Одним глазком

- Sheyss! Он едва слышно чертыхнулся, почувствовав хрустнувшую под левой ногой веточку. Последнее, чего он хотел в сложившейся щекотливой ситуации - так это быть узнанным, ведь за этим неизбежно следовало быть обсужденным, а после -что непременно - осужденным, причем своими же! Следующим - и завершающим- аккордом (в случае обнаружения) шла потеря его буквально по крупицам собранной из праха многострадальной репутации, а уж этого он допустить ну никак не мог. Гордый, независимый, славный своим вспыльчивым и страстным характером, командир Флотзамских скоя`таэлей уже почти слышал, как обнаружившие его бойцы укоризненно цокают языками, кривя свои красивые лица, и покачивают головой, а эльфки шипят в заостренные ушки подруг: "Ну...все с ним ясно", буравя его презрительными взглядами прекрасных глаз, в которых сквозит также и разочарование. Многие из них были бы рады сменить гордое звание "боевая товарка" на пусть менее гордое, но гораздо более многообещающее и упоительное "спутница" или даже "возлюбленная". На протяжении долгих лет Йорвет делал вид, что не понимает намеков эльфок, в ответ на которые тут же изо всех сил принимался демонстрировать свою озабоченность только и исключительно войной против d`hoine. На то, чтобы изобразить на изуродованном боевыми шрамами лице воодушевление от мыслей о сладостной победе (которая должна непременно случиться, несмотря на стратегическое и тактическое превосходство проклятых людишек перед гордой эльфской расой), уходило огромное количество времени и нервов. Оступиться еще раз Йорвет позволить себе просто не мог: эпизод с Саскией-драконоубийцей, использовавшей и отвергнувшей его в пользу краснолюдов, не прошел бесследно, черной тенью нависнув над прежде безупречной идеологией скоя`таэлей. После того, как предводитель повстанцев получил смачный отлуп от драконоубийцы, по отряду поползли слушки и смешки, но никто не осмеливался сказать их своему командиру в лицо. Йорвету это, несомненно, было на руку: он банально не знал, чем аргументировать вспыхнувшие по отношению к...хорошо, полу-d`hoine, чувства, поэтому решил этого попросту не делать, сохраняя торжественное молчание и прохаживаясь по лагерю "белок" с гордо задранным носом. Вот и сейчас эльф не планировал отступать от намеченной линии поведения и прерывать обет молчания, данный самому себе относительно всех ситуаций, связанных с амурными делами. Он планировал молчать. В основном, потому, что даже если бы он очень сильно захотел, то не смог бы внятно объяснить причину, по которой сейчас стоит и тяжело дышит со спущенными штанами и исподним прямо под окнами краснолюдской бани.