Temporis Filia Veritas

Наша жизнь — волшебные часы, Механизм из тысячи деталей. Пульс в висках, как ходики, стучит. Движемся от радости к печали, От несчастья к счастью, сделав круг — Мы бежим, как тень по циферблату. Часики, бывает, отдохнут, А потом опять спешат куда-то. Механизм часов не разгадать… Сколько лет отмерено мне будет? Но одно мне довелось понять: Главное богатство — это Люди. Анна Михайловна Островская

      Джеймсу Поттеру уже не впервой было бродить коридорами Хогвартса, скрываясь под мантией-невидимкой. Она так часто и надежно укрывала их с друзьями в ночных вылазках, что казалась ему чем-то незыблемым, неотделимым. Сириус Блэк, его лучший друг-гриффиндорец и просто обезбашенный парень, предложил ему сегодня безумную авантюру.       Откуда этот жук выведал, что Сопливус собирается выбраться ночью из замка (что, между прочим, являлось запрещенным и строго наказуемым), Джеймс не знал, но такой шанс насолить слизеринскому гаду упускать нельзя. И хоть на улице стоял уже конец апреля, и днем солнце все чаще радовало волшебников своим теплом, гриффиндорец был уверен — их ждет воистину холодная ночка. После обеда лил проливной дождь, и если бы сегодняшняя выходка Сопливуса не была чем-то «из ряда вон», он послал бы Сириуса с его затеей куда подальше. Но, как он уже отметил ранее, такой шанс упускать — себе дороже.       Предаваясь подобным упадническим мыслям, Джеймс следовал за Сириусом на четвертый этаж, где находился один из потайных ходов, который должен был сократить им путь. Снейп, как показывала Карта, уже находился в школьном дворе и стремительно направлялся к воротам. Интересно, как он собирался их преодолеть? И куда направляется?       Дойдя до Зеркала, что скрывало проход, Сириус посветил палочкой и сверился с Картой. Никого поблизости не наблюдалось, и друзья, нажав на рычаг, открыли проход. За Зеркалом, где было достаточно места для двоих, они сняли мантию-невидимку и Джеймс упрятал ее в свой походный рюкзак. — Поторапливайся, Сохатый, а то не успеем! — сказал Сириус и, перекинувшись огромным черным псом, припустил по каменным ступеням вниз. Джеймсу лишь оставалось побежать за ним на своих двоих — иногда анимагическая форма, доставшаяся ему от природы, казалась парню слишком громоздкой.       Ступеньки, вначале бесконечные, резко закончились каменной стеной. Лишь чудом он не впечатался в нее на всей скорости. Приятель уже был здесь: освещая люмосом карту, пытался отыскать общего врага. Возле ворот Хогвартса его не было. Неужели опоздали? — Смотри, вот же он! — прошептал Джеймс, указывая другу на черную точку возле Гремучей Ивы с подписью «Северус Снейп». — Вот хитрец, запутывает следы! Только…не может же он знать о ходе в Визжащую Хижину? — спросил у него Сириус.       Что-то подсказывало Джеймсу, что может. Только не должна ли прошлогодняя история отбить у него любое желание туда лезть? Вся эта ситуация нравилась парню все меньше и меньше, но возможность прижать Снейпа перевесила его сомнения, и они устремились вперед.       На улице действительно было жутко холодно, и мантия отца совсем не грела. От мокрой травы ботинки промокли, а ноги так и норовили разъехаться в разные стороны, но квиддичные тренировки и полуночные вылазки с Ремусом делали свое дело — до Ивы добрались быстро, так ни разу и не упав. Еще раз сверившись с Картой, они разочарованно выдохнули — жизнь абсолютно ничему Снейпа не научила. Он уже преодолел половину перехода до Визжащей Хижины, и им ничего не оставалось, кроме как ринуться в погоню.       Сириус полез вперед. Джеймс, уже двадцать раз проклявший эту ночь и Блэка в придачу, вынужден был последовать за ним. О, Мерлин, за что ему это наказание? От сырых подземных стен воздух в переходе стоял влажный и спертый, а местами отдавал плесенью. Спина Сириуса маячила впереди, и Поттер поднажал. Все же и его захватил азарт погони, пусть даже его вторая форма вовсе не относилась к охотникам, скорее наоборот.       Тут Блэк затормозил и жестом показал ему молчать. Впереди слышались мужские голоса. Один из трех принадлежал ненавистному Снейпу. Джеймс аж заскрежетал зубами, за что сразу получил тычок по ребрам.       С кем происходила встреча Сопливуса, он не знал. Голоса мужчин с такого расстояния не были похожи на голоса студентов или профессоров. Кто в такое позднее время мог назначить встречу этому мерзкому слизеринцу? Являются ли они опасными? Несомненно, да. И почему именно в хижине? Интересно, что по этому поводу думает Сириус?       И тут, в наступившей в разговоре противника паузе, раздался звонкий чих. А судя по напряжению, разлившемуся в воздухе, чихал Бродяга. — Бежим!!!       И они ломанулись по переходу обратно к Гремучей Иве. Позади слышался топот ног преследователей, которые в таком тесном пространстве боялись пустить в ход заклинания. Цепляясь за руку Сириуса, он бежал по переходу и мысленно костерил себя на чем свет стоит. Ну зачем они только поперлись за этим Снейпом? Неужели не нашли бы другого способа испортить ему жизнь? Придумали бы какую-нибудь шутку в стиле Мародеров и посмеялись бы все — и он, и Сириус, и Ремус. Может, даже мелкий Питер. И ведь вопила ему интуиция весь вечер диким голосом, но ему, как всегда, не до того.       Им оставалось преодолеть метров двадцать до выхода из перехода. И, как назло, этот самый последний рывок проходил по прямой. Видимо, преследователи знали об этом не хуже их самих, потому что в следующий миг голоса слаженно послали в них два заклинания: — Movere deinceps! — Stupefy!       В спину им ударил двойной луч заклинания. Джеймс только и успел подумать, что это самая неудачная вылазка за всю историю их учебы в Хогвартсе. И еще мелькнула мысль об Эванс. Парень сжал руку Сириуса, и в следующее мгновение их скрутило, как при апарации. Сознание заволокло тьмой.