Только сигареты и ничего больше

Пустая пачка, от достаточно дорогих сигарет, скомканной картонкой лежала на кухонном столе. Рядом с ней пылились старые коробки из-под пиццы, грязные салфетки и жестяные пивные банки. Небрежно бросив к этой куче ещё и фантик от конфеты, Юлик достал из кармана последнюю, чуть надломленную, сигарету и вышел на балкон, не закрывая за собой дверь. На улице было темно, и лишь яркие фонари пытались казаться для него подобием солнца, заставляя думать, что сейчас день. Прищурив глаза, он пристально посмотрел на темный угол дома, куда не доставал желтый свет лампы. Ожидание чего-то длилось целый вечер, будто в звонок должны были позвонить, но всё никак не могли к нему дотянуться. Едкий запах никотина медленно окутывал одежду, просачиваясь чуть ли не под кожу, поэтому Юлику нужен был душ, холодный, словно весенний воздух в полдесятого ночи. Почувствовав, как пальцы греет приятный огонек, Онешко в последний раз затянулся и затушил окурок об пепельницу, сделанную в форме морской черепахи. Прислонившись к поручням балкона, он заглянул вглубь своей квартиры, останавливая взгляд на черном потрепанном рюкзаке, который валялся около дивана. Внутри него, незаметно для остальных, хранился хорошо спрятанный пакетик травы, пара носков в горошек, видеокамера, почти полная пачка чипсов и белая футболка с надписью «Все люди хейтеры», сделанная одним крутым видеоблогером. Ещё утром Юлик видел все эти вещи на полу в спальне, когда Руслан, после долгих и тяжелых съемок, собирался ехать домой и немного поспать, чтобы вечером опять вернуться и продолжить начатое. Но, видимо, брошенный на волю судьбы рюкзак не дождется своего хозяина, так и будет лежать на полу и мешать Онешко спокойно играть в видеоигры, пока он со злости не выбросит его в мусоропровод. Закусив губу, Юлик коснулся своей щеки, до сих пор ощущая резкую боль от сильного удара, но на самом деле болело что-то другое. Сняв с ног домашние тапочки, парень стал голыми ступнями на холодный паркет, мечтая заболеть бронхитом и неделю не выходить из квартиры. В детстве это всегда спасало от школы, можно было спокойно лежать в теплой кроватке и пить малиновый чай, пока одноклассники пишут контрольную по математике. Только сейчас у него были другие причины, пострашнее любой алгебры. Услышав цокот собственных зубов, Онешко всё-таки перешагнул на ковер и устало присел на него. По спине прошелся морозный сквозняк, а дверь на балкон с грохотом закрылась, оставляя прозрачный тюль, чудаковатым привидением, болтаться с обратной стороны. Взгляд опять вернулся к черной грубой ткани и едва пришитого синими нитками американского флага. Придвинув рюкзак ближе, Юлик положил на него голову, используя, как подушку. Под ухом захрустели чипсы, и он тут же покраснел, вспоминая их солоноватый сырный вкус на губах Руслана. Закрыв смущенное лицо руками, Онешко простонал тихое «блять» и резко дернулся, поднимаясь на ноги, как только услышал громкую трель звонка где-то в районе прихожей. Внутри что-то скрутилось в тугой узел, а тело онемело, превращая парня в тяжело подвижную статую. Медленно повернув ключ влево, Юлик с придыханием открыл дверь, но вместо ожидаемо взбешенного Тушенцова он увидел спокойную Лизу с зажатой между зубов сигаретой. Войдя внутрь квартиры, она аккуратно села на диван, осматривая тускло освещенную обстановку комнаты. Онешко заторможено следил за тем, как девушка игралась с никотиновой бомбой замедленного действия, вертя её в руках. — Только что звонил Тушенцов: просил забрать его рюкзак, — безразлично сказала Лиза, даже не взглянув на пол, где валялась помятая сумка. — Почему он сам не пришел? — осторожно спросил Юлик, не сводя глаз с сигареты, похожей на те, что курит Руслан. — Хуй его знает, — пожала плечами девушка, а потом поднялась с места и тыкнула пальцем в фиолетовый след на лице друга. — Надеюсь эта хрень специально запланированная для ролика, а не то, что я подумала. Вздохнув, он покачал головой, вырывая из рук Лиззки маленькое напоминание того, что все вещи связанные с Тушенцовым, огромным гвоздем забиты в его голове. Заложив сигарету за ухо, Юлик поднял рюкзак и протянул девушке. — Нет, сам ему отдашь, — отступив к выходу, она клацнула языком. — Тогда зачем ты приходила, просто натоптать здесь своими вымазанными в дерьме кроссовками? — вопросительно уставившись на невозмутимую подругу, Онешко почувствовал нарастающую обиду на весь мир. — Руслан предупредил меня, что ты выкуришь весь Винстон и поэтому от недостатка никотина станешь злым мудилой. Так что на — держи, — вытянув из кармана практически нетронутую пачку сигарет и бросив их в Юлика, девушка улыбнулась, закрывая за собою дверь. С минуту парень тупо смотрел на темный экран телевизора и искренне не понимал, что творила с ним судьба. То ли она давала ему хороший повод круто поменять свою жизнь, то ли просто издевалась. Но факт того, что он поцеловал своего лучшего друга — оставался страшной правдой. Тесно сжав в руке подарок Руслана, Онешко почувствовал, что к пустой пачке сигарет от Винстона, скоро добавится ещё одна.

***

Почти догоревшая сигарета сыпала теплый пепел на голые колени и заставляла Тушенцова нервно дергать ногой, сбрасывая его на землю. Вокруг суетились люди, пустыми тенями проходя рядом, они спешили по своим делам, совершенно не замечая клубов дыма, витающих над скамейкой возле речки. Вцепившись рукой в деревянную доску, Руслан машинально напевал глупые песни, стараясь смотреть только в одну точку. Где-то сбоку лежал вернувшийся к его обладателю рюкзак, а с другой стороны незаметно вздыхал Юлик, копаясь в своем телефоне. Жадно затянувшись, Тушенцов начал громко кашлять, сгибаясь пополам, он обхватил свои ноги и обреченно уставился на грязный бычок, который пришлось выбросить. Ему давно пора перестать курить, иначе скоро придется зарабатывать на новые легкие, а донатить сутками напролет  — совсем не вариант. Закатив глаза из-за своих же мыслей, Руслан прочистил горло и неуверенно посмотрел на Онешко, наблюдая, как его длинные ресницы то поднимаются, то опускаются, превращаясь в крылья бабочки. Один раз Тушенцов был сильно накуренный и воспринял друга за сказочную фею, после чего неделю не мог не представлять на нем цветочные платья. — После моей ужасной кончины ты будешь скучать? — неожиданно спросил он, поворачиваясь вправо и ловя обескураженный взгляд карих глаз. — Совсем ебанулся что ли? — вопросом на вопрос ответил Юлик, отодвигаясь на край скамейки. — Просто интересно, насколько я важен для тебя, — шепотом проговорил парень, не специально задерживая свое внимание на губах друга. — Если ты собрался умирать из-за нашего поцелуя, тогда запросто можешь забыть. Признаю, я лоханулся, от стресса и бессонницы принял тебя за девушку, вот и… — Ты че, блять, опять в морду захотел получить за такие слова? Лоханулся он, мать твою, — устало протянул Руслан, закрывая лицо ладонями. — Ну прости, братан, я правда не знаю, что на меня нашло, — обреченно выдохнул Юлик, а потом достал из нагрудного кармана ветровки зажигалку и отобрал у друга сигарету. Зажав её в зубах, парень собирался подкурить, но Тушенцов неуверенно протянул руку и аккуратно вытащил сигарету из его приоткрытых губ. На фильтре остался след от слюны, словно доказательство, что она принадлежит другому. Руслан не раздумывая вернул свою вещь обратно в пачку, укоризненно поднял брови и ещё раз покашлял. — Пора бросать курить, — объяснил он, — а то скоро все органы дымом вонять будут. — Да, а ещё целоваться с пепельницей не самый приятный опыт, — иронично улыбнулся Юлик, замечая раздраженный взгляд парня на своем красном от смущения и холода лице. — Вот поэтому и бросай, — поднявшись с лавки, Тушенцов сплюнул в мусорное ведро, стоящее рядом. — Чтоб в следующий раз от тебя не воняло, как от капитана дальнего плавания с двадцатилетним стажем. — Стоп, а при чем тут это? — удивился Онешко, а потом резко расширил глаза, продолжая недоумевать ещё больше. — И в смысле «в следующий раз»? — пожав плечами, Руслан вытащил из пачки ту самую отмеченную сигарету и положил её в рот, а остальные выбросил. — До встречи, братан, — неразборчиво пробормотал он, направляясь в сторону фонтана, и опять оставляя Онешко без дозы никотина, одного со своими безумным мыслями в голове.

***

Из-за серого едкого дыма, что проникал во все щели дома, почти ничего не было видно. Лишь какие-то разноцветные огни, небрежные движения тел и бутылки алкоголя, об которые запросто можно споткнуться. Юлик валялся на кровати, не в силах подняться на ноги и наконец-то закрыть эту чертову дверь, чтоб спокойно полежать в одиночестве. Сначала показалось, что вечеринка пройдет отлично и поднимет ему настроение, но потом, после пары рюмок текилы, Онешко почувствовал странную апатию ко всему происходящему. Открыв первую попавшуюся дверь, он вошел в спальню и упал на кровать, даже не подумав, что на ней находились чьи-то вещи. Здесь не было людей, с которыми парень хорошо бы общался, только случайные знакомые и давно забытые друзья. Очень хотелось вернуться домой к Кузьме, Лизке, Дане и даже Руслану. Но они совсем не разговаривали с того случая, и не потому что ненавидели друг друга, а потому что боялись сделать или сказать что-то не то. Юлик думал над этим, долго думал и убеждал себя в том, что ничего серьезного не произошло. Сколько раз им приходилось играть педиков? Три, а может и пять, но Тушенцова это не волновало, будто притворяться, что сосешь член друга ради просмотров и какой-никакой популярности — абсолютно нормально. А вот когда Онешко в самом деле его поцеловал, с языком и мокрыми слюнями на подбородке, Руслан не на шутку разозлился и чуть не разбил Юлику нос. Но что ещё более чудно: странный совет от него бросить курить. Хотя нет, скорее, просьба сделать это вместе, побороть зависимость с человеком, который переживает то же самое. Только хер ему это, он курил, курит и будет курить! Утвердительно кивнув сам себе, Онешко дрожащими руками достал из кармана пачку сигарет, поджег одну и втянул в легкие дурманящий дым со вкусом черники. Перед глазами появилось такое же серое облако, как и в остальных комнатах. Выдохнув одинокое колечко в сторону дверей, Юлик увидел сквозь него фигуру парня в черной толстовке и рваных джинсах. Прищурив глаза, он рассмотрел в незваном госте недовольное лицо Тушенцова. На секунду Руслан остановился и в немом вопросе открыл рот, а потом оглянулся назад и с грохотом закрыл дверь. — И ты тут? — парень сел на край кровати, развязал шнурки и сбросил кеды, закидывая ноги на мягкую подушку, возле колен друга. — Ага, как видишь, веселюсь на полную катушку, — выдохнул Онешко, окинув голый участок кожи, из-под задравшейся толстовки, заинтересованным взглядом. — А ты почему не дома с Настей? — Мы поссорились, — безразлично объяснил Руслан, наблюдая за тем, как Юлик гасит свою недокуренную сигарету в стакане пива. — Из-за чего? — Угадай, блять. — Ты что, рассказал ей о поцелуе? — изумленно спросил парень, поднимаясь на локтях чуть повыше, чтобы посмотреть в наглые темные глаза. — Да, но она сказала, что немного рада за нас. Вот я и разозлился, начал кричать и объяснять ситуацию, а потом позвонил Кирилл и пригласил меня на вписку. — Она рада за нас? — тупо переспросил Онешко, приближаясь ближе. — Эти женщины, пиздец, какие странные. На секунду повисла неловкая пауза. Попытавшись вдохнуть больше воздуха, Юлик не заметил, как уловил мятный запах жвачки и приторные женские духи исходящие от Тушенцова. Прикрыв глаза, он начал считать до десяти, а когда открыл, то увидел влажные, потресканные губы напротив своих. Где-то с другой стороны дверей играла громкая музыка, но единственное, что сейчас мог услышать Онешко были бешеные удары сердца. Последний раз парень так нервничал перед первым сексом и получением серебряной кнопки. Резко захотелось курить, ему срочно была нужна разрядка, иначе голова взорвется. Девушки не было вот уже третью неделю, кругом стресс, а ещё душераздирающие непонятки с этим придурком, поэтому спасал только никотин, желательно в огромных дозах. Потянувшись к своему карману и собравшись вытащить оттуда картонную шуршащую пачку, Юлик почувствовал, что его руку перехватил Руслан и наигранно вздохнул. — Сколько раз повторить: бросай ты это дело. — Ради кого спрашивается? Тебя что ли? — Нет, ради твоего величества. Ты ж у нас самовлюбленный эгоист, захотел новую камеру — конечно, держи, захотел свой мерч — распишись и получи, захотел меня поцеловать — пожалуйста, я же совершенно не против. — Ну извини, что так получилось. Можешь ненавидеть меня, если хочешь, но скажу честно — ты сексуальный, и порой я мечтаю, чтобы мы переспали. Испуганно дернувшись назад, Тушенцов едва не упал с кровати, но вовремя схватился пальцами за рубашку Онешко. Тот уперся ладонями по обе стороны от живота парня и удержал его от столкновения с твердым полом. Темные, как смоль глаза выражали безумное желание ударить что-то настолько сильно, чтобы аж костяшки в кровь, а губы в мясо. Но потом он резко расслабился, сполз немного на центр кровати и почти полностью оказался под Юликом. — Ну ты и сука, — усмехнулся Руслан, сжимая в руках приятную хлопковую ткань рубашки, — делаешь из меня сейчас последнего придурка. — По-моему, жизнь уже это сделала, — пихнув Онешко локтем, парень засмеялся в голос, содрогаясь от этого словно от ударов электрошокера. — Русь, скажи, я что, похож на гея? — Ты пидр конченый, скорее всего. — Но нравлюсь тебе, ну скажи, что нравлюсь, — игриво приподняв брови, Юлик широко улыбнулся, делаясь при этом одновременно беззаботным ребенком и до безумия привлекательным уебком. — Не льсти себе. — Я сейчас пьяный: могу делать, что захочу. — А завтра тебе будет стыдно и к тому же больно, так что давай прекратим этот неловкий момент. — Что-то не заметно, что ты мечтаешь прекратить, — коснувшись щеки Тушенцова, и почувствовав как он напрягся, парень приблизился к вороту черной толстовки, ожидая каких-то указаний сверху. — Просто это дико, нет правда. Странно себя чувствуешь, когда хочешь трахнуть лучшего друга, — Юлик усмехнулся, задевая губами нежную кожу на шее. — У меня раньше такого не было. — В жизни всё надо попробовать. — Блять, ну почему твои тупые аргументы звучат сейчас так убедительно? — хрипло простонав, Руслан схватил парня за волосы и притянул к себе, пытаясь как можно сильнее укусить его за губу. Перед глазами опять был только удушливый дым и почему-то привкус горького шоколада, того что Тушенцов обожал. В голове больше не звучал голос разума, с предупреждениями о дальнейшем развитии событий. Лишь широко открытые, изумленные глаза и тонкие пальцы, сжимающие растрепанные волосы в своей крепкой хватке. Похоже Руслан сам был удивлен тем, что только-что сделал, но потом испуг сменился на дрожь во всем теле, заставляя парня немного ерзать. Случайно дотронувшись до бедра Онешко своим пахом, он тихо простонал и резко разорвал поцелуй. — Ты чего? — с недоумением спросил Юлик, стараясь выровнять дыхание. — От тебя воняет сигаретами и сам ты на вкус, как сигарета. Прости, но я бросаю курить и это немного не приятно. — Говоришь, как баба, и ведешь себя так же. — Я не хочу потом жалеть. — Ты о чем сейчас: сигаретах или мне? — Обо всем. Нужно подумать, просто перестань на меня давить, — заглянув в недовольные карие глаза, Тушенцов перекатился в сторону и уставился на блеклый потолок. Юлик вздохнул, закрыл лицо ладонями и слез с кровати, ощущая режущую волну злости где-то глубоко внутри. Дотянувшись к ручке двери, он на секунду засомневался в своем поступке, но потом понял, что ничего плохого не сделал и оглянулся назад. — Когда перестанешь выебыватся — звони. И заодно сигареты захвати, а то с тобой даже трех пачек не хватает. — Да пошел ты… — На хуй? Ну я собирался, но ты меня остановил, — разведя руками, Онешко вышел из комнаты и громко стукнул дверью об стену. Белая штукатурка мелкими кусочками посыпалась на паркет, напоминая рассыпанную муку, которая часто выполняла роль кокаина в их роликах. Захотелось уйти от этого всего, потеряться где-нибудь в собственной фантазии и больше не возвращаться. Только со всеми способами связи с космосом Руслан завязал. Хотя один почему-то, до некоторых пор, парень не брал в расчет, а ведь именно он представлял больше всего опасности.