Неуловимая

Каждый в мире платит за свои ошибки. Она заплатила, а он улыбнулся. — Что? Ты серьёзно? Отведите его! – Макс кивнул головой на свидетеля, который, начав возмущаться, вышел вместе с милицейским. Морозов, схватив свой телефон со стола, бросился за своим помощником, который принёс хорошую весть. Они дошли до отдела, где расследованием занимались эксперты, которые пытались найти какие-либо следы воровки. — Это правда, да? Вы уже что-то обнаружили, сделали? Экспертиза, что там вам надо? Когда я смогу узнать, кто она? – Максим сразу же засыпал экспертов вопросами, пытаясь разузнать хотя бы что-то о теме, которая так сильно его интересовала. Он больше не мог ждать. — Максим Петрович, я прошу Вас успокоиться. Мы пробиваем небрежный отпечаток пальцев по базе данных. Скоро будет известно, кто именно вор, не волнуйтесь. Я поздравляю Вас! Это явный прогресс в деле! – Никита Иваныч, а именно так звали этого следопыта, всегда хорошо относился к молодому майору, раскрываемость дел которого была очень даже высока. Поэтому, сейчас, услышав эти слова именно от этого человека, Морозов облегчённо выдохнул, касаясь пальцами висков, успокаивая слишком быстрое дыхание.

Он так близко к ней. Это опьяняло.

Лиза зарылась руками в волосы, тяжело дыша, и прерывая дыхание рваными рыданиями. Большая двухкомнатная квартира не давала никакого уюта. Люди, находящиеся рядом, не давали никакого тепла. Иногда даже казалось, что Аня с ней просто из-за статуса Виноградовой в университете. И эта неуверенность не давала дышать, давя на мозг своими цепями. Пусть она просто себя накручивала, но это так ранило её — то, что никого нет рядом, никого, способного поддержать. А Елизавета ничего не может никому рассказать. Н-и-ч-е-г-о. Вдруг, по квартире разнёсся звонок домофона. Кто-то явно пытается добиться до Лизы. Вытерев слёзы, девушка направилась к входной двери. Распахнув дверь, блондинка удивленно уставилась на её "гостей". — Елизавета Виноградова? У нас есть позволение на Ваше задержание. Будьте добры проехать с нами, – весьма сдержанный, умеренный голос высокого милицейского пробудил в сердце блондинки невыносимый страх. — Где она? – Морозов, перескакивая, как малый ребёнок, через ступеньку добрался до квартиры той самой, неуловимой.– Вот же ж. Елизавета Виноградова? – Макс замер, на секунду забывая, что вокруг вообще кто-то есть, что она - воровка, забывая обо всём. После минутной слабости, вызванной неописуемой красотой девушки (как показалось нашему молодому майору красоту этой блондинки можно назвать лишь одним словом - неописуемая), Морозов выдохнул и продолжил свою речь, – Сейчас Вам требуется пройти с нами, – он умолк, кивая сотрудникам, мол сам проведёт её к машине. Помощники ушли, а Макс отметил, что Лиза дрожит, а её руки нервно теребят край безразмерной футболки, в которой была девушка. Значит, она. А Виноградова разлагалась. Медленно, плавно сходила с ума, пытаясь привести дыхание в норму, пытаясь усердно одолеть тот страх, что одолевал её. Вычислили, поймали, посадят. Но девушка, не устраивая какой-либо истерики, лишь кивнула головой, поднимая грустные глаза на майора, который не привлекал её внимания до этого момента. Взъерошенные волосы, выражающие непонятные чувства глаза, идеальные черты лица. «Господи, тебя посадят, Лиза, алло», – вдруг, пронеслось в голове и она быстро опустила взгляд в пол. — Да, хорошо. Подождите минуту, мне нужно переодеться. Если хотите - заходите, чтобы не думали, что я убегу, – она понимала, что бежать нет смысла. Поймают. Она понимала, что теперь за неё н-и-к-т-о не заступится. Правду же раскрыть она просто не могла. Макс вошёл в квартиру, располагаясь на стульчике в гостиной, а блондинка побежала к себе в комнату, пытаясь не завыть от бессилия. Она натянула на себя лёгкое белое платье, думая, что сможет отмыть все грехи этим цветом. Оно было немного выше колена. Образ дополнили лишь белые балетки, которые в спешке еле-еле попали на ногу. — Можем идти? – Лиза вышла с комнаты, немножко улыбаясь, пытаясь скрыть все эмоции: страх, злость на себя, растерянность, ужас. Но, ведь Морозов не просто так был уже майором! Он умел читать по глазам. Он не видел в ней преступницы. Пытался, но не мог. Он просто хотел поскорее раскрыть это дело, дабы избавиться от этой девушки, от странного чувства в районе сердца. — Да, конечно, – ещё тридцать минут напряжённой езды и молчания. После такого испытания Лиза выскочила с машины, а за ней сразу же последовали два молодых, крепких мужчины, которые должны были следить за этой воровкой. Но она и не собиралась куда-то бежать. А куда? У неё никого нет, ничего нет. — Так, значит, признаете ли Вы, Елизавета, свою вину? – Макс сидел напротив девушки в комнате для допросов, которой принадлежали голые стены и обычная лампа, что освещала всю комнату. Он увидел, как её плечи дрожат. Вдруг, Морозов заметил в волосах блондинки зелёный листик. С дерева, наверное. Парень дотянулся до Лизы, как вдруг та резко дернулась, едва не упав со стула. — Нет! Не трогай меня, нет! – она подумала, что он ударит её. А ему, ведь просто нужно было коснуться к ней. Нет, на самом деле, нет. Он уверял себя, что это не так. Ему просто мешал этот листик проводить допрос. Господи, Морозов, серьёзно?