От семьи не убежишь.

       Яркая вывеска супермаркета так и завлекала посетителя своими цветами. В последний выходной день здесь собралось много покупателей, которые опасались, что позже попросту не хватит времени.       Я стояла в самом дальнем углу торгового зала, делая вид, что усердно выбираю шампунь. На самом деле я следила за Айзеком, стоявшим в соседнем отделе. Он разговаривал с кем-то на повышенных тонах. Кажется, это был Стайлз, а иначе кто так сильно мог плеваться сарказмом? Я стояла, прислушиваясь к разговору, но не могла ничего услышать — слишком много шумящего народа.        — Девушка, вам чем-нибудь помочь? — спросил прыщавый продавец-консультант, только что подошедший ко мне.       К счастью, я сразу сориентировалась и покачала головой, показав жестами, что мне не нужна его помощь. Да, язык жестов был сложен для меня, но что поделать? Чтобы не было лишних подозрений, я начала его учить, когда сбежала. Юноша понял и, кивнув, ушел.        Отвлёкшись на консультанта, я не заметила, как Айзек подошел к отделу, где я стояла. Стайлза с ним не было. Я мимолётно встретилась с ним взглядом, а затем, сделав вид, что что-то ищу в рюкзаке, отвернулась. Нужно сматываться отсюда, пока под моими новыми духами он не почувствовал мой запах. Застегнула рюкзак и повесила его на плечи, а не на одно плечо. Раньше я ходила только с одной лямкой на плече и, чтобы во мне ненароком не узнали меня, как бы это глупо не звучало, я старалась быть полной противоположностью прежней себе. Я пулей выскочила из магазина, а затем, не оглядываясь, побрела в сторону дома, оставленного хозяевами на время. Да, это противозаконно, но не жить же мне в мотеле, где есть камеры наблюдения!

***

      Я знала, что мне нужно идти в школу. Превосходно знала и боялась этого события. Была ещё одна проблема — татуировка. Точнее, её отсутствие. Уж если случится такая оплошность и меня всё же найдут, придется отбиваться от папы и дяди всеми руками и ногами. М-да…       Вчера я отдала документы в школу и всё же смогла убедить руководство, что «немой» ребёнок может учиться с обычными ребятами. Все же, слезы хорошее средство.        Сопровождаемая директором, я пошла к кабинету литературы, где у меня должен был быть урок. Войдя в кабинет, директор представил меня, и я села за свободное место рядом с Айзеком. Он подозрительно на меня посмотрел, чувствуя, что я чем-то ему знакома. Но вот чем? Ведь за это время я настолько изменилась, что и не узнать. Конечно, парик по плечи, макияж, который изменил черты лица, другие глаза… Я глубоко вдохнула. Теперь я другая.       Урок прошел незаметно, точнее, через десять минут после того, как я вошла в класс. То время, что я пропустила, — последние приготовления и разговор с директором. Все вскочили со своих мест, и ребята поспешили к выходу из класса, в том числе и я. Стая стояла возле шкафчиков, и я незаметно подошла поближе, после чего стала подслушивать.        — Новенькая меня беспокоит… — сказал Айзек, ища в своём шкафчике какую-то вещь. — Что-то мне подсказывает, что она оборотень и знает, что мы такие же. Её запах очень похож на запах Клэри…        — Ты так думаешь? — спросила Лидия, нахмурившись. — Она же немая…       Айзек зло на неё взглянул и прислонился к шкафчику. Он плотно сжал зубы и осел на пол, зарывшись пальцами в волосы и упершись локтями в колени. Он глухо застонал, будто ему заживо отрезают пальцы. Он поджал губы и взглянул на ребят, как затравленный котенок:        — Вы не понимаете… Каждый раз Клэри пишет с разных почт, а недавно позвонила с совершенно незнакомого номера, будто скрывается от кого-то… Я боюсь за неё!       Я подошла к тому шкафчику, что был рядом с Айзеком. Как же удачно получилось, что раньше он был моим и сейчас мне вернули его. Я притворно-удивлённо смотрела на фотографии, развешанные на дверях шкафчика, и спросила, написав на бумаге, кто это и чьи это фотографии.       Айзек встал и отлепил одну, где я с ним обнималась возле озера.        — Клэри… я её так давно не видел… Это моя девушка. Она уехала с семьёй отсюда.       Я отлепила фотографии и протянула их Айзеку, незаметно пряча одну из них. Парень кивнул и, благодаря, убрал их к себе в рюкзак.