Хрустальный замок.

Без проводника идти оказалось куда тяжелее, чем думал Изана. Ведь блуждая по, совершенно незнакомому лесу, в полнейшем одиночестве, без сна, еды и почти без сил, трудно было даже вспомнить, что у него присутствует дар следопыта, которым он охотно пользовался во время охоты. Прислонившись к дереву, чтобы отдышаться, молодой король откинул голову на твердую, шершавую кору. Тяжело дыша, прикрыл глаза. Он был уже морально истощен, но тело всё ещё продолжало идти вперед. Хрустальный шар светился в его руке ярким голубым светом, периодически подмигивая. Ещё около часу назад Изана заметил, что подарок Ветра имеет привычку меняться. Оставалось слепо верить, что шар ведет себя странно, потому что чувствует приближение замка. Но и существовала вероятность того, что молодой король лишь ходит кругами. Крепко сцепив зубы, Висталия с трудом заставил себя оторваться от дерева и идти вперед, волоча ноги. Не удивительно, что люди, которым удавалось зайти так далеко, погибали в озере из-за какой-то несчастной русалки, которая сама не ведала, что творит. Ведь после того, что им удавалось пережить здесь, многие просто не сопротивлялись судьбе, а бездумно ей подчинялись. Изана бы даже рискнул предположить, что те немногие храбрецы сами утопали в озере. Ну, по крайней мере, у них не было ни проводника в виде духа-лисицы, ни наставника в обличие Ветра, ни цели спасти младшего брата и одну, не в меру злобную, беловолосую ведьму. В глазах резко потемнело, и мужчина, пошатнувшись, поспешил опереться рукой о ближайшее дерево. А затем… — Апчхи! — громко, оглушающе чихнул он. — Апчхи! Да что ж это… пчхи! … такое?! — возмутился король, хлюпая носом и вытирая слезящиеся глаза рукавом грязной рубахи. — Апчхи! Где эта гадость?! Вечерница или по-другому ночная фиалка нашлась довольно быстро, ибо её было очень много. Травянистое растение достигало метра в высоту и имела яркую окраску: от бледно-фиолетового до лавандового. Король, зажимая одной рукой нос, с большим удовольствием вырвал пару кустов и отбросил их в сторону, как можно дальше от себя. Запах ночного цветка стал медленно умирать, а Изана выдохнул с большим облегчением, смаргивая невольные слезы. Тихий порыв ночного ветра шевельнул листву вековых деревьев, принеся с собой ещё что-то. Мужчина замер на месте, чувствуя, как ласково и тепло обволакивает его стихия, принося… успокоение? Шелест высокой травы распространил вокруг себя сладкий, терпкий запах множества цветов, точно зовя его. Изана безошибочно определил, куда нужно идти и, свернув с дорожки, которую так усердно протаптывал уже несколько часов, стал пробираться сквозь деревья, которые сменялись кустами, а затем руками стал разводить ветви лиан с огромными белыми цветами. Когда молодой король прошел сквозь своеобразную ширму из цветов, застыл на месте, не в силах произнести и слова. Он оказался возле большого, круглого, точно зеркало, озера. Чистое, гладкое оно отражало в себе миллионы звезд, что усеяли небосклон. Странно, что раньше он их не видел… Нет, видел, конечно же, но проведя столько времени во тьме, Изана уже и забыл, насколько прекрасно может быть небо. Словно неуклюжая кухарка опрокинула на черный ковер мешок соли. Да, сравнение было так себе, но Висталия был уверен, что так оно и есть, ведь из-за этой россыпи небо не казалось таким уж мрачным. Оно сверкало! А бледная серебряная луна казалась невероятно большой с земли, но кто, как не Изана знал, насколько велик этот мир? Так что, такая мелочь, как луна, лишь неотъемлемая часть небосвода. А озеро… что ж, его сейчас можно было сравнить с кусочком неба, упавшего на землю. С трудом заставив себя закрыть рот, мужчина огляделся вокруг. Берег вокруг озера был широким, травянистым. Никаких тебе не камней, не песка. Ничего. Лишь неимоверное количество цветов, пока что закрытых, но… Прищурившись, Изана присел на корточки, заметив в траве нечто подозрительное. Маленькие огоньки всех цветов кружили среди трав, перелетая с одной на другую, словно играя в догонялки. Они были настолько малы, что мужчина никак не мог понять: что же он видит перед собой? То ли какие-то необычные светлячки, которые не обитали на землях Кларинса, то ли странная пыльца каких-нибудь ночных растений. Синеглазый блондин готов был поверить даже в крошечных фей. А что? В здешнем лесу всё возможно. Лаванды цвет, дили-дили, лиловый дым, В розовом сне, дили-дили, станет твоим. В поле цветов, дили-дили, тает душа, Простынь шелков, дили-дили, нас укроет шурша. Изана медленно выпрямился, прислушиваясь к песне. Она была совсем тихой, но мужчина сразу понял, что поет не колдунья, хотя мотив и был похож. Она была похожа на перезвон хрустального колокольчика, который позвякивал от легкого дуновенья, и от того была очень нежна. Лаванды цвет, дили-дили, лиловый дым, В розовом сне, дили-дили, станет твоим. Ночь на крыльце озарилась светом зарниц, Фею в пыльце снова видит маленький принц. Мужчина усмехнулся, в очередной раз убедившись, что со своими мыслями надо быть поаккуратнее. Сонные травы качались в такт песне, а звезды на небе зашевелились. Начался звездопад. Как завороженный, Изана смотрел на ночное небо, откуда срывались звезды, падали на землю и исчезали где-то за деревьями. Внезапно мужчина почувствовал, как шар под его потрепанным жилетом становится теплым, и даже через ткань стало видно, как он светится теплым, золотым цветом. Вытащив его, молодой король удивленно присвистнул, разглядывая подарок в оба глаза. Если раньше шар вел себя странно, а огоньки в нем были голубыми, то сейчас они были золотого и красного оттенка. Тут мужчина невольно вскрикнул, когда шар обжег ему ладонь, и выронил его. К счастью, тот не разбился, но покатился вперед, словно мяч, брошенный на каменистую дорогу. — Куда? А ну стой! — неожиданно для себя воскликнул Изана, опомнившись и бросаясь вдогонку убегающему трофею. Лаванды цвет, дили-дили, лиловый дым, В розовом сне, дили-дили, станет твоим. Фея волшебная исполняет мечты, Сбудется всё, что скажешь ей ты. — Бульк! — попрощался шар, плюхнувшись в воду и резво погружаясь на дно озеро. Помня о том, какое количество костей похоронено там внизу, Изана лишь поджал губы, не рискуя подходить ближе. Звон-перезвон стал сильнее, и мужчина заметил, что в озеро что-то посыпалось. Звезды словно изменили направление и теперь сыпались точно в черную гладь воды. Мужчина округлил глаза и предусмотрительно отошел подальше. Несмотря на то, что только что была глубокая ночь, начало стремительно рассветать. Висталия не успел даже глазом моргнуть, как над макушками деревьев показалось зарево. Травы ожили, цветы распустились, а птицы запели. Перезвон хрусталя стал отчетливей. И вот озеро, сверкнув звездным светом, заходило ходуном. Огромный хрустальный замок стал возвышаться над водой, которая потоками стекала с острых белоснежных башен. В перезвоне хрусталя он возник из озера, как в старых сказках и легендах, представ во всех красе. И в лучах утреннего, восходящего солнца редкий хрусталь переливался всеми цветами радуги, слепя глаза и вызывая невольные слезы. Последним из воды показался мост со стеклянным балдахином, мягко устроившись на плаву. — Ого! — только и смог выдавить молодой король, проводя кончиками пальцев по хрустальным колоннам. И решительно ступил на хрупкий мост. Замок внутри оказался куда больше, чем снаружи. Здесь были и винтовые лестницы, ведущие на верхние этажи, и цветочные клумбы, огромная купальня, множество входов и выходов, изящные колонны, напоминающие облик тех самых нимф, что ранее видел Зен. Магия искаженного пространства могла вместись в себе всё, что угодно. Но самым примечательным было то, что в замке не было ни души: ни людей, ни животных, ни птиц. «И она жила здесь все семь веков совсем одна? — отстраненно подумал Изана, пройдясь ладонью по гладкой холодной стене, которая оказалась из достаточно прочного, непрозрачного хрусталя. — Боже…». Он помнил слова Ветра о том, что для беловолосой колдуньи семь веков сократились в один единственный год, поэтому понимал, что воспоминания о предательстве мужа, скорой гибели на костре и замороженной во льдах стране, ещё свежи. Однако… Знала ли Селена о том, что Аркания давным-давно сгорела? Знала ли, что все те, кто любил её и был верен, превратились в жутких тварей Заповедного леса? Догадывалась ли о том, что она сама стала жертвой проклятья Хрустального замка, в котором нашла своё убежище? — Так-так-так... — звонкий девичий голос раздался прямо над его головой, и мужчина поднял голову, глядя на хозяйку замка. — Надо же! Признаю, ты меня удивил, Изана. Не ожидала о тебя такой глупости. Висталия глотнул. Не от страха, от восхищения. Теперь о понимал и Влазиса, и Ветер, которые так отчаянно хватались за воспоминания об этой девушке. Она стояла медленно спускалась вниз, придерживаясь изящной рукой за стеклянные перила и, казалось, парила над землей. Эта Селена сильно отличалась от своего призрачного двойника. Длинные, ниже бедер волосы оказались не просто белыми, а серебристыми, словно снег в лучах солнца. Бледная кожа не казалась болезненной, а даже наоборот — буквально светилась здоровьем. Никто бы и не заподозрил о том, что этой девушке на деле несколько сот веков. Одета она была в легкое бело-голубое платье с серебряной вышивкой, сотканное из самого тонкого шифона. Ткань мягко обтягивала её стан, но, казалось, ни имело формы. Несколько слоев полупрозрачной ткани хорошо скрывали верхнюю часть её тела, но при ходьбе оголялись ноги, с которых «стекала» ткань. Шлейф платья мягко скользил по лестнице, следуя за хозяйкой. Изана ещё раз с любопытством оглядел её, отмечая, что в родной стране ей явно будет холодно. Спустившись до самого низа, колдунья мимолетно прихватила из ближайшей фазы веточку цветка жасмина и, вертя её в пальцах, мягко подошла вплотную к мужчине, ступая босыми ногами по холодному полу. Девушка оказалась на целых полторы головы ниже нынешнего короля Аларии, а ему удалось разглядеть цвет её глаза — насыщенно золотой. На секунду брови Изаны поползли вверх. Ведь ему казалось, что её глаза красивого фиалкового оттенка. Или же только казалось? Но вспомнив о словах ведьмы, молодой король вдруг улыбнулся и, отступив, поклонился. — Рад видеть вас в добром здравии, Селена. Счастлив, что смог удивить вас, прошу прощения, что сейчас выгляжу не столь лицеприятно. Поверьте мне, несколько дней без сна дают о себе знать, — слова о собственной глупости, мужчина благополучно пропустил мимо ушей. — Однако, боюсь, что у нас мало времени, — посетовал он, выпрямляясь, глядя на ведьму чуть прищуренными глазами. — У меня времени вполне достаточно, — улыбнувшись уголками губ, девушка прикрыла глаза, вдыхая аромат цветов. — Хорошо, — покорно согласил Изана, примирительно поднимая руки вверх. — Давайте решим всё сейчас, а по дороге домой у нас будет достаточно времени, чтобы узнать друг друга поближе, — улыбка мужчины получилась заискивающей. Селена вопросительно приподняла одну бровь, словно спрашивая: «А зачем нам знакомиться поближе?». Медленно обойдя, стоящего перед ней, мужчину по кругу, тихо прошептала: — Почему ты не сбежал, едва ступил на эту землю? Жаль лишать Кларинс такого короля как ты. — В ближайшее время Кларинс будет встречать свою королеву, уж поверьте мне, — и ни капли сомнений в голосе, лишь безграничная уверенность в своей победе. Скрытый подтекст заметила и ведьма. Усмехнувшись краешком рта, спросила: — И ты не боишься меня? — Бояться вас? — притворно удивился мужчина. — Боюсь лишь, что я так же, как и остальные глупцы буду очарован вами. Заливисто рассмеявшись, Селена склонила голову к плечу, глядя на него уже с большим интересом. — Так ты всё-таки считаешь себя глупцом? — Нет, — вполне честно ответил Висталия, ничуть не смущаясь своей прямолинейности. — Глупцы способны лишь желать недостижимого, а я же, как видите, постепенно достигаю своей цели. Прекратив вертеть веточку в пальцах, колдунья замерла на месте, задумавшись о чем-то. — Интересно ситуация складывается… — протянула она, вновь глядя на него. На секунду Изане показалось, что в её глазах заплясал колдовской зеленый огонь. Но это лишь показалось. — Твой брат под моими чарами, но пришел сюда не он, а ты… Как ты спрятал его? Кто охраняет его? — Тот, кто создал этот замок и запер вас здесь. — Ложь! Меня никто не запирал! Я сама сюда пришла. — По его велению, — согласился Изана, делая шаг вперед. Как ни странно, но девушка отступила назад. — Что же вы наделали, Селена? Обрекли на вечные страдания не только себя, но и весь свой народ, который жил, и который живет по сей день на ваших землях. Помните ли тот день? — Помню, будто это было вчера, — ледяным голосом отчеканила она. — И что же? Станешь упрекать меня в том, что я сгубила тех мужчин? Задумавшись, Висталия покачал головой. — Нет. Пожалуй, что нет. Разбивать сердца мужчин — лишь твой право. Но позволь спросить: если ты так хотела вырваться, то почему никто так и не смог дойти? Никто, кроме меня, — ещё один шаг к колдунье и та, уронив цветок, отпрянула. — Ты ведь не можешь повлиять на меня с помощью магии, я прав? Колдунья нахмурилась, сжимая в своих пальцах тонкую материю своего одеяния. Изана едва не выдохнул от облегчения, понимая, что не прогадал и не ошибся. Ведь хрустальный шар, что так ловко ускакал на дно, был ключом и хранителем одновременно. Тому, кто смог войти в замок, Селена не сможет причинить вред, потому что он уже прошел испытание. И тот ветер, что так внезапно поднялся… «Надо будет не забыть поблагодарить его», — мысленно усмехнулся мужчина, не без удовольствия наблюдая за метаниями колдуньи. Селена понимала, что проиграла именно в том момент, когда человек ступил на мост Хрустального замка, но так просто сдаваться не собиралась. Пусть! Пусть он смог дойти, но пророчество о Серебряном по-прежнему не выполнено. Ведьма с большим сомнением оглядела волосы Изаны, что были цвета пшеницы, и тихонько фыркнула. Пусть убирается восвояси! — Уходи, — хмуро произнесла она, отворачиваясь. — Только твой брат сможет вывести меня отсюда. На что Висталия снисходительно улыбнулся. — Видишь ли, по иронии судьбы родители назвали меня моим именем неспроста, — заведя руки за спину, стал расхаживать туда-сюда. — Когда я родился, то мои волосы имели настолько чистых серебристый цвет, что мои мать с отцом назвали меня Изаной, что означает «серебряный страж», — глаза ведьмы невольно распахнулись, а рот чуть приоткрылся. Но мужчина, не обращая внимания, продолжил будничным тоном: — После переходного возраста волосы потемнели, а когда родился брат, родители решили пошутить, назвав его Зеном — «золото судьбы», хотя его волосы с возрастом так и не потемнели. Конец, — остановившись, молодой король вновь взглянул на девушку и улыбнулся. — Давным-давно перед лесом ты видела не Зена, а меня. Тогда мне было всего двенадцать, и это было почти семнадцать лет назад. Беловолосая колдунья вздрогнула и, вскинув на него испуганный взгляд, прошептала: — Семнадцать лет назад?.. Но как?.. Изана посмотрел на неё с сочувствием, но нервы её щадить не стал. В отместку за всё то, через что он прошел. — Прошло семь веков, Селена. И, к большому сожалению, за семь веков лишь я оказался похож на твоего бывшего мужа — короля Аркании. Ты была всё время здесь, но ты, которая сейчас стоит передо мной, не видела… нет, отказывалась видеть то, что творится вокруг. Твой любимый лес, где ты жила до замужества превратился в кладбище для многих людей. Время в нем остановилось, а люди вокруг изменились. Тех, кого ты когда-либо знала, больше не существует, а твоя, якобы сгоревшая страна, превратилась в заснеженную пустыню. И даже так… Даже так, твой народ продолжает жить на этих землях, боясь, но не смея покинуть. Между тем, как ты остаешься здесь, задыхаясь от собственного проклятья, которое неосознанно наложила. — Нет… Нет! Это всё неправда! — закричала она, хватаясь за разболевшуюся голову. В её расширившихся глазах отражался самый настоящий ужас. — Но другая твоя часть знает об этом, — напомнил ей король. — Ведьма, которая губит всё и всех остается в хрустальной тюрьме, между тем, как добрая травница, готовившаяся помогать не только людям, но и зверям, птицам — смотрит на это безобразие с ужасом, но не может ничего поделать, потому что ты забыла свое предназначение, зациклившись то ли на мести, то на свободе. Ты знаешь, что так нельзя? — перешел он на «ты», делая ещё один шаг по направление к ней. — Как только ты выйдешь отсюда, все чары развеются. Зима прекратится, а все те, кого ты заперла здесь, освободятся. Поверь мне. Селена не на шутку задумалась. Затем, поразмыслив как следует, сухо прошептала: — Ты в любом случае не сможешь вывести меня отсюда. На что Изана лишь широко улыбнулся и, без лишних слов, подхватив девушку на руки, с любопытством поинтересовался, где же здесь спальные покои. Беловолосая колдунья во все глаза уставилась на этого сумасшедшего, но он уже резво направлялся вверх по лестнице. Перед тем, как отправиться в дорогу, Ветер нашептал ему конец песни про Хрустальный замок, которую он сам же и придумал, для избавления проклятья замка: Ночь он с колдуньей тою провел, Нежною лаской её он извел. Злая колдунья была влюблена, Все заклинанья забыла она. Они покинули дворец, И опустел Дремучий лес. И в этой день, и в эту ночь Исчез из леса замок прочь. Что ж… Оба эти пункта были вполне выполнимы. К тому же, беловолосая ведьма действительно была красива, а Изана, даже являясь королем, был не прочь поддаться на её чары. Как и не возражал насчет того, чтобы влюбиться в неё, как мальчишка. Ещё тогда… Семнадцать лет назад, едва услышав её голос, в юном сердце поселилась мечта. И отказываться от своей ожившей мечты он не был намерен. Улыбаясь через поцелуи, Висталия уже решил для себя, что эта ведьма станет его супругой, и неважно, что она сама думает по этому поводу. К тому же, он был уверен, что её сердце теперь навсегда принадлежит ему. Уж не знал он, что там сотворил Ветер, чтобы всё обернулось именно так, но молодой король был безмерно благодарен за это. Замечательный же расклад! И брата от гибели спас, и угнетенный народ освободил, и невесту нашел! Наверное, впервые за, почти, двадцать девять лет своей жизни Изана чувствовал себя настоящим героем.

***

Молодой король, одетый в новый костюм, который любезно сотворила ему Селена, протянул раскрытую ладонь девушке и слегла приподнял уголки губ, как бы говоря: «Идем, не бойся!». Беловолосая ведьма неуверенно, чуть смущаясь вложила свою дрожащую руку в руку мужчины и, глубоко вздохнув, сделала решительный шаг навстречу реальности. Осторожно ступая в легких туфельках по хрустальному мосту, Селена одной рукой придерживала подол длинного платья, которое подозрительно напоминало свадебное. Шаг, ещё один… И они оказываются на берегу озера. За их спинами раздался легкий звон, и будущие супруги резко обернулись, смотря на то, как Хрустальный замок исчезает на их глазах, осыпаясь в озеро мерцающими крошками. Селена удивленно моргнула, смахивая невольные слезы, и повернулась к своему королю. Изана с любопытством взглянул на её лицо, пальцами убирая упавшие пряди белоснежный волос. — Всё-таки фиалковые, — удовлетворенно кивнул он, наблюдая за тем, как золотая радужка её глаз стремительно наливает фиолетовым оттенком. Не удержавшись, Изана поднес её изящную ручку к губам, запечатав на пальчиках легкий поцелуй. — Моя королева… — Мой Серебряный.