Последствия

К вечеру не принимать произошедшее за последние дни становилось невозможным. Телефон не переставал напоминать о себе, высвечивая на экране уведомления о звонках и сообщениях. Медленно приходило осознание, что жить дальше по течению, авось всё само как-то уладится, больше не получится. Отрицание медленно сменялось гневом. Взяв вибрирующий телефон в руки, Мэттью принялся набирать всем примитивное «нормально, разберусь, справлюсь». Отвечал шаблонно, потому что боялся на эмоциях добавить что-то лишнее. Позже он зашёл в интернет. Просматривал новые комментарии к статье и твиты, снова возмущаясь. Неужели у людей нет своих жизней? Какая им разница, что творится в чужих? Даддарио несколько раз намеривался написать гневный пост об этом, в последний момент останавливая себя и наблюдая, как быстро исчезают набранные символы. Мэтт знает, что именно об этом предостерегала Доннэлин. Не наделай ошибок, о которых будешь сожалеть ещё больше. Мэттью резко нажал на кнопку блокировки и грубо кинул телефон на стол. С размаху пнул спинку дивана, после чего накричал на неё. Неконтролируемое раздражение из-за себя, статьи, ситуации в целом разъедало грудную клетку изнутри. Агрессия ожидаемо сменяется отчаянием. Вместо обжигающей злобы по венам растекается вязкая беспомощность. Обреченно опустился на злосчастный диван, обхватив голову руками. Телефон снова неожиданно зазвонил. На этот раз звонила Александра, и Мэтт решил ответить. — Братец, ты как? — сразу же послышался её обеспокоенный голос из динамика. — Отстой. — Лаконично резюмировал он. — Ты уже разговаривал с Гарри? — Она одна из немногих, кто был в курсе их отношений до всего случившегося. Мэтт знал, что может ей довериться. — Только вчера, когда он сказал, что произошло. Больше нет. — Когда у тебя съёмки начинаются? — Уже начались. Стой, ты же не собираешься приехать? — Он прекрасно знает свою сестру. Не будь у неё съемки в самом разгаре, она бы уже стучала ему в дверь. — Жди в конце месяца. Пока. — Нет, Ал... — Попытался отговорить Мэтт, но из трубки уже послышались гудки. Алекс как всегда предпочла оставить последнее слово за собой. Несмотря на многие раздражающие привычки, включая эту, он любил её. *** Очередная сигарета тлела в руке, в комнате стояли полупрозрачные клубы дыма. Небольшая форточка была приоткрыта, пропуская в комнату прохладный вечерний воздух и снижая концентрацию табачного дыма. Мэтт сидел на полу в кромешной темноте, облокотившись спиной о диван. Его тело давно онемело без движения. Единственными источниками света служили экран телефона, находившегося в свободной от сигареты руке, и телевизор. Почти оглушающая тишина давила, заставляя остаться один на один со своими мыслями, так что какой-то случайный музыкальный канал прекрасно спасал от этого. Профили в социальных сетях по-прежнему были завалены сообщениями о недавнем инциденте. Но он не обращал внимания на количество уведомлений, читая твиты по хэштегу «шамдарио». Мэтт и раньше делал это забавы ради, но, похоже, только теперь он осознавал прочитанное. Неужели они действительно так выглядят со стороны? Замечали ли фанаты это всегда или только теперь, когда им открыли глаза на их не совсем дружеские отношения? Мэтт не мог с собой ничего поделать, продолжая обновлять страницу и просматривать всё новые твиты и статьи. Он ощущал странную необходимость не пропустить ни одного высказывания. Вот уже второй день он жадно глотал каждое слово. Хотя его сердце больше не колотилось, когда он нажимал на очередную ссылку. Самый главный его страх уже сбылся. Он больше не отрицал произошедшее и не злился на прессу, готовую на всё, чтобы получить интересную новость. Его больше не разъедает изнутри обида от того, насколько они все прозрачны в современном мире. Насколько зависимы от массивного мнения общества. Сейчас ему было уже всё равно. Ему было никак. Это слово, пожалуй, лучше всего описывало его состояние. Возможно, его нервная система истощилась за эти насыщенные дни и нуждалась в перезагрузке. Он даже был относительно рад этому. Также он был искренне благодарен шоураннерам, давшим им с Гарри ещё несколько дней перерыва. Вероятно, чтобы продолжить работать над решением ситуации. Или догадывались, что сниматься они точно не смогут. Мэтт склонялся к обоим вариантам. Вспомнив о предстоящих съёмках, брюнет закрыл глаза и откинул голову назад. Последовала ещё одна затяжка, наполняющая лёгкие приятной тяжестью. Совсем недавно сценарий второй серий приносил только чувство приятного ожидания. Совместных сцен там прописано действительно много. Теперь внутри назревала тревожность неизвестности. Мэтт затянулся последний раз и с сожалением посмотрел на пустую пачку. До закрытия ближайшего магазина оставалось не больше двадцати минут. *** Прохладный ветерок развивал волосы, слегка путая тонкие пряди, щекотал нежную кожу, позволяя мурашкам пробежать где-то в области спины, вдоль позвоночника. Мэтт часто бывал в этом небольшом магазинчике, расположившимся прямо около его дома. Также было примечательным, что здесь работала одна фанатка сериала, с которой они свободно могли перекинуться парой слов. Даддарио мысленно перечислял всех известных богов в надежде, что эта девушка сегодня не работает. Видимо он перечислил недостаточно. Проходя между стеллажей, брюнет уговаривал себя, что разворачиваться посреди магазина, проделав путь сюда, из-за страха перед фанаткой как минимум глупо. В конце концов, ему почти тридцать. Сделав над собой ещё одно небольшое усилие, он направился к кассе, прихватив с собой какую-то смесь быстрого приготовления. Было очевидно, что девушка уже готовилась к закрытию, поэтому не сразу заметила клиента. Когда она перевела на него взгляд, Мэтт попытался приветственно улыбнуться, на что та незамедлительно ответила тем же. Девушка явно нервничала, пробивая сигареты и пытаясь незаметно рассмотреть его лицо. Получалось не очень, но Мэтт оценил старания. Сам он догадывался, каким помятым должно быть выглядит. За прошедшие дни он от силы спал часов шесть. Брюнет надеялся, что девушке хватит такта не рассказывать о встрече всему интернету, как только он развернется к ней спиной. Сердце доставало до рёбер. Пальцы тихо барабанили по металлической поверхности. Актёр мысленно недоумевал, почему считанные секунды по ощущениям растянулись в часы. Весь вид девушки выдавал, что она хочет что-то сказать, словно слова осели на самом кончике её языка. Мэтт боялся, что ещё не готов услышать лично хоть что-нибудь из того, что прочитал за сегодняшний день. — Всё будет хорошо. — Наконец выпалила фанатка. Смущённо поправила волосы, всё ещё сомневаясь в правильности сказанного. Оу. Его брови приподнялись в удивлении. На самом деле Мэтт ожидал услышать совсем не это. Брюнет забирает сигареты и кивает. Слабая улыбка в этот раз затронула морщинки вокруг глаз. Даддарио удивился, как такая обычная избитая фраза от чужого человека подействовала на него. Проговаривал её ещё раз по пути домой, впервые за последние дни искренне веря, что всё действительно как-то образуется. Всё будет хорошо. *** Мэтт продолжал произносить эту фразу по несколько раз себе на дню, раскладывая её по буквам, старательно растягивая гласные, но совсем скоро она перестаёт что-то значить, и тепло, которое она приносила с собой, бесследно исчезает. Ещё одни сутки в закрытой квартире — то ещё испытание для воспалённого ума. Мэтт уже не считал эти несколько дополнительных выходных хорошей идей. Хотелось поехать на площадку и занять себя. Но он также здраво понимал, что в таком состоянии абсолютно бесполезен. Тогда он решил достать из рюкзака сценарий. Мэтт принялся работать с текстом, сидя на диване и перекинув через подлокотник длинные скрещенные ноги. Если конечно это можно было назвать работой. В основном он суматошно перелистывал страницы, делал произвольные пометки и вслух проговаривал случайные фразы. Эта видимость деятельности помогала переключиться с мыслей о Гарри. Не думать о Гарри оказывается сложной задачей. И о том факте, что со дня Х они больше не контактировали. До зуда под кожей хотелось кому-то выговориться, но этим «кто-то» раньше всегда был Гарри. Даддарио почти не выпускал телефон из рук, постоянно проверяя входящие сообщения и социальные сети, паникуя из-за того, что мог что-то пропустить от Шама. Мэтта жутко бесило, что он находился в такой зависимости от небольшого электронного устройства. В конечном итоге это было бессмысленным, ведь было очевидным, что Гарри не собирался выходить на связь. Даже в их чате Суши была тишина. Айзая видимо написал каждому лично. Мэтт был согласен с его решением, но в тоже время злился на друга, что тот лишил его ещё одной возможности поговорить с Гарри. Конечно же Мэтт и сам хотел написать Гарри. И по десять раз на дню порывался позвонить ему, но в итоге откидывал телефон на диван или стол, чтобы через пару минут снова взять его в руки. Каждый раз в последний момент его останавливала лавина вопросов. А если Гарри не хочет разговаривать? Или его сообщение случайно увидит Шелби? Создаст ли это между Гарри и Шелби новую ссору? Но ведь ему в любом случае придется контактировать с Мэттом в рамках работы? А если Шелби заставит Гарри расторгнуть контракт и покинуть проект? Этот клубок мыслей казался бесконечным. Мэтт протяжно застонал и мысленно дал себе пощечину, в попытке снова сконцентрироваться на сценарии. *** Мэттью шёл по съёмочной площадке, проходя мимо декораций и различного громоздкого оборудования. Он в самом деле не верил, что смог дожить до конца импровизированных выходных. При встрече с кем-то из съёмочной группы приходилось здороваться и натянуто улыбаться. Мерещилось, будто бы все косились. Единственным правильным решением было быстрым шагом преодолеть эту дистанцию. Рука то и дело тянулась к телефону, нащупывая его в кармане сквозь ткань брюк. Мэттью обещал себе не писать Гарри и не спрашивать где он. Неожиданно он услышал своё имя. Даддарио резко остановился и покрутил головой из стороны в сторону, пока не увидел Кэт, подзывающую его рукой и сидящую на складном стуле. Девушка была в образе Клэри и, по всей видимости, обедала, что свидетельствовало о раннем начале съёмок. Мэтт задумался о возможности пройти мимо, потом сославшись на... что-нибудь. У него будет время подумать об этом, но сейчас его голова и так забита другим. В итоге он решает присесть рядом. Садиться не обязательно, ведь Мэтт совсем не рассчитывал на долгий разговор. Но от нервного напряжения, в котором он находился последние несколько дней, в особенности сейчас, у него подкашиваются ноги. Девушка поставила лоток с каким-то салатом на соседний стул, за что Мэтт мысленно поблагодарил её. Хотя в воздухе всё ещё чувствовался свежий запах овощей, от чего желудок Даддарио скрутило. Мэтт действительно не мог вспомнить, когда в последний раз ему удавалось нормально поесть. — Ты как? — наконец подаёт она голос. Мэтт непроизвольно фыркает. "Сама как думаешь?" — почти срывается с языка, но он вовремя успевает его прикусить. Девушка ведь не виновата, что за эти дни Даддарио стало тошнить от этого бессмысленного вопроса. Большинству ведь без разницы, как он на самом деле. А всё равно продолжают из любопытства лезть под кожу. — Нормально, справлюсь. — Выдаёт он заученную фразу, пожимая плечами. — С работы не выгонят, остальное можно пережить. — Лучезарно улыбается, при этом внутренне кривится от того, как должно быть неубедительно и нелепо эта улыбка смотрится на его усталом и бледном лице. Кэтрин коротко кивает. Мэтт по глазам видит, что та ничуть не поверила. И не только из-за внешнего вида. Девушка довольно умна для своих лет. Мэтт уверен, что она сможет пойти далеко. — Это точно, судя по сценарию к этому сезону, о работе тебе стоит переживать в последнюю очередь. Как же фанаты без Малек, да? Ой. — Тут же тушуется, видимо боясь, что могла сказать что-то не то. Мэтт отмахивается, дескать, не бери в голову, и желает быстрее сменить тему. — Не видела Тодда и Даррена? — Видела. — Сработало. Кэтрин отвела взгляд, поворачивая голову и осматривая помещение. — Они были... где-то здесь. — Ну, надеюсь, что они уже не ждут в кабинете. — Ты поэтому здесь? В графике тебя нет сегодня. Даддарио вяло кивнул в ответ, после чего сдержанно попрощался. С каждым шагом к кабинету шоураннеров сердце Мэтта всё сильнее отдавалось в ушах. Даддарио старался совладать с возрастающей волной нервозности. Не обращать внимания на тяжесть в кармане становилось всё труднее. Он столько часов впустую просидел вместе с телефоном, ожидая сообщения или звонка. Теперь же, когда момент встречи приближался с каждым мгновением, Мэтт чувствовал странный коктейль из облегчения, паники и безысходности. Внезапно он осознал, что совершенно не готов встретиться с Шамом лицом к лицу. Чёрт, он даже не был уверен, что знает, что говорить. В мгновение ока все придуманные за эти дни сценарии показались ему какой-то нелепицей. Мэтт протёр влажный лоб, несколько раз поправив чёлку. Он принялся считать оставшиеся шаги, в попытке отвлечься и унять дрожь в теле. В своих размышлениях он не заметил, как преодолел последний поворот и вышел к искомому кабинету. Гарри уже ждал там. Он стоял, облокотившись на косяк и опустив голову, рассматривая свои белые кроссовки. Шам выглядел абсолютно спокойным и собранным, но для хорошо знавшего его человека было очевидно, что это только тщательно контролируемый фасад. Мэтт знал, что внутри Гарри напряжён не меньше его самого. Шам тем временем поднял голову, желая узнать, чей звук шагов нарушил тишину коридора. Мэттью мог поклясться, что Гарри вздрогнул, когда в его усталых глазах появилось осознание того, кто перед ним. — Привет. — Произнёс он первым. Спрятал руки в карманы тёмных брюк. Интересно, был ли это неосознанный жест попыткой преодолеть неуверенность и справиться с волнением. — Кхм. — Мэтт прочистил горло и сделал усилие, чтобы справиться с невидимыми тисками на шее. Гадал, почему так трудно заговорить с человеком, которого всего неделю назад считал самым близким. — Привет. Гарри изучающе смотрёл на Мэтта, запутывая его мысли ещё сильнее. Должны ли они сейчас поговорить, прежде чем зайти за дверь? И на что это будет похоже? На составление плана на будущее? Попытки перекричать друг друга? Получится ли у них разобраться в этой проблеме? Мэтт не знает и, кажется, не готов узнать. Неужели всего одна неделя молчания создала между ними такую пропасть? Мэтту очень хотелось ошибаться. — Отлично, вы уже здесь, как всегда пунктуальны. — Неожиданно произнеслось за спиной. — Надеемся, что и дальше с вами проблем не будет. Гарри наконец-то отвёл от него взгляд, и Мэтт испытал секундное облегчение, пока не понял, что до разговора с начальством осталось всего ничего. *** Мэтт пытался сосредоточиться. Правда. Но в комнате было невыносимо душно. Он был не уверен было ли дело в жарком сентябрьском дне, от которого не спасал слабый сквозняк приоткрытого окна, или от разговоров, длившихся уже вечность. Казалось, что даже свободный вырез футболки сдавливал шею и душил. Мэтт неосознанно оттянул воротник. Тодд кажется уже в четвертый раз повторял свой гневный монолог, это если не считать его сообщения в день выхода статьи, содержавшегося почти тоже самое. Время от времени он яростно тыкал пальцем об стол, от чего тот начинал слегка трястись. Даррен лишь изредка делал уточнения, но в основном просто поддакивал и говорил "надеюсь на вашу сознательность", иногда совершенно не к месту, за что получал косые взгляды коллеги. Дрожь в теле Мэтта уже начала сменяться усталостью, но его взгляд по-прежнему бегал по комнате, не в силах зацепиться за что-то одно. От мягко шелестящих занавесок к наградам и гигантским постерам сериала, которыми увешаны две стены комнаты. От вздувшейся вены на шее Тодда к столу, беспорядочно заваленному различными бумажками, официальными документами, черновиками сценариев и графиками съёмок. Мэтта всегда удивляло, как Славкин и Швиммер здесь ориентируются, всегда безошибочно с первой попытки доставая необходимое. Взгляд Мэтта снова перескочил и опустился на крутящуюся в пальцах ручку. На секунду Даддарио прекратил и обратил внимание на небольшое изображение ангельской руны. Невольно он задумался, как изменилась его жизнь с появлением в ней сериала, и что привело его к ситуации, в которой он находится прямо сейчас. В конечном итоге все мысли приводили к одной точке — Гарри. К Гарри, сидящему рядом и до сих пор, не обратившего на него внимание, после того неловкого и скомканного приветствия. Мэтт снова непроизвольно покосился на азиата, смотрящего на руки в замке. Гарри словно и не заметил этого. Хотя, может и правда не заметил. Он по-прежнему выглядел совершенно спокойным. Не крутил обручальное кольцо на пальце, не подёргивал ногой, постукивая пяткой по полу. Шам самый настоящий источник энергии, и видеть его таким отстранённым было чем-то неестественным. Лишь одинокая морщинка поперек лба выдавала его напряжённость. Мэтт боролся с желанием положить ладонь на его бедро, боясь лишь усилить напряжение в комнате. Отчаянно хотелось залезть в голову Гарри и узнать ответы на все вопросы. О чём он думает? Как стоит ему вести себя? Как Гарри теперь к нему относится? От бесконечных вопросов и невыносимой духоты у Даддарио гудело в голове. Мэтт перевёл взгляд на поток, мысленно взывая. — Мог бы проявить больше уважения, Даддарио, как будто мне нравится распинаться перед вами который час из-за вашей же безалаберности. — Мэтт вздрогнул от неожиданности. Казалось невероятным, но Тодду удалось звучать ещё более сурово. — Мы… — Он сделал заминку, мимолетно скосив взгляд на Гарри. Тот, как и прежде, сидел неподвижно, склонив голову. — Я уже извинился. — Мало мне ваших извинений. — Рыкнул шоураннер, вскинув руку в непонятном жесте. — Позже скажем, в какой процент от зарплаты вам это вылилось. Мэтт лишь кивнул, боясь как-то сильнее спровоцировать начальство. Остаться здесь на ещё добрые два часа совершенно не хотелось. Тодд провёл по лицу широкой ладонью и устало добавил. — Ладно, ничего больше от вас не добьюсь сегодня. Чтоб до завтра глаза мои не видели вас. Даррен тем временем залез в кипу бумаг на столе и вынудил из неё два сценария. Бровь Даддарио непроизвольно выгнулась дугой. Они же получили ранее тексты. Им дают уже к следующей серии? Но ведь они и над этой толком работать не начали. — Ваши сцены и весь дух серии пришлось подкорректировать. — Ответил он на невысказанный вопрос, протягивая листы. Взяв сценарий, Мэтт встал. Сделав несколько шагов к двери, он по привычке обернулся на Гарри. Казалось, необходимость смотреть на него, удостоверяться, что он рядом, прочно закреплена на подкорке головного мозга. Но Гарри не собирался выходить. Он смотрел на сценарий в руках и что-то прикидывал в голове. — Я хочу ещё поговорить. Один. — Наконец изрёк он, тоном совершенно не терпящим возражений. Один? Какого чёрта, Гарри? А? Всё естество Мэтта разрывало от возмущения и недоумения. Он буквально чуть не врезался в дверь, вовремя ухватившись за ручку и сильно сжимая её. Выйдя в коридор, Даддарио потёр шею и принялся нервно ходить из стороны в сторону, в ожидании Гарри. Тот довольно скоро вышел. Гарри явно не был удивлен видеть его. Они всегда прекрасно читали мысли друг друга, вот и сейчас ему не требуется долго гадать, почему он здесь. — Давай не сейчас. — Устало выдал Шам, качнув головой, и сделал несколько шагов. — А когда? — Мэтт хватает его за локоть и буквально чувствует, как Гарри порывает уйти отсюда. Но Мэтта эта неопределенность уже начала доводить. Ему было необходимо добиться хоть какой-то ясности. — Я дал тебе достаточно времени. Нам надо поговорить. Гарри резко вырвал свою руку из чужой хватки, будто это прикосновение могло обжечь его. — Хочешь поговорить? Окей. Ладно. — Отрезает он каждую фразу, затем, шумно выдохнув, добавляет. — Но не здесь. Несколько пролётов они проходят в тишине. Гарри проверяет встречающиеся двери, надеясь, что какая-то поддастся. Мэтт идёт следом, боясь, что Гарри снова может изменить своё решение и уйти. Ещё через несколько мгновений неловкого молчания одна из дверей открылась, пропуская мужчин в комнату, наполненную реквизитом. Предварительно осмотревшись, Гарри влетел в помещение. — Итак? — Спросил он, развернувшись и сложив руки на груди. — Кхм. — Предательски стучащее сердце в горле мешало даже вздохнуть. — Нам надо обсудить что дальше делать. — Что нам обсуждать? Останемся друзьями. Всё. — Он провёл рукой горизонтальную линию, как бы отделяя с этого момента их жизни друг от друга. — Ты столько времени думал над этим дурацким «останемся друзьями»? Ты шутишь? — Пожалуйста, не начинай… — Что не начинай, ты, блять, нужен мне! — Слова сорвались с его языка раньше, чем Даддарио успел подумать. Он нужен был ему раньше и в особенности сейчас, когда земля под его ногами так неустойчива. — Что ты хочешь от меня услышать? Что всё останется по-прежнему? Ты сам прекрасно знаешь, что этому давно нужно было положить конец. Мы заигрались, слишком… — Слишком углубились в персонажей? Это ты хочешь сказать? — Да. — Гарри сделал паузу, нервно сглатывая. Мэтт проследил взглядом движение его кадыка. — Это изначально было ошибкой. — Не было! Я могу отличить свои чувства от Алека… — Возмутился Мэтт. Само предположение, что все его чувства к Гарри ненастоящие, было кощунством. — А речь не о тебе! Эта ошибка чуть не стоила мне брака, моя карьера может быть разрушена. Всё, к чему я стремился в течение стольких лет, СМИ может перечеркнуть в один момент. Ты ведь даже не думал об этом, да? Шам серьёзно посмотрел ему прямо в глаза, из-за чего весь грозный настрой Даддарио куда-то растерялся. Мэтт понимал, что тот имел в виду. Мэтт знал, что статья повредит им, но осознавал ли он, что на Гарри это отразиться сильнее? Гарри был прав. Мэтт так зациклился на себе, что даже не подумал об этом. Ему приходилось много работать, чтобы оказаться там, где он сейчас. Белому парню из Нью-Йорка этого не понять. Гарри не говорит этого, но эти слова всё равно остаются в воздухе. Молчание Даддарио было более, чем красноречивым. Гарри продолжил. — Эта статья… будто бы заставила меня проснуться. Вернула в реальный мир. — Слова ранили и до омерзения точно били сквозь грудную клетку. — Не говори так, я знаю, что ты меня любишь и я тебя. — Под конец фразы голос Мэтта задрожал. Они никогда не говорили друг другу это слово на «л». Но Мэтт понимал, что иначе потеряет Гарри. — Хватит! Почему ты считаешь, что знаешь меня лучше, чем я себя сам?! — Взорвался Гарри. — Всё, что было между нами за рамкой работы, было ошибкой. — ПРЕКРАТИ, БЛЯТЬ, ПОВТОРЯТЬ ЧТО ЭТО БЫЛО ОШИБКОЙ! — Было. — Пауза. — И чем быстрее ты осознаешь это, тем лучше для нас двоих. Мэтт был в прострации, пока не услышал хлопок двери. После того как Гарри ушёл, он сжал клок волос на затылке и с душой проматерился вслух. Как бы больно не было это признавать, но Мэтт понимает, о чём говорил Гарри. В их отношениях нет перспектив. У Гарри есть умница Шелби, в будущем у них обязательно будут дети. Она не будет барьером его карьере. Их ждёт идеально-сахарное будущее. Что Мэтт может предложить вместо этого? Он сможет только стать разочарованием для его семьи. Мэтт должен радоваться этому недолгому периоду в жизни, который ему посчастливилось иметь. Радоваться, что ему удалось заполучить внимание Гарри. Стать снова друзьями? Мэтт усмехнулся. Были ли они вообще когда-нибудь друзьями? С самой первой встречи между ними была очевидная химия. Дальнейшее продолжение их отношений было всего лишь вопросом времени. Как стать друзьями, если Мэтт даже не знает каково это дружить с Гарри? Единственное в чём он преуспел это то, как быть от него зависимым. Мэтту тошно от происходящего. Тошно от своих же мыслей. Он чувствует себя обманутым. Что нелогично, ведь он всегда знал, что их отношения не вечны. Что рано или поздно это произойдет. Гарри никогда не давал ему надежд на будущее. Знал, но не хотел принимать. Мэтт чувствует себя жалким, как никогда в жизни впредь до этого.