Дверь

В её глазах горели зверские искорки. Она сидела за столом, но чувствовала себя на поле боя. Эта чёртова задача под номером 42 не хотела решаться. Но сжав пальцы в кулак, и стиснув зубы, Катя подумала: «Нет, скорее всего, опечатка». И со спокойным сердцем отодвинула задачник. Пусть будет спокойна. Никто её всё равно не скажет, что и опечатки-то и не было никакой, а это она просто вместо семи пять написала и вся задача полетела. Растягивая затёкшие мышцы, она думала, чем бы ещё заняться. А заняться есть много чем. Начиная от мытья посуды и заканчивая прорешиванием ультра повышенной сложностей задач. Когда-то давно она дала себе обещание, что, во что бы то ни стало — уберётся куда-нибудь к чёрту из этой глуши. Путь был виден один — престижный университет. Но кто бы, что не говорил, мозгу нужен отдых. А так как Морфей часто убегал от Кати, то она нашла особое место, где он от неё так просто не скроется. Манга. Она читала её перед сном и под кровавые сцены засыпала. Вот и сейчас читала она «Атака Титанов» — одну из самых популярных. Уставшие глаза слезились. Подавались сладкой дрёме. В конце концов, девушке удалось уснуть, не без кошмаров, конечно. Вот и сейчас она идёт по протоптанной тропинке, а вокруг коты без шерсти огромных размеров и форма тел у них неправильная. А с ними сражаются волосатые люди-коты. Вот гуляет она и всё кажется правильным. Всё так и должно быть. Но вдруг один из лысых обращает на неё внимание, и стремиться к ней. Но вслед за этим, слышится свист и визг стали. Катя замечает, быстро проскользнувшую, тень у шеи кота. И в этот момент от шеи отлетает обрубок мяса, а после и сама бездыханная туша кота падает к её ногам. А на голове у трупа её спаситель — челокот. Он заинтересованно смотрит на неё своими кошачьим глазками. А её дыхание слегка сбивается. -Ёлочки пушисты, да ты же Леви, — она тыкает на него пальцем. Не понятно, что заставило её сделать такой вывод. С капитаном это существо связывала только причёска. -Мяуу, — он игриво посмотрел на неё, склонив голову. А после ловко спрыгнул и мягко приблизился. Пушистые руки-лапы обвили её талию, а его шершавый язычок начал облизывать девичью шею. -Нееет, ахахах, — она пыталась отстраниться от щекотного ощущения, — прекратите, капитан, ну ахах, не надо. Но следом за приятным ощущением последовали толчки в бок и потряхивания. Начали доходить какие-то отголоски, а всё вокруг меркнуть. И даже пушистый капитан становился всё темнее и темнее, пока совсем не исчез в солнечном свете. Катя резко открыла глаза. И закрыла. Зажмурилась. Слишком светло. Но эти незамысловатые действия толчки не остановили. -Эй, гражданка, — до ушей доносился юношеский голос. Пришлось открыть глаза. Девушка увидела миленькую мордашку, оглядывающую её. Но обеспокоенной она совсем не выглядела, скорее заинтересованная. «Как священник одет, — подумалось девушке.- Так, стоп. Неужели старуха экзорциста вызвала? Только куда она вызвала, где ваще я?», — гражданочка, если вы мне не ответите, мне придётся вызвать патруль. -Какой патруль? — голова гудела. Нет, не так как после похмелья. Она звенела во все колокола так, как будто ты прорешала десять вариантов ЭГЕ по физики, садишься за одиннадцатый, а отличить график равномерного движения от графика равнодибильного движения уже не в состоянии. -Полицейский патруль, — юноша помог ей встать и окинул её слегка брезгливым взглядом. — Почему ты вышла на улицу в ТАКОМ виде? Катя оглянула себя. Вид как вид. Пижамные обтягивающие шорты, как сама она их называла — шорты-трусы и майка со Спанч Бобом, всё в порядке. В чём спать ложилась, в том и проснулась. -Этот, — Катя переключила внимания на окружающую обстановку, — где я? Чё за.. о великий кто-то там, — имена всех языческих богов, как назло, вылетели из её коричневой макушки. — О великий ячмень, где я? -Ты на площади, — сказал юноша и оглядел её более хмуро, сжав губы. — Ты что пьяна? — он легонько коснулся её плеча. — Неужели ты сбежала из борделя? -Нет, — она скинула его руку. Продолжала вертеть головой. Везде дома двух, трёх, четырёх этажные, хорошо выглядят, каменные и деревянные. Такие можно увидеть на рисунках, изображающих Англию века так до двадцать первого. Катя всё равно не разбиралась ни в истории, ни в изобразительном искусстве. На улице только они. Похоже на ранние утро, солнце совсем не пекло, зато было прохладно. Вдалеке слышался звук копыт, — где я? — она начала повышать тон. -На площади. -Как. Я. Тут. Оказалась, — взгляд направился на лицо парня, то скривилось. -Я откуда, барышня, знаю? Я шёл к храму и вижу, ты валяешься и без памяти «капитан, капитан, не надо» стонешь. -О боже, — медленное приближение осознания реальности приближалось медленно — Ахахах, — она свалилась на каменную плитку, — я сплю, точно, сплю, да ещё и этот священник в тему. Надо ущипнуть себя. -Барышня, ты... -Нет, если я поняла, что это сон, значит — он осознанный, и я могу делать, что захочу, — «Так, — она переключилась на мыслительную деятельность, — этот должен слушаться моих приказаний, — она приложила пальцы к вискам, — прыгни! Прыгни! Чёрт». -Барышня, эй, гражданка, поднимайтесь ! Скрип рессор был совсем близко, а потом резко затих. А вместе затиханием остановилась и сама карета около ребят. Катя перевела взгляд на открывающуюся дверцу, и сердце её укатилось далеко и на долго, не забыв пропустить глухой удар. Всё внутри сжалось. Тихо заурчал желудок, а пальцы похолодели. Пассажир вышел из салона, блистая светлыми, зализанными волосами на солнышке. Кате он показался до боли знакомым. «Чё за?» Ох, как ей знакома показалась кожаная коричневая курточка. -Что тут происходит? — грубый голос обратил на себя внимания и парня. На секунды повисла тишина. -ААААааа, — Катя начала тычить пальцами в мужчину и медленно отползать, — господи, я хотела свалить из этого ебучего села, но не за эти ебучие стены. Могучие брови взмыли вверх, а голубые очи уставились на девушку. Его интерес подогревался. Нет как, конечно, сильно, когда узнаёшь всё правду об этом мире, но до отметки средней прожарки вполне мог подняться. -Эй, барышня, ты как с командором разговариваешь, — парнишка точно начал чувствовать какую-то ответственность за девушку. Он повернулся к Смиту и, извиняясь, подняв плечи, улыбнулся, — простите, командир, она немного не в себе. Девушка попыталась взять себя в руки и продолжать медленно отползать спиной к неизвестности. Может она и оказалась, в самом деле, в другом мире. В кровожадном мире. Мире титанов. В другой вселенной. Эти варианты она не откладывала на далёкие полки. Как-то давно в вк она прочитала пугающую историю о парне которой прыгал через одинаковые измерения и не мог остановиться. Потом читала «теория струн для чайников». Ничего, конечно, не поняла, но идея о существовании параллельных миров осталась. А тем времен площадь потихоньку, прохожим за прохожим, просыпалась. -Так, что тут происходит? — Эрвин ни на секунду не отводил глаз от девушки. Ага, так она и расскажет. Она много манги прочитала. А сколько же она фанфиков про попаданцев прочитала. Щёки её загорелись. Редко когда они спускались до рейтинга R. Катя, продолжая уползать, искривила губы в подобии улыбки, мол, всё ок, ребзи, отдыхайте и я отдохну. -Эй, барышня. -Девушка, вам нужна помощь? А дальше всё как в тумане. Туман развеялся только в белых стенах, предположительно, больничных. «Это мой момент» — подумала девушка и полуприсела на своей койке. Она взглянула на свою раскрытую ладонь. А потом сжала её в кулак. И было видно по ней, что думает о чём-то мировом, важном. Вот и губы сжаты. Будто хочет отомстить всему миру за что-то. Но на самом деле ни о чём она не думала, а просто наслаждалась моментом. -Эм, с тобой всё в порядке?- её окликнул голос с соседней койки. Кроме неё и этого человека никого в палате не было обнаружено. -Да, — Катя улыбнулась. Она решительно встала и подошла к окну. -Что ты собира... -Ничего, — она посмотрела вниз. Второй этаж. Окно выходит на безлюдный дворик.— Не волнуйся, это вредно, — чуть отойдя, она разбежалась и разбила окно, — ничего, — посмотрела на кровавый локоть и поморщилась больше от вида, чем от боли. — Бывай, — бросила она на прощание и пошла в окно. -Эй ты, гражданка, — от этих слов, словно обдало холодной водой. Юноша подбежал и, схватив за локоть, оттащил её от окна. — Стоило на минуту отлучиться, а ты, — он сделал медленный выдох. -Нет, отпусти, мне нужно идти, — парень только сильней сжал её локоть. — Мне надо к экзаменам готовиться, мама через неделю приедет, должна идти, — её глаза были спокойны. Они медленно передвигались по лицу юноши. Девушка пыталась не сойти с ума, отдавала каждому действию отчёт. -Давай мы успокоимся, дыши ровно. -Нет, ты не понимаешь, я сюда попала, я отсюда и отпаду обратно. -Спокойно, — он стал показывать пример правильного дыхания, — назови мне своё имя, дитя, — нотки в его голосе стали мягче. И противное покровительственно щедрое выражение появилась на лице. На минуту показалось, что на неё вовсе смотрит другой человек. -К..катя, — она начала повторять дыхательную технику юноши. -Хорошо, раз — вдох, два — выдох. Моё имя Глеб. -Глеб? -Глеб,- лицо юноши нахмурилось, тёплые нотки в голосе снова куда-то исчезли. А лицо стало уже привычнее для девушки. — Катя? Первый раз здесь встречаю это имя. -Ты, чё серьёзно? — теперь ей становилось смешно, — у тебя, чёрт возьми, имя Глеб, ГЛЕБ. Русское имя. -Ты откуда знаешь о русских? — Всё тело непроизвольно напряглось. -А имя Катя тебе просто для красоты? -То есть ты, — теперь его дыхание учащалось. — Ах, как я сразу не догадался. Господь милостив, ты тоже не отсюда. И эта одежда, точна как из Америки, яркая и срамная, и твой стиль речи как заграничный. -Чё? — она взяла его за руку, — парень, какая Америка? На дворе как бы 21 век, пошёл, купил. -Да, ты тож...21? Нет, ещё пять лет назад был 1981, а это 20 век! -Нет, сейчас 2017 год! -Ребят, — их перебил голос с койки, — вы чего, ребят. Глеб нервно усмехнулся, оглянувшись на звук. Он моментально схватил Катю за запястье. Насколько быстро позволяли ноги, выбежал из палаты, а после и на улицу. -Так, ты говоришь, — задыхаясь и спотыкаясь, говорила Катя, — 1981. Куда мы? — Они бежали, бежали от правды. -Не знаю. Я уже давно хочу выбраться отсюда, — порой они пробегали по подворотням, порой по людным улицам, тогда неминуемо сбивали кого-нибудь с ног. — Здесь твориться...ужас! -О, да, — она-то знала, что за ужас тут твориться. — У меня есть идея. Да отпусти, почему мы ваще бежим? — она согнулась, переводя дыхание. Парень так же вдыхал воздух, лёгкие жгло. — Ты где оказался, когда сюда попал? -Ах, я появился там же, тогда меня... -Да!, фух, нам нужно вернуться в то место, там должна быть дверь между мирами. Вернувшись на площадь, они поняли, что дверь никому ничего не должна, но вместо неё парочка нашла кучу народу. Жизнь кипела по-своему и здесь. Кто-то спешил по своим делам, другие прогулочным шагом бороздили окрестности, некоторые оглядывались на странные одеяния девушки и понять не могли, что вместе с ней делает пастырь. Но Катя времени не теряла, да и взглядов не замечала в отличие от Глеба. Она подошла ровно к тому месту, где была найдена и уселась по-турецки. Глеб недоверчиво на неё покосился. Но после фразы: «Это наш единственный шанс, Глеба, вернуться домой» он сел рядом. -Омм, — промычала девушка и прикрыла веки, — повторяй за мной и представляй на лбу третий глаз. Я по телику такое видела. -По чему? -Повторяй, я сказала, — она максимально расслабилась и представляла дверь перед собой. — Омм... -Омм, — сконфузившись и ощущая на себе множество глаз, Глеб закрыл глаза. -Омм оуу, — вот уже дверь приоткрывается перед Катей. -ом оу. -О великий и опасный, — толпа вокруг ребят всё больше сгущалась. Все перешёптывались, постепенно повышая тон. -О великий и оп..пасный. -О чарующий и сильный! -О чарующий и сильный, — напряжение Глеба можно было почувствовать за километры. Но не из-за открывающейся двери, а из-за толпы, которая в страхе оглядывалась, ища бдителя закона. -Сизам откройся.

***

-Глеба, — строго сказала Катя, — ты же священник, авторитет, сделай что-нибудь! — Глеб устало вздохнул. Катя покрепче завернулась в простынь -тряпку, в участке правоохранительных органов было холодно. -Это из-за тебя мы здесь, — он повернулся к ней и вяло потёр переносицу, стараясь справиться с гневом, — что ещё за Сазан? -Сизам. Ты вообще уверен, что из-за меня? Это ты там весь трясся, даже я не прикасаясь, чувствовала. В этом деле надо быть спокойным. Или есть ещё вариант — дверь открывается в определённое время. Так же на это могут влиять множество иных факторов. По-хорошему надо провести расчёты и ряд экспериментов, что бы наверняка обратно вернуться. Есть хочу. -Или в определённом месте, — он вяло усмехнулся. — Концепция твоей теории мне не нравиться. Не очень-то правдоподобно. -Ха, то есть это ты считаешь правдоподобным, — она замахала руками кругом. — Всё здесь, ха, правдоподобно и Смит, и стены, и титаны... — повисла тишина. -Ты откуда, — глаза Глеба немного расширились, — о них знаешь? — После чего Катя прочитала ему целую лекцию на ухо об 2017 году, о манге, аниме и атаке титанов. Но в сюжет ни кто бы и не успел пересказать, конечно. Слишком много времени займёт. Они сидели в молчании. Мозги Глеба варили информацию, варил и Катин желудок сам себя. Её же мысли были заняты побегом. В глазах начали резво скакать огненные искорки. Девушка скользнула взглядом по надсмотрщику, тот спал. Не заметит. Она тихо подкралась к замку достала крайнюю надежду из кармана. Не зря в своё время она посмотрела кучу фильмов о шпионах и о том, как они ловко преодолевали преграды в виде замочных скважин. Катя бесшумно присела на корточки, взяла холодный и местами ржавый замок в руки. Глеб свёл брови к переносице. Кат всунула использованную ушную палочку в скважину. И ничего. Она повертела её, надавила. Опять. Ничегошеньки. Теперь в камере было два человека, погружённых с головой в уныние. Один сидел на лавке, другой лежал на полу в позе эмбриона. Один думал «Дура». Другой думал «О нет, меня съедят титаны. Или хуже, влюбиться Леви, — в голове проносились самые смелые фанфики, — или ужасней, Эрен. А если оба? Тройничок? Так спокойно, фууух, тангес это отношение синуса к косинусу. Броуновское движение — это...» Но мысли были прерваны появившемся посетителем. Глеб улыбнулся, взглянув на вошедшего. Катю прошиб холодный пот. Она словно смотрела на труп. В какой-то момент ей почудилось, что она вдыхает трупный яд. Глеб привстал и через железные прутья протянул руку для пожатия. Они поприветствовали друг друга и начали о чём-то говорить. А Катя всё так же лежала на холодной плитке и пыталась вслушаться. Голоса вообще не воспринимались её сознанием. Но взглядом она встречалась, то с одним говорившем, то с другим. И если в одном читалась тревога и настороженность, то на другом явно было написано, мол, встань, идиотина, стыдно за тебя. Катя жадно вглядывалась в черты лица ещё незнакомого парня. Ничего примечательного, Глеб и тот симпатичней. Прошла бы на улице и не узнала. Но под ложечкой противно сосала, парень казался ужасно важным и знакомым. Люди в этом мире, однако, как люди, не как картинки. Так просто не узнаешь. А если его ещё и слили в самом начале истории, то пиши пропало. -Марко, — донеслось очень слабо, Катя перевила взгляд на нашивки. Розы, — сам видишь, какая глупая ситуация. Узкие зрачки резко расширились. Она так же резко встала. Лучше бы этого не делала. Как оно бывает, когда резко встаёшь — слабость во всём теле, да и в глазах темнеет. Но Катя сразу поняла, что может положиться на крепкое плечо нового друга. Поэтому, падая назад, она ухватилась за его руку, а он, не успев сообразить, что происходит, полетел за ней. -Эй, ты, — Глеб смерил её непонимающим взглядом. Секунды молчания напрягались сильнее с каждым последующим мгновеньем. Катя приросла к его руке. -Глеба, — тихо, на ухо сказала она. Горячее дыхание неприятно опалило шею. — Всё идёт не так, как я читала, — она ткнула пальцем в Марко, всё это время, не сводя с того глаз. — ОН того должен быть. Марко услышал и глупо улыбнулся, и не понял. Глеб уставился пустыми и в тоже время полными глазами в пол. Надежда избегать ужасные события канула в унитазе.