Давай заключим сделку?

О, юбилей))) блин, 50 глав... Я даю xd) Ну что ребятушки, соскучились? Я да. Питер нравится, но тут непривычно) Да и нет никого... Автор ходит в гордом одиночестве, пишет пошлости, ест в кафе и не спит полночи xd) В институте круто^^ Уже умудрилась поспать на одной паре)) А всё потому, что кто-то слишком мало спит xd) Теперь о главе. Писала я её долго, да... Зато она большая) Спасибо Лизе и Насте за советы и полуночные разговоры (это я про ту часть, которую я писала в кафе в ночь с пятницы на субботу) И да, кукурузка - новое название э-э-э... В общем, догадаться вполне можно)) Ещё спасибо читателем за ожидание и быстрый ответ в опросе - в результате стало больше мимими)) За сим всё. Я наговорилась xd) P.S. А автору 18 лет стукнуло) Приятного прочтения Сказать, что он разозлился, как это говорится, значит, ничего не сказать. Сказать, что он был в ярости, это значит, тоже ничего не сказать. Ни одному языку мира не передать то, что сейчас чувствовал Акаши Сейджуро. После разговора с отцом новость о поступке Ёкай добила его. И, наверное, не будь сейчас одиннадцать вечера, парень бы обязательно навестил свою девушку. Но ей повезло - было уже поздно, и его отец пока никуда не уехал. Однако Сейджуро отправил сообщение, в котором было всего пара слов, но зато каких! Там было написано: «Я знаю». Хироя должна была оценить. Однако отчёта о доставке так и не было, поэтому пришлось сделать вывод, что девушка отключила свой телефон. «Весьма предусмотрительно. Но завтра… Завтра она ответит за то, что натворила». Акаши считал, что Ёкай не должна была встречаться с Акизуки. И уж тем более договариваться о чём-либо с ней. И тем более о том, о чём договорилась. Ёкай не должна знать о том, что происходит. Порою неведенье лучше знания. Не знаешь – не будешь втянут. Не погрязнешь во всей этой грязи, во всех этих отбросах, осколках чего-то, что называлось его жизнью. Хироя уже однажды соприкоснулась с действительностью и ни к чему хорошему это не привело. Он не мог допустить, чтобы ситуация стала хуже. Это только его боль. Его борьба. И он справится сам. Один. Обязательно. Ведь он тот, кто двигает фигуры на доске. Ведь он Акаши Сейджуро. *** Когда на следующий день Сейджуро подходил к дому Ёкай, он совсем не ожидал того, что потом увидел. Он раздумывал, что лучше – месть или наказание? Потому что таким образом можно добиться совершенно разных результатов. Если он будет мстить – Хироя ещё долго будет обижаться, но хотя бы не станет больше что-либо делать за его спиной. Ведь она будет на своей шкурке знать, как он это не любит. А вот если он её накажет… Что только в голову парню не шло. К слову, большинство вариантов были не слишком приличны. Да и если он даже умудрится воплотить их в жизнь… Вдруг Кате понравится и она специально будет пакостить? Это же совсем не то, чего он хочет в результате добиться. С другой стороны, Акаши прекрасно знал, что одним добрым словом добьёшься меньше, чем добрым словом и молотком. А с другой, знал, что Хироя бунтует не без причины. Однако он считал, что всему есть пределы. И Хироя уже перегнула палку. Нажав на кнопку звонка, Сейджуро подумал, что будет действовать по обстоятельствам. А пока он хочет наказать свою девушку. Правда, если она его разозлит, ни о каком наказании и речи быть не может. Только месть. Дверь открылась. Брови юноши в изумлении приподнялись. Разноцветные глаза расширились. Даже рот приоткрылся. Катя, одетая в весьма нескромную ночнушку на тонких бретельках, едва-едва прикрывающую нижнее бельё, пошатываясь, с улыбкой и какой-то иронией во взгляде смотрела на него. - Хотел отругать… Опля, а я пьяненькая! – рассмеялась Хироя, взмахивая руками и едва не падая. От неё сильно пахло алкоголем. Просто ужасно. Сейджуро поморщился. Терпеть не мог пьяных. Хотя, в целом, в этот раз ему больше было смешно, нежели противно. Но встреть она его в таком виде трезвой – тут же начал наказание. - Ёкай, в чём дело? – сдержанно поинтересовался японец, делая шаг в дом, но Хироя даже и не подумала сдвинуться и пропустить его. Своеобразный протест. - Как в чём? – хихикнула блондинка, приваливаясь к стене. – Вчера праздновала победу! И знаешь, так хорошо пошло… А сегодня я ещё похмелилась, и снова так хорошо пошло… В общем, опля, а я... - Я понял, - перебил её Акаши, проходя в дом, прижав девушку к стене. – Не пей больше, - он максимально близко приблизился к её лицу, заглядывая в помутневшие от алкогольного опьянения голубые глаза. Он и злился от такой ситуации, и в какой-то степени интересовался состоянием Ёкай. Всё же, когда он ещё увидит её такой раскрепощённой и пьяной? Нужно знать, на что она способна. – Сколько ты выпила? - А я что, считала что ли? – забурчала Хироя, пытаясь отпихнуть юношу от себя, но сил ей явно не хватало. – Каша-кун, отпусти… Бе-е-е… И вообще, сколько хочу и когда хочу пью! - Сколько? – морщась от неприятного запаха, упорствовал парень. - Не знаю… - вздохнула Катя, ёрзая и отводя взгляд. Ещё раз вздохнув, она теснее прижалась к Акаши. – Каша-кун… Хочешь я тебе кое-что покажу? Даже зная, что Хироя намеренно дурит его, он всё равно подумал не о том. Ему было всё равно на «Каша-кун», всё равно на перегар, исходящий от девушки. Да он уже почти не злился. Главное, чтобы Катя всегда встречала его в таком виде. Можно даже пьяной. Потому что, кажется, в таком состоянии она куда смелее. И ему это нравилось, как только может нравиться парню полураздетая девушка, нисколько не стесняющаяся своего внешнего вида, и даже более того - пользующаяся им. - Хочу, - голос непроизвольно стал тихим и хриплым. Даже мурашки по телу. А ведь ещё ничего такого не было, но он уже так реагирует. Наверное, он все же слишком привязался к ней, слишком сильные чувства испытывает к ней. Что уж там говорить. Ему ведь было действительно обидно, что Хироя сговорились с Акизуки. А сейчас, когда блондинка вот так легко паясничает, кокетничает… «Чёрт, нужно быть спокойнее. Думай о деле», - напоминал себе баскетболист, хмурясь и стараясь не рассматривать Ёкай. Её внешний вид сбивает его с мыслей. Она же лукаво улыбнулась и совершенно спокойно выбралась из своего «заточения» и пошла в зал, полностью игнорируя парня. Будто бы его вообще не было. Словно он пустое место! Это и удивляло и бесило. А её забавляло, веселило и приятно щекотало нервы. Дразнить Сейджуро так приятно. Видеть его раздевающий взгляд, его напряжение, его попытки быть серьёзным, когда явно хотелось совершенно другого. Но он прекрасно знал, что все это лишь игра - к себе она его не подпустит. Какой бы пьяной она не была, все равно она обижена на него. - Тебе понравится, я обещаю, - хихикнула Хироя, затылком чувствуя напряженный взгляд Акаши. Как же ей это нравилось. Пошатываясь, девушка подошла к дивану, на котором лежала какая-то цветастая вещь. Сейджуро почувствовал неладное. Нет, он и раньше чувствовал, что что-то здесь не так. Но сейчас в особенности. А когда Катя начала стягивать с плеч бретельки ночнушки - окончательно утвердился в этой мысли и кинулся останавливать эту пьянчугу. - Ты что делаешь?! - прижимая девушку к себе, чтобы та не выкинула ещё чего-нибудь странного и опасного, почти возмутился Акаши. И больше всего его возмущало то, что он остановил Ёкай, хотя и не хотел это признавать. - Как что? Показываю юкату! - извернувшись ужом, она каким-то чудом, не иначе, выскользнула из его хватки и сразу же накинула юкату поверх ночнушки. - Во! Сейджуро вздохнул. Юката мало что изменила. Она, кажется, была даже короче. Но красивая, да. Хотя, ему нравилось почти всё из одежды русской. Особенно, когда одежды не было совсем. «Чего она добивается?» - подумал парень, хмурясь. У него было такое чувство, что скоро он не выдержит и просто прижмет Хирою к стенке, стянет с неё нижнее бельё и... - Ёкай, ты пьяна, успокойся, - отвлекая себя от опасных мыслей, сказал Акаши. - Не-е... - Катя заулыбалась, как последняя дура. - Так не интересно... Я же должна тебя довести! Это прикольно... Ахаха... У тебя тако-о-ое выражение лица - просто ваще! И ведь знаешь, я пьяная такие классные отговорки придумываю! Так что ты мне сейчас всё выскажешь, я запомню ответы, трезвая скор-р-ректирую и тебе потом выдам. Во как! «Мне кажется, что пять минут назад она была адекватнее... Показалось?» - Ёкай, я не буду ничего делать сейчас. Это бессмысленно. Девушка обреченно захныкала: - Мне что, теперь всё время пьяной быть, чтобы мне всё с рук сходило?! - Я могу и иначе донести до тебя свое мнение, - воистину коварно усмехнулся юноша, прищурив разноцветные глаза и делая шаг к Кате. - Доходит? - Не очень, - нисколько не боясь, ответила она, даже и не думая отступать. Напротив, она тоже сделала шаг к нему. Вот только щёки все равно покраснели. - Продемонстрируешь? Он не понимал, зачем все это Хирое, да плевать уже как-то было. Он просто требовательно поцеловал её, крепко сжимая в объятиях. А ведь вот, вроде, совсем недавно они занимались любовью у него дома, но ему хотелось снова. Да хоть прямо тут, на диване, полу, у стены, на столике... Неважно где, главное с кем и как. Рука парня переместилась на ягодицу девушки, сжимая ее. Хироя судорожно вздохнула, теснее прижимаясь к Акаши. Поцелуй из требовательного перерос в какой-то ленивый, глубокий, пошлый и мокрый. Катя беззастенчиво провела рукой по груди Сейджуро, будто бы дразня его. Однако недолго длилось счастье. Как и чувствовал Акаши, Ёкай легко отстранилась, улыбаясь и кусая губы: - Мой отец должен скоро прийти... Так что шалить нельзя. - Мне все равно. - Не-не-не, - Хироя на удивление ловко увернулась от его загребущих рук. – А вдруг он вот прямо сейчас придёт, а мы тут… - Не страшно, - фыркнул Сейджуро. Честно говоря, он уже начинал злиться. Раздразнила его, а теперь сбежать решила? Он не для того сюда шёл. Хотя, и не для этого, конечно. - Вы же друг друга терпеть не можете, - напомнила Катя, направляясь на кухню. Парень пошёл за ней. – В общем, я намекаю на то, что ты можешь уходить. - Ёкай, - он таки догнал её и прижал к стене. Они так и не дошли до кухни. – Ёкай, если ты сейчас продолжишь в том же духе – я за себя не отвечаю. Блондинка странно вздрогнула и покраснела, старательно отводя взгляд. Она даже, кажется, начала лучше соображать. По крайней мере, её привычная манера поведения вернулась. - А что я такого сделала? – нахмурилась Хироя, всё также смотря в сторону. Сейджуро проследил за тем, как русская облизнула губы. И тут он вспомнил, почему же Ёкай так отреагировала. Он уже говорил похожее однажды. И, помнится, это очень понравилось девушке. Баскетболист хмыкнул и, наклонившись к её уху, прошептал: - Нагло соблазняла меня, Ёкай. Ходишь в таких откровенных вещах, заигрываешь, делаешь разнообразные намёки и вполне активно отвечала на мои поцелуи. Разве этого не достаточно, чтобы довести меня, м? - Ты извращенец, - забормотала голубоглазая. Ей нравилось то, что он делал. Она ведь специально всё это делала. Но она преследовала несколько другую цель. - Это ты зря… И тут они услышали шаги. И шаги эти могли принадлежать только одному человеку, ибо никто другой прийти больше не мог. Хироя в растерянности замерла. А вот Акаши привык реагировать быстро. Он схватил девушку за руку, подхватил свою обувь и быстро направился на второй этаж, в комнату Ёкай. Они скрылись в комнате как раз в тот момент, когда входная дверь открылась. Сейджуро осторожно закрыл дверь на ключ. Катя села на стул, наблюдая за действиями японца. На первом этаже были слышны шаги. Пара притихла. - Ёкай… Кто пил? Катя молчала. Акаши выразительно на неё посмотрел. - Мама и сестра. - А что так мало выпито? - ещё один громкий вопрос, но уже ближе к лестнице. - Так это вторая бутылка. Её утром открыли. - А как же самолёт? Что если бы их не пустили? - Разве с этого можно опьянеть? Парень прыснул от смеха. Уж кто бы говорил. Её же даже шатало! «Она не умеет пить. Она пробовала алкоголь раньше? – задумался юноша, садясь на кровать. - Да даже если и пробовала – её организм явно не готов». - Ясно… А почему дома одеколоном пахнет? - Хидемото-кун заходил, - молниеносно соврала Хироя, чем немало удивила Акаши. Удивила и насторожила. Почему она вот так легко вспомнила про этого парня? - Хорошо. И на этом разговор дочери и отца закончился. А вот разговор девушки и её парня ещё только должен был состояться. - Хидемото к тебе заходит? – как бы мимоходом поинтересовался японец, делая безразличное выражение лица, но очень внимательно наблюдая за девушкой. Катя поёрзала на стуле, никак не реагируя внешне на этот коварный вопрос. - Было как-то раз. Они с отцом поговорили. Он ему понравился, - пожала плечами Хироя, а потом рассмеялась. - Ревнуешь? - Ревнуют только те, кто не уверен в своих силах. Слабаки, - поморщился парень. – Я просто спросил. - Какой ты самоуверенный у меня, - девушка поднялась со стула и села к Акаши на колени, разведя ноги. – Мне это нравится. Ответ, естественно, никому не был нужен. Вместо ответа был поцелуй, инициатива в котором была у Хирои. Она наслаждалась тем, что сама может кусать губы парня, проводить по ним языком, выбирать, каким будет их поцелуй. Наслаждалась тем, что Сейджуро доверил ей быть главной. Она дрожала. Сердце тяжело стучало в груди. Это так волнительно. Так приятно. Даже не сам поцелуй, а факт доверия. И ведь она действительно хотела быть его. И чтобы он был её. И только. Как бы там всё ни было… А парень просто получал удовольствие, подавляя в себе желание положить руки на талию девушки, гладить её, забраться ладонями под то немногое, что было на русской, прикасаться к её разгорячённой, нежной коже. Не просто быть тем, кому всё достаётся, но и что-то давать в ответ. Губы девушки неожиданно скользнули на щёку, а потом к уху. - Не двигайся, - прошептала Катя. Она расстегнула толстовку, тем временем поцелуями спускаясь всё ниже. Чертовка. Медленно, дразня, наблюдая за ним. Это было эротично. Толстовка была осторожно стянута и отложена в сторону. Сейджуро наблюдал за тем, как Хироя медленно снимает с него одежду, медленно опускаясь с поцелуями всё ниже и вставая на колени перед ним. Словно специально ослабила юкату. Хироя была без лифа. Это было возбуждающе. Его тело непроизвольно напряглось, кровь забегала по венам. Дыхание участилось. И это было даже куда сильнее, чем в прошлые разы. Сильнее, ярче. Ёкай улыбалась, продолжая своё исследование. То, как тяжело парень дышит, то, как сокращаются его мышцы, какая горячая у него кожа, какая она на вкус, если провести по ней языком. Какие ощущения и эмоции получит она, заводя себя и парня. К чему всё это приведёт. Она только-только прикоснулась к мышцам пресса, расстегнув рубашку, которая была под толстовкой, как в животе всё свело от невыносимого желания, а Акаши судорожно вздохнул и вздрогнул, закрыв глаза от удовольствия. Мышцы же играли под кожей баскетболиста, реагируя на её тёплое дыхание, опаляющее кожу не хуже огня, на прикосновение пальцев и губ, на ощущения самого Сейджуро. И это было даже ещё более волнующее. Это было будоражаще. Это было пошло. И они оба это знали. И знали, что ещё немного, и они будут трахаться в её комнате, когда её отец в доме. Это заводило, наверное, не меньше. Ёкай напряжённо выдохнула, когда больше не могла игнорировать откровенные последствия всего того, что она натворила – стояк. Самый банальный, но, чёрт возьми, стояк из-за одних её поцелуев и немного чуть более свободной юкаты. - Оу… - Катя хихикнула, проводя пальцем по заметной выпуклости на штанах. Акаши зашипел, приоткрывая глаза. Ему хотелось продолжения. Ведь всё не могло остановиться именно сейчас! Потому что он, чёрт возьми, хочет Ёкай. Хочет, чтобы она сделала ему приятно. - Я передумала, - Хироя поднялась с колен и поправила юкату, коротко взглянув на парня. Даже жалко его стало. Она ведь его по-страшному обломала. Конечно, так и было задумано, но она ведь не бессердечная. – Прости. - Что? Он был не удивлён. Он был ошарашен. Впервые, за несколько лет. Однако длилось это не долго. - И ты предлагаешь мне вот так пойти домой? – он с усмешкой указал на выпуклость. Катя смутилась. - Почему же домой. До первого угла, где тебя заберёт Курама, - на полном серьёзе заявила девушка, но почти сразу стушевалась. Вид у парня был более чем злой. Но вдруг он почему-то вздохнул и так ничего и не сказал. Акаши закрыл глаза, очевидно, думая. Сейчас он казался каким-то опустошённым, даже печальным. Ёкай же закусила губу, рассматривая полураздетого возбуждённого парня, которого самолично до такого довела и обломала. И стало не по себе. Да, она хотела этого. Хотела отомстить. Однако это было бы справедливо, если бы не пришёл отец. Так бы она Сейджуро могла бы в душ пустить. - Может, в душ? – тихо предложила девушка. - Не боишься скандала? – с усмешкой поинтересовался Акаши, всё же надевая рубашку, а потом и толстовку. Он понял, что ему всё же ничего не перепадёт сегодня. Разве что… Разве что он сам кое-что сделает. - А я посижу… ну… там… - Катя смутилась и замолчала. «Кажется, она протрезвела». - Не обуглись, - ухмыльнулся юноша, сверкая разноцветными глазами. *** Поначалу всё шло хорошо. Вещи парня были спрятаны, вещи Кати демонстративно разложены в ванной на видном месте, папа уведомлён о том, что дочка пошла в душ. Ёкай прислонилась к стене и старалась не прислушиваться к каким-либо звукам. Даже к шуму воды. Мало ли что. На самом деле Хироя была смущена. «Сейчас реально обуглюсь» - подумала она, вздыхая. Вот вечно Акаши прав. Зная, что он делает – невозможно не смутиться. Не взирая на всё то, что было раньше. То раньше. А это сейчас. - Зная, что ты тут… чувствую себя извращенцем, - послышалось от парня. – Не ожидал… - Делай… что делаешь. - Не хочешь присоединиться? Катя хотела было ответить, но Сейджуро за шторкой тяжело вздохнул, и она сбилась с мысли. Присоединиться? В голове тут же начали рисоваться разнообразные картины того, что может произойти. И всё ей очень даже нравилось. Однако русские так просто не сдаются. Особенно всяким там япошкам. - Нет. - Хочешь. Очень хочешь, но просто упорствуешь. - Вовсе нет! – возмутилась блондинка, но не слишком-то убедительно. - Ну же… Обещаю, не буду делать того, что ты не захочешь. Это было очень заманчивое предложение. Постоять в душе с парнем, который тебе нравится, которого ты любишь и хочешь, у которого отпадное тело, и который хочет тебя. Уже просто думая об этом она начинала дрожать от волнения. И даже зная, что это всё банальный развод, сложно было заставить сказать «нет». Потому что очень хотелось сказать «да». Однако Кате не суждено было решить самой. Не суждено было и Сейджуро вмешаться и таки хитростью заманить девушку к себе. Всё решил её отец. - Ёкай, мне нужно в туалет. Срочно. Хироя кинулась за шторку прямо в ночнушке, в которой ходила сейчас – юката была для наглядности её нахождения в душе. Хотя это сейчас мало беспокоило пару. Важнее было то, чтобы Сейджуро не заметили. - Я захожу? – послышался голос из-за двери. - Да, - едва выдавила из себя Катя, стараясь изображать процесс мытья. Сейджуро умудрился быстро сесть и теперь она стояла у него между ног, прикрывая его своим телом. Свет в ванной всё же был против них. Дверь открылась. Никогда поход в душ не был ещё таким экстремальным, как сейчас. Ночнушка намокла и прилипла к телу, волосы тоже намокли и теперь лезли непонятно куда. Акаши, слава богу, не шевелился и ничего не делал. Но то, что он был голым, нервировало просто ужасно. А ещё отвлекало. Несмотря ни на что. «Нужно было схватить полотенце… » - Прости, Ёкай. Просто очень надо. - Ничего… Взгляд скользнул по обнажённой фигуре парня, немного скрытой паром. По намокшим волосам; по разноцветным глазам, внимательно следящим почему-то за ней, а не за отцом; по широким плечам и мощной грудной клетке, по которым сейчас стекали капли, капающим с её тела; по мышцами пресса, по этим сексуальным «кубикам». А потом взгляд скользнул туда, куда сначала не планировалось. И после этого Хироя почувствовала себя дурой. Нужно было тогда не останавливаться. Девушка отвела взгляд. Если сейчас она отвлечётся – их могут спалить. И это будет конец света. В конце концов, можно подождать, пока отец уйдёт. - Знаешь, мне кажется… что и тут одеколоном пахнет, - сказал Рин, производя какие-то манипуляции. У Хирои подкосились ноги, и без того плохо державшие её от волнения. Она была просто в ужасе, не представляя, как выкрутиться. Ей было жарко, внизу живота уже давно предвкушающее тянуло, голова плохо соображала, кожа стала очень чувствительной – мелкие капельки воды были просто пыткой. Хотелось просто забить на всё и сделать то, чего действительно хотелось. Это было очень сильное желание, заглушающее даже голос разума. Адреналин в крови сводил с ума. В чувства её привёл Акаши, ущипнувший её за попу. Она едва не подпрыгнула от неожиданности. - Так Хидемото и в туалет заходил, - ёрзая, ответила девушка отцу. Рука Сейджуро снова двинулась по внутренней стороне бедра вверх. Медленно доводя до самого края. Сердце быстрее забилось в груди. «Видит же, гад, в каком я состоянии…» - Вот как… Хм, что же он использует… До сих пор хорошо чувствуется, - озадаченно сказал мужчина. – Ёкай, а что этот твой Акаши? Катя покраснела, разводя ноги и тяжело вздыхая. Пальцы японца скользнули под трусики. Закусив губу, блондинка попыталась собраться с мыслями. - А что… с ним? – Хироя провела рукой вдоль тела, неотрывно смотря на Сейджуро. Её всё больше и больше возбуждала эта ситуация. И судя по взгляду парня – он тоже был на грани. Возбуждение его никуда не прошло, напротив, только усилилось. А теперь они ещё и попали в такую щекотливую ситуацию. Но никто не собирался останавливаться. - Ты его видела? - Вчера. Слушай, пап… Я хочу помыться. - Я тебе мешаю? Прости, - Рин быстро закрыл дверцы шкафчика, достав из него необходимое. – Приятного… Дверь хлопнула. - Наконец-то, - Акаши резко встал и прижал девушку к стене, целуя её и стягивая промокшую ночнушку. А Катя даже не сопротивлялась. Напротив, теснее прижалась к юноше, выгибаясь ему навстречу, дрожа от контраста холодной стены, тёплой воды, собственного жара и просто обжигающей кожи Сейджуро. Дыхание сбилось и превратилось в какие-то всхлипы. Они едва стояли на ногах, которые казались теперь ватными. Глубоко поцеловав блондинку, японец развернул её лицом к стене. Хироя застонала, грудью прижимаясь к холодному, мокрому и скользкому кафелю, чувствуя, как горячий и твёрдый член парня скользнул между ног. Ёкай до боли закусила губу и откинула голову назад, думая уже только о том, чтобы Акаши поскорее вошёл в неё. Чтобы скорее почувствовать его внутри себя, как он движется, доводя её до истомы. Почувствовать его силу, желание и страсть. Однако парень только сипло дышал ей на ухо, руками сжимая её бёдра, медленно двигаясь взад-вперёд, не входя. - Сейджуро… - всхлипнула Хироя. - Теперь моя очередь тебя мучать, - прохрипел он. – Может, я ещё передумаю. Это было настоящей пыткой. Чувствовать своё и чужое возбуждение, хотеть кого-то до безумия, но терпеть. Давиться стонами от каждого движения. Извиваться в чужих руках, не имея возможности делать то, что хотелось. Едва не падать от каждой волны наслаждения, возникающей от любого соприкосновения горячего члена с её телом. Она кусала губы, впивалась ногтями в собственные руки, почти плакала, но он продолжал дразнить её. Даже поцелуи, которыми Сейджуро покрывал её спину и плечи, вызывали лишь ещё больше страданий. Однако и сам Акаши был на пределе своего терпения. Его желание было уже болезненным. А осознание того, что их могут разоблачить, лишь ещё больше подхлёстывало. Больше тянуть было нельзя. Он вошёл резко и быстро, зажмурившись от ощущений. Хироя выгнулась, вцепившись ногтями в его бедро. Из её горла вырвался ох и негромкое шипение – это было больно. Ощущение эйфории, накрывшее Сейджуро, притупляло все чувства, заставляя всё ускорять темп, почти вколачиваясь в тело блондинки. Несдержанно, глубоко, каждый раз заставляя девушку приглушённо постанывать то от удовольствия, то от боли. Хироя изнемогала от ощущений. Душно, пошло, мокро, быстро, так хорошо… Её переполняли чувства и эмоции такой силы, что сдержать их казалось невозможным. И когда Сейджуро в очередной раз вошел в нее, она блаженно замычала, больше не испытывая дискомфорта. - Тш-ш-ш, ты же не хочешь, чтобы нас раскрыли?- горячо прошептал парень в ухо Ёкай, зажимая её рот ладонью. Она отрицательно замотала головой, кусая ладонь парня, вбирая его пальцы в рот. – Я хочу услышать твой голос, Ёкай. Но не здесь... Хироя развратно простонала. Достаточно громко, что бы за шумом воды услышал парень, но не достаточно, что бы что-то было слышно за дверью. Щеки ее запылали. Этот стон получился непроизвольно, но это было даже лучше. Потому что её тут же наградили коротким шлепком по попе. Катя снова ахнула, но в этот раз не только из-за награды. Стоять было неудобно, она скользила и боялась упасть. Пришлось схватиться за бортик. Сейджуро двигался все быстрее. Стонать хотелось громче, и она с силой кусала ладонь парня, чтобы хоть как-то быть потише. Вдруг он резко дернул ее за волосы, смазано поцеловав. Это было бесподобно. -Сей... джуро... - простонала Катя, - пожалуйста... мне неудобно... - парень досадливо прорычал. Его-то все устраивало. Рывком он поднял девушку за руки, разворачивая к себе лицом, и на секунду замер. Как же она сейчас была прекрасна! С пылающими щеками, прилипшими волосами, тяжело дышащая. Только его. И желающая только его. Поддавшись порыву нежности, он поцеловал разгоряченную блондинку. Рука его снова скользнула меж бедер Хирои. Он закинул ее ногу к себе на поясницу и вошел. Дальше всё было как в тумане. Пар от воды заполнил всю ванную, осложняя и без того трудное дыхание. Было невероятно жарко и душно. Шумела вода, заглушая стоны и другие звуки. Редкие капли долетали до сплетённых в порыве любви и желания тел, смывая с кожи испарину, немного охлаждая, но не принося желаемого комфорта. А парень с девушкой просто наслаждались друг другом, всё ближе и ближе подходя к пику, апогею их чувств и тел. Удовольствие не могло продолжаться вечно, как бы ни хотелось. - С…Сей… - девушка так и не смогла договорить, задыхаясь от поступающего оргазма. Она старалась не издать и звука, когда хотелось просто кричать. Тело онемело, не слушалось, но Акаши и не думал останавливаться, делая всё за блондинку. Он, напротив, ускорился, опираясь на стену и придерживая Ёкай, чтобы та не упала, когда окончательно ослабнет. Сам он держался из последних сил, стараясь доставить удовольствие в первую очередь любимой. Глубокий толчок и Хироя всхлипнула, издавая не стон – скулёж. Японец едва удержал её на ногах, резко выходя и тут же кончая сам. В глазах потемнело, и парень пошатнулся. Пара лишь чудом осталась стоять. - Б… Боже… - Ёкай расслабленно улыбалась, просто повиснув на баскетболисте, положив голову ему на плечо. Такое у неё впервые. В этот раз всё совсем не так, как в прошлые два. Сейчас ей кажется, что она двигала горы. Что она покоряла Эверест. У неё отнималось всё, что было ниже талии – настолько сильным был конец всего этого безобразия. Она закашлялась, с трудом переводя дыхание в душном помещении. - Я предпочитаю, чтобы ты звала меня по имени. Но так тоже можно, - хмыкнул Сейджуро, переводя дыхание, всё ещё не выпуская русскую. Ему определённо нравилось вот так стоять с ней в ванной, сразу после действительно жаркого занятия любовью. Хотя, как для него, в этот раз они просто трахались – как ещё назвать то, что они сделали? - Нескромно… - выдохнула Катя, более уверенно вставая на ноги, но не отстраняясь. Теперь душ казался ей прохладным, а не тёплым или горячим, как в начале. Зато парень был очень даже тёплым. Но не это главное. Ей просто нравилось быть вот так близко к нему. Чувствовать его надёжность, поддержку и силу. - Какой есть, - буркнул Акаши, целуя голубоглазую в висок. – Вот только… - М? Слегка улыбаясь, он потянул её под струи воды, чтобы смыть все смываемые следы. Вода тут же потекла по телам, невольно приковывая взгляд и пробуждая только было утолённый голод. - Я пришёл высказать тебе по поводу твоего договора с Акизуки. Или наказать тебя… Всё зависело от ситуации, - хмыкнул молодой человек, проводя пальцами по бедру девушки, ведя линию вверх, к рёбрам. – Но ты была пьяна и всячески провоцировала меня. Катя тоже хмыкнула, отпихивая ногой ночнушку, всё это время сиротливо валявшуюся прямо под тем местом, куда именно и била вода из душа. Именно из-за неё вода в ванне начала набираться и там стало невозможно скользко. Обняв Сейджуро за шею и запустив пальцы в его мокрую шевелюру, Хироя прижалась к баскетболисту грудью, подставляюсь под новые ласки: - Как говорится, а потом они потрахались. - Именно, - на губах снова заиграла улыбка. Всё же настроение у него заметно поднялось. А вот такое поведение Кати только ещё больше веселило. - М-м-м… Значит, чтобы ты меня не ругал и не наказывал… мне нужно не только быть пьяной, но ещё и отдать тебе своё тело? Возьму на заметку. - Возьми, - почему-то он снова рассмеялся. Не потому ли, что он прекрасно знал, что всё равно всё выскажет? Ведь это как в суде – всего лишь смягчающие обстоятельства. *** Ёкай торопливо натягивала на себя одежду. Теперь она скрывала, а не открывала, как это по пьяни было сделано нарочно. Не хотелось искушать судьбу. Вздох. Дверца шкафа закрыта. Душ и то, что там случилось, взбодрили девушку и теперь она не чувствовала себя пьяной. Хотя кто его на самом деле знает. Теперь Катя чувствовала головную боль, лёгкую тошноту, и, как новый бонус, небольшую дрожь во всё ещё слабых ногах. Сейджуро же стоял у окна уже полностью одетый и о чём-то думал, запустив руку во влажные волосы. К счастью он не смотрел на Хирою – кто знает, чем бы всё это снова кончилось. Но, честно говоря, теперь девушка думала, что не так уж всё и плохо. То, что они сделали. Конечно, оно не планировалось, но это способствует примирению. В какой-то степени. А ещё ушли от щекотливой темы. «В конце концов, мы оба подразнили друг друга и заставили терпеть. А потом получили желаемое. Всё хорошее приходит через страдания, - подумала Катя, садясь на кровать. Теперь она была одета в тёмно-синие спортивные штаны и плотную белую футболку, под которой был бюстгальтер – ну его, ходить без чехла. Акаши уж слишком бурно среагировал. Однако крошечная червячок-мысль всё же закралась в голову, что это можно будет как-нибудь использовать. – Но только не в ближайшее время. Да и слишком уж расслабляться не стоит». Пока Хироя анализировала произошедшее и своё к этому отношение, Сейджуро думал о том, как лучше теперь сообщить ей своё мнение. В душе между ними совсем не было напряжения. Впервые, за всё время их общения. Ёкай была полностью расслаблена и легко шла на контакт, однако теперь всё будет иначе. Она снова зажмется, и будет воспринимать всё в штыки, как это бывает обычно. «Я устал от этого, но, нужно признать, иначе бы я давно заскучал». Акаши усмехнулся сам себе. Ему сейчас не хотелось думать об отце, матчах, тренировках, Акизуки, отце Хирои… Ему просто хотелось покоя. Но об этом пока и речи быть не может – он ведь ещё не победил. Победа – это когда отец перестанет вмешиваться в его жизнь и влиять на него. Когда отца просто больше не будет. Не важно, в каком смысле. Парень помрачнел, и ухмылка сама собой сошла с лица. Осталась только жёсткость и ненависть. Те эмоции, которые редко появлялись рядом с Ёкай. Здесь даже её присутствие ничем помочь не могло. - Нам нужно поговорить, - сказал Акаши и повернулся к блондинке. Судя по её виду, она была готова к разговору. По крайней мере, она не вздрогнула и смотрела на него спокойно. - О чём именно? - Пока только о том, что ты сделала вчера, - хотелось поморщиться, но он удержал маску равнодушия на лице. Не в его стиле страдать, пусть это даже такой поступок. - Ты прекрасно знаешь, почему я это сделала, - Катя нахмурилась. - И у меня вопрос. Ты следишь за Акизуки? Так ты узнал о нашем разговоре? - Да. И для меня было неприятным сюрпризом то, что вчера она встретилась с тобой. Я хочу, чтобы ты отменила вашу сделку. В свою очередь обещаю, что буду более... Сговорчивее, - парень всё же поморщился. - До того, как Юкимо мне кое-что рассказала, я, может быть, согласилась. Но сейчас нет. Хироя потерла шею и поёрзала на постели, смотря на Акаши. Он был недоволен. И непросто недоволен - он был очень зол. Весь его вид прямо источал негатив – застывшее, словно камень тело, убийственный взгляд и холод в голосе: - Тебе не нужно лезть во все это. - Лезть нет, а вот знать нужно. Разноцветные глаза совсем недобро сверкнули. Сейджуро подошел к напряженной девушке. - Не порть себе и мне нервы. Всем будет спокойнее, если ты... - Нет, - перебила его блондинка. И было даже не страшно. Почему-то она была чётко уверена, что он ей ничего не сделает. - Не будет. Мне уж точно. Ты можешь хмуриться, злиться, господи, можешь насиловать меня и трахать в любых позах! - яростно зашипела Хироя. - Но я хочу и буду все знать. Мне надоело ходить как Незнайка и оправдывать твои поступки тем, что у тебя там что-то случилось! Если бы ты не молчал, всего этого можно было избежать. Японец вздохнул. Не то чтобы он разделял мнение отца, что женщина должна молчать и не вмешиваться в дела мужчины. Скорее он стоял на том, что так будет лучше для неё. Он действительно так думал и мог привести кучу доводов в доказательство своего мнения. Однако Сейджуро знал, что это бесполезно и лишь поджал губы. Ёкай уперлась. Но он ведь тоже так просто не уступит - иначе это будет не он. Сделав насмешливый и самодовольный вид, парень сказал: - Уверена, что выдержишь? - Да ты сам от усталости валиться будешь! - фыркнула покрасневшая девушка. - Я что не знаю, как вы тренируетесь... - Уж тебя приструнить сил хватит. Хироя неожиданно посмотрела на него разочарованно: - Ты не приструнять меня должен, а слушать и идти навстречу. Потому что уступки делаю только я. А у тебя все осталось на уровне нашей сделки. Да и то, только защита меня от всяких напастей в лице Юкимо и прочих. Акаши даже не сразу решил ответить. Почувствовав себя виноватым, он настолько растерялся, что ему просто нечего было сказать. Из головы вылетело все, кроме слов расстроенной девушки и того, что она права. Они не изображают пару – они стали реальной, он целует её, обнимает, они несколько раз занимались любовью, «Святая троица» давно успокоилась, одноклассницы тоже. Защищает он её действительно только от Акизуки и прочих своих врагов. Все очень изменилось за те месяцы, что прошли. Изменилось все. Их окружение, их внутренне состояние, их отношения. Ёкай больше не боится его. Она хочет быть с ним. И девушка старается, пытается превратить сделку во что-то настоящее, а не внешнюю схожесть. А он не изменился. Лишь проснулся внутри тот, кто ценил друзей и настоящие чувства. И с Ёкай чаще был именно он, а не тот Акаши Сейджуро, которого сейчас все знают. Не жестокий, расчётливый и холодный. Но эти две личности части одного целого. Поэтому он и не может рассказать Хирое про то, что хочет уничтожить и сломать. - Я понимаю твои желания, - наконец произнёс юноша, уже мягче смотря на Катю. - Понимаю и чувства... - Тогда почему ты продолжаешь быть такой сволочью? - спросила она, сжимая в руках ткань футболки. Почему-то на глаза наворачивались слёзы. Хотелось плакать, как маленькой девочке. Возможно, все дело в гормонах... Но было действительно обидно. Как вытворять всякие безобразия, пусть ей и понравилось, так он всегда первый. Как делать больно, тоже первый. А как быть просто парнем - не дождёшься. От него никогда не добиться того, что его волнует и беспокоит. Он всегда скрывал это. Ведь он должен быть сильным. Сейджуро смерил её долгим взглядом, присел на корточки и, взяв за руку, сказал: - Потому что люблю и не хочу втягивать во все то дерьмо, в котором я живу с самого детства. *** - Сейджуро, может, не надо? – схватив парня за рукав толстовки, спросила Катя. Она остановила Акаши у самых дверей из её комнаты. - Я не буду выбираться из окна как какой-то любовник, - усмехнулся он. - Но… Давай я хотя бы отвлеку папу? – Хироя нервно переминалась с ноги на ногу. – Если он узнает, что ты был тут… Меня под домашний арест посадят. - Посидишь дома – тебе полезно, - Акаши легко высвободил рукав, но дверь не открыл, а серьёзно посмотрел на свою девушку. – Не нервничай. Я сам разберусь с твоим отцом. Неужели ты совсем в меня не веришь? Я так ужасен? - Ты монстр, - Катя не медлила с ответом и секунды. – Но я верю… Монстр, но не дурак. - То богом зовёшь, то монстром… Определись, - ему доставляло массу удовольствия видеть, как она краснеет. Так забавно. Сначала краска заливает щёки, потом лоб, а потом пунцовым становиться всё лицо. А в сочетании с голубыми глазами и пшеничного цвета волосами – весьма комично. - Сейджуро! – так и захотелось шарахнуть эту сволочь чем-нибудь тяжёлым по голове. Перед глазами невольно пронеслась картина из ванной. «И чем я думала? Отец мог нас застукать… В следующий раз… Стоп. Следующий?! – Хироя вздохнула. Это уже не исправить. – Кому я вру…» - Сейджуро… Хотевший уже было открыть дверь, он обернулся. Русская смотрела в пол, но юноша всё равно заметил, как лихорадочно блестели её глаза. - Что? - Давай позже… Куда-нибудь сходим, а потом зайдём к тебе? - Я думал, что ты всё же обижаешься на меня, - слегка удивлённо сказал Акаши. Он никогда не поймёт эту девушку. - Ты сволочь и урод, это факт… Своё ты ещё получишь. Но себя-то я наказывать не хочу. Сейджуро лишь хмыкнул и открыл дверь. Катя тут же потеряла уверенный вид и кинулась за ним. Как маленькая, честное слово. Появление Акаши в прихожей стало для Хирои Рина настоящим шоком. Мужчина аж вскочил со стула. - Здравствуйте, - сказал парень, обуваясь. Демонстративно поцеловав Ёкай в губы, при этом не отрывая взгляда хитрых разноцветных глаз от Рина, он отстранился. – До свидания. Дверь закрылась. Катя облизнула губы и вздохнула, смотря на дверь. Потом, спохватившись, резко посмотрела на отца. Тот побагровел.