Изысканное несчастье

Я никогда не любила больницы. Поначалу они раздражали меня своим запахом, ну, а сейчас же я понимала, что это место не несёт в себе ничего хорошего. Я уже второй раз в больнице, с трясущимися руками, смотрю на доктора, который пытается донести до наших умов какие-то сложные медицинские термины, но меня мало волновали все эти формальности. Хотелось лишь знать: жив он или нет? — Доктор, скажите чётко, что с ним и в каком он сейчас состоянии. Я могу его увидеть? — возможно, увидь я его собственными глазами, мне станет спокойнее? —Девушка, я уже в сотый раз объясняю: его состояние на данный момент тяжёлое, но стабильное. Он хорошо перенёс операцию, и осталось только подождать. Мы будем следить за динамикой. Он сейчас в реанимации и вам туда нельзя. Если к завтрашнему дню ему не станет хуже, то мы переведём его в палату, и там вы сможете его навестить. Дальше Ви обсуждал с доктором какие-то формальности. Я же отошла и присела на стул, сильно переволновавшись. Мне сейчас нужен отдых, но сна ни в одном глазу. Я хочу дождаться того момента, когда Юнги очнётся, но, всё же, меня вырубило прямо на этих стульях. Следующие несколько дней я провела в больнице, сидя возле палаты. Каждый раз я спрашивала доктора, почему я, именно я не могу попасть к нему в палату. На что доктор, что Ви, твердили мне, что это будет лучше для меня. Но через небольшое окошко в двери не наблюдалось чего-то слишком страшного. Обычный человек после операции с множеством проводов вокруг себя, пищащих аппаратов и бинтов. Неужели никто не понял насколько мне нужно попасть туда? Появилась даже мысль пробраться в тайне, пока все спят, но меня остановил здравый смысл. — Ви, скажи, почему мне нельзя в палату? — в который раз спросила бедного парня, который спит по часу в сутки. Кажется, ему уже осточертел этот вопрос, но, может быть, сейчас он ответить правду? — Как же ты заебала меня с этим. Ты даже не представляешь, — парень уронил голову на руки и тяжело вздохнул. Я тоже устала и уже через 8 часов моё тело будет в самолёте. Я имею право знать, — только потому, что я вижу в тебе что-то хорошее, я скажу. Юнги приходил в чувства, но это было ненадолго. Он попросил, чтобы ты оставалась за дверью и просто ждала его. Это даёт ему какую-то силу бороться. Говорил ещё что-то про то, что ты единственный его смысл выйти из этой палаты. Эти слова в край убили во мне все силы воли. Из моих глаз потекли слёзы, которые не было желания больше сдерживать. Я просто должна сидеть здесь, чтобы он вышел ко мне, но я ведь уезжаю завтра. Что мне делать? Остаться? Я не могу. Как я объясню это родителям? В голове столько противоречий, что хочется кричать. — Мне нужно собрать вещи. Это всё что я сказала перед уходом из больницы. Мне нужно побыть одной. Кажется, Тэ хотел что-то крикнуть вслед, но я уже не слышала его. Выбравшись из этого противного места, мои ноги понесли меня куда-то вдоль улицы. Я не знала, что мной двигало. *** — Внимание! Дамы и господа, начинается посадка на рейс Сеул – Лос-Анжелес. Прошу всех пассажиров подойти к стойке регистрации, — объявил по радио выточенный механический женский голос. Со вчерашнего дня я так и не появилась в больнице. Я хотела и боялась одновременно. Я переживала и отстранялась одновременно. Этот человек в моей жизни был таким противоречивым. За ночь Тэхён попытался позвонить пару раз, но я не поднимала трубку. Лишь на следующий день он приехал, чтобы отвести меня в аэропорт, но даже за время дороги мы не проронили ни слова. С самого начала я была лишь куклой в руках Юнги. Он отлично знал о моих чувствах и умело дёргал за ниточки. Если он хочет, чтобы я ушла как можно дальше - я уйду. Уже через несколько часов я буду дома и смогу погрузиться в свой старый мир. Мне нужно всеми возможными способами оборвать нити. Быть марионеткой не самая приятная роль. Моё сердце болело с каждым шагом всё сильнее, когда я поднималась по трапу. Возможно, сейчас я совершаю самую большую ошибку в своей жизни. *** — Нара, посмотри, какой красивый мальчик мне сегодня написал, он… — Крис что-то тарахтела рядом, тыча телефоном мне прямо в лицо. После моего возвращения, она старалась всеми возможными способами отвлечь меня от моих мыслей о Юнги. Удавалось ли ей это? Сложно сказать. Мысли то и дело возвращались к парню, что остался там, за океаном. Хотя иногда ей всё же удавалось разрядить обстановку и вытащить меня в какой-нибудь бар, чтобы развеяться. Я не была поклонником алкоголя, но после второго стакана вкусного вина, мысли сами уже не желали думать о чём-то плохом. Родители так и не узнали о моей поездке и по прибытию лишь похвалили примерную дочь, что держала дом в чистоте и порядке. А я? А я всё так же улыбалась для всех, придерживалась сценария «обычный подросток». Конечно, для меня это было в порядке вещей, ведь и ранее мне приходилось скрывать свою внутреннюю боль. Просто сейчас это стало немного труднее делать. Раз в день я заходила на сайт, чтобы проверить почту. Моё сердце в страхе замирало каждый раз, видя напротив ника «Черный Феникс» галочку о непрочитанном сообщении. Я даже уже свыклась с тем, что Тэхён периодически отчитывается о состоянии владельца аккаунта. Однажды даже сам Юнги вёл переписку, пока этого не видели медсёстры. Я понимала, что, не смотря ни на что, я хочу оставаться рядом с Юнги, поддерживать его. Он сам не раз упоминал о том, что живёт лишь ради меня, что я единственная его причина карабкаться с того света. Должна ли я верить ему? Просто мне этого хочется. Я хочу быть кем-то особенным для него. Пару раз я записывала видео-сообщения по просьбе Тэ, чтобы поднять «боевой» дух Мина. Я искренне верила в то, что это ему помогает. Питалась ли я надеждами? Возможно. Но в один день всё пошло немного не по сценарию. Родители как-то пронюхали о моей поездке в Корею и закатили большой скандал. А я лишь кивала на все их обвинения и подтверждала их опасения. Конечно, они подумали о том, что я решила просто спустить все деньги на вечеринки и по пьяни поехала с друзьями в Корею. Я не хотела даже этого отрицать, ведь если бы я отрицала, то мне пришлось бы рассказать правду. А этого я не могла сделать. Хотя родители в конце всё же успокоились и поняли нерациональность своих наездов, но для профилактики решили посадить меня под домашний арест, отрезав мне доступ в интернет. Поначалу мне было всё равно. Я даже не расстроилась, ведь понимала, что я сейчас и так особо не зависаю ни на каких сайтах и мне уже давно пора сконцентрироваться на учебе, но так продолжалось лишь два дня. После я поняла, что так же отрезана от общения с Тэхёном, который был моим связующим звеном с Юнги. Как назло ещё и Кристин уехала с родными на какой-то семейный праздник к родственникам. Всё что мне осталось - это дождаться понедельника, чтобы попросить в университете у кого-то телефон. А пока что я лишь молилась перед сном, чтобы за эти пару дней ничего не произошло. *** — Хэй, Брайн, как жизнь? — я с лучезарной улыбкой подсела к парню, с которым мы вместе занимались психологией. Он был самым приветливым, да и проявлял ко мне интерес на первых курсах. Он был лучшим вариантом. — Нара, ты меня уже год игнорируешь. Тебе явно от меня что-то понадобилось. Неужели это конспекты? — в голосе парня не было какой-либо злости или обиды. Скорее всё это было некой шуткой, чтобы разрядить обстановку. — Нет, как ты мог такое подумать? Я и конспекты - это же абсолютно разные вещи, — я слегка засмеялась, точно зная, что каждый уже успел заметить, что конспекты я пишу крайне редко. Просто не всегда видела в этом смысл. Я была практиком, а не теоретиком, — меня тут родители посадили на домашний арест и забрали телефон, а мне просто катастрофически нужно проверить почту. — Воу - воу. Неужели наша безупречная скромница что-то натворила? А ну давай рассказывай, — парень явно был настроен решительно и жаждал услышать всю историю с подробностями. Но, думаю, не стоит уточнять, что рассказывать всё не было ни малейшего желания. — Только смотри, это чисто между нами, — я ехидно улыбнулась и наклонилась к уху парня. — Я занималась сексом с парнем на заднем дворе своего дома. Конечно жеБрайн засмеялся, ведь эта история такая же нереальная, как и истории об инопланетянах. Я не особо понимала, почему все построили вокруг меня образ некой монашки, но мне было слишком лень разбираться в этом. Телефон я всё же получила и тут же поспешила проверить почту. От кого: Черный Феникс «Какая же ты тварь! Я тебе доверил жизнь своего лучшего друга, а ты… Ты просто убила его. Ты убийца! Он умер по твоей вине! Он ждал тебя, а ты не пришла. Нужно было ещё тогда в клубе тебя просто выебать. А теперь он мертв из-за тебя!» Я искренне не понимала что происходит. Сердце тут же сковал страх. Страх, что он, действительно, мертв, но как я могла быть этому причиной? Меня не было всего пару дней. А что если в эти дни произошла какая-то важная операция? Я хотела написать, чтобы спросить что произошло, но в ответ прочла лишь это: «Данный пользователь добавил вас в чёрный список». Выбегая из школы, я не видела ни преподавателей, ни людей, что встречались мне на пути. Мне было настолько плохо, что хотелось лишь забыться. Хотя мозг и продолжал всё отрицать, сердце же твердило лишь одно: «убийца». Придя домой, я, ничего не объясняя, заперлась в своей комнате. Кажется, мама хотела спросить всё ли со мной в порядке, но я ответила что-то невнятное про то, что плохо себя чувствую, и медсестра в школе отправила меня домой отдыхать. По моему бледному лицу было сразу понятно, что в словах не так уж и много лжи, а чувствовала я себя просто отвратно. Но уснуть мне так и не удалось. Всё что я делала - это смотрела в поток и прокручивала в голове всевозможные варианты и причины того сообщения. Неужели из-за моего отсутствия всего пару дней, могло произойти что-то страшное? Я отказывалась верить в данное. Так проходили дни, они складывались в недели. Меня с головой захлестнула депрессия. Каждую ночь мне снились кошмары. Мне даже пришлось нелегально доставать снотворные, потому что мои синяки под глазами стали выдавать меня, но я уверенно спихивала всё на экзамены. Есть я стала тоже меньше, от чего заметно похудела. Но я очень благодарна Крис, что все эти дни была рядом со мной. Она помогала мне не пасть духом, заставляла кушать и не забивать на учебу. Она так же забирала все мои карманные деньги, которые я грозилась потратить на билет до Сеула. Мне было всё равно на происходящее вокруг. Где-то в глубине души я смирилась со смертью Юнги. Если он мертв, то я имею право прийти к нему на могилу. Хотя мне кажется, я не имею и этого права, ведь стала причиной его смерти. Эта мысль настолько глубоко засела в моих мыслях, что искоренить её ничто не могло. Что если он не стал просто выкарабкиваться с того света, просто потому, что подумал, что я бросила его? — Так, мне абсолютно не нравится твоё настроение. Сегодня идём в один очень клёвый бар. Я уже отпросила тебя, и по легенде ты ночуешь у меня дома, чтобы подготовиться к следующему экзамену, — как же я была благодарна Кристине. Я пообещала себе, что обязательно как-то отблагодарю её после. Этим вечером мы и вправду пошли в бар. Внутри было лишь одно желание: забыться и погрязнуть в грязи, в которую сама же и влезла. За все эти дни у меня так и не получилось очиститься от этого дерьма, так не легче ли окунуться в него с головой? Сделать себе ещё больнее, быть такой сукой, какой делает меня этот мир. Возможно, так и должно было быть. Возможно, это и есть моя истинная судьба. Стать той, кто будет чувствовать себя комфортно в этой грязи. — Правда здесь вкусный алкоголь? — кажется, мой язык уже немного заплетался. Кристин поначалу не особо поддерживала мой энтузиазм относительно алкоголя, но ей казалось, что это, может быть, мне поможет. — Нара, мне кажется, тебе хватит, — подруга отбирала мой четвёртый стакан джина. Я не скажу, что этот алкоголь был вкусным. Наоборот, он был таким противным, так же как и я ощущала себя внутри. Я лишь надула губки и осмотрелась. Это был типичный американский бар с деревянной мебелью, где выпивали брутальные мужики и мужчины после работы. Когда мой взгляд упал на барную стойку, мне на минуту показалось что там стоит Чонгук и приветливо улыбается мне; на секунду я подумала, что вернулась в Корею, что есть ещё шанс всё изменить, но если бы всё действительно можно было вернуть, то что бы я изменила? Не встретилась бы с ним или не уехала бы тогда с больницы? Что именно стало переломным моментом? Возможно, наша первая встреча? А может быть, тот момент в ванной, когда я помогла ему забинтовать руки? Сложно сказать. Думаю, приговор был подписан в момент нашего первого сообщения. — Пошли танцевать, — схватив девушку за руку, я потащила её на середину бара. В следующий час творился полный хаос. Кажется, что эта грязь стала захватывать даже Крис. Мы танцевали очень отвязано. Мы кайфовали от музыки и от того, как мужчины смотрят на наши тела. Мы оба знали, насколько мы красивы и как привлекаем мужчин. В какой-то момент подруга ушла за столик с каким-то красивым парнем, что предложил ей немного передохнуть, и выпить вкусный коктейль. Мне в этот момент было всё равно, я была слишком зациклена на своём танце. В какой-то момент ко мне присоединился парень, что по-нахальному положил свои руки мне на бёдра, вторгаясь в моё личное пространство. Но я не обращала внимания, а лишь продолжала тереться бёдрами об него. Я знала, что вызываю у этого человека желание. С каждым своим движением я выливала на себя ещё одно ведро грязи. Стало даже немного противно, но, стиснув зубы, я продолжила. Я должна пройти до конца. Я должна себя наказать. — Не хочешь продолжить в номере моего отеля? Он здесь, на четвертом этаже, — этот голос был похож на голос самого дьявола, что манил себя в самый ад. И я немедля согласилась. Поднимаясь по ступенькам, мне было страшно и любопытно одновременно. Мои ноги слегка подкашивались от адреналина и алкоголя. Но разве не о большой любви мечтает каждая девушка? Только не сейчас. Я должна лечь под этого парня, который желает от меня лишь секса. Я должна быть лишь вещью в его руках. Я должна почувствовать боль. Я должна вылить на себя последнее ведро грязи.