Своя среди чужих

***

— Что чувствуешь ты, и видишь что?       Она могла бы сосредоточиться, если бы не этот странный магистр Йода с его непонятной речью, и противными усмешками, но Асока изо всех сил пыталась оставаться спокойной, просматривая образы, что посылал ей этот зеленый гуманоид. Двое магистров расположились в креслах, понимая, что ждать придется приличное количество времени. Благодаря хорошему слуху, тогрута пару раз даже услышала замечания надоедливого Мейса Винду, который вторил про этот ненавистный Кодекс, цитировал правила, называл Тано весьма интересными выражениями. Но она отвлекается тогда, когда нужно быть максимально сосредоточенной сразу на нескольких вещах: на Силе, на своем ментальном блоке, и на тех картинках, которые появляются в сознании.       Среди ярких лучей света удается разглядеть сначала лишь контур — нечто круглое и масштабное. Чувствуется присутствие в голове, и то, как Йода вырисовывает картину, которая становится все ярче с каждой секундой. До этого она видела космос, звезды, и голубое небо, и удивляла старого магистра тем, что очень быстро давала верные ответы на его вопрос, который не менялся, и начинал раздражать. На картинке смешивались оттенки синего и зеленого, формируя поверхность планеты, которую Асока любила, и ненавидела одновременно. Чертов Эндор, на котором она чуть не погибла совсем недавно. Но с этой планеты все началось, там ее все же спасли, там ей очень повезло. Но все же страшно понимать, что еще немного, и она погибла бы там, сжатая металлической панелью. Знают, как надавить на больное. Три маленьких красных шрама на левой руке всегда будут напоминать ей об этой планете, и о том, как осколки стекла пробили ее кожу, и порезали вены. Вроде не болит, но есть какое-то неприятное ощущение. В голове появляются образы, картинки, воспоминания об этой почти катастрофе, но девушка продолжает видеть Эндор, окруженный золотистыми лучами Света. Хотя и воспоминания не желают отступать, будто перенося ее обратно в ненавистный корабль, что совсем скоро врежется в землю. — Эндор, спутник газового гиганта с тем же названием, — проще давать конкретные ответы, тогда эти джедаи не усомнятся в ее знаниях о космосе, планетах и звездных системах. Она ведь не зря запоминала какие-то отдельные моменты, пускай и не так много, лишь самое основное, и самое важное. — Невероятно это… умения иметь такие…       Раз не последовало еще одного вопроса, просмотр картинок можно считать оконченным, но не ее небольшое испытание. Образ лесистой планеты исчез из сознания, и больше там не появлялось никаких очертаний, просто яркий свет, и все. Это только начало. На теле будто чувствовались выстрелы бластеров, которые проделывали дыры в коже, и делали очень больно. Три прожигающих взгляда, причем сложно было понять, какие эмоции сейчас испытывают мастера-джедаи. Наверно, это удивление, хотя в случае мастера Винду еще и некая неприязнь вперемешку со злобой, что поселилась в груди от того, как пренебрежительно гранд-магистр Йода относится к строгим правилам. Асока прямо чувствовала на себе эти взгляды, и не могла этого игнорировать, предполагая, что совсем скоро темнокожий джедай опять залезет в ее голову, и попытается прочитать поверхностные мысли. Поэтому тогрута так отчаянно пыталась сосредоточиться на надоевших ей картинках, и не думать о том, зачем она здесь, кто она такая, и чего хочет добиться. А выстрелы оставляли новые ожоги и дыры на теле. Но постепенно эмоции отходили на второй план, и оставалось частичное спокойствие, ведь бояться нечего — пустоголовый зеленый гуманоид ей поверил, не увидел лжи в ее прекрасных голубых глазах, которые блестели доверием и надеждой.       Через какое-то время Тано окончательно свыклась с тем, что ее окружает Свет, и его мощный источник больше не сбивал с ног, не пугал, она просто привыкла к этой небольшой пытке и тому, что тело обдавало жаром каждый раз, когда она погружалась в Силу, разглядывая образы. — Как ты смогла научиться? — резкий и неожиданный вопрос заставляет повернуть голову в сторону Мейса Винду, расположившегося в кресле, и на лице мужчины читается недоумение, удивление, и слишком много недоверия есть в его пронзительном взгляде. Будто еще один выстрел в ее сторону. — При всем уважении, магистр Винду… если я не обучалась среди джедаев, это не значит, что я ничего не умею, — она уже произносила эти слова в разговоре с Пло, не так давно, но все же стоит повторить, ведь другого ответа у Асоки не находится, да и такой ответ вполне правдивый и убедительный. Но смотря в каком контексте, ведь Тано действительно не училась среди джедаев, но возможно, что она даже сильнее, если выпустит свою Тьму. Но ей нельзя этого делать.       Вокруг встает подозрительная и пугающая тишина, никто из присутствующих не может найти ответа на такое смелое заявление юной тогруты, джедаи поражаются тому, насколько она наглая и самоуверенная, раз решила, что имеет право так говорить с членами Совета. Но Асока знает, что не добьется ничего, если будет тихо стоять в стороне и прятать взгляд, вежливо отвечая на их вопросы. — Получилось у тебя это как? — Йода подозрительно наклоняет голову в бок, но не прожигает взглядом, просто ожидает ответа. Он удивлен точно так же, как и все присутствующие, но не столько наглости и импульсивности этой девушки, а ее способностям, ведь не каждый может то, что смогла она. — Я много читала, внимательно слушала, и училась использовать эту информацию, — Тано успокаивает себя мыслью о том, что до нее были те, кто смогли учиться самостоятельно, и не были безнадежными во владении и контролем над Силой. Надежда умирает последней, поэтому Асока продолжает надеяться на то, что у нее все получится, и ее прекрасной лжи поверят, не станут больше спрашивать о ее прошлом, ведь она так волнуется, что начинает забывать о своей истории, забывает какие-то факты, или почти незначительные детали. Чувства сильнее ее, паника снова возвращается, с удвоенной силой, и полностью контролирует тогруту, не предоставляя ей возможности успокоиться. Но нужно говорить им то, что они хотят слышать, отбрасывая в сторону свою наглость, и желание поскорее прийти к цели. — Да, мне далеко до вас — рыцарей-джедаев, но не стоит думать, что я безнадежна, — тихо, почти отчаянно добавляет она, и сжимает челюсть так, что начинает сводить скулы, ведь еще немного, и она сорвется, не сможет взять под контроль поток слов, которые уже превращаются в длинные предложения в голове. Но стоит прикусить язык, и взять себя в руки. В наглости и дерзости она будет соревноваться со Скайуокером, а с этими джедаями стоит быть хоть немного сдержанной и вежливой. — Если позволите… Раз эта девушка смогла обучиться и контролирует свою Силу, это должно сказать вам о ее возможностях, — наконец-то голос подает Пло Кун, который до этого сказал всего пару слов в присутствии Асоки, хотя его слова обнадеживают, к келдорианцу точно прислушаются, не оставят без внимания его скромное мнение. И джедай невероятно спокоен, словно уже знает исход событий, словно уверен в том, что Тано останется в этом бою победителем, что Йода пойдет ей навстречу. — … необычная она, таких не встречал еще, — выждав паузу, таинственно ответил магистр, обращаясь к Пло, а после снова повернулся к тогруте, загадочно улыбаясь. — Магистр Йода… прошу, дайте мне шанс доказать Вам, что я достойна обучения в Ордене, — она выпалила все на одном дыхании, будто даже убеждая себя в том, что для нее это последний шанс, единственный выход, единственный правильный путь, но нужно идти осторожно, смотря под ноги, чтобы не оступиться и не упасть. Нужно говорить прямо, не ходить вокруг да около, но еще важна осторожность, и понимание того, что именно нужно сказать, и где прикусить язык. — Это идет против всех правил! Это невозможно! — в разговор снова вступает Винду, и наверно, он уже готов вскочить с кресла, и выгнать тогруту вон, но вспоминает про контроль над эмоциями, и выражение лица джедая меняется, он немного успокаивается. Да, Асока прекрасно понимает, что не нравится ему, очень не нравится, и получить его расположение в будущем будет просто нереально. Как же сильно темнокожий магистр не доверяет ей, раз решил залезть в ее голову ранее. Сильно, наверно. — Хватит, — кривая рука магистра Йоды направляется в сторону этого кодексолюбивого джедая, и жестом он заставляет Мейса умерить свой пыл. — Прибыла она не для того сюда, чтобы за двери выставлять ее, — такое высказывание заставляет мурашки пробегать по телу, ведь кажется, что этот странный магистр прекрасно знает, зачем Тано здесь, знает про ее цель, знает все о ней. Но если это так, то почему Йода до сих пор остается спокойным? Почему не раскрыл ее маленькую тайну? Почему не сделал абсолютно ничего, лишь продолжил говорить с Асокой, и убеждать Винду в том, что девушка способная, и ее можно будет научить хоть чему-то? Все эти вопросы пугают, ведь на них просто не может быть ответа. Остается успокоить себя тем, что никто ни о чем не догадался. Джедай снова обращается к ней. — Сильна ты, очень, но контроля не достаточно тебе, эмоций много, что ведут тебя. Отпусти это, да, отпусти, — задача ясна, и даже несмотря на речь, которую тогрута смогла разобрать с трудом, она поняла, чего от нее ждут.       Но чтобы убрать проблему, нужно сначала найти причину. Страх уходит тогда, когда Асока заставляет себя поверить в то, что никто ничего не знает, на что указывают многие факты. Например то, что она до сих пор в зале магистров, перед членами Совета, а не в какой-нибудь камере пыток, где из нее вытягивают информацию о том, кто ее повелитель, и кто тот таинственный Лорд ситхов. И то, что магистр Йода настроен очень положительно, охотно идет ей навстречу, продолжает спрашивать и слушать. Мысленно ухмыляясь, девушка отмечает, что Винду правильно делает, что не доверяет ей, хотя для этого нет никаких обоснований, ее совесть чиста. Они не узнают, что до этого дня ее глаза горели золотым оттенком, а ее руки измазаны в крови. Они видят в Асоке самую обычную девушку, одаренную, которая хочет стать джедаем. Так что ей нечего бояться, она в безопасности, но ее безопасность, ее жизнь зависит только от Асоки и ее мастерства. Но она сможет, продолжит сдерживаться, продолжит укреплять те рамки, которые контролируют ее. Страх уходит, его липкие щупальца перестают оплетать Тано со всех сторон, перестают сковывать ее, она успокаивается. Самое сильное, самое ужасное чувство постепенно оставляет ее, а остальные уже кажутся незначительными, с ними можно справиться, побороть, убить в себе, или заблокировать на время. — Покажи теперь, что можешь, — он точно все это почувствовал, ощутил, понял, что тогрута смогла взять все свои эмоции под контроль, и теперь находится в достаточно спокойном состоянии, что очень хорошо, ведь так у нее больше возможностей, и для нее открыто больше дорог.       Ситхов обучают абсолютно другому. Ненависть к врагу дает сильную мотивацию убить его, а пылающая ярость заставляет действовать, выкладываться по полной, добиваться цели. Для адептов Темной стороны важны чувства, они ведут к силе, сила к власти, а с ней они получают победу. Но здесь и сейчас придется играть по правилам адептов Светлой стороны, и смириться с тем, что чувства нужно отпускать, а не использовать для большего могущества. Отпуская свои чувства, позволяя им раствориться в Силе, Асока ощущала пустоту в своем сердце, будто часть его оторвали, и вырвали оттуда все, что жило там много лет. В ней всегда была ненависть к Республике, чьи люди лишили Тано родителей, она всегда злилась, если все шло не так, как должно идти, и она очень давно пылала азартом, представляя, как будет убивать одного джедая за другим. И отпуская эти эмоции, тогрута чувствовала себя опустошенной, в ней осталось лишь хладнокровие и ледяное спокойствие. Так непривычно, она не помнит, когда была спокойной в последний раз, ведь уже несколько месяцев, прошедших в мыслях о грандиозном плане, паника следовала за Тано по пятам, сомнения забивали голову, но все это подогревало ее азарт, ее желание добиться цели и расправиться с врагом. Даже во время медитации она не была настолько спокойной, Асока всегда боялась худшего — того, что по своей неосторожности подойдет слишком близко к кому-то из тех, кого удавалось почувствовать в Силе. И осознание, что первое серьезное испытание пройдено, заставило девушку едва заметно улыбнуться. Она совладала с собой, ради достижения цели пошла против всех своих принципов, оставила все то, чему учил ее Дарт Сидиус. Только вот к этому состоянию придется привыкать, и не факт, что снова получится полностью успокоиться, избавить себя от эмоций. Асока не знает, как у нее получилось то, чего она никогда не умела, и не считала нужным этому учиться. Единственное объяснение — спокойная и умиротворенная энергетика Храма джедаев так на нее повлияла. Погружаясь все глубже в Силу, ощущая в ней каждое существо, что находится в Храме прямо сейчас, Тано чувствовала Свет внутри них, чувствовала их спокойствие, и это придавало ей сил, помогало, вело в нужном направлении.       Асока прекрасно понимала, что искусственный Свет намного слабее настоящей Тьмы, поэтому одной небольшой волны энергии ей не хватит. Поднять в воздух тот же стакан было легче, он маленький, легкий, и его легко остановить во время падения. А в этом месте нет ничего, кроме кресел, расставленных кругом, значит придется работать с тем, что есть. Опуская теплую ладонь на прохладный пол, она представляла, как одно пустое кресло поднимается в воздух. Но это сложнее, предмет слишком большой, поэтому получается поднять его лишь с третьей попытки. Наблюдая за тем, как предмет сначала лишь немного качается, а после поднимается в полуметре над полом, Тано гордилась собой и тем, что у нее получилось хоть что-то. Рука нагревалась еще сильнее, будто в нее ушла вся энергия. Это напомнило девушке то пугающее ощущение, когда она стояла слишком близко к лаве, что разливалась реками и озерами на Мустафаре, и кожу обжигало раскаленным воздухом, но тогда она успевала отойти, а сейчас слишком сильно сосредоточена на парящем в воздухе кресле, и терпит боль, удерживая его, хотя оно то и дело раскачивается в разные стороны. Но если отпустит, то сдастся, а сдаваться нельзя, тем более так быстро, джедаи увидели слишком мало, нужно больше времени, чтобы стало ясно, что Тано умеет контролировать Силу, и что она достаточно способная. Хотя при всем желании она не смогла бы пользоваться Силой Темной стороны, не смогла бы вернуться в родной и привычный холод, не смогла бы закрыть дорогу для фальшивого Света, ведь понимает, что нужно терпеть ради сохранения своей жизни. Да и если задача состоит в том, чтобы ужиться с этой немного инородной, абсолютно незнакомой энергией, то нужно привыкать уже сейчас, ведь не факт, что ее курс обучения начнется с нуля.       Вертеть в руке стакан было проще, и поднять его тоже было легко, и тогда Асока еще не отошла от того, что произошло с ней, поэтому тепло чувствовалось не так явно, и возможно, что те же эмоции отвлекали ее, но сейчас она находится в слишком умиротворенном и спокойном состоянии, ее ничто не отвлекает, и вся мощь Светлой стороны дает о себе знать.       Возможно, обучайся она с самого детства у адептов Светлой стороны, и сейчас не обращала бы внимания на тепло, скорее просто привыкла бы и все. Но Асока помнит, прекрасно помнит о том, как всю жизнь ощущала на своих плечах ледяные руки, как сама чувствовала холод, погружаясь в Силу, и как ее пугал жар, который стоял на Мустафаре. Она привыкла к холоду, к темноте, которая порой подсвечивалась алым оттенком, в которой проступали мрачные картинки, на фоне которой звезды казались яркими огнями. Но вокруг так светло, что кажется, представь она звезды, не смогла бы их увидеть. Она не вдавалась в подробности того, что представляет из себя этот искусственный источник Света, все это взял на себя учитель, а задачей Тано было только поддерживать его, и не терять контроль. Дарт Сидиус невероятно силен, и смог сотворить этот источник энергии, который заслонил собой Тьму, которую не закрывал даже ментальный блок. А ведь поставить блок было возможно, но Палпатин запретил делать это, ничего толком не объясняя, поэтому Асоке оставалось только гадать, или наоборот — забыть об этом, и не тратить время на бесполезные мысли.       На нее смотрели так, будто она делает нечто невероятное, страшное, но в то же время мощное. Нет, она могла бы и лучше, но сейчас нет такой возможности, и Асока наоборот показывает свою неточность, неумение контролировать все вокруг. Но в тишине, которая тяжелым грузом давила на плечи, и прижимала к полу, будто слышался тихий голос магистра Йоды, и как он повторял, что нужно позволить Силе вести ее. Старый магистр выглядел еще более странным и таинственным, когда не отрываясь наблюдал за дергающимся в воздухе креслом, и за тогрутой, которая выглядела слишком умиротворенной и спокойной, и не была похожа на ту, что ворвалась в помещение так спонтанно и резко. Критичный взгляд Мейса Винду снова прожигал дыры на теле, будто джедай следил за каждой деталью, подмечал все неточности до последней, выискивал любой повод, чтобы выкинуть девушку за двери, и напомнить гранд-магистру Йоде о том, что Кодекс не нарушали тысячи лет, и у этой самоуверенной тогруты нет ни одного шанса, как бы она не пыталась. И только магистр Пло оставался полностью спокойным до сих пор, хотя мысленно обращался к Силе, и продолжал верить в то, что Асока справится со всем, а Йода это увидит, и даст ей маленький шанс. Но раз он уже позволил Тано показать себя, значит настроен положительно, и возможно, что юная тогрута все же сможет показать себя. Она пока держится, но все видят то, что надолго выдержки не хватит, ведь она не очень хорошо умеет обращаться с Силой, но несмотря на это находится с ней в полном контакте. Все это двоякое, ведь Асока действительно находится в гармонии с Силой, и пытается взять ее под контроль, но терпит неудачу.       В один момент кресло падает на пол, достаточно резко, и вызывает секундный грохот, который разносится по всему помещению, и бьет по ушам. Нет, не удержала. Асока резко отрывает руку от пола, который тоже успел нагреться, и чувствует будто ожог по всей ладони, хотя внешне ничего не изменилось, разве что температура тела. Но времени прошло достаточно, удалось продержаться чуть больше пары минут, что не может не радовать, ведь эти джедаи хотя бы смогли увидеть, что она совсем не безнадежна. Ничего не говоря, и стараясь не смотреть в глаза магистра Йоды, девушка виновато склонила голову. Тем самым она словно попросила прощения у магистра Пло, который, как ей показалось, рассчитывал на большее, думал, что у тогруты получится так, как получались трюки со стаканами, и небольшими предметами. Может и не очень искренне, но Асока извиняется перед мужчиной за то, что он потратил на нее столько времени. И он понял все правильно, так, как она хотела этого. — Увидели достаточно мы, но время нужно нам, — в первый раз за все это время тогрута искренне радовалась, услышав противный и скрипящий диалект, который до сих пор с трудом понимался ею, но как же ее обнадежил этот ответ. — За дверью жди, — старый магистр отворачивается от девушки, и, постукивая кривым посохом, подходит к одному из пустующих кресел, а Тано остается лишь послушаться, подняться на ноги, и, слабо покачиваясь в разные стороны, оттолкнуть тяжелую дверь, и скрыться за ней.       Но как только дверь захлопнулась, девушку снова накрыли сомнения, и спокойствие ушло. Сейчас за этой дверью решается ее судьба, ее будущее, и если магистры примут неверное решение, то все провалится. Все время Асока задавалась различными вопросами на тему того, как можно нарушать правила, почему не было собрано заседание Совета, и можно ли принимать решения, не собрав вместе всех магистров? Все это было более, чем странно, и не было ни одного ответа, что еще глубже загоняло в сомнения, заставляло живое воображение представлять самые необычные варианты ответов на вопросы. Но Асока держалась, оставалась хоть частично спокойной, едва заметно улыбалась от осознания, что ее не выгнали, а лишь попросили подождать за дверью. Наверно, они будут принимать решение. И любопытство тогруты просто не позволяет ей стоять напротив двери и томиться в ожидании, она подходит ближе и прикладывает голову к стене, повторяя свою попытку подслушать разговор, как это было недавно.       Сначала голоса слышатся как через звукоизоляцию, настолько глухо и неразборчиво, но после становятся все яснее, и фразы приобретают смысл. Как хорошо, что тогруты обладают прекрасным слухом, сегодня это пригодилось ей не один раз, ведь если бы не отличный слух, Асока не услышала бы разговора, и не ворвалась бы в зал, ее бы не выслушали. Но сейчас стоит послушаться, и подождать здесь, да и подслушивать никто не запрещал. — … Но магистр Йода, как Вы можете принять эту девчонку в Орден? — резкие слова, мысли об Ордене, неприятный голос — нет сомнений, говорит Мейс Винду, и джедай опять недоволен, причем очень и очень сильно. Он всегда будет недоволен, пока Асока будет в Храме, она ведь нарушает все правила из существующих. — Спокойно, спокойно, — посмеиваясь, медленно выдает гранд-магистр, и Тано даже из-за двери слышит стук его палки, и его ужасный смех, напоминающий звук, исходящий от несмазанных дверей, или ржавых запчастей. — Верное решение мое, с ним не спорьте, — такое заявление заставляет тогруту широко распахнуть глаза, и даже отойти от стены, прерывая свои попытки слушать разговор.       Если она понимает все правильно, то Йода дал добро на ее пребывание в Храме, и только что прямо сказал об этом. Стоит радоваться, но вместо этого у нее коленки трясутся, так ей страшно, но не от пребывания в этом полном Света месте, а от неизвестности и того, что ждет Тано завтра, послезавтра, через месяц. Но она сразу же успокаивает себя тем, что еще одно испытание пройдено, причем самое страшное и самое сложное, а справилась она с ним на удивление легко, если не считать того, что рука до сих пор болит, как от ожога. И до сих пор нет никаких объяснений тому, что мудрейший джедай в Галактике, великий гранд-магистр просто так пошел против правил, и даже против второго по важности магистра, Мейса Винду, и выслушал Асоку, невзирая на возраст, на все странности ее истории, не стал задавать вопросов о ее прошлой жизни. Асока не знает, как дети проходят эти тестирования, ведь они не могут быть одинаковыми, но ей все время казалось, что для нее просто облегчили задачу, как будто знали, как мало она умеет. На самом деле умеет она много, но вот джедаям об этом знать не обязательно, они будут узнавать совсем другую историю, полную одиночества, отчаяния, разбитых желаний и стремлений к цели, а также о первых попытках взять Силу под контроль.       Больше всего ей хотелось перенестись за дверь, и услышать, о чем они говорят, но более конкретно. Но она не смогла бы стать частью той оживленной беседы, что начиналась за закрытой дверью. — Она слишком взрослая, кто станет обучать ее? — сколько бы удивлений и шока он не испытал за сегодня, Мейс Винду все равно негодует, и удивляется в тысячный раз, ведь не может понять, что случилось такого важного, что мудрейший магистр решил перевернуть Кодекс вверх дном, и забыть про правила.       В Храм прибывали дети, или джедаи забирали их из семей сразу после рождения, а самым взрослым из всех был Скайуокер. Его приняли потому, что согласно пророчеству он является Избранным, и его призвание в том, чтобы уничтожить ситхов. Для него сделали исключение, да, но в чем особенность этой девчонки, и почему она думает, что имеет право приходить сюда, и показывать всю свою наглость? Но магистр Йода смог разглядеть что-то в этой Асоке Тано, поэтому позволил остаться, но не захотел ничего объяснять, хотя Винду ждал ответов. Но он их не дождется. — Раз привел ее магистр Пло сюда, учителем ее станет он, — Йода отвечает спокойно, но обращается только к Винду, будто даже игнорируя келдорианца, у которого такое заявление вызвало недоумение и много вопросов. — Вы уверены в том, что со мной Асока будет в безопасности? — каким бы пустым не был голос магистра, в нем все же мелькают намеки на волнение. Но нет никакой досады, Пло просто боится за девушку, которая и минуты не сможет продержаться на поле боя, а его место именно там. — Идет война, и мне не хотелось бы обучать ее в перерывах между сражениями, она этого не заслужила.       А еще в падаваны берут юнлингов, которые учились с самого детства, и многое знают, поэтому могут сражаться против сепаратистов вместе со своими учителями в то время, когда эта юная тогрута не знает ни одной боевой техники, и не держала в руках световой меч. Но все присутствующие прекрасно понимают, что учиться с юнлингами Асоке не светит, возраст привышает некую норму, да и юнлингов делают падаванами примерно в десять лет и дальше, а ей уже семнадцать. Да и во всем Ордене, скорее всего, не найдется ни одного мастера-джедая, который добровольно возьмет эту девушку в ученицы, ведь учить ее придется с нуля, это сразу ясно. — Учить столько ее будете, сколько сможете, — постукивая палкой, старый магистр подходит к большому окну и смотрит в закат, будто там есть все ответы. Он думает, сосредотачивается, и знает, что его решение поймут и примут не все. — Мастер найдется, который девочку в ученики возьмет, а пока ее Вы научите, — он поворачивает голову в сторону магистра Пло, и получает положительный ответ в виде кивка, а после поворачивается обратно, будто делая вид, что не замечает двух магистров-джедаев, стоящих у него за спиной. — Вы так и не дали объяснений своему решению, — уже более спокойно возвращается в разговор Винду, и понимает, что нет смысла протестовать, ведь магистр Йода не изменит решения. Темнокожий мужчина на удивление спокойно начинает относиться к мысли о том, что в Храме джедаев теперь будет находиться та, кто находиться здесь никаким образом не должна. — Силе такой дорогу закрывать нельзя. Боец она, да, боец. И быть ей рыцарем-джедаем сильным.       После этих слов все опять затихает. И переваривая все происходящее, магистры даже не подозревают, что причина их беспокойства и споров прямо сейчас стоит за дверью, и кривит губы в коварной улыбке, злорадно потирая руки друг о друга.       За столько лет Асока никогда не чувствовала ничего, что могло бы хоть отдаленно напомнить тот спектр эмоций, который прямо сейчас накрывает ее тяжелой волной, заставляя забыть о хладнокровии и спокойствии. Все ее маленькие победы, как например выживание при крушении, или проникновение на республиканский корабль, не сравнятся с тем, что у нее получилось завладеть доверием самых главных джедаев, и попасть в Храм, да еще и получить учителя. Или временного учителя, Тано так и не поняла, стала она падаваном Пло Куна, или нет. Кажется, за несколько часов ей удалось напрочь сломать всю систему, убедить странного зеленокожего магистра в своей невинности и желании быть джедаем, а еще разозлить кодексолюбивого Мейса Винду, и заставить его ее ненавидеть. Это действительно много всего, но особенно сложно дался разговор с Йодой, ведь тогрута так и не смогла понять, как он мог принять ее в Орден, хотя много лет назад протестовал против того, чтобы принять Скайуокера. Значит, он действительно увидел потенциал и Силу, ведь других объяснений не находится, и чтобы больше не забивать свою голову глупыми сомнениями, девушка раз и навсегда закрывает эту тему, понимая, что больше не сможет об этом думать. А если будет, то у нее начнется паранойя.       Нужно как можно скорее связаться с учителем, найти хоть один способ это сделать, найти передатчик или что-то вроде того, чтобы сообщить ему, что все получилось. В один момент девушка поняла, что не вспоминала про Дарта Сидиуса все это время, из-за количества того, что свалилось на нее, она просто забыла на время про любимого учителя, а он, наверно, сейчас думает о своей ученице. Но сейчас ничего не отвлекает, и Тано думает о том, будет ли способ связаться с мужчиной, и как ей получить передатчик. Возможно их выдают всем новичкам, тогда задача еще проще — настроится на тот канал связи, который не будет переплетаться с теми, что есть в Храме. Но здесь много джедаев, у них передатчики, а сигнал нужно отправить так, чтобы этого не заметила ни одна живая душа. И все же Асока хочет связаться с учителем не для сообщения важной информации, а просто потому, что безгранично скучает. И поэтому в чем-то она даже благодарит джедаев — их задания и вопросы заставили девушку отвлечься, и не вспоминать про Дарта Сидиуса, хотя до этого все мысли были только о нем. Дверь открывается слишком резко, и стой Асока там, как делала это во время прослушивания зала магистров — получила бы дверью по лицу. Чего и следовало ожидать, навстречу ей выходит подозрительно спокойный магистр Пло, и опять выжидает. За эти несколько часов общения с мужчиной, Тано поняла, что он изучил ее поведение и знает, когда тогрута хочет что-то сказать, поэтому предоставляет ей такую возможность. — Мне теперь называть Вас учителем? — долго не ходя вокруг да около, девушка сразу переходит к делу, чтобы потом часами не подводить разговор к этому. Они сдвигаются с места, и идут по большому и светлому коридору, который на этот раз пустует, что очень радует, ведь надоедливые юнлинги не мешают ходить. Понять бы только, куда келдорианец ведет ее. — И я что… стала падаваном? — желая немного нарушить бесполезное молчание, Тано задает еще один вопрос, но на этот она не знает ответа. — Не совсем, Асока. Я хочу, чтобы ты поняла, что… — на пару секунд джедай замолкает, пытаясь понять, как объяснить девушке все то, что он хочет сказать. В первую очередь Пло не хотелось бы разочаровывать эту девушку, которая и так натерпелась, и добилась мечты, поэтому не хочется говорить ей, что ее учитель может перестать учить ее в любой момент. — Я не хочу брать тебя в падаваны, ведь нужен на войне, а ты не подготовлена, и будешь в большей опасности, чем остальные падаваны. Я буду учить тебя столько, сколько смогу, — чего и следовало ожидать. Но Асока умело делает вид, будто не слышала этих слов, и не знала о том, что ее ждет.       Не зная, что можно спросить или сказать, девушка просто молчит, и рассматривает все то, что окружает ее, ведь в ближайшее время это станет ее домом, и нужно выучить, что тут к чему. И эти светлые, чистые и тихие коридоры так напоминали Мустафар, и ее дом, что глаза заблестели, ведь какой бы жестокой и безжалостной Асока не была, она все равно скучает по единственному близкому человеку, который был рядом всю жизнь. И эти коридоры напоминают ей о секретном комплексе на Мустафаре, хоть здесь нет искусственного белого освещения, и стены не железные. Но тут и без ярких белых ламп невероятно светло, а еще Тано признается самой себе в том, что архитектура ей нравится, и место обитания ее врагов выглядит даже красиво. И тут очень тихо, не слышно жужжания приборов, а грубые ботинки не отбивают быстрый ритм по железной поверхности, и все выглядит слишком умиротворенным и спокойным.       Ненадолго Асока даже отвлекается на эту светлую и теплую атмосферу, и забывает про то, о чем она говорила с магистром Пло, а потом мысленно ударяет себя по голове и винит за рассеянность. Но она даже не знает что ответить, да и боится хоть что-то спрашивать, ведь единственный интересующий ее вопрос — Энакин Скайуокер, и то, как стать его ученицей, есть ли у нее вообще такой шанс. И сейчас слова Пло Куна приобретают смысл, особенно упоминание о том, что Йода обещал найти ей нормального учителя. Все идет к одному, и если этот странный и непонятный магистр Йода примет верное решение, то сделает учителем Асоки именно Скайуокера, ведь давно искал ученика для него. Хотя мастера сами выбирают себе падаванов, и кажется, для этого устраивают спарринги, в которых юнлинги показывают все, что умеют. А еще Энакин может выбрать падавана раньше, чем Пло улетит куда-то на фронт, или в неизведанные регионы, и оставит Тано одну. От нее самой мало что зависит, можно только плыть по течению, и делать первые попытки чему-то научиться. Если у нее все же появится возможность участвовать в спарринге и соревноваться с юнлингами за место ученицы Избранного, то стоит быть подготовленной ко всему, и необходимо собрать новый световой меч, ведь девушка безгранично скучает по своему оружию, которое ждет ее на Мустафаре. — А все это не идет вразрез с правилами, которые так чтит магистр Винду? — тогрута наигранно-удивленно поднимает брови, делая вид, что ничего не знает о том, как спорили между собой Йода и Мейс Винду, и что второй остался недоволен решением первого. — Решение магистра Йоды никто не может оспорить, — эта фраза звучит слишком обыденно для такой ситуации, и келдорианец говорит об этом крайне сдержанно и спокойно, будто гранд-магистр каждый день принимает такие странные решения, толком никому ничего не объясняя. — Почему он так решил? — и даже зная ответ на свой вопрос, Тано все равно спрашивает, желая услышать версию Пло, и узнать, есть ли у него объяснения всему этому. Но если вдуматься, мужчина так хотел и добивался, чтобы ее приняли, что причины не так важны для него. Знать бы еще, откуда такое желание помочь ей. — Магистр Йода мудрее всех, кого я знал, — келдорианец резко останавливается, и жестом тормозит и Асоку, из чего становится ясно, что сейчас она должна слушать внимательно. — Он обучает джедаев почти восемьсот лет, и поверь мне, он знает, что делает, даже если мотивы нам непонятны, — как и ожидала тогрута, Кун сам не знает, что руководило мастером Йодой, и что сподвигло его на такое решение, поэтому он объясняет все только лишь тем, что гранд-магистр мудр, и уверен в своих решениях. — А сейчас подожди меня здесь, я скоро вернусь.       Асока лишь молча кивнула, и проводила взглядом джедая, который скрылся где-то за поворотом, и продолжила стоять у стены, размышляя о том, что только что услышала. Никто не смог понять решения странного и таинственного магистра-джедая, он сам не захотел ничего объяснять, списывая все на волю великой Силы, в которую девушка никогда не верила. На то, что она прибыла в Храм, была не воля великой Силы, причиной того был всего лишь один большой план, который продумывался и разрабатывался на протяжении долгих месяцев, это не было никакой счастливой случайностью. Сила показала этому магистру что-то не то, он точно ошибся, но его ошибка стала спасением для Тано, стала ее шансом. Насколько же они слепы, если не могут увидеть врага? Да и этот враг уже стал своим среди них, овладел доверием, зарекомендовал себя, как сильного бойца. Шпион сепаратистов, могущественный ситх, убийца, ученица великого Лорда ситхов, и все это в лице милой девушки с робкой улыбкой и добрыми голубыми глазами. До самого конца никто ничего не узнает, эта тайна уйдет из Ордена вместе с ней, как только у Тано получится разбить и сломать Скайуокера. Но до этого момента еще нужно дожить, или просто удостовериться в том, что у нее есть хоть одна возможность стать ученицей Энакина. Но это уже задача учителя, и вопрос к его навыкам убеждения, хотя тогрута ни на секунду не усомнилась в нем, и не зря ему верила. Дарт Сидиус обещал ей, что все получится, и все получилось, осталось только довести дело до конца, и вернуться победителем. Но пока это лишь начало трудного пути, по которому придется передвигаться весьма осторожно, ловушки подстерегают на каждом шагу, и нужно смотреть под ноги, чтобы обойти их стороной.       Спустя какое-то время, что тогрута провела в мыслях о том, что ждет ее дальше, вернулся магистр Пло с новостью о том, что для Тано выделили комнату в общежитии, и настоял на том, чтобы проводить, чему девушка только порадовалась. Дорога по длинным коридорам прошла в тишине, и тишина нарушалась только детскими и взрослыми голосами, обладатели которых то и дело проходили мимо. А Асока попросту не знала, что может сказать, и нужно ли что-то говорить, ведь понятия не имела о том, на какие темы говорят джедаи, а все вопросы по делу она уже задала ранее, и больше не хотела спрашивать об этом. В тишине было комфортнее, отвлекали только обитатели Храма, и тихие звуки шагов. Храм джедаев оказался просто огромным, а дорога до общежития — слишком длинной, было слишком много всяких поворотов и разворотов, подъемов и тому подобного, девушка ощутила себя в огромном лабиринте. Если вдруг, по какой-то причине ее раскроют, то убежать будет сложно, она просто заблудится среди этих поворотов. И все эти коридоры так похожи друг на друга, что перепутать их не сложнее, чем заблудиться.       Но как только келдорианец останавливается возле какой-то двери, Тано понимает, что они пришли, и пора перестать думать о совершенно бесполезных сейчас вещах, и стоит снова выжать из себя более менее искренние эмоции, и поблагодарить Пло, ведь теперь действительно есть, за что благодарить его. Как бы тогрута не относилась к джедаям, и как бы не мечтала переубивать их всех вместе с войсками Республики, она действительно удивлена тому, что Кун так легко помог девушке, которую едва знает, и помощь была только его инициативой, а ведь могло бы быть иначе. Он оказался действительно добрым. Но совесть и чувство благодарности Асоке незнакомы, ей важна лишь польза и выгода, а также то, что доверчивого магистра можно будет использовать в своих целях, если вдруг понадобится. — Я не знаю, как мне благодарить Вас за все то, что Вы сделали для меня, — если бы в этом не было надобности, она не стала бы благодарить ни за что, но стоит показать, как это важно для нее, и как Асока счастлива от того, что ее несбыточная мечта сбылась. Стоит опять добавить искренности в слова, и изобразить счастливую улыбку вместо кривой и злорадной ухмылки. — Мой долг — помогать тем, кто нуждается в этом, и я считаю, ты как никто другой этого заслуживаешь, — он уже говорил это сегодня, и в словах мужчины снова звучит эта искренность, снова звучит доброта, которая пробирает до костей и просто поражает, ведь прежде Асока не встречала никого настолько доброго и доверчивого. И магистр Пло действительно считает, что она заслужила шанса, хотя знает тогруту чуть меньше, чем один день, да и нашел ее при весьма интересных обстоятельствах. — А сейчас тебе стоит отдохнуть, Асока. У тебя был тяжелый день, — это прозвучало так заботливо, будто джедая действительно волнует, как Тано себя чувствует, и нужно ли ей отдыхать. Они действительно добрые, эти джедаи, и кажется, очень любят помогать другим, в то время, когда ситхи в первую очередь думают о себе. — Завтра утром я хотел бы начать тренировать тебя. И это тебе понадобится, — келдорианец протягивает ей взявшийся из ниоткуда небольшой браслет, в котором тогрута сразу узнает простой передатчик, на котором легко настроить каналы связи. — Спасибо, — она осторожно забирает передатчик, и закрепляет его на запястье, радуясь тому, что у нее появилось средство связи, и маленький шанс связаться с учителем. — Доброй ночи…       Не дожидаясь ответа, и забывая про правила вежливости и приличия, девушка приоткрывает дверь, и мгновенно проникает в комнату через небольшую щель, а после закрывает дверь, и прислоняется к ней спиной, облегченно выдыхая. Здесь никто не станет беспокоить ее, она в тишине и спокойствии. И в первый раз за весь день Асока думает о том, как же сильно она устала, и как все тело ломает. Весь день она забывала про не сильную, но все же ноющую и неприятную боль в ногах, которые сдавило корпусом корабля, и мгновенно находя глазами кровать, тогрута добирается до нее, и падает вниз. Неприятным открытием становится то, что это похоже не на кровать, а скорее на матрас, или лежак, и с подушкой минимальных размеров. С грустью девушка вспоминает большую и мягкую кровать в своей комнате, удобную подушку, и большое одеяло, чего тут найти не удалось. Все сдержанно, и нет ничего лишнего — жалкое подобие кровати, стол, и маленький шкаф. Вещей у нее нет, кроме одной лишь одежды, поэтому шкафы не понадобятся. Окна закрывают жалюзи, и это радует, ведь солнце ярко светит даже вечером. Кровать настолько неудобная, что спина начинает ныть уже после пяти минут, проведенных на ней, подушка совсем не приподнимает голову, и лежать крайне неудобно, шея затекает. Но Асока и изначально знала, что следует готовиться к худшему. Но она так сильно устала, и ее так сильно ломает, что ей плевать на удобства, хочется просто лечь, и уснуть.       Не сказать, что лежать очень удобно, и ребра снова начинают ныть, уже на пару с ногами, но все это лучше, чем без конца таскаться по Храму. Тяжело же живут джедаи, да и кровати у них просто отвратительные. Бросая взгляд на передатчик, закрепленный на левой руке, и закрывающий самой ее «боевые ранения», Асока отмечает для себя, что выйдет на связь в другой день, но только не сегодня, когда у нее нет сил даже подняться на ноги. Перед вылетом учитель предупреждал, что не стоит связываться с ним по передатчикам, ведь велик риск быть услышанными, и категорически, просто строго-настрого запрещено посылать сигналы в Силе, джедаи почувствуют это, ведь когда находящийся рядом чувствительный к Силе пытается связаться с кем-то другим, третий почувствует это. Сила окружает все живое, и связывает, и ее колебания похожи на рябь, пробегающую по воде, и сразу видно, откуда пошла эта рябь. Так джедаи и чувствуют друг друга, некоторые даже имеют связь на ментальном уровне, когда есть возможность обмениваться мыслями и разговаривать, даже будучи в разных звездных системах. Поэтому учитель запретил ей искать его в Силе, ведь Асока может вывести джедаев на могущественного ситха. Хотя у нее установлена прочная связь со Скайуокером, и если понадобится, Тано в любой момент может залезть в его голову, и прочитать мысли.       Завтра у нее будет время, чтобы настроить передатчик на нужный канал связи, и связаться с учителем, но сегодня тогрута может только лечь и заснуть. У нее действительно был трудный день, но что-то подсказывает ей, что завтра будет еще сложнее.