Переступая черту

*** В свои сорок лет Луи Ален выглядел на пару лет моложе. Мужчина работал начальником отдела одной довольно успешной рекламной компании, имел собственную квартиру недалеко от главной улицы, красавицу-дочь, учащуюся в не последнем по рейтингу лицее Франции и считал себя вполне успешным и состоявшимся человеком. Да, Мсье Алену действительно было, чем гордиться, но где-то глубоко внутри всё же была некая пустота. Сидя порой в своём кабинете за очередными наработками, Луи ловил себя на мысли, что ему чего-то не хватает. Конечно же, он знал, чего именно, но никогда не позволял этой мысли становится навязчивой. Он чувствовал свою вину перед дочерью. — Папуль, ко мне пришла Софи. Если что, мы будем в моей комнате, — девочки прошли мимо кабинета в комнату Нины. — Добрый день, Мсье Ален, — гостья слегка кивнула головой. — Здравствуй, Софи, — мягко улыбнулся ей мужчина и продолжил заниматься своими делами. Так, один за другим, проходили дни, но как-то раз жизнь решила пойти по другому сценарию. На работе появился заказ на рекламу от частного лица. Это была женщина по имени Марион Дюка, и она просила сделать рекламу для её собственной книги. Мужчина сначала удивился — им впервые попадалось нечто подобное, но затем он подумал, что это было бы очень интересно. Встретившись с ней по вопросам рекламы у себя в офисе, Мсье Ален уже не мог думать ни о чём другом — Марион полностью захватила его разум. Она, безусловно, была красивой женщиной, но было в ней и нечто большее, чем физическая красота. Её поведение было непринужденным, смех лёгким, а движения ускользающими. Марион было невозможно поймать, её мысли всегда были где-то далеко, словно она постоянно сочиняла новый роман у себя в воображении. Несколько встреч в тенистом кафе за чашечкой кофе, долгие разговоры по электронной почте — всё уже начало выходить за рамки работы. Мужчина был взбудоражен этим давно забытым чувством, но вместе с тем он был им напуган. Ни на одну минуту он не забывал о своей дочери. Нина была для него всем, а он был всем для неё. — Что-то случилось? — как-то раз спросила за обедом девочка. Внешний вид отца заставил её немного заволноваться, но мужчина поспешил успокоить дочь. — Всё в порядке, Нинни, просто задумался о работе. Это продолжалось без малого год. Отношения Луи и Марион становились крепче с каждым днём, и они оба наслаждались этими чувствами так, словно любили первый раз в своей жизни. Но так не могло продолжаться. *** Почти весь день Нина провела вместе с Софи и Натаном в школьной библиотеке за работой над общим докладом по биологии. Из-за этого Ален даже попросила отца перенести встречу с семьёй Дюка на вечер. Ребята заняли парту в укромном уголке читального зала и, разложив свои конспекты и распечатки, начали формировать доклад. — Учитель сказал, что нам нужно сделать и презентацию, — напомнил одноклассницам Натан. — Да, точно. Мне сделать, или кто-то из вас хочет этим заняться? — спросила Нина, оторвав взгляд от учебника. Ален любила делать разные слайд-шоу, можно даже сказать, что это было одним из её любимых школьных заданий. — Ну нет, ты уже делала в прошлый раз — теперь моя очередь, — встрепенулась на своём месте Софи. — Ну, как хочешь, но только не звони мне вечером с просьбой помочь, — усмехнулась Нина. — И не подумаю, — девочки засмеялись, и продолжили заниматься. На самом деле Софи лишь хотела, чтобы Натан и Нина делали доклад вдвоём. Аббади уже довольно давно симпатизировал Нинни, но всё никак не мог признаться ей. Хоть они и учились в одном классе со средней школы, близки они стали примерно год назад, когда оба вступили в клуб по игре в бадминтон. Когда Натан ушёл в секцию учебных пособий за справочным материалом, Нина шепотом позвала подругу. — Софи, не знаю, стоит ли говорить тебе об этом сейчас, но, кажется, мой отец женится, — Ален неотрывно следила за реакцией Софи. Та сначала широко распахнула глаза, а затем, придя в себя, чуть не завизжала от восторга. — Это же просто здорово! Поздравляю, Нинни! — девушки крепко обнялись. — Да, спасибо, — с облегчением ответила Ален. Ей хотелось поделиться своими переживаниями с близким человеком, и этим человеком была Софи. — Слушай, — продолжила Нина, — сегодня мы встречаемся с их семьёй за ужином. Там будут Мадам Дюка со своим сыном. — Сын? Это значит, что у тебя появится брат? — Ну да, так неожиданно, но… Приятно, — Нина счастливо улыбнулась, и девочки снова обнялись. — Надеюсь, что мы поладим. Вскоре вернулся Натан с огромной стопкой разных энциклопедий и научно-исследовательских журналов, и ребята продолжили заниматься. *** Нина немного задержалась с докладом, поэтому попросила отца начинать ужин без неё. Тот согласился и сказал, что закажет дочери её любимое мясное рагу в горшочке. — Ладно, до понедельника, ребята, — на крыльце Ален попрощалась с одноклассниками и пошла на станцию метро. Натан, получив от Софи локтем тычок в бок, сделал пару нерешительных шагов в след за Ниной. — Нинни, проводить тебя до станции? — Аббади немного покраснел, когда девушка удивлённо обернулась к нему. — Нет, спасибо, мне не далеко, — улыбнулась Нина. — Проводи лучше Софи — ей до дома пешком идти надо. Ещё раз помахав рукой на прощанье, Ален ушла. Натан и Софи остались стоять возле ворот школы, чувствуя некую покинутость. — Можешь не провожать меня, — насмешливо сказала Софи. — Да ладно, мне трудно что ли, — после этого парочка направилась вдоль по улице. Тем временем Нина всё никак не могла привести свои чувства в порядок. Девушка волновалась о предстоящей встрече со своей потенциальной мачехой и сводным братом. «Брат…» — с теплотой подумала девушка и немного успокоилась. Ален всем сердцем желала отцу счастья, и если у них всё получится, то это было бы просто замечательно. Уже перед самыми дверьми в заведение девушка оправила немного растрепавшиеся волосы и одежду. Сделав глубокий вдох, Нина толкнула тяжелую дверь и вошла. Кафе встретило девушку привычным запахом горячих блюд и свежеиспеченных сдобных булочек. Она иногда бывала здесь сама и всего пару раз с отцом, но ей действительно нравилось это место. Ален сразу заметила отца за дальним столиком, тот в свою очередь тоже увидел дочь и, счастливо улыбнувшись, жестом поторопил её подойти. Только раз взглянув на Марион Дюка, Нина, казалось, уже не могла оторвать от неё взгляд. Длинные слегка волнистые волосы спускались по плечам и спине словно золотистые волны, глаза, хоть и практически бесцветные, источали тепло, слегка подкрашенные помадой губы растянулись в искренней улыбке. — Марион, это моя дочь — Нина. Нинни, познакомься с Мадам Дюка, — представил их друг другу Мсье Ален. — Рада познакомится с тобой, Нина. Твой папа мне много о тебе рассказывал в последнее время, — они пожали друг другу руки. — А это мой сын — Филипп. Нина взглянула на парня, что сидел рядом с женщиной. Он был точной копией своей матери, разве что взгляд его льдистых глаз морозил кожу. Во время рукопожатия Филипп едва заметно скривил тонкие губы, но постарался взять себя в руки. Нина устроилась рядом с отцом и приступила к еде, попутно отвечая на вопросы Мадам Дюка. Она расспрашивала девушку об учёбе, об увлечения, о планах на будущее. — В следующем году ты будешь учиться в выпускном классе, ты уже решила, чем займёшься после школы? — спросила Марион, отпив вина из своего бокала. Нина на мгновение задумалась и посмотрела на Филиппа. За время обеда он не произнёс и десятка слов. Неужели ему что-то не нравится? Поймав на себе взгляд девушки, Филипп нахмурил брови и раздраженно прикрыл глаза. — Ну, я ещё толком не думала над этим, но, скорее всего, буду поступать в университет… — робко сказала Нина. — Нинни, не скромничай, — Луи легко похлопал дочь по руке. — Она собирается поступать в Сорбонну. — Правда? — восхитилась Марион. — Думаю, у тебя всё получится. А мы с Филиппом решили, что ему стоит перевестись в лицей, где ты учишься. Будет лучше, если… — женщина хотела сказать что-то ещё, но её перебили. — Не надо так говорить, — резко сказал Филипп. — Всё решила ты, я не принимал участия. — Филипп… — женщина хотела взять сына за руку, но тот отдёрнул её. Парень поднялся со своего места и стремительно покинул кафе. Его запечённые овощи остались практически не тронутыми на тарелке. Нина всё это время сидела в охватившем её оцепенении. Она не знала, что нужно делать и говорить в такой ситуации. Девушка не осмеливалась поднять взгляд на Марион или же на отца — Нина просто понятия не имела, каким взглядом на них смотреть. «Что же пошло не так? Ему не понравилось?» — с горечью проносились мысли в голове Ален. — Нинни, — позвал девушку отец. Луи кивком головы указал дочери на дверь. Он хотел, чтобы именно она поговорила с Филиппом, ведь, возможно, её он послушает. Но как же он ошибался. Нина вышла на улицу, но парня там не было. Ещё раз оглядевшись по сторонам, она увидела, как Дюка широким шагом идёт вдоль длинного здания кафе. Не задумываясь, девушка побежала следом. — Филипп! — позвала она, но тут же спохватилась. На удивление, он остановился и обернулся к Нине. В зубах была зажата сигарета, волосы разметались по лицу. — Подожди, почему ты ушёл? — спросила Нина, подойдя достаточно близко. — Меня тошнит от вас, — ровным, но грозным тоном ответил парень. — Что? — не поверила своим ушам девушка. — Их интрижка, перевод в другую школу, знакомство в этом вонючем кафе, свадьба — всё это бесит меня. Моей маме никто не нужен, ей лучше одной! Ясно? — угрожающий взгляд парня напугал Нину, но она не остановилась. — Нет, никому не бывает лучше одному, мой отец… — Ой, отвали от меня! Ты мне противна, и моей сестрой ты никогда не станешь, — Филипп раздраженно скривил губы и, снова развернувшись, поспешил уйти подальше от выводившего его из себя разговора. Нина хотела побежать за ним и уже сделала шаг, но остановилась. Почему-то стало невыносимо жечь в глазах, а в горле встал ком, не давая воздуху ни войти, ни выйти. Резкий спазм перехватил грудную клетку, после чего Нина заплакала. Ей было обидно за отца. Как Филипп мог сказать такое? Неужели у них ничего не выйдет? Неужели у неё не будет брата? Октябрь наступал всё сильней, прохладный ветер гулял меж зданий, окутывая Париж. Прохожие с беспокойством и удивлением смотрели на стоящую посреди тротуара Нину, но никто не осмеливался подойти. На темнеющем небе уже были видны слабые отголоски звёзд, к которым подняла заплаканные глаза Нина. «Всё не может так закончится», — подумала Нина и, сделав глубокий вдох, прокричала: — Я хочу, чтобы Филипп полюбил меня! Это был настоящий порыв души. На мгновение жизнь вокруг Нины остановилась, словно само время прекратило своё течение. В это самое мгновение звезды услышали желание девушки.