holy whore

Это началось ещё год назад, когда Джош впервые понял, что хочет быть ближе к Богу. Хочет быть самым любимым его учеником. Хочет быть тем, чьи грехи очистятся сразу. Конечно, его никто не понимал. Ну как это - молодой парень уходит в церковь, забросив школу и дальнейшее светлое будущее? Какой абсурд. Немыслимый и глупый. Так думала его мать, такая же святоша, как и он сам. Только, видимо, не настолько. Однако, разве быть маленькой монашкой - не светлое будущее? Замаливать грехи, читать молитвы, носить всё белое и кружевное, и оставаться непорочным? Это плохо? Конечно нет! Это то будущее, которое рисует себе каждый ребенок, только по-другому. И Джош прекрасно это понимал. Он вообще был достаточно умным, чтобы понимать абсолютно всё. Джошуа никогда не собирался обратно домой, где ни одна живая душа не понимала его. Где дети в столь раннем возрасте употребляют наркотики, пьют крепкие напитки, а ещё... О, да, трахаются. Мама говорила, что Джошу нужно больше гулять, быть не таким, какой он есть. Но разве эти люди - светлое будущее? Разве они вообще заслужили свою жизнь? На вряд ли. Джош был уверен, что Бог их терпит только из-за популяции своих зверушек. (Он никогда не признается в том, что убил того мальчика возле речки, рассекая лоб камнем) (потому что у них нет трупа, а значит нет и обвинения) Джошуа никогда не писали родные. Наверное, они просто смирились с его выбором. А может нашли собачий глаз в одной из коробочек? Кто знает, господа. Но ему так лучше. Лучше, когда нет никого, кроме него самого и вечных молитв. Думаете всё было так постоянно? Думаете, Джошуа ходил изо дня в день по тем же коридорам, по тому же полу, смотрел на те же самые стены и иконы? Думаете, он медленно сходил с ума? Как же вы, блять, правы. По началу всё было замечательно, и мисс Линк была так добра, и, знаете, ей уже восемьдесят три и это вау, огромный возраст. Она рассказывала о вечной молодости, а ещё о погребенных телах под фундаментом этого монастыря, и Джош слушал, слушал и слушал. (а ещё ел прямо с её дряблой, обвисшей груди, потому что хотел) (но никто из вас не сможет этого доказать) - Куда ушел Иисус? Через несколько месяцев вернулся тот, чьё имя произносить нельзя было как и в самом здании, так и за его пределами (любой подросток вспомнил бы о Волан-де-Морте, но только не Джошуа. Он не тратил свои дни на то, чтобы смотреть глупые фильмы). Джош несколько раз подумал, что это глупо. А ещё он думал, что так делает только старая мисс Линк, но на деле.. Так делают все. К Нему обращаются на "вы", кланяются, а ещё расставляют ноги. Даже мисс Линк, черт бы её побрал. Однажды мальчик видел, как Он трахал эту старую женщину прямо на ковре своей комнаты, щипая ее за соски. А она лишь громко что-то пыхтела, но всё же толкалась навстречу к Нему. Тогда Джош в первый раз не спал всю ночь. Тогда Джош в первый раз подумал, что было бы не плохо предложить себя, потому что чем хуже я?. Тогда Джош понял, что его пальчики недостаточно длинные, чтобы дотронуться до простаты. Он игнорировал мальчика месяц. Он даже не смотрел, не смотрел, блять, на эту маленькую шлюшку. Никто не смотрел. И это означало только одно. Джош медленно сходил с ума. Он выл, плакал, и всё равно, блять, все равно вставлял в себя свои бесстыжие пальчики, даже совершенно не подозревая, что его могут видеть сквозь щелку двери. Тогда его это не волновало. Тогда он был глупцом. Тогда он не понимал святой истины. Но не сейчас. Сейчас всё по-другому. Этот святой Папочка любит его. Этот святой Папочка произносит молитвы перед людьми тринадцать раз на дню. Этот святой папочка во время святого молчания грубо хватает Джоша за волосы и дергает на себя до того момента, пока бледный носик любимого мальчика не уткнется в его лобок. Он прикрывает глаза и улыбается, словно принимает в себя лучи своего Благодетеля. Всё хорошо. Так нужно. Вечером к Нему не приходит старая мисс Линк. (потому что сказал Джошу задушить её во сне) (а ещё принести вымытое сердце) (чтобы потом тушить об него окурки) - Ты служишь Богу, мальчик мой? - Мелодично-хриплый голос разносится по комнате, словно волна Северно-Ледовитого океана. Он смотрит, выжидающе смотрит на Джоша, улыбается своей ребяческой улыбкой, а потом надавливает большим пальцем на нижнюю губу, прижимая нежную плоть к зубам. - Да. - Тихий голос чуть ниже обычного, потому что Джошуа так хорошо. Хорошо сейчас, когда он стоит на коленях перед Святым Отцом, чувствуя то, как стенки внутри него сокращаются и с силой сжимают окровавленную руку мисс Линк. Мальчику не нравятся ее мертвые холодные пальцы, но он вздыхает и улыбается в ответ своему святому Папочке, склоняя голову на бок. Он знает, что нужно для того, чтобы очиститься. Он знает, что нужно делать для того, чтобы стать счастливым. О, и он безусловно знает толк в грехах. Потому что Джошуа ни один из них не совершил. Треск дров в камине заглушает все эти шумные вздохи, не нарушая общую идиллию. Он говорит "хватит", и Джош, облизываясь, подползает ближе и берет головку чужого члена в рот, смотря наверх, на прекрасное лицо. Мальчик фыркает от того, что лобковые волосы щекочут его нос, но потом улыбается, когда ощущает крепкую руку на своем затылке. Он хихикает, а потом проглатывает предсеменную жидкость, жадно облизываясь. - Ты самый прекрасный мальчик. Господь уже любит тебя. - Правда? - Не сомневайся. Он читает молитвы на греческом языке шесть раз, чувствуя, как язык Святого Папочки проникает в девственную влажную негу. Джош поддается назад, сжимая в ручках шелковое одеяние, выстанывая несвязные слова. Мальчику хорошо. Так хорошо. Он не мог понять, почему мать не разрешала ему увлекаться монастырем, если то, что сейчас происходит - уже начало светлого будущего? Молитвы заканчиваются на том моменте, когда Он отстраняется и улыбается, наводя свой жутко вставший член в узкую, тугую дырочку. Запах гниющей плоти разносится по комнате. Это хорошо. Это запах святой Матери. Это То, что нужно Каждому. Джош хочет очиститься. Джош хочет быть счастливым. Джош думает, что так надо, когда Святой Папочка раздирает его изнутри, попадая точно по заветному месту. Он думает, что так надо, когда выгибается и кричит, кричит, потому что чувствует лезвие ножа на своем затылке. Ему не больно, нет. Ему так по-блядски хорошо. Замечательный конец, верно? А потом, когда все карты уже раскрыты, Джош точно раздвинет ножки перед друзьями Своего Святого Папочки, потому что это правильно.