Часть 14 - Зов забытого
7 октября 2024 г., 20:33
Темнота окутала меня, как мягкое одеяло, но вместо спокойствия я ощутила тревогу. Сначала мне показалось, что я просто сплю. Всё вокруг было слишком тихим, и я знала, что что-то не так. Не было ни звуков ветра, ни пения птиц, ничего, что могло бы напомнить о мире за пределами этой пустоты. Я стояла в этом безмолвном вакууме, а мои ноги, казалось, теряли опору.
И тут я услышала голос. Не внешний, не знакомый — он звучал в моей голове, как шёпот из глубины моего сознания. Этот голос был низким, холодным, почти отстранённым, но в нём была странная, завораживающая сила. Он казался мне отголоском того, что всегда жило внутри, но только сейчас вырвалось на поверхность.
— Ты пыталась изменить всё, — сказал голос, и я вдруг осознала, что стою в полной темноте, окружённая чем-то вязким и тяжёлым. — Но знаешь ли ты, что изменится на самом деле?
— Кто ты? — мои губы произнесли вопрос, прежде чем я осознала, что хочу его задать. Казалось, моё тело и сознание теперь принадлежали кому-то другому.
— Я — это ты. Я — та сила, что спала внутри тебя. Та, кто ждала твоего пробуждения. Ты думала, что сможешь изменить судьбу? — голос стал более плотным, как будто приближаясь ко мне. — Ничего не изменить. Ты не спасёшь всех.
Мои руки затряслись, сжала кулаки, пытаясь собраться с мыслями. Это был сон? Нет, всё было слишком реально. Холод, который ощущала, был не от ветра, а от этого существа, говорящего со мной. Или это была я сама?
— Всё изменю. У меня есть шанс, знаю это, — произнесла я, стараясь быть уверенной в своих словах. Но что-то внутри меня несло сомнение, как будто тень накрывала мои мысли.
— Ты изменила несколько событий, и посмотри, к чему это привело. — Вокруг меня медленно проявлялись образы прошлого, как смутные воспоминания. Я увидела своих друзей, их лица. Увидела их страдания. — Но ты не знаешь, что ждёт впереди. Боишься.
— Не боюсь, — шагнула вперёд, но мои ноги словно вязли в этой бесконечной темноте. — Сделаю всё, чтобы они жили. Чтобы никто больше не погиб.
— Погибнут, — голос пронзил меня словно ледяной иглой. — Даже если ты спасёшь одних, другие падут. А что будешь делать тогда? Когда все твои усилия будут напрасны?
— Нет, — затрясла головой. — Не позволю этому случиться. Стану сильнее. Не повторю ошибок.
— Ошибки? — голос усмехнулся, звучание этого смеха эхом отозвалось внутри моего разума. — Ты боишься не ошибок. Боишься своей силы. Боишься того, что она может сделать с тобой.
— Я контролирую свою силу, — произнесла, хотя в этот момент сомнения становились всё громче.
— Контролируешь? — темный голос почти насмехался. — Помнишь, что случилось, когда я вырвалась на свободу? Помнишь боль, страх в глазах твоих друзей? Как они не могли остановить тебя. Думаешь, что сможешь контролировать меня? Ты была лишь наблюдателем в тот момент.
— Я не... — попыталась что-то сказать, но слова застряли в горле. Воспоминания о битве с Хаку и Забудзой начали проясняться. Как я теряла контроль. Как тёмная сила заполнила меня, как будто я стала её марионеткой.
— Это будущее, которое ты выбрала. — Голос стал мягче, но его ледяная сущность всё ещё чувствовалась. — Ты дала мне свободу. И теперь будущее будет твоим наказанием.
Резко обернулась, желая сбежать от этого голоса, но он звучал теперь повсюду, как эхо в пещере. Я не могла убежать от самой себя.
— Тебе придётся принять это, — добавил он, — или... погрузишься в тьму. Ты и твои друзья.
— Не позволю тебе управлять мной, — твёрдо сказала, хотя внутри меня всё было не так уверенно. — Я буду бороться.
— Мы ещё посмотрим, Сакура. Время покажет, кто из нас сильнее.
В этот момент темнота вокруг меня начала рассеиваться. Я почувствовала, как мои руки и ноги вновь обретают контроль, как тёмная сущность отступает, но её холод оставался где-то глубоко внутри. Как будто она стала частью меня.
***
Я открыла глаза, увидев тусклый свет, проникающий через занавески. Утро в деревне казалось таким тихим, словно мир стоял на паузе. Но внутри меня всё ещё гудел этот голос, как отголосок кошмара. Или это был не сон вовсе? Огляделась и увидела, что лежу в комнате строителя моста. Воздух здесь был свежим, но наполнен запахом готовящейся пищи. Наруто сидел рядом, его голова чуть склонена, как будто он дремал. Моя рука всё ещё находилась в его ладони, и это простое касание вернуло меня к реальности. Села на постели, осматривая комнату. В одном углу заметила Какаши-сенсея, опершегося о стену, рядом с ним тихо разговаривал Саске. Они не обращали внимания на меня, пока я не пошевелилась, и тогда их взгляды обратились в мою сторону. — Ты в порядке? — спросил блондин, проснувшись, когда почувствовал, что я двигаюсь. Его голубые глаза искрились заботой, как будто он провёл рядом с моей постелью всю ночь. — Что случилось? — я медленно оглядела комнату, пытаясь сложить пазл из обрывков воспоминаний. Всё было туманным, словно не контролировала себя в какой-то момент. — Ты не помнишь? — Какаши поднял бровь, глядя на меня поверх своей маски. Саске стоял рядом с ним, скрестив руки, и тоже смотрел с лёгким беспокойством. — Нет... помню бой, но потом... всё словно исчезло. — провела рукой по лбу, пытаясь справиться с нарастающей головной болью. — Ты потеряла контроль, — тихо сказал Саске. — Но мы остановили тебя. Моё сердце замерло на мгновение. «Потеряла контроль?» Это чувство внутри, тёмная энергия... она взяла верх? — Я... что случилось? — вновь повторила вопрос, и Наруто быстро вмешался: — Какаши-сенсей убил Забудзу. А мы с Саске победили Хаку. Ну, почти... Он жив. Мы пощадили его. Всё это звучало нереально. Я должна была быть в сознании, должна была контролировать свои действия... Но тьма внутри меня проснулась и поглотила. Сжала кулаки, чувствуя, как внутри снова шевелится страх. Никто, даже я, не понимал, что это было. Что за сила ожила во мне. Запах еды, доносящийся с кухни, на секунду отвлёк, но я снова сосредоточилась на своих друзьях. — Гато мёртв, — продолжил Саске. — Его наёмников мы тоже одолели. Кивнула, пытаясь осознать услышанное. Мир за окном был такой спокойный, но внутри меня всё бурлило. Тёмная энергия... Она поглощала, как чёрная бездна. Подняла глаза на своих товарищей. Они ничего не знали. Никто не знал, кроме меня. И даже я сама не могла до конца понять, что это за сила. Когда окончательно пришла в себя, в комнате было тихо. Лёгкий ветерок проникал через приоткрытое окно, наполняя помещение свежим утренним воздухом. Но несмотря на тишину, чувствовала, как вокруг меня витает напряжение. Наруто, Саске и Какаши были рядом. Их лица выражали беспокойство, хотя каждый старался скрыть свои эмоции по-своему. Наруто сидел ближе всех, глядя на меня с тревогой и волнением, тогда как Саске и Какаши держались на расстоянии, явно давая мне пространство. — Сакура-чан, как себя чувствуешь? — Узумаки был первым, кто нарушил тишину. Его голос звучал мягко, но в нём чувствовалась тревога. — Мы так переживали за тебя... Ты долго была без сознания. Встретила его взгляд и, хотя мне хотелось ответить что-то ободряющее, во мне царила растерянность. Воспоминания о том, что произошло на мосту, были размытыми и отрывочными. Напрягла память, но всё, что смогла вспомнить — это ярость и странное ощущение, будто меня захватила неведомая сила. — Не помню всего, — произнесла, стараясь не смотреть в глаза друга, чтобы не выдать свои сомнения. — Только отрывки... Что-то странное происходило со мной. Я будто была не собой. — Ты действительно выглядела иначе, — осторожно добавил Учиха, глядя на меня исподлобья. Он, как всегда, старался держаться на расстоянии, но в его голосе слышалась обеспокоенность. — Это было... странно. Как будто ты... изменилась. Его слова заставили меня вздрогнуть. Я ведь сама почувствовала это. Темная сила внутри, что-то пугающее и незнакомое, словно пробудившееся в тот момент, когда потеряла контроль. — Ты кричала, — добавил Наруто, вспоминая детали боя. — Никогда не видел тебя такой... Это было жутко. — Кричала? — нахмурилась, пытаясь вспомнить. — Не помню этого. Последнее, что помню — это то, как мы сражались с Хаку, а потом... пустота. Узумаки кивнул, его глаза стали более серьёзными. — Да. Ты сражалась с Хаку, а потом на твоём теле начали появляться какие-то странные отметины. Ты стала сильнее, чем обычно, намного сильнее. Но... это было пугающе. — Ты чуть не убила его, — неожиданно вмешался Саске. Его голос прозвучал резко, но я уловила в нём некую защитную нотку. — Мы с Наруто едва успели остановить тебя. Взглянула на него, пытаясь понять, что же произошло, пока я не была в сознании. Учиха редко был таким прямым и откровенным, и его слова прозвучали для меня как удар. Убить? Я? Это не могло быть правдой. — Убить? Но я... — мои слова затихли, и в комнате повисла тяжёлая пауза. Попыталась вспомнить хоть что-то, но образы расплывались, отказываясь складываться в целую картину. Я не могла поверить, что была способна на такое. — Сакура, — вмешался Какаши, тихо произнося моё имя, — тебе нужно быть осторожнее с собой. Что бы это ни было, мы должны выяснить, что происходит. Мы заметили, что это началось во время боя с Хаку. Его спокойный тон успокаивал, но меня все равно не покидало чувство беспокойства. — Какаши-сенсей... не знаю, что это было. Я не чувствовала себя самой собой. Эта сила... она была словно чужая, но в то же время будто бы всегда была во мне, просто дремала. Наруто, нахмурив лоб, задал вопрос, который, вероятно, беспокоил его с самого начала: — Это была чакра? Или что-то другое? — Я не уверена, — честно призналась. — Это не было похоже на чакру. Это... что-то тёмное и холодное, как будто оно вытягивало из меня все эмоции и мысли, оставляя только ярость. Парень вздохнул и, сцепив руки, посмотрел на меня ещё более серьёзно: — Мы не дадим тебе пройти через это в одиночку, Сакура. Что бы это ни было, мы выясним это вместе. Обещаю. Саске лишь тихо кивнул, соглашаясь с его словами. Я чувствовала их поддержку, но это не снимало тревогу и страх перед тем, что может случиться, если я снова потеряю контроль над собой. Посмотрела на Какаши, ожидая, что он скажет. Какаши снял повязку с левого глаза, вздохнул и прислонился к стене. — Мы разберёмся, — сказал он, закрывая глаза и заметно напрягаясь. — Но сначала мне нужно восстановиться. Мой Шаринган потребляет слишком много чакры. Мы обменялись тревожными взглядами и, решив, что стоит отвлечься от тяжелых мыслей, пошли на кухню, где нас ждала еда. За столом, под звук посуды, готовящейся пищи и тихие разговоры, атмосфера немного смягчилась. Однако в воздухе всё ещё витало что-то неуловимое — тень неизвестной опасности. После обеда вернулась в комнату, чувствуя лёгкое утомление. Все эмоции, разговоры и недавние события словно тяжелым грузом давили на плечи. Моё тело по-прежнему ныло, но боль была терпимой. Как только переступила порог, сразу заметила, что Хаку исчез. Его неподвижное тело, которое недавно лежало на соседней кровати, исчезло без следа. Но это было не единственное, что меня насторожило. На моей постели лежал маленький свиток, аккуратно сложенный. Подойдя ближе, осторожно взяла его в руки, чувствуя лёгкое беспокойство. Что это могло значить? Медленно развернув, увидела несколько строк, написанных аккуратным почерком: "Моя цель изменилась. То, что связывает нас, больше, чем просто бой на мосту. В моём сердце теперь новая дорога, и я буду следовать ей — даже если ты не узнаешь меня, когда вновь столкнёшься со мной. Наши судьбы переплетены, Сакура. Не отвергай то, что скрыто в тени. Наступит день, когда это станет твоей силой." Я замерла. Его слова эхом разнеслись в голове, вызвав волну смятения. Что связывало нас? Какая новая цель? Почему он так загадочно намекал на нечто скрытое? Я ещё не до конца понимала, но чувствовала, что что-то действительно связывает наши судьбы. Незримая нить, которую не могла разорвать или даже до конца осознать. Свернув свиток, спрятала его подальше, глубоко вздохнув. Всё это — моё странное пробуждение, исчезновение Хаку и его загадочное послание — было больше, чем простое стечение обстоятельств. Понимала, что нас ждёт нечто гораздо большее. Этот мост, эта миссия — были лишь началом. Когда вернулась к своей команде, они как раз заканчивали прощаться с семьёй Тадзуны. Тишина в комнате была тёплой и спокойной, но в воздухе ощущалось лёгкое напряжение — время покидать это место, где мы провели столько сложных, но важных дней. Наруто сидел на корточках, обняв Инари, который со всей силы прижимался к нему, не желая отпускать. Маленький мальчик, который когда-то казался полным отчаяния, сейчас не хотел терять своего нового друга. Слёзы навернулись на глаза Инари, но он, сжав кулаки, мужественно пытался не заплакать. — Наруто-нии-сан, — пробормотал он сквозь едва сдерживаемые рыдания, — ты... ты ведь вернёшься, да? Узумаки улыбнулся широко и искренне, похлопав его по голове. — Конечно, вернусь! Ты же теперь стал настоящим мужиком! Когда-нибудь мы обязательно снова встретимся. А пока защищай свою маму и дедушку. Ты — настоящий ниндзя в своём сердце, не забывай об этом! Инари поднял голову, его глаза сияли решимостью, словно каждый из этих слов наполнил его новой уверенностью. Он крепче сжал руку блондина и, вдохнув поглубже, отпустил его. Этот момент казался одновременно лёгким и тяжёлым — прощание, которое связывало их ещё крепче, чем встреча. Рядом стояла мать Инари, сдержанно улыбаясь. Её глаза были влажными, но она старалась держать себя в руках. Она подошла к Саске, который, как всегда, стоял немного в стороне. Он, как обычно, выглядел спокойным и хладнокровным, хотя заметила, что его взгляд был мягче, чем обычно. — Спасибо, — тихо произнесла она, едва заметно поклонившись. — Ты спас нас, когда я уже не верила в чудо. Никогда не забуду твоего поступка. Учиха лишь кивнул, не зная, что сказать в ответ. Его обычно безэмоциональное лицо слегка смягчилось, но он по-прежнему держал дистанцию. Возможно, её слова напомнили ему о чём-то глубоко личном — о семье, которую он сам потерял. Тадзуна, старик, переживший так много трудностей, стоял чуть в стороне, наблюдая за этой сценой с гордостью и теплотой. Когда все закончили прощаться, он поднялся на несколько ступеней и торжественно провозгласил: — Этот мост, который вы помогли построить, изменил не только нашу жизнь, но и открыл новый путь для всех нас. Я назову его "Истинный путь Шиноби". Это будет напоминание о вас, настоящих ниндзя, которые сражались за нас и за наши мечты. Его слова, произнесённые с таким чувством, коснулись каждого из нас. Наруто улыбнулся ещё шире, Саске, хоть и не показывал, был явно тронут, а я почувствовала лёгкое волнение — наше влияние здесь оказалось гораздо больше, чем мы ожидали. Когда мы наконец вышли из дома, свежий утренний воздух обнял нас. Я оглянулась на дом, где осталась семья Тадзуны, и почувствовала, как на душе стало немного легче. Это место стало для нас временным пристанищем, где мы не только сражались, но и учились, менялись. Солнце только начинало подниматься, мягкий золотистый свет ложился на деревню, где жизнь, кажется, начинала потихоньку возвращаться к норме. Трава вокруг была мокрой от утренней росы, лёгкий ветерок играл с нашими волосами, напоминая о том, что жизнь продолжается. На горизонте мелькали рабочие, занятые восстановлением моста, который теперь имел новое, символичное имя. Нам пора было уходить. Мы начинали свой путь обратно в Коноху.***
Когда мы приблизились к границам деревни, усталость начала догонять. Каждый шаг к дому приносил облегчение, но с ним же приходило и беспокойство. Я шла рядом с Наруто и Саске, молча погружённая в свои мысли. Всё, что случилось на мосту, было словно в тумане. Лес вокруг казался привычным, но после пережитого я чувствовала, что всё изменилось. Какаши шёл позади, как обычно спокойный и невозмутимый. Но я знала, что его состояние далеко не идеальное. Он выглядел усталым после того, как долго использовал свой Шаринган, и каждый раз, когда он поправлял маску, было видно, что ему нелегко. — Похоже, почти дошли, — сказал блондин, прерывая тишину. В его голосе звучала лёгкая улыбка, но она казалась натянутой. — Интересно, что третий Хокаге скажет? Думаешь, ему понравится, как мы выполнили миссию? Посмотрела на него, но не нашла в себе сил поддержать разговор. Всё, что происходило на мосту с Хаку и тем, что случилось со мной, оставило слишком много вопросов, на которые я не знала ответов. — Ты ведь думаешь об этом, да? — неожиданно заговорил Учиха, его голос был холоден, но не враждебен. Он смотрел на меня внимательно, словно хотел уловить, что творится в голове. — О том, что произошло на мосту. Ты все еще не помнишь? Почувствовала, как внутри всё напряглось. Слова будто застряли в горле, но всё же ответила: — Нет… ничего не помню. Всё будто в тумане. — В каком-то смысле тебе повезло, — пробормотал Саске, отворачиваясь. — То, что произошло там... это было... странно. Узумаки молчал, его лицо стало серьёзным. Я знала, что он тоже что-то почувствовал, но не понимал, как выразить это словами. Он только прикусил губу, как будто собирался сказать что-то важное, но в последний момент передумал. Когда подошли к воротам деревни, я почувствовала легкое облегчение. Но впереди нас ждал разговор с третьим Хокаге. Даже несмотря на то, что мы выполнили миссию, вопросы, которые висели в воздухе, всё ещё оставались. Направились прямо к резиденции третьего Хокаге. Мимо нас мелькали знакомые лица жителей деревни и шиноби, но на них я не могла сосредоточиться. В голове всё ещё был хаос. — Подождите здесь, — коротко сказал Хатаке, прежде чем скрыться за дверью кабинета Хокаге, оставив нас наедине с нашими мыслями. Прошло несколько минут в тяжёлом молчании. Я смотрела на свои руки, пытаясь вспомнить, что произошло на мосту, но всё было будто скрыто пеленой. — Заходите, — раздался голос учителя, и мы вошли внутрь. Хирузен Сарутоби сидел за столом, окружённый свитками и картами, его взгляд был мягким, но полным мудрости. Он смотрел на нас внимательно, словно проникая вглубь каждого из нас. — Команда номер семь, — произнёс он спокойно. — Слышал о вашей миссии. Кажется, она оказалась гораздо сложнее, чем предполагалось. Какаши шагнул вперёд и поклонился. — Да, господин Хокаге. Мы столкнулись с сильными противниками: Забузой Момочи и его учеником Хаку. Однако миссия завершена — мост достроен, а строители в безопасности. Хирузен кивнул, поглаживая свою бороду, явно задумавшись. — А что насчёт вас? — обратился он уже к нам, его взгляд остановился на мне. — Как вы справились? Слышал, что были моменты, когда всё могло пойти не так. Почувствовала, как внимание всех в комнате сосредоточилось на мне. Сердце сжалось, а дыхание стало неровным. Попыталась заговорить, но слова застряли в горле. — Я... — начала , но не знала, как продолжить. Узумаки тут же вмешался, как будто хотел защитить меня: — Мы все справились! Но больше всего выделилась Сакура! Мы знали, что ты сильная, но никто не ожидал от тебя таких способностей. Саске коротко кивнул, что для него было редкостью, особенно когда дело касалось похвалы. Хокаге посмотрел на меня пристально, но его взгляд был полон понимания. — Значит, вы все справились, несмотря на трудности, — проговорил он, голос был исполнен уважения. — Горжусь вами. Однако будьте готовы к тому, что впереди будут ещё более сложные испытания. После короткой паузы он добавил: — Отправляйтесь отдыхать. Вы это заслужили. Мы поклонились и вышли из кабинета. Я почувствовала себя легче, но внутри оставалась пустота. Когда покинули резиденцию, в душе было смешанное чувство облегчения и беспокойства. Миссия закончилась, но вопросы, что терзали меня после событий на мосту, оставались без ответов. Мы с командой попрощались у главных ворот деревни, где Наруто и Саске отправились по своим делам, а я, чувствуя себя опустошённой, направилась домой. Шаги эхом раздавались по пустынным улицам Конохи, и я была благодарна за этот момент одиночества. Знала, что дома меня ждут родители, которые наверняка переживали всё это время, пока я была в пути. Они не знали всех подробностей, не знали о том, что происходило на мосту, о моей странной силе. И, возможно, это было к лучшему. Когда я подошла к своему дому, чувство знакомого тепла окутало. Я открыла дверь и услышала, как в кухне что-то с шумом передвигали — мама, как обычно, готовила ужин. Отец был в соседней комнате, и, услышав мои шаги, выглянул в коридор. — Сакура, ты вернулась! — В его голосе было заметно облегчение. — Мы уже начали беспокоиться. Кивнула, стараясь изобразить усталую улыбку. Ощущение дома вдруг стало таким успокаивающим, но в то же время я осознавала, что в какой-то степени уже не была той Сакурой, которая уходила на эту миссию. Мэбуки тут же появилась из кухни, вытирая руки полотенцем. — Ты голодна? Я приготовлю что-нибудь, — её голос был полон заботы. — Спасибо, мама, — тихо ответила, — но сейчас просто хочу немного отдохнуть. — Как скажешь, милая. Мы здесь, если что-то нужно. Поднялась в свою комнату и закрыла за собой дверь. Присев на кровать, попыталась вспомнить недостающие обрывки из памяти. Странные моменты, когда тьма, словно живая, пыталась взять надо мной контроль. И то, как Хаку лежал без сознания рядом. Почему-то было такое чувство, будто между нами что-то произошло, пока мы были в отключке. Сев у окна, я посмотрела на небо. Вдали уже зажигались первые звёзды, а свет луны мягко освещал деревню. Вроде вернулась домой, но в душе было ощущение, что этот путь ещё не окончен. Часть меня всё ещё находилась на том мосту.. и не знаю смогу ли вернуть её на прежнее место.***
Недели шли за неделями, и всё казалось возвращалось на круги своя. Простые миссии, тренировки, медитации. В них я находила спокойствие и уравновешенность, которые так нужны были после всех событий. Внутренние тревоги понемногу стихали, и я почти начала убеждать себя, что вся эта тёмная энергия — лишь вспышка эмоций, результат усталости или плод моего воображения. Однажды мама, Мэбуки, попросила меня помочь разобрать чердак. Это было одно из тех мест, куда редко кто заглядывал. Поднявшись туда, сразу ощутила запах пыли, лежавшей толстыми слоями на старых вещах. Праздничные украшения, забытые детские игрушки — всё казалось не более чем воспоминанием о прошлом. Но среди этого беспорядка что-то привлекло моё внимание. В углу, запутавшись в паутине, лежал старый, потрёпанный свиток. Потянула его на себя, сметая пыль, и посмотрела поближе. Он явно был старым, но каким-то важным. Чувствуя, что в нём может быть что-то значительное, решила показать его матери. Когда я спустилась и протянула свиток Мэбуки, её лицо заметно изменилось. Её взгляд стал напряжённым, и она сразу нахмурилась. — Откуда это у тебя? — голос матери дрожал, хотя она пыталась сохранять спокойствие. — Нашла на чердаке, — ответила, внимательно наблюдая за её реакцией. — Что это за свиток, мама? Она потёрла виски и выдохнула, отводя взгляд. — Это… старые мифы, — её голос стал твёрдым, но в нём уловила нервозность. — Твоя прабабушка, Акира, была не совсем здорова в последние годы. Она много чего писала, но… это просто бред. — Бред? — я нахмурилась, не веря её словам. — Мама, но почему ты так нервничаешь? Что в этом свитке такого? Мэбуки явно не хотела продолжать разговор. Она сделала шаг назад и скрестила руки на груди. — Сакура, — начала она, подбирая слова. — В нашей семье никогда не было таких проблем. Никто из нас не страдал от… этого. Все эти записи — всего лишь фантазии. Акира была сумасшедшей старухой. Зачем тебе это? Почувствовала, как во мне закипает возмущение. Мама что-то скрывала, я это чувствовала. — Если это просто фантазии, то почему ты так беспокоишься? — Посмотрела ей прямо в глаза, пытаясь пробиться через её замкнутость. — Что ты не договариваешь? Почему ты не хочешь, чтобы я знала о своей прабабушке? Мэбуки отвела глаза, её губы сжались в тонкую линию. На мгновение она казалась подавленной, но тут же взяла себя в руки. — Я просто беспокоюсь за тебя, — сказала она с тяжестью в голосе. — Твоя прабабушка была опасной, и её идеи... они могут только навредить тебе. Это не твоя забота, Сакура. Прищурилась, чувствуя, как недовольство растёт внутри. Я сделала шаг вперёд, снова подняв свиток: — Это не твоя забота? Ты думаешь, я не замечаю, что что-то происходит? — в моём голосе появилась дрожь. — Я не дура, мама. Чувствую эту силу внутри себя. И если прабабушка знала что-то об этом, то я должна это понять. Не могу просто сидеть и ждать, пока это разрушит меня изнутри. Мэбуки тяжело вздохнула, её плечи поникли. Она выглядела уставшей, но её тревога не исчезла. — Сакура… — голос её стал тише, почти умоляющим. — Оставь это. Ты не понимаешь, во что ввязываешься. — Не оставлю это просто так, — тряхнула головой, чувствуя, как моё сердце бьётся быстрее. — Я хочу узнать правду. И если ты не можешь мне помочь, то буду искать её сама. Женщина опустила голову и закрыла глаза, явно терзаемая внутренней борьбой. Я чувствовала, что она что-то знала, но была не готова поделиться этим. В конечном итоге она просто кивнула: — Делай что хочешь. Но помни: я тебя предупреждала. Молча кивнула, понимая, что дальше вопросов задавать смысла нет. Прабабушкины записи, которые она оставила в свитке, теперь стали для меня ещё более важными. Прежде чем выйти из дома, остановилась у порога, ощущая странное напряжение, которое не отпускало. Сжав свиток, я на мгновение задумалась. Мысли метались в голове, слишком много вопросов оставалось без ответа. И вдруг, почти невольно, обернулась к матери. Она стояла, опустив голову, и не смотрела на меня. В груди тянуло тревожное чувство, и один вопрос, который давно терзал меня, вырвался наружу. — Мама... — начала я медленно, подбирая слова. — Прабабушка... Она жива? В комнате повисла тишина. Женщина замерла, её пальцы непроизвольно сжались на краю стола. Её дыхание стало чуть более резким, хотя она старалась не выдать свои эмоции. Видела это — она знала что-то, что скрывала. Её взгляд на миг поднялся, но не встретился с моим. — Это сложно... — наконец тихо ответила, её голос был полон сомнений. — Она давно ушла... от нас. — Ушла? — переспросила, чувствуя, что что-то не так. — Ты говоришь так, будто она не умерла. Мэбуки снова опустила глаза, явно избегая моего взгляда. — Сакура, — вздохнула тяжело, — лучше, если ты перестанешь задавать эти вопросы. Некоторые вещи... лучше оставить в прошлом. Моё сердце сжалось. Словно невидимая стена разделила нас, оставив больше тайн, чем ответов. Я ещё раз взглянула на свиток в руке, чувствуя, как он стал не просто клочком бумаги, а ключом к чему-то большему, чем могла предположить. — Где она? — повторила, чуть более настойчиво, не желая сдаваться. Но мама только покачала головой, её глаза блеснули грустью. — Иногда искать ответы — это не лучшее решение, милая. Прабабушка... она не там, где ты думаешь. И, возможно, лучше не пытаться её найти. Я замерла на несколько секунд, обдумывая её слова. Они не давали ясности, лишь больше запутывали ситуацию. Наконец, лишь кивнула, смирившись с тем, что, похоже, ни одного прямого ответа я не получу. — Ладно, — тихо сказала и шагнула за порог. Но в голове уже крутился новый вопрос: где же на самом деле была прабабушка, и что она оставила после себя, кроме этого свитка? Я перешагнула порог, и дверь тихо закрылась за мной. На мгновение я замерла, закрыв глаза и глубоко вдохнув, словно пытаясь удержать что-то внутри. Моя грудь сдавило, и сердце бешено колотилось, будто готово было выскочить наружу. Чувствовала, как волна эмоций, что долго скрывалась внутри, наконец обрушилась на меня. Руки дрожали, а дыхание стало прерывистым. Все, что только что услышала, вызвало слишком много вопросов, и не было ни одного ответа. Мои ноги сами собой понесли меня прочь. Я едва замечала окружающее, стремясь убежать, подальше от этой тягости. Выскочила на оживленную площадь, сердце гулко билось в ушах, а мысли путались. Воздух был свежим и прохладным, но это не принесло облегчения. Просто хотела забыться. Что угодно, лишь бы избавиться от этого напряжения внутри. Не думая, куда иду, направилась к старому, заброшенному мосту на окраине деревни. Там было тихо, уединенно, и мало кто сюда заходил. Это было одно из тех мест, где обычно собирались дети, чтобы бросать камни в воду или оторвы, чтобы прыгать с моста в реку ради развлечения. Решила сделать то же самое. Может, это просто поможет выбросить из головы все эти мысли, пусть даже ненадолго. Остановилась на самом краю моста и посмотрела вниз, на спокойную воду. Казалось, что это тупо — просто прыгнуть в реку, чтобы сбросить напряжение. Но сейчас эта глупость казалась мне правильным решением. Может, холодная вода приведет меня в чувства? Сделала шаг вперед, уже готовясь прыгнуть, как вдруг кто-то резко схватил меня за руку. — Ты что творишь? — знакомый голос прозвучал холодно и настойчиво. Обернулась. Саске. Его взгляд был полон укоризны, но в нем читалось что-то еще — тревога? Не знала, что сказать. Все, что я пыталась подавить внутри, внезапно вырвалось наружу: злость, растерянность, отчаяние. — Просто... — начала было, но мой голос дрогнул. Я не могла объяснить. — Просто хотела забыться... всё это... не важно. Саске не дал мне закончить. — Ты думаешь, это поможет? — Он отпустил мою руку, но не отступил. — Ты ведь умнее этого. Стояла на месте, чувствуя, как мои эмоции постепенно утихают. Его слова ударили в цель. Знала, что он прав. Это было таким абсурдом. Но чушь часто приходит в голову тогда, когда не знаешь, что еще делать. Парень посмотрел на меня серьезно, будто понимая, что происходило в моей голове. Он не говорил больше ни слова, просто стоял рядом, как будто своим молчанием показывая, что я не одна, и что есть другие способы справиться с тем, что происходит. — Пошли, — наконец сказал он, отходя от моста. — Ты должна вернуться. Опустила глаза.Эта идея с прыжком в реку была действительно не разумной. Но даже осознав это, всё ещё не могла избавиться от этого смятения внутри. Я покачала головой. — Не могу... Не хочу идти домой сегодня, — тихо сказала, чувствуя, как моё тело всё ещё напряжено. — Это была тупая идея прыгать, да, понимаю. Но... мне нужно чем-то очистить голову. Я не могу вернуться туда сейчас. Учиха молча посмотрел на меня, его лицо оставалось непроницаемым, но в его взгляде была видна доля понимания. Он не стал спорить. Вместо этого, он задумался на мгновение, словно искал выход. — Если тебе нужно отвлечься, то есть другие способы, — наконец сказал, его голос был ровным, но в нём не было осуждения. — Мы можем потренироваться. Это всегда помогает привести мысли в порядок. Подняла на него глаза, удивлённая его предложением. На первый взгляд, это звучало неожиданно, но знала, что в этом есть смысл. Физическая усталость всегда помогала мне успокоиться, сосредоточиться на чём-то одном, отбросив все лишние мысли. — Тренировка? — повторила, не совсем уверенная, что хочу сейчас этого, но в то же время ощущая, что это лучше, чем вернуться домой в таком состоянии. — Да, — кивнул. — Это отвлечёт тебя. Пойдём на старую тренировочную площадку, никого там не будет. Можем просто отработать несколько техник. Или... — он слегка пожал плечами, — просто понаблюдать за закатом. Его спокойный тон заставил меня чуть расслабиться. Может, это и правда то, что мне сейчас нужно — не убегать от всего, а встретиться с этим лицом к лицу, но по-своему. Глубоко вдохнула, отпуская напряжение, которое так долго накапливалось. — Ладно, — согласилась, кивнув. — Пожалуй, это действительно лучше. Саске не стал больше ничего говорить. Мы просто пошли вместе, в тишине, но это не было ничего неудобного. Казалось, что она постепенно вытесняла мои беспорядочные мысли, оставляя место чему-то более спокойному. Мы добрались до старой тренировочной площадки на окраине деревни, где густые деревья окружали поле с несколькими обветшавшими мишенями. Здесь всегда было тихо, и этот уголок природы помогал отвлечься от шума деревни. Учиха шёл впереди, молча, его шаги были уверенными, но он ни разу не оглянулся, чтобы проверить, следую ли я за ним. Когда мы остановились, обернулся ко мне, и его тёмные глаза встретились с моими. В них было что-то непроницаемое, как всегда, но заметила лёгкую тень беспокойства. Это был момент, когда я могла разрядить напряжение или всё усугубить. И, честно говоря, не знала, чего хотела больше. — Итак, хочешь поговорить? — неожиданно спросил он. Его голос был тихим, но в нем ощущалась острота. Замерла, не ожидая такого вопроса. — Поговорить? — повторила. — Думала, мы просто будем тренироваться. Саске сжал кулаки и слегка качнул головой, будто собирался с мыслями. — Я вижу, что ты не в порядке, — сказал он, делая шаг вперёд. — И дело не только в том, что ты пыталась прыгнуть с моста. Даже если это было не опасно для тебя.. Это что-то большее. И я хочу знать, что. Сердце забилось быстрее, когда он заговорил таким серьёзным тоном. Отвела взгляд, не зная, с чего начать. Как мне объяснить то, что и сама толком не понимаю? — Это... сложно, — выдохнула , чувствуя, как слова застревают в горле. — Многое происходит, и сама не понимаю, что со мной. Ты думаешь, что это можно просто обсудить? Как будто всё станет легче, если скажу вслух? Парень стоял передо мной, не двигаясь, не говоря. Его молчание было давящее, но в то же время давало мне возможность продолжить. — Моя мать что-то скрывает, — наконец призналась, сжимая кулаки. — Что-то о нашей семье... о моей прабабушке... Я не знаю, что это, но я нашла свиток. И с тех пор я чувствую, что что-то внутри меня меняется. Эта... сила... Не знаю, что это было во время битвы с Хаку. И никто не может мне объяснить. Даже моя мать отказывается говорить, и это своди с ума. Закончила, глубоко вздохнув, чувствуя, как гнев и отчаяние всё ещё терзают изнутри. Он посмотрел на меня с тем же спокойствием, что и раньше, но теперь в его глазах было что-то более глубокое. — Это страшно не знать, что происходит с тобой, — сказал, слегка нахмурив брови. — Но убегать не поможет. Ты должна найти ответы, а не пытаться увернутся от них. Эти слова задели что-то внутри. Он, возможно, был прав, но в то же время я не могла справиться с этим чувством. Отвернулась, чувствуя, как мои руки дрожат. — Ты думаешь,не пытаюсь? — проговорила сквозь зубы. — Ищу ответы, но всё вокруг будто против меня. Даже мои собственные родители не хотят помочь! Чувствовала, как слёзы подступают к глазам, но сдержала их, не желая показывать слабость. Внезапно Учиха шагнул ко мне ближе. Я почувствовала его присутствие рядом и снова посмотрела на него. Он казался серьёзным, но в его взгляде было что-то новое — не просто привычное безразличие. — Тебе не нужно делать это в одиночку, — сказал он тихо. — Мы — команда. Справимся с этим вместе. Слова застали меня врасплох. Он никогда не был тем, кто открыто выражает поддержку, но сейчас почувствовала, что он искренен. И это заставило меня застыть. Прежде чем успела ответить, неожиданное движение за спиной заставило меня напрячься. Лёгкий шорох, будто кто-то скрывался в тенях деревьев. Резко обернулась, всматриваясь в темноту, но никого не увидела. — Слышал? — прошептала, всматриваясь в густую листву. Учиха мгновенно напрягся, его глаза блеснули, и он тоже взглянул в сторону шума. Мы оба стояли на месте, прислушиваясь к каждому звуку, когда снова услышали шорох, как будто кто-то двигался совсем рядом. Но когда мы приблизились к тому месту, откуда исходил звук, ничего не нашли. Только когда я снова посмотрела на друга, заметила, что его взгляд стал серьёзнее, чем раньше. — Что-то здесь не так, — произнёс он, сжимая кулаки. — Это не просто ветер. Мы оба замерли, ожидая следующего движения, но вокруг было тихо. И это молчание было зловещим, как предвестник чего-то... Внезапно небо над нами резко потемнело, словно кто-то вытянул всё тепло и свет из окружающего мира. Почувствовала, как воздух стал тяжелым, и странное чувство холодного ужаса прошлось по моей коже. Саске тоже замер, его глаза блеснули красным светом шарингана, когда он продолжал вглядываться в пустоту перед нами. И тогда это случилось. Из тени старого дерева, где минуту назад не было ничего, появилась фигура — высокая, в плаще с капюшоном, скрывающим лицо. Она медленно вышла из темноты, её шаги были едва слышны, но от неё исходила необъяснимая сила, как будто сама тьма ожила. В тот момент что-то внутри меня зазвенело, словно внутренняя тревога предупреждала о неминуемой угрозе. — Кто ты? — стиснув зубы, спросил учиха, мгновенно переходя в боевую стойку. Неизвестный не отвечал, его молчание давило на нас, но чувствовала, что она обращался не к Саске. Мой взгляд остановился на его руке, которая медленно поднялась и указала прямо на меня. — Ты, — тихий, как шелест ветра, голос прозвучал откуда-то из-под капюшона. — Ты должна помнить. Всё начнётся снова. Отступила на шаг, с трудом переводя дыхание. От последней фразы у меня по спине пробежали мурашки, и я не могла понять, почему они казались мне знакомыми. Что-то в глубине памяти дрожало, как давнее воспоминание, которое пыталась забыть. — О чем ты говоришь? — вырвалось у меня, хотя голос дрожал. Фигура подошла ещё ближе, и я почувствовала странную тягу, как будто что-то в этом человеке — или сущности — было неотъемлемой частью того, что я искала всё это время. — Ты знаешь, что происходит. Сила... — Голос становился всё тише, но он будто звучал у меня в голове. — Скоро она будет нужна. Темнота, которой боишься, только часть этого. Готовься, Харуно. Уже недолго.. Прежде чем я успела задать ещё хоть один вопрос, чужак медленно исчез в воздухе, оставив за собой лишь черное эхо.
