Приступ острой Флоранонедостаточности

Микеле просыпается с ощущением полного довольства жизнью: мышцы расслабленны, тело приятно ноет, в голове блаженная пустота. И чья-то рука, очень тёплая, даже горячая, давит на поясницу. Стоп. Чья-то? Мике приподнимает голову и видит Фло, уютно сопящего ему в плечо. Пару секунд на осознание реальности, а дальше Локонте вскакивает и вылетает в гостиную, даже не одевшись. На диване сидит Ноэми с чашкой чая в руках, и её, похоже, совершенно не заботит, что Микеле ночевал не с ней, а с другим мужчиной. Напротив, она улыбается, когда видит Микеле и приветливо кивает ему. — С добрым утром, — мягко говорит Гарсия, будто не замечает, что на Локонте вообще-то нет ни клочка одежды. Её это не смущает. В конце концов, чего она там не видела?! Но вот что девушку действительно волнует, так это... — Мике, котёнок, как дела у вас с Фло? Локонте поджимает губы. — Нет никаких "нас с Фло". Есть я. Отдельно. И Мот. Отдельно. Ноэми фыркает. — Ты ошибаешься. Ты без него загнёшься. Слетишь с катушек от приступов или скатишься в депрессию из-за невозможности самому себе признаться в желаниях и, может быть, чувствах. — Да нет никаких чувств. А тем более желаний! На лице Ноэми теперь читается "ТЫ ИДИОТ". И мысленно, но только мысленно, Микеле не может не согласиться с мнением своей девушки. — Ты можешь говорить, что угодно. Вот только...я полночи не могла заснуть из-за стонов через стенку. Так что... Микеле насупился. — Может...мне было больно. Ноэми закатила глаза, а потом коротко рассмеялась. — Со мной тебе тоже больно? Впрочем, со мной ты намного тише, — продолжает издеваться Ноэми. Микеле краснеет и молчит, не зная, что вообще можно на такое ответить. Ну да, он не сдерживался вчера. Но разве это вообще было возможно? Ведь Фло...он просто играл на его теле, как на своей гитаре, и буквально заставлял издавать звуки! Никто бы не сдержался. Ноэми кивает. — Очевидно, Флоран хороший любовник. Тогда почему бы тебе не принести ему кофе в постель? Ему будет приятно. А учитывая, что он пережил из-за тебя, это должно быть только началом. И думай впредь не только о своих чувствах, но и о чувствах Фло, потому что это ты его втянул. Ответить Локонте ничего не успел: в комнату вошёл заспанный Фло и протопал мимо Мике и Ноэми в ванную. Едва дверь закрылась, Ноэми фыркнула "опоздал" и ушла в комнату. Микеле же натянул домашние штаны и решил сварить кофе. На кухню так же протопал Флоран и, жадно вылакав всю воду из кувшинчика, наконец, соизволил заговорить: — Доброе утро, — хрипящим голосом проговорил Мот, опираясь о косяк двери. — Доброе, — кивнул Локонте, не глядя, продолжая усиленно, неоправданно усиленно следить за туркой с кофе. Ну, всё ровно так, как Фло и предполагал. Никакой нежности. Никакой приветливости. Ничего вообще. Поведение Микеле каким было, таким и осталось. Фло горько усмехнулся. Ну а чего он вообще ожидал? Кофе в постель? Поцелуй? Ленивый утренний секс? Последнее предположение заставило Мота мысленно усмехнуться. Да, такого от недотроги Локонте ждать не стоило. Он всё ещё лелеет мысли о собственной гетеросексуальности, должно быть. Микеле излучал напряжение. Локонте было неудобно, ведь ему в спину упирался взгляд Фло, и это сильно напрягало. Итальянец сварил кофе и только тогда понял, что порции две... Ладно, пусть. Мике разлил напиток в чашки и поставил одну перед Фло, а вторую взял в руки, грея собственные пальцы. Фло тихо поблагодарил его за кофе, слабо улыбнувшись. Возникло неловкое молчание. Каждый думал о своём. Тишину нарушил Фло, допив остаток из чашки. — Микеле, что ты намерен делать дальше? Казалось бы, такой простой вопрос, а ответ на него Микеле найти не может. Итальянец пожимает плечами и молчит, заставляя Мота нервничать всё больше и больше. Фло поднимается и подходит ближе, почти вплотную. Отбирает у Локонте чашку, из которой тот похоже ни глотка не сделал, и смотрит в упор. Но Локонте не смотрит. Фло кончиками пальцев приподнимает голову Мике, заставляя его взглянуть на себя. Локонте дёргается и пытается отстраниться, но сзади плита, а впереди Фло... Локонте закрывает глаза и тяжело дышит, не зная, как бы выйти из этой ситуации. Просто подождать, пока Фло его отпустит? А он отпустит? По сути, сейчас Микеле полностью в его власти, ведь в любой момент тот может снова пригрозить своим исчезновением. Фло не сдвигается с места. — Мик, ты же понимаешь, что проблема не решена? И нужно что-то делать. — Что ты предлагаешь? — чуть успокоившись, отвечает Микеле. Он очень хочет сейчас оттолкнуть, крикнуть, взбрыкнуться, но сделать это — значит пройтись по лезвию ножа. Оно того стоит? Фло не предлагает. Он вообще не знает ничего. Он делает выводы только из совершённых действий. — Может...может, стоит послушать Ноэми и видеться чаще? Локонте скалится, не сумев сдержаться. — Трахаться, ты хочешь сказать? — голос Мике звучит слишком агрессивно. Итальянца злит, что у Фло все пути ведут к нему. А ещё больше его злит, что от такого секса Микеле получает удовольствие, порой куда более сильное, нежели при близости с любой девушкой. Это странно, это пугает и, по правде говоря, это навевает некоторые сомнения, которые Локонте всегда задвигает подальше. После таких ярких выражений Мот мрачнеет. Ну вот, опять. Как всегда, после чего-то хорошего, после приятных им обоим действий, Локонте снова наказывает его. И себя. — Тебе вчера было противно? Мои прикосновения были неприятны? Тебя тошнило от секса, до или после? — прохладно и негромко поинтересовался Флоран, едва не сжимая зубы от смеси злости и боли. Локонте широко раскрыл глаза. Во взгляде плескалось отчаяние и страшная решимость. Такое он испытывал только полтора года назад, когда принял решение больше не обращаться за помощью к Фло. И сейчас...Микеле хотел отпустить француза, правда хотел. А вот мог ли? — Нет, Фло. Мне не было противно или неприятно. Мне было...хорошо, — признался наконец Локонте. Флорану и самому себе. Пускай он наслаждается этим, но это же не делает из него гея! Фло усмехнулся. Микеле было хорошо. Ну, хоть в чём-то он преуспел. Мот сокращает расстояние между ними с единственным намерением — поцеловать. И Локонте почти позволяет это сделать. Почти. Когда между ними остаётся буквально сантиметр, в глазах Микеле появляется паника, и тот с силой отталкивает Фло, вылетая из маленькой кухни. Фло только кривит губы, пережидая приступ злости. Нет. Всё, с него хватит. Как же задрало раз за разом предлагать себя и каждый раз получать ледяным ножом в сердце, просто потому, что Локонте, сука, не может себе признаться, что его привлекают и мужчины тоже. Микеле прячется в ванной, но Фло и не рвётся туда. Он быстро одевается и уходит из квартиры. Ноэми не пытается его остановить, просто хмуро смотрит и прощается, а после — запирает дверь. Фло возвращается домой и у него есть только одно желание — напиться. До состояния невменяемости, до дикого похмелья, до глюков. Сейчас полдень. И пить он не станет. Нечего и не с кем. К счастью, работы по горло. Он звонит менеджеру и узнаёт о графике концертов. Через две недели концерт в Лилле и Моту хочется уехать побыстрее. Вообще, сейчас находиться в родном и любимом Париже не хочется: Локонте снова долбанул ему по мозгам и, чего уж там, по самолюбию. Репетиции будут только три дня перед концертом, и ехать в другой город просто так нет смысла. А потому, взвесив все за и против, Фло звонит родителям и спрашивает, можно ли приехать в гости. Мать негодует: он не показывался дома год. "Я тебя по телевизору вижу чаще, чем вживую, Флоран" — мама как всегда. После этого разговора становится легче. Он покупает билет на поезд в Аржантёй. Оттуда сразу в Лилль. А потом он вернётся в Париж и забудет о Локонте.