Мой папа - дементор

Осень пролетела быстро. Вроде, только вчера было первое сентября… Как и планировалось, я подружился с Блэком-младшим. Хотя, это не моя заслуга. Розье был хорошо знаком с Регулусом, да и с Беллатриссой они явно в дружеских отношениях. Чего не скажешь обо мне. Порой, мне кажется, что она попросту ненавидит меня. Ну может это сильно сказано. Но ее взгляд! Стоит ей посмотреть на меня своими черными как ночь глазами, как душа уходит в пятки. То есть, если бы у меня была цельная душа. Я до чёртиков (спасибо Геллерту, за это выражение) боюсь эту девушку. Как бы тяжело не было это осознавать…

***

Наконец, пятница. Уроки закончились еще часа три назад, а домашнюю работу я практически сделал, осталось только дописать эссе по трансфигурации. Это можно перенести и на понедельник. Все равно трансфигурация у нас будет только в среду. Так что, завтра я могу спокойно пойти гулять в Хогсмид, не переживая об учебе (как будто я и раньше переживал). Геллерт, скрипя душой, подписал разрешение. Не знаю, чего он так… В последнее время он слишком странный. К тому же, он так и не объяснил «наше трогательное прощание». Интересно, может его зельем напоить, чтобы рассказал? Хотя, нет. Он может и сидел столько лет без дела, но навыки не растерял. Могу доказать. Это ведь он учил меня зельям в Азкабане. И не только им… Сейчас шёл очередной матч по квиддичу, о котором я «случайно» забыл. Почти вся школа собралась на поле. Поэтому, в библиотеке, в которой и в обычные дни немного посетителей, царила идеальная тишина. Только я и книги (ну и дремлющая в конце зала мадам Пинс) Ах, какая романтика! До ужина я решил не покидать библиотеку. Во-первых, я нашел весьма интересные статьи о Геллерте, а во-вторых, мне было просто лень. Оказывается, он почти безумец. (Я знал это ещё с 11 лет!) Но гений. Безумный гений, идеальное сочетание, не правда? Геллерт уничтожал целые города и деревни, мучил и убивал. Он свято верил в то, что маглы должны пасть перед ногами волшебников или же умереть ужасной смертью… Прочитать все я не успел. Было бы гораздо лучше захватить их с собой, но брать газеты или журналы из библиотеки — запрещено. Правда я и понятия не имею почему. Ведь на все содержимое библиотеки наложены чары, не позволяющие испортить их. Но мадам Пинс ясно сказала — нет. Пришлось временно остановить свои «расследования». Я был в замешательстве… В полном… Он, все-таки, стал мне самым близким человеком, (после отца, конечно. Но папа это — папа. К тому же, он — дементор, а не человек.) наставником и другом. Неужели это все ложь? Он обманывал меня все это время? Я… Я не знаю… Все так запутано. Но он и вправду заботился обо мне, научил почти всему, что знает, даже помог мне с созданием некоторых чар и зелий. Он… От размышлений меня отвлёк громкий голос Барти: — Северус! Так и знал, что ты тут, — Барти выглядел запыхавшимся. Волосы торчали в разные стороны, по лицу стекали тонкие дорожки пота, к тому же, его голос был каким-то хриплым. — Ты же знаешь меня, — усмехнулся я. Но Барти даже не улыбнулся. Я вмиг сделал серьёзное выражение лица. — Что-то случилось? — Тебе лучше самому увидеть. Выйдя из замка, Барти повел меня в сторону квиддичного поля. Пока мы шли, я не раз заметил школьников, которые сидели прижав к себе колени. Странно… Мимо нас пробежали еще несколько младшекурсников. Куда же они так спешат? Чуть в меня не врезались… Один из них даже прицепился к Барти, крича «Помогите, пожалуйста! Они…они здесь!». Но видимо найдя взглядом знакомых, убежал к ним. Мы стояли в нескольких метрах от квиддичного поля, то есть то, что от него осталось. Вокруг творился полный хаос. Трибуны горели, толпа школьников бежала к замку, более старшие ребята держали палочки наготове и глядели в оба. — Что происходит? — обратился я к Барти. — Во время матча на нас напали, — он нервно сглотнул. — Они накинулись на нас из неоткуда. Подожгли поле. Ты… ты не представляешь, скольких они пытали… — Барти замолк. Я огляделся еще раз. Прибыли целители из Мунго. На их носилках лежали как и взрослые профессора, так и школьники. Были и те, кого прикрыли простыней, дабы не пугать остальных. Можете звать меня бессердечным идиотом, но смотря на этих людей, я не чувствовал ничего, абсолютно ничего...

***

Я лежал на кровати, думая о сегодняшним дне. Тяжело раненных увезли в Мунго, а остальных поместили в больничное крыло школы. Тело умерших доставили их семьям. Вечером, в большом зале собралась едва ли половина учеников. Кроме выше перечисленных, отсутствовали те ребята, которых забрали домой родители, в основном чистокровных. Так что, за столом Слизерина было много свободных мест. Впрочем, за столом остальных факультетов наблюдалось тоже самое. Директор говорил свою очередную нудную речь на счет общей безопасности и велел всем быть на чеку... Вроде бы. Я прослушал большую часть речи. А сейчас мои мысли были прикованы к Гринди. У меня появились некоторые мысли на счет связи этих нападений с ним. Но не мог же он напасть на замок, переполненный детьми? Или мог бы? В последнее время я уже ни в чем не уверен... Но даже если это его рук дело, то зачем? Зачем нападать на школьников? Что вообще твориться в его голове? Нет, я обязан встретиться с ним! По словам старост, ученикам теперь запрещено выходить за пределы школы, то есть, официально дорога в Хогсмид мне закрыта. Но правила можно обойти, не так ли? Если все получится, то я надеюсь найти Геллерта там и попробовать поговорить с ним...