Танец, покоривший сердце

Прошло уже пять дней с тех пор, как Цурара осталась у клана Нура, за это время она немного привыкла к дому и его обитателям. Все были очень дружелюбны по отношению к ней, никто не обижал ее. Кеджоро и Ехиме всячески старались подбодрить и развеселить девушку. По началу она настороженно отнеслась к матери Рикуо, из-за прошлого ее мамы, но общаясь с ней она поняла, что та очень добрая, ласковая, очень любит своего мужа и сына, но это не мешает ей наставлять их на правильный путь и стремиться помочь всем кто в ней нуждаются. На второй день пребывания у них в гостях Цурара увидела, как она исцеляет рану одного екая. Ехиме увидев, тогда Цурару ласково улыбнулась ей и сказала, что если та поранится, пусть сразу идет к ней, и она ей поможет. Ехиме действительно была замечательной женщиной. Что бы не скучать и не бездельничать Цурара стала помогать с работой по дому, хоть ее и отговаривали, но она все равно настояла на своем, ей было приятно помогать им. А между тем приближалось время праздника «Ханами», и Рикуо планировал отвести туда Цурару на свидание. После той ночи, Рикуо был уверен, что у Цурары есть к нему чувства, ведь она произнесла его имя, пока спала. И теперь хотел в этом окончательно убедиться, и этот праздник подходил для его целей как нельзя лучше. Поэтому он решил подготовиться, как следует, и попросил маму и Кеджоро подсобить ему в этом, с чем те радостно согласились. Он попросил выяснить размеры Цурары, и какие цвета ей нравятся. После того как они выяснили это для него, он, прихватив с собой Кеджоро, пропадал в городе, занимаясь подготовкой к свиданию. В самом городе приготовления тоже шли полным ходом, люди прибирались на улицах, в роще сакур, подвешивали на ветки деревьев фонарики. Наконец до наступления Ханами остался один день. Ехиме держала в руках узелок, который Рикуо отдал ей. - Мам, уговори Цурару это надеть, я уверен, что на ней это будет красиво смотреться. - Хорошо, ведь ты потратил много времени, стараясь подобрать для нее наряд, - засмеялась Ехиме. - И еще, вот пусть она украсит волосы этим, - Рикуо достал из кармана две бири, они были украшены цветами сакуры. Но Ехиме, взяв их, положила в свой карман. - Они ей не нужны. - Это еще почему? - в голосе ее сына слышалось недовольство. - Все просто - бири носят только незамужние девушки, с помолвкой они прекращают их носить. А Цурара – твоя невеста. Если она их оденет на выход, то все подумают, что она еще ни с кем не помолвлена, - на лице Рикуо отчетливо читалось огорчение. - Не стоит огорчаться, Рикуо. Уверена ей очень понравиться, то что ты, для нее выбрал. Завтра она будет выглядеть просто волшебно. На следующее день Ехиме отправилась к Цураре, что бы помочь ей приодеться. Зайдя к ней, она увидела, что Цурара ее уже ждет. Собственно говоря, Цурара проснулась сегодня рано, что бы умыться и поесть до прихода Ехиме, потому что сегодня был важный день. Рикуо пригласил ее полюбоваться на цветение сакуры, она была в не себе от счастья, услышав его предложение. Это было ее первое настоящее свидание с Рикуо, и теперь она с нетерпением ждала его маму, чтобы приготовиться к нему. - Вижу, ты меня уже ждешь, - Ехиме не могла сдержать свою улыбку, весь вид ее невестки говорил о ее нетерпении. - Ну, тогда начинаем, - Ехиме развязала узел и извлекла на свет красивое кимоно, у Цурары вырвался вздох восхищения. Верх кимоно был белым и постепенно переходил в нежно розовый цвет, само оно было украшено узором из множества цветов различного цвета. Помимо этого в узелке находились сандалии с узором из цветов сакуры. Когда Цурара надела это кимоно, Ехиме замерла в восхищении, оно прекрасно смотрелось на девушке и гармонировало с ее внешностью. Все-таки Рикуо не зря потратил свое время, подбирая этот наряд. - Ты, смотришься просто волшебно. Уверена, что Рикуо будет сражен на месте, когда увидит тебя, - ее слова заставили Цурару покраснеть. - Так, а теперь пора расчесать волосы, - сидя перед зеркалом Ехиме бережно расчесывала ее длинные волосы, они были мягкими, как шелк. Просто касаться их было приятно. Ехиме очень нравилась Цурара, та была хорошей, доброй, отзывчивой девушкой, поэтому ничего удивительного, что Рикуо в нее влюбился. - А теперь последний штрих, - собрав волосы с правой стороны ее головы, она закрепила их гребнем, украшенного красивым белом цветком, - вот теперь ты готова. Пора идти, Рикуо ждет. А Рикуо действительно ждал их в главном зале, он был весь в нетерпение – ему хотелось поскорее увидеть Цурару. Наконец двери открылись и вошли его мама и Цурара. Как и говорила Ехиме, Рикуо действительно был поражен в самое сердце. Ему казалось, что он видит просто прекрасный мираж, который в любой миг может исчезнуть. - Мне не идет? – опомнившись, Рикуо увидел, что у его любимой был огорченный вид. - Нет, вовсе нет. Ты так прекрасна, что я утратил дар речи! – подойдя к ней, он поцеловал ее руку, из-за чего Цурара покраснела. Довольно улыбаясь, Рикуо посмотрел на мать. - Ну, мы пошли, а то уже полдень. Ехиме с улыбкой наблюдала, как они покинули главную залу, Цурара шла, обнимая руку ее сына, а сам ее сынок довольно улыбался. Улыбнувшись им в след, Ехиме подумала как все-таки хорошо, что Цурара – ее невестка. Рикуо и Цурара медленно шли по роще цветущей сакура. Вокруг было много людей, как простых, так и знатного сословия они сидели под деревьями и любовались цветением, кое-где звучала музыка и танцевали люди. Цурара с искренним любопытством смотрела на все это – ведь она впервые видела подобное, ну а сам Рикуо был уже не рад, что привел ее днем – слишком много мужчин пялились на его Цурару и тихо свистели ей вслед. Правда они тут же замолкали и смотрели в другую сторону, когда натыкались взглядом на кроваво-красные глаза, в которых ясно читалось намерение их убить. - А эти деревья всегда тут росли? – прозвучал вопрос. - Нет, на самом деле сегун семьи Токугава приказал привезти множество деревьев сакуры с горы Ёсино из префектуры Нара в Эдо для украшения новой столицы страны. Огромное количество деревьев сакуры были доставлены в вещевых обозах в столицу из всех уголков страны. Цурара, хочешь я расскажу тебе о легенде связанной с сакурой. - Да! - Эта легенда рассказывает о том, почему люди живут недолго по сравнению с екаями. В легенде говорится, что когда спустившемуся с высоких Небес на острова Японии богу Ниниги были предложены на выбор две дочери бога гор, он выбрал младшую сестру по имени Ко-но хана сакуя-химэ - дословно «цветущая», а старшую, Иванага-химэ - «высокая скала» — отослал отцу, поскольку он счел её безобразной. Тогда отец разгневался и поведал о своем первоначальном замысле: если бы Ниниги выбрал себе в супруги Иванага-химэ, жизнь потомков Ниниги была бы вечной и прочной — подобно горам и камням. Но Ниниги совершил неправильный выбор, и потому жизнь его потомков, то есть всех людей, начиная от самих императоров и кончая простолюдинами, будет бурно-прекрасной, но недолговечной — как весеннее цветение сакуры. - Вот как. После этого они провели день, разгуливая по цветущей роще. Рикуо рассказал много интересного про этот праздник. Так, например, вначале ханами посвящали цветению горной сливы, возможно, потому, что слива начинала цвести раньше сакуры и тем самым становилась первым по времени воплощением возрождающейся жизни, а возможно была другая причина. Также Цурара узнала, что прежде только знатные люди могли наблюдать за цветением сакура, а сейчас это разрешено и простолюдинам. Так за разговорами день шел к окончанию, люди стали зажигать фонарики на деревьях. Цветущая сакура ночью, освещенная светом фонарей была прекрасным зрелищем. Наконец все люди разошлись по домам. Рикуо и Цурара остались одни в роще. И он улыбкой наблюдал как она ходит среди деревьев. Наблюдая за ней, Рикуо почувствовал легкий холод, налетевший порыв холодного ветра покрыл некоторые деревья снежным покрывалом. В легком шоке он смотрел, как Цурара восторженно хлопает в ладоши. Покачав головой, он посмотрел на деревья – укрытая искрящимся снегом цветущая сакура. Действительно красивое зрелище. - Эй, ты что делаешь? – крикнул Рикуо, когда увидел, что Цурара подошла к одному дереву, и его стал покрывать лед. - Просто хочу заморозить сакуру, тогда эта красота будет вечной. - Не надо делать этого, люди будут в шоке, и по городу поползет много слухов, и снег убери - вздохнув, Цурара убрала лед. А еще один порыв ветра унес снег, при этом затушив некоторые фонари и сорвав лепестки. «Боже, она как ребенок, но самый прекрасный ребенок в мире»: - подумал Рикуо, с улыбкой наблюдая как, Цурара кружится под опадающими лепестками сакуры в приглушенном свете фонарей. Затем Рикуо подошел к Цураре. - Посмотри, что ты наделала, - со смехом он указал на несколько деревьев, где полностью потухли фонари, - к счастью это легко исправить. Взмах руки и в кронах этих деревьев появились голубые огоньки, освещая своим таинственным голубым сиянием деревья. Девушка как зачарованная смотрела на это, а затем взмахнула рукой, фонари окончательно погасли в радиусе двадцати метров вокруг них. - Ну и зачем? - Можешь зажечь побольше огоньков? Желая доставить ей радость, Рикуо снова слегка взмахнул рукой. Голубые огоньки вспыхнули не только в кронах деревьев, но и между ними. Цурара зачарованно смотрела на огонек прямо перед ней. Рикуо же молча наблюдал за ней, все-таки он был счастлив, тем, что смог сделать ее счастливой. Его желание почти осуществилось, осталось совсем немного. Подойдя к ней он осторожно притянул ее к себе и поцеловал. Ее губы были мягкими и теплыми. Цурара была удивлена его поступком, но не оттолкнула его, его поцелуй был таким приятным, что хотелось, чтобы он не кончался. Прервав поцелуй, Рикуо посмотрел на нее, ее щеки покрыл легкий румянец, а в глазах ясно читалось удовольствие. - Цурара, я тебе нравлюсь? - услышав вопрос, она покраснела еще больше, увидев реакцию Цурары, Рикуо довольно улыбнулся, а затем снова поцеловал ее, девушка не сопротивлялась. В небе луна подернулось завесой облаков, словно не хотело подсматривать затем, что происходит внизу. Под кроной сакуры целовались двое влюбленных, а их силуэты освещали своим голубым сиянием огоньки.