Заставлю влюбиться

Концерт подходил к концу, зрители аплодировали и радостно смеялись, ведь сегодняшнее шоу удалось на славу, приведя в восторг всех присутствующих в зале. Стас что-то вещал в микрофон, пока парни устало ожидали заключительного слова, сидя на расставленных посередине сцены креслах. Антон, в отличие от остальных, был сосредоточен, нервно покусывая нижнюю губу и глядя на Арсения, который сидел с другого края. Сегодняшнее выступление далось Шасту с трудом, ведь Арс постоянно крутился вокруг него, вгоняя его в краску… Шастун понимал, что все это лишь игра на публику, ради реакции зрителей, но раньше он никогда не акцентировал столько внимания на словах Арсения и его прикосновениях. Сейчас же он ловил каждый его взгляд, каждую двусмысленную фразу, каждое касание, пытаясь понять, как можно играть так реалистично. *** ― Я тебя очень сильно люблю! ― Арсений встал на колени перед Антоном, который не ожидал, что сценка, которую они разыгрывают, перейдет к романтике… ― Ты будешь моим? ― Я даже не знаю… ― Антон замялся, не зная, как ответить на этот вопрос, чтобы продолжить разыгрывать ситуацию дальше, не меняя заданного им сюжета. Арсений протянул свою руку и схватил его ладонь, крепко сжимая. Лукавый взгляд, брошенный на Антона снизу, вызывал у того легкий ступор, зрители замолчали, в зале воцарилась глухая тишина, создавая ощущение, будто все разом перестали даже дышать… Антон тряхнул головой и выдавил из себя улыбку. ― Ответь же мне, не разбивай мое сердце! ― Арс приподнял брови в немом вопросе, Стас нахмурился, пытаясь понять, что же происходит с Антоном, который продолжает молчать… *** Арсений подошел к Антону со спины и положил руку ему на талию, уткнувшись носом в шею. Антон начал нервно перебирать кольца на руках, пытаясь не обращать внимание на непонятно откуда взявшееся волнение и неловкость. ― Дорогой, тут такое дело… ― по сюжету Антон был девушкой, которая должна признаться своему парню в том, что разбила его машину. Шастун попытался войти в роль, делая вид, что не ощущает теплое дыхание Арса так близко… ― Да, солнце? ― они стоят к залу боком, поэтому никто не заметил, как Арсений провел носом по его шее, вызывая легкие мурашки. ― Я твою машину разбила… ― Антон картинно повел плечами, отталкивая от себя Арса, который тут же отпустил его, всплеснув руками. Арс начал изображать недовольство, сложив руки на груди и прожигая Антона взглядом… Вот только Шастун подметил, что во взгляде небесных глаз было далеко не недовольство. *** Арсений просто держал его за руку, они изображали счастливую парочку, Дима и Сережа-родителей, которые хотели помешать браку. ― Но мы ведь счастливы рядом! ― Антон приложил руку Арсения к своей груди, к сердцу, которое стучало как бешеное, сбивчивым ритмом. ― Разве вы этого не видите? ― подыграл Арс, прикладывая вторую руку Антона к своим губам и чувствуя, как стук сердца Антона становится быстрее. Еще быстрее. Он нервничал, не отдавая себе в этом отсчета и продолжая играть… *** ― Питер, вам понравилось наше шоу? ― ребята стояли на сцене, смотря в камеру телефона и улыбаясь. ― Да! ― прокричали зрители, аплодируя. ― Меняй! ― Арс ухмыльнулся, кладя Антону руку на плечо, отчего тот вздрогнул, не ожидая этого. ― Понравился! ― голоса прозвучали нестройным хором, вызывая довольную улыбку на губах Стаса. ― Ну тогда до встречи, Питер! Зал взревел, послышались аплодисменты и улюлюканье. Парни поклонились и скрылись за кулисами, отправившись в гримерку. Через тридцать минут у них будет фотосессия, а потом они поедут обратно в отель, собирать вещи. Антону предстоит еще одна ночь с Арсом. И он не знал, как себя с ним вести, за последние сутки он слишком сблизился с Арсением… ― Молодцы ребята, хорошо все прошло, ― Стас опустился в кресло, которое стояло в гримерке и облегченно выдохнул. Проводить концерт в Питере довольно сложно, особенно в таком большом зале. ― Еще же фотосессия… ― Сережа поморщился, глядя на себя в зеркало. Он очень устал за время шоу, поэтому сейчас к нему было страшно подойти, настолько хмурым он выглядел. ― Серега, лицо попроще сделай, всех фанатов распугаешь, ― Арс, несмотря на недосып, выглядел бодрым и довольным, в отличие от остальных. ― А ты эту улыбочку убери, а то ослепну… ― Матвиенко поморщился, не в силах смотреть на жизнерадостного и сияющего Арсения, который показал ему язык. ― Бери пример с Шаста. Антон натянул на голову капюшон и опустил ее на сложенные на столе руки. Общаться с кем-либо не было никакого желания. Сейчас бы пережить фотосессию и скорее бы уже вернуться в Москву, где его ждет Катя и… И очень большие проблемы. Как только Шаст о них вспоминал, его пробирал дикий холод, приводя его в отчаяние. А ведь никто не может помочь ему, спасти его от ежедневных мучений… никто… ― Шаст, утомился? ― Дима потрепал Антона по плечу, беспокоясь о его состоянии. ― Немного. Но все хорошо, ― Шастун даже не поднял головы. Его лицо горело, будто он сейчас находился под солнцем, пальцы слегка подрагивали, а глаза неприятно щипало, отчего они начали краснеть и слезится. Антон резко поднялся со стула, не снимая капюшона, а наоборот, еще сильнее скрывая лицо, взял в руки куртку и вышел из гримерки, хлопнув дверью. Ему сейчас нужно было покурить, подышать свежим морозным воздухом и прийти в себя к фотосессии. Он не мог допустить, чтобы сейчас что-то мешало ему работать и выполнять свое дело. Тем более, у него выдался уникальный шанс насладиться видимой свободой до возвращения в Москву… Арсений подошел, когда Шаст уже докуривал вторую сигарету. Арс покачал головой и поморщился от сигаретного дыма, но промолчал, опираясь на перила крыльца рядом с Шастуном. Они молчали пару минут, Арсений заметил резкую перемену в его настроении, наблюдая за ним. Движения Антона были резче, чем обычно, он вновь крутил кольца на руке, выдавая свое волнение. ― Тоша, у тебя все в порядке? ― Антон сначала ничего не ответил, лишь посмотрел Арсению в глаза. Глаза-омуты, в которые влюблялись тысячи девушек, покупаясь на их морскую синеву, их глубину и такое невинное выражение… Антон был рад, что Арсений пошел за ним. Сам не зная почему, он мог позволить себе быть собой рядом с этим человеком, не отталкивая его от себя. ― Почему я? ― прошептал Антон, надеясь, что Арс не услышит. ― Я не понимаю, о чем ты, ― Арс нахмурился, пытаясь просчитать, в чем подвох. ― Я не могу понять, с чего вдруг ты стал со мной так общаться. Понимаешь, я уже привык быть один, привык к тому, что мною особо никто не интересуется, ну, Дима иногда на разговор выводит, и все, ― Антон посмотрел на Арса взглядом маленького ребенка, который надеется на чудо, но в то же время боится, что оно и правда произойдет. ― Потому что… ― Арс озадаченно закусил губу, думая, как правильнее ответить на этот вопрос, не обманывая, но в то же время не говоря правды, ― просто так сложилось… ― Вот я и не понимаю, как так могло сложиться… ― Антон снял с пальца кольцо, подаренное Арсом и задумчиво начал крутить его непослушными от холода пальцами. ― Тош, пойдем обратно, замерзнешь… ― Арс взял из его рук кольцо и надел обратно, щелкнув Антона по холодному носу. Антон кивнул и кинул окурок в сугроб, чем заслужил осуждающий взгляд. Антон пошел за Арсением, но когда дверь приоткрылась, его сильно дернули за руку, отчего Шаст пошатнулся и еле удержал равновесие, задержавшись на крыльце, Арсений же не заметил этой задержки и ушел, оставив Шастуна наедине с темным мужским силуэтом. ― Думал, сбежишь на пару дней, и мы оставим тебя в покое, Шастунишка? Антон вздрогнул, оборачиваясь на знакомый, до холодного пота, голос. Неужели он приехал сюда чтобы достать его?