаем. Тебе нужно спрятаться, пока все про тебя забудут. А потом как все уляжется, вернешься в город. Тебя, скорее всего, ищут. Раз у Потия были такие связи, то, скорее всего тебя ищет не только он. – А на этом острове не найдут? Не смеши. С острова и не сбежишь, если будет угроза для жизни. И что я там буду делать один, без еды и цивилизации? – спросил я о том, что больше всего интересовало. – Опять не жить, а выживать? – Придется немного потерпеть. Там тебя точно искать не будут. На остров не добраться без вертолета или малого самолета. Он находится слишком далеко от материка. Еду я тебе лично буду привозить, раз так виноват перед тобой. – А Потий, зная про твою привязанность ко мне, проследит за тобой и привет лаборатория. – Не проследит. Я буду осторожен. – Я могу остаться с тобой, – влез в наш разговор Егорий до сих пор молчавший. – Зачем? – Ты мне нравишься, – прямо без уверток сказал молодой котэр правду. – Вот, он присмотрит за тобой, – поддержал идею племянника Фиал. – Опять меня никто не спрашивает! Сами решили и сделали, – возмутился я. – Я тебе совсем-совсем не нравлюсь? – Дело не том нравишься ты или нет. Ты котэр и этим все сказано. Жизнь в вашем долбаном мире научила меня не доверять никому из вас. И более того ненавидеть всех без исключения, кроме Райса. Он такой чистый и невинный, даже после всего того что с ним сделал отчим. А Потий даже им мне угрожал… С ним хоть все хорошо? – спрашиваю я, то что должен был спросить еще в самом начале встречи с Фиалом. Парнишка мне с первой встречи в душу запал и с этим я ничего не мог поделать. – Все хорошо. Заканчивает учебу. Привезти тебе его на остров когда закончит? Ему там будет безопасней, чем в городе. Потий и его покровитель могут использовать парня и шантажом заставить тебя вернуться к хозяину. А пока я лично прослежу за его безопасностью до конца учебы. – Фиал, мне хочется тебе верить, правда. Ты столько раз мне и много всего обещал. За тобой должок и не один… – Знаю – виноват. Но в этот раз все будет по-другому, поверь. Я привезу тебе Райса как только он закончит учебу, постараюсь найти твоих детей и придумать что-то что позволит тебе вернуться в наши города, не опасаясь за свою жизнь и сохранность тела и души. Что мне оставалось как не поверить? В очередной раз. Хорошо это или плохо время покажет. Летели мы на этот остров долго. Дважды садись для дозаправки в секретных точках военных. Там мне приходилось прятаться и не отсвечивать. Добрались. На острове была хижина и в ней при желании, можно было жить. Тем более Фил сказал: – Здесь не бывает холодных и морозных зим. Круглый год лето. Еду я тебе буду привозить пару раз в месяц. Опасных и диких животных тоже нет. Но поохотиться есть на кого. Я тебе тут книгу прихватил, ознакомишься с нашей природой и животными и поймешь, что и как можно есть из всего, что растет или бегает по острову. Заодно и будешь читать – развлекаться, убивая время. Там я еще кучи всяких книг прихватил. Есть и законы нашей страны. Полистай на досуге. – Заботливый какой. Меня в первую очередь волнует безопасность, а досуг в самую последнюю. И ответь мне только честно. Егорий рассказал тебе обо мне? Раз ты так основательно подготовился: книжечки, еда. – Да, рассказал, но он не со зла, а хотел тебе помочь. Поверь, теперь все будет хорошо. И я поверил. Дурак, может быть. Тем более первые полгода, правда, все было хорошо. Меня никто не беспокоил, на острове не искал. Но я все равно был осторожен, все ожидал какой-то подлянки или непредвиденных обстоятельств. Егорий все же остался со мной. Я научился за год жить рядом с ним. Даже пустил в собственную постель и иногда занимался с ним сексом. Каждый раз, напоминая парню: – Это просто секс без чувств. Смотри не влюбись. Он слушал меня, а слышал ли? Когда еще через полгода Фил привез мне, как обещал Райса, взял и улетел с дядей на материк. Без сцен ревности и объяснений. Если ему так проще и легче пусть. А вот по Райсу я действительно соскучился. И так обрадовался что с парнем все хорошо, что сам того от себя не ожидая просто поцеловал. Нежно-нежно. Вместо приветствия и объяснений. Выразил свои чувства к няшке. Боялся, что за эти годы в жизни парня могло произойти, что угодно, и он оттолкнет меня или вовсе пошлет. Но он не оттолкнул, наоборот стал отвечать на мой поцелуй на глазах у Егория и Фила. Так доверчиво прижимался ко мне, обнимал и целовал со всей страстью и нежностью. Я поплыл и, кажется, осознал что влюбился. Когда? Тогда или сейчас? Неважно, главное понял, что этот котэр в этом странном мире мне дороже всего на свете. И я даже соглашусь если ничего другого не получиться стать его официальным питомцем на людях. А в жизни мы будем просто любящими существами. С приездом Райса моя жизнь, на острове сделав очередной вираж, стала налаживаться. Я был счастлив как Робинзон вдали от благ цивилизации и любим. И стал счастлив вдвойне, когда Фил привез мне еще моих детей. Я по ним тоже очень соскучился за год разлуки. – Выкупить их не получилось, пришлось украсть, – признался капитан, когда вернул моих детей при новой личной встрече. – А вот вернуться в город… пока не получиться. По своим секретным каналам узнал, что тебя все еще ищут, да и твоих малышей тоже. Живите пока на острове, а я постараюсь найти лазейку… Когда это будет не знаю, но сделаю все что от меня зависит чтоб вы с детьми стали равные нам, а главное свободными. – Слабо в это верится, – не поверил в такую радужную перспективу я. – Но попробуй. А Найт? Как дела у него? Он ведь биологический отец Райса и по-своему любит его, – интересуюсь я судьбой котэра которого до сих пор ненавижу, за то изнасилование. Он отец и наверно волнуется за своего сына. – Через год после твоего первого похищения он подал в суд на питомник. И до сих пор судится. Лично нанял частного детектива и ищет тебя. Поверь, он не успокоится, пока не вернет тебя. Чем ты его зацепил? Зачем я спрашиваю? Итак, понятно. Своей разумностью и необычностью. Любой на нашей планете захотел бы иметь такого питомца как ты. – И ты? – интересуюсь я так на всякий случай. – Может и ты тайно влюбился в человека и мечтаешь о таком умном и говорящем рабе? – Упаси Боги. У меня жена есть, и мы любим друг друга. Двое детишек. Уже двадцать лет как вместе. Да и нет у меня времени на питомцев - служба. – Хорошо если так. А Мурий брат Найта как у него дела? Он же дядя Райса – родственник как-никак. – Держится. Его сильно напугали подручные Потия. Угрожали, шантажировали, били, когда он отказался продать им твоих детей. А от продажи отказался не потому, что хотел тебе помочь и сохранить их для тебя, а собирался стать заводчиком разумных и говорящих питомцев. Его самок тогда убили и он до сих пор, боится брать себе новых питомцев. Нервным стал, шарахается от каждого шороха за входной дверью. – Так ему и надо. Я говорил Найту, предупреждал, чтоб его брат сделал аборт своим самочкам когда срок был не большой, не послушались, пусть теперь расхлебывают то что сами и заварили. Я ведь до последнего был уверен, что мы с вашими людьми не совместимы. – Так оно и было. Его питомцы чуть их доносили. Угроза выкидыша висела над ними почти всю беременность. Мурий нанял лучших ветеринаров, денег угрохал не меряно. И даже делал им кесарево. Твои дети родились намного раньше положенного срока. Он их с такой любовью выхаживал. Только за это ты должен сказать ему спасибо. – Ну, уж нет. Лучше сразу и безболезненно умереть, чем быть всю жизнь вашими рабами! – не согласился с доводами капитана я. – Спасибо я бы ему сказал, если бы он дал им погибнуть, так и не родившись. Я больше чем на сто процентов уверен, что в вашем мире людям никогда не стать равными и свободными. – Поживем, увидим. Тем более ты теперь не один и вас разумных уже трое… – И что, что трое? Против целой планеты? Вы ведь не даете своим первобытным людям пройти полностью путь эволюции вмешиваясь, чтоб однажды стать такими же, как я. Даже если такое случится и ваши люди все до единого станут разумны, вы не признаете их равными и свободными. Так и будут считать их животными и питомцами. Прежде всего, надо менять ваше мировоззрение и отношение к ним, а уже потом думать, как сосуществовать с ними на одной планете. Вы бы могли дружить с ними и сотрудничать, а не убивать, отлавливая только детенышей, приручая как домашних рабов. Я тебе это давно говорил, но ты не слушал и не желал услышать. Вряд ли сейчас что-то изменится и хоть ты, меня услышишь. – Алекс, пойми и ты меня. От меня одного ничего не зависит. Мы с тобой вдвоем не сможем поменять наши вековые традиции. Разрушить устои, что создавались тысячелетиями, – осадил мой революционный пыл Фиал. – Но для вас с детьми, возможно, добиться хоть ограниченной, но свободы. Я буду стараться делать все возможное и невозможное… – Фил, остановись и не давай пустых обещаний. Сам же недавно говорил, что от тебя одного ничего не зависит. Тем более что именно ты изначально и выкупил меня из питомника для экспериментов. Я ценю то, что ты мне пытаешься помочь, но боюсь, что мне с детьми до конца дней своих придется провести на этом острове. Зато буду свободен. Мне бы телефон, какой. Чтоб я в любое время мог связаться с тобой. И школьные учебники для детей. Сделаешь? – Уже привез. Сам додумался, что ты захочешь малышей обучить письму и чтению. Поэтому привез все что нашел. И книги и тетради с ручками. И телефон свой военный, засекреченный без прослушки и усилитель к нему. Установлю вам его в хижине. Батарей несколько заряженных. Будешь менять, когда сядут и солнечную зарядку к ним. На первое время хватит, а там еще привезу. – Спасибо, тебе за все, Фил. Хоть ты больше косячил чем помогал, но я и эти крохи ценю и считаю тебя своим другом, – искренне поблагодарил Фила я. – Прости, меня за все… Звони если что-то понадобится. Райс пусть позвонит отцу или дяде, они волнуются за него. Ведь им ничего о его дальнейшей судьбе не известно. Зато у тебя на острове есть теперь свой врач. Мне пора. Сам понимаешь, я надолго покидать базу не могу, а обратный путь не близкий, – сказал Фил и сев в вертолет улетел. И снова моя жизнь на острове пошла своим чередом. Каждый визит Фиала меня расстраивал. А когда он улетал, оставался неприятный осадок потери и невозможно вернутся с ним в цивилизацию. За что и кто меня так наказал, отправив в этот мир, так и осталось для меня загадкой. Но это прошлое, которое я почти не помню, его пора оставить позади, двигаться дальше – жить. Рядом с любимым и детьми быть счастливым и наслаждаться каждым моментом свободы, ведь что меня ждет впереди неизвестно….