Самое дорогое

Ты опять со мной. Так много времени прошло с нашей встречи. Тогда мы были совсем детьми. Ну а сейчас нам по 19. В твоём поведение ничего не изменилось, ты всё такая же хмурая и молчаливая. Такая красивая, как будто кукла...Белая кожа, голубые глаза, длинные черные ресницы и тёмные волосы, доходящие до талии. Полная противоположность меня. Вернулась опять в наш родной город. Живешь со мной, не имея места проживания. Но...как же я счастлива просто находиться рядом. - Руся, может выйдем воздухом подышим? Смотри какая погода хорошая! - Я всё пыталась вытащить мою дорогую подругу погулять днём. - Слишком жарко, - Ты даже не посмотрела на меня. Как лежала, так и продолжила лежать, читая очередную книгу. За окном шумели машины, люди не спеша ходили по улицам, на площадке смеялись и визжали дети. Обычный день, всё как вчера, позавчера, два дня назад, три... Ничего не меняется, а мы всё сидим в нашей съемной квартирке. Ждём, когда же наступит ночь. Ко мне подошел наш кот, начал урчать и обтираться об меня. Вот же засранец, опять вся одежда будет в его шерсти. Ну и ладно, прощу ему всё, только за то, что он милый. Я сидела на подоконнике, поглаживая Висю, сидящего на моих коленях и продолжала наблюдать за городским спокойствием. На часах семь вечера, а на улице всё еще ярко светит солнце. Лето как-никак. Ты всё продолжала читать свою книгу. Городской пейзаж мне поднадоел и я решила перебраться на кухню. Квартира была небольшая, всего две комнаты. Так что стол был только там. Я спрыгнула с подоконника, уронив при этом кота, который тут же зашипел в ответ и гордой походкой пошел в сторону Русланы. Выходя из комнаты, я захватила свой рюкзачок. Маленький круглый столик желтого цвета и две табуретки. Я уселась на ту, что стоит напротив окна, достала из рюкзака свой плеер, лист бумаги, карандаш и стирательную резинку. Нет, я не художник, но я очень хочу им стать. Каждый раз открывался один и тот же пейзаж: голубые горы со снежными вершинами и ветка старой березки. Вот его то, я и буду рисовать...опять. Я взяла в руку карандаш и процесс пошел. Спустя пол часа моё творение было завершено. Ну так казалось мне. Совсем неплохо, если не считать, что горы похожи на толстую морковь, а береза на тонкую. Кого я обманываю, не стать мне художником. Но мысли про морковь разожгли во мне аппетит. Я достала две булочки с подвесной полки, и разлила молоко по двум стаканам. Руся тоже не ела, наверно проголодалась. Я еле-как доплелась до дивана и протянула ей булку. - Спасибо, - она села на край дивана и приняла мою добычу. Я пожелала ей приятного аппетита, на что та ответила кивком. - А что за книгу ты читаешь? - я хотела завязать хоть какой-то разговор. - "Джейн Эйр". - А про что она? - иногда мне кажется, что задаю вопросы только я. - Девочка потеряла своих родителей в раннем возрасте и осталась сиротой. Я замолчала. Не принято у нас болтать на эту тему. Я и Руслана воспитывались в одном дет. доме. Я своих родителей не помню, потому что была очень маленькой, когда меня отдали туда. Но вот Руслана попала туда, когда её родители и бабушка были убиты грабителями. Все они жили в одном доме. Это и была вся их семья, другой родни у неё не было. Ей повезло, потому что в это время она была в школе. Подходил к концу шестой класс. Придя домой она увидела свою семью в одной большой луже крови. Запаниковала, стала звонить в скорую. Выяснилось, что они мертвы, а так как родственников у неё не осталось, её отправили в детский дом. Мы спали рядом и я слышала как она плачет по ночам. Позже я пыталась её утешать. Прошло время и она перестала плакать. Вместо этого на её лице застрял грубый холодный взгляд. Я не помню, чтобы она хоть когда нибудь улыбалась. Через год, её удочерила пожилая иностранка. Они уехали из нашего города. И вот буквально пол года назад, эта женщина скончалась от старости. А меня выпустили из Дет. дома по достижению совершеннолетия. С тех пор я снимаю эту квартиру, на деньги оставленные родителями, со словами : "Когда вырастет, отдайте". Наша трапеза подошла к концу. Я унесла стаканы на кухню и вернулась в комнату. Руся встала с дивана и подошла к нашему общему шкафу. - Одевайся, на улице темнеет, - Ты смотришь в шкаф, обращаясь ко мне. - Действительно, всего половина девятого, а солнце уходит за горизонт. Видимо лето подходит к концу. А ты опять молчишь в ответ, роясь в однотипных вещах. Достаешь синюю кофту, прикладывая к себе, как бы оценивая. Машешь рукой и закрываешь дверку шкафа. Тебе идет всё, без исключения. Тонкая талия, красивая грудь, узкие бедра. В общем идеальная фигура. Я одеваю свою любимую оранжевую футболку и единственные синие джинсы. Вместе проходим в маленький коридор. Я пропускаю тебя вперед, ибо места на двоих не хватает. Ты обуваешь черные кроссовки и выходишь на лестничную площадку, ожидая меня. Я обуваю кеды и выхожу вслед за тобой. Захлопываю дверь и мы спускаемся на встречу к выходу. На улице уже нежарко, даже дует прохладный ветерок. В нашем дворе стоит желтый фонарь, который тускло светит на одну из скамеек. "Наша скамейка", как я её называю. Каждую ночь мы сидим тут и наслаждаемся ночной тишиной. И сегодняшняя ночь не исключение. Ты проходишь вперед, занимая своё привычное место, рядом с той самой березкой. Я сажусь рядом. Мы смотрим в разные стороны. Ты как всегда поднимаешь голову к небу и видимо о чем-то думаешь. Я же, смотрю на тебя, ты никогда не замечаешь моего взгляда. Как жаль, что ты никогда не разделишь моих чувств. Не знаю, сможешь ли ты еще хоть когда-нибудь улыбаться. Но прошу, никогда не уходи от меня. Говорю со своими мыслями, обращаясь к тебе. Какая я дура. Твои мысли где-то далеко. А мне достаточно сидеть и наслаждаться тем, что ты со мной...Моя любимая Руслана.