У любви нет рамок

       Первая пара прошла слишком продуктивно. Не смотря на всё ещё ноющую ногу, Ума впитывала всю информацию, как губка, именно поэтому полтора часа пролетели как пять минут, а вот вторая пара тянулась невыносимо долго. Тарасов вошёл в аудиторию только пятнадцать минут назад, но Олесе показалось, что стрелки часов вообще остановились. Делая конспект, слушая Бориса, пытаясь вникнуть в произносимые им формулы и законы, девушка, тем не менее, не могла отделаться от воспоминаний о прошедшей ночи. Они как будто специально лезли к ней в голову, не давая возможности полностью сконцентрироваться на материале. Да и как это сделать, когда его голос заставляет возвращаться к произнесённому под покровом ночи «Я люблю тебя», а один взгляд на руки напоминает о том, какое удовольствие она испытывала от их прикосновений! - Уманова полегче, - смеясь, прошептала Мура и толкнула подругу в бок. – Ты его своим взглядом сейчас сожжёшь!        Благо она сегодня села на первый ряд, и этот взгляд не был замечен однокурсниками. - Сколько до звонка? - Десять минут, - взглянув на время, ответила Женя.        Это время показалось настоящей вечностью. К тому же мужчина, словно подливал масло в огонь! Он вообще в курсе, что Олеся тут учиться пытается? Какого чёрта Борис так часто подходит к их парте и смотрит на свою любимую студентку? И с какой это стати его стали заботить конспекты Куприяновой?! У Умы они тоже, между прочим, написаны очень даже красивым почерком! Ревность. Именно это чувство захлестнуло Уманову с самого начала пары, но Тарасов вёл себя так, как будто ничего не замечал. Лишь раздавшийся звонок становится настоящим спасением для влюблённой Олеси. - Жень, я могу тебя кое о чём попросить? – прищурившись, спросила Ума, но подруга поняла её и без продолжения. - Постою на шухере, если что постучу вам, - улыбнулась она. – Только не шумите тут сильно!        Хромая, Уманова подошла к собиравшему свои вещи преподавателю и протянула ему свой конспект. - Борис Андреевич, у меня вот тут вопрос есть? - сказала она нарочито громко. – Не совсем поняла этот закон! - Давайте объясню ещё раз, - кивнул мужчина и начал повторять материал, однако когда за последними студентами закрылась дверь, спросил: - Ты ведь всё поняла? - Нет! – уперев руки в бока, ответила Леся. – Я вообще тебя почти не слушала! Фиг ли ты так часто подходил к Куприяновой?! - Ревнуешь? – хохотнул он, притягивая к себе девушку. - Да! Она ведь та ещё стерва! - А что испытывал я, когда ты была с Королёвым? – напомнил Тарасов. - Так это твоя месть? – насупилась Ума, касаясь своим носом его. Она до безумия обожала так делать.        Борис не ответил. Припал к её губам с нежным поцелуем и упивался этой пьянящей близостью. Конечно, он видел её взгляд на паре. Естественно, догадывался, что она кипит от злости на него, ну а в том, что она останется после лекции, вообще ничуть не сомневался. Все эмоции и желания читаются по её лицу без всяких трудностей. Борис и сам уже едва ли способен вспомнить, что они в институте, что это – не лучшее место для того, чтобы побыть рядом. Но имеют же они право украсть у всех друг друга, пусть даже ненадолго? Вот только отстраниться теперь крайне сложно, и только какой-то шум из коридора возвращает ему способность мыслить здраво. - А если кто зайдёт? - Там Женька стоит, если что – предупредит, - пожала плечами Ума и вновь очутилась в его власти. - Мурашова всё знает? – удивился Тарасов. - Она всё видит, - хихикнула девушка и услышала смех мужчины.        «Эх, вот ведь подружки!», - мысленно усмехнулся Борис. - Как твоя нога? – заботливо поинтересовался он. - Болит, хоть и не сильно, - пожаловалась Олеся. - Давай к врачу? - Ни за что! Пройдёт! - Упрямица! – с любовью в голосе произнёс Борис. - Лучше поцелуй меня, - попросила она, заглядывая в его голубые, как небо, глаза.        Стоило ему прикоснуться к её губам, как раздался стук. Вздрогнув, они в ту же секунду отпрянули друг от друга на безопасное расстояние. Уманова взялась за свою тетрадку и принялась усердно вчитываться в её содержание. Вот только текст был вверх тормашками... - Борис Андреевич? – показалась в проёме голова Третьякова. Однако заметив рядом с Тарасовым стоит и его «потерявшаяся» подопечная, тренер нахмурился. – Уманова! Я как раз насчёт тебя пришёл узнавать! Что с твоим телефоном?! - С моим? – удивлённо переспросила девушка. – Вроде всё в порядке! - Да?! Тогда почему я до тебя вчера вечером не мог дозвониться?! На звонки не научилась отвечать?! - сердился он. - Э-э… - растеряла весь словарный запас Ума. – На беззвучке, наверное, стоял... - Вот зачем тебе телефон, если ты его не слышишь?! – продолжал возмущаться Третьяков. – Ладно! Как нога? - Почти хорошо! – сходу ответила Леся. - Что врач сказал? - Что обычное растяжение, но всё быстро пройдёт. - Олег Ефимович, - подал голос Тарасов. – Убеди свою спортсменку отправиться домой: она вчера кое-как передвигалась, да и сегодня всю пару морщилась… Всё-таки травма, есть травма.        Девушка смерила Бориса вовсе не дружелюбным взглядом. В её глазах вспыхнул ярый костёр злости. - Так, Уманова, это правда?! – грубо спросил Третьяков. – Почему обманываем?! Ну-ка быстро домой! Чтобы ближайшие два дня я в институте тебя вообще не видел, буду приходить на каждую пару и проверять! Всё ясно?! - Но, Олег Ефимович,.. - Я всё сказал! - беспрекословно заявил он. – Такси тебе сейчас лично вызову! И сам же посажу в него! - Я сама могу, - недовольно пробубнила Олеся. - Ну уж нет! Знаю я тебя! – кинул напоследок тренер и вылетел из аудитории. - Вот спасибо! – обиженно произнесла девушка, кладя тетрадь в сумку. – Мог промолчать? - Нет, не мог! – улыбнулся Борис, вставая за её спиной. – Тебе, правда, покой нужен, Лесь... - Без тебя разберусь! – всё ещё злилась она. Почувствовав, как мужчина обнял её за талию, Ума сбросила его руки и, прихрамывая, вышла из аудитории. - Ну что, успели? – хихикнула Мурашова, едва подруга показалась в коридоре. – Вот за век со мной не расплатитесь за помощь! - Ага! - буркнула Уманова. - Что опять случилось? – удивлённо спросила Женя. - Третьяков меня домой отправил на ближайшие два дня из-за Тарасова! Тот ему ляпнул, что у меня всё ещё нога болит! - Она ведь у тебя и вправду болит… Отлежись, Лесь… - И ты туда же?! – приподняла брови девушка. - Мы же о тебе волнуемся, - подмигнула подруга. - Раньше такого не было! - Раньше мои заботы ты почти не воспринимала, а теперь я в коалиции с Борисом, так что придётся к нам прислушиваться! – рассмеялась Мура. – Давай такси тебе вызову? - Оно, наверное, уже приехало. Ефимыч лично заказал мне его! - Хороший дядька! - кивнула своим мыслям девушка. – Ладно, тогда езжай домой, а преподам я передам, что ты на больничном.        Обнявшись на прощанье, Умановой не оставалось ничего, кроме как подчиниться воле трёх людей – домой, так домой. Наверное, впервые за много лет она впервые почувствовала, какого это, когда за тебя кто-то волнуется. Раньше действительно было по-другому: да, они с Женькой заботились друг о друге как сестрёнки, но Мура никогда не проявляла настойчивость – всегда только предлагала, а Уманова зачастую категорически отказывалась следовать совету подруги. Борис же сначала, хоть и пошёл у неё на поводу, разрешив поехать в институт, однако позже нашёл всё-таки способ отправить её обратно. И, стоит признать, выпущенные иголки были лишь внешней реакцией Олеси, в душе ей всё-таки было приятно такое неравнодушие.        Отсидев оставшиеся пары в гордом одиночестве, Мурашова готова была взывать от скуки. До чёртиков она ненавидела слушать лекции по экономическому праву, но всё же, честно отсидев все полтора часа, с радостью выбежала из института. Однако сделав несколько шагов, была остановлена каким-то подростком. - Вы – Женя? – спросил он. - Да, а что? – непонимающе нахмурилась Мура. - Тогда это вам просили передать.        Перед ней очутился плюшевый кот и букет её любимых незабудок. Интересно, где их взяли в середине осени? - А от кого? – глупо поинтересовалась она, хотя, кажется, догадывалась. - Меня просили не говорить. - А этот человек здесь? – продолжала Евгения. – Это ведь не запретили тебе говорить? - Нет, - подтвердил парень. – Здесь он... где-то... - Хорошо, спасибо, - улыбнулась девушка.        Оглядевшись по сторонам, она, к сожалению, не нашла знакомую машину. Что ж, стоянка не такая уж и огромная, а значит… - Ионов! – закричала девушка на всю площадку. – Нам надо поговорить! - Мурашова, ты чего?! – окликнул проходящий мимо знакомый. – Со всем с ума сошла? - Дим, иди, куда шёл! – разозлилась девушка. - Ну если что, то я тоже могу поговорить с тобой. - Иди нафиг! - В следующий раз обязательно, но сейчас мне надо в другое место, - хохотнул парень.        Удержавшись, чтобы не сказать что-нибудь едкое, Женя ещё раз оглядела стоянку и вынуждена была пойти в сторону остановки. Завтра! Завтра она во всём разберётся!