Игра на выживание

Коки лениво переводит взгляд уставших светло-зеленых глаз на экран ноутбука и нажимает на клавишу клавиатуры. За последние несколько дней выдалось всего несколько часов для сна, потому что слежка за Министерством Обороны забирала себе все свободное время. Да и несвободное тоже. На время пришлось забыть о любых делах, благо в университете начались каникулы, а по многим предметам у Мимуры были «автоматы». Хотя, если честно, лучше бы Коки сдавал экзамены: сессия казалась в действительности намного проще, чем участие в странных делишках бывших одноклассников. Но уж если ребята решили помочь остальным разобраться в возникших проблемах, то сбегать или кидать их не хотелось. Тем более, вряд ли Мимура мог хоть как-то еще помочь другим. Со своей обыкновенной внешностью да заурядными способностями Коки был полезен разве что в слежке. Другое дело, что именно это от него и требовалось. Да и напрягаться особо не нужно было: его смогли обеспечить всем необходимым оборудованием, так что усложненная из-за некоторых факторов слежка за целым зданием превратилась в обыкновенную разведку и наблюдение. — Эй, я еду принес. — слишком громко для секретного убежища, расположенного на открытом пространстве и хорошо просматриваемого со многих мест в Токио, прокричал Маехара, оповещая почти заснувших парней и привлекая к себе внимание. Впрочем, ничего нового. Хирото задорно улыбается, да так, что многие девчонки — если бы они тут были вообще — с ума сошли бы. Везет некоторым с внешностью, не то, что Мимуре. С таким заурядным внешним видом вообще удивительно, что он смог найти себе девушку. — Наконец-то. — несколько недовольно откликается Окадзима, но от просмотра экрана не отрывается, только жестом подзывает к себе и опускает голову на согнутые руки. Мимура мельком провожает Маехару взглядом, а после продолжает свое наблюдение. Все-таки поделить работу на нескольких людей и закрепить за каждым определенный участок казалось наилучшим вариантом. Работы итак было слишком много, и одному Коки ее было не осилить. Благо некоторые парни вызвались помочь, хоть Мимура и выполнял основное наблюдение в наиболее важных точках, которых было достаточно, чтобы уставать от постоянного мониторинга местности. — Погодите немного, сейчас всем раздам. — вновь возглас Маехары, доносящийся откуда-то сзади. Мимуре нельзя отвлекаться от просмотра записей с видеокамер, но на внезапно оживившихся парней и постоянные шорохи и шепотки все же обратил внимание. Да и свой собственный живот около часа назад настойчиво уведомил о том, что необходимо поесть. Все-таки, как и у всех людей, естественные потребности были выше всяких поставленных задач. Коки переводит скучающий взгляд с одного изображения с камеры на другое, внимательнее всматривается в перерисовывающиеся полосы экрана, мелькающие с частотой раз в три секунды, и надеется, что не пропускает ничего. Усталость берет свое, и время реакции значительно увеличивается, а внимание уменьшается. Глаза лениво прикрываются и на пару мгновений дают себе небольшую передышку, а мельтешащая темная тень, внезапно промелькнувшая на экране, остается без какого-либо внимания. Когда Мимура вновь открывает глаза, картинка остается прежней, и парень недовольно и устало вздыхает. — Вот, держи. Перекуси немного. — Маехара появляется за спиной неожиданно, заставляя Коки вздрогнуть и немного проснуться. Мимура мимолетно оборачивается, перехватывает что-то хлебобулочное в целлофановой упаковке, а потом мигом возвращается к экрану и продолжает рассматривать изображения, попутно открывая свой перекус. — И хватит спать. В конце концов, мы тут не в игрушки играем. — Да не спал я. — лениво отзывается Мимура, проскальзывая взглядом по перерисованному экрану и натыкаясь взглядом на кое-что странное. Слишком темное пятно на черно-белом рисунке сначала кажется простым стечением обстоятельств, браком производителя камер или вообще как-то попавшим пятном на объективе от чего-то темного и непонятного. Вот только после небольшого движения этого странного пятна до сознания доходит, что это вовсе не пятно и таковым никогда не являлось. — Что за хрень? — недоуменно спрашивает сам себя Коки и в уме прикидывает, где находится данная камера. — Что там? — заинтересованно спрашивает Маехара и наклоняется чуть ниже, вглядываясь в изображения с камер и не находя ничего странного. Коки тыкает пальцем в конкретную картинку и показывает странное пятно. — Видишь? — интересуется парень, не обращая внимания на собеседника. После очередного движения — почти миража — Мимура хмурится и бросает напряженный взгляд в сторону здания Министерства Обороны Японии. — Оно двигается. Коки подрывается с места и кидается к краю крыши. Надежда, что это какая-нибудь птица, тянущим страхом отдается в голове, когда Мимура понимает, что фигура слишком огромна для простой птицы. Камера установлена почти под самой крышей здания министерства Обороны Японии. Туда попасть простому человеку будет очень непросто. Изначально она устанавливалась с целью засечь что-то на вертолетной площадке, расположенной в центре изображения. А то, что вместо предполагаемой помощи или важной информации, которая могла бы быть транспортирована с помощью вертолета, появилась странная тень, давало причины для вполне оправданной настороженности. И осторожности, так как неизвестно, чем эта тень вообще могла являться на самом деле. Тень стоит на краю крыши, прямо напротив их тайного центра слежки. Тень имеет фигуру человека, накинувшего на себя темный огромный плащ с капюшоном, и под воздействием легкого ветерка ткань плаща развевается. Мимура останавливается и с подозрением сверлит непонятно кого. Маехара, подошедший следом и также заподозривший неладное, оборачивается и знаками дает остальным парням понять, чтобы те наскоро собирали вещи и готовились отступать. Коки имеет острое зрение и огромную наблюдательность. Когда фигура поднимает голову и смотрит насмешливо на настороженных парней, Мимура улавливает в мужском лице нечто хищное, и делает шаг назад. Инстинкт самосохранения так и кричит ему: «Опасность! Беги!» Вот только тело под воздействием сонного состояния вовремя не реагирует. Карие глаза незнакомца успевают блеснуть алым прежде, чем Коки успевает хоть что-то сообразить. — Бегите. — громко кричит — оповещает, предупреждает — Мимура, доставая из-за спины привычный руке нож, и блокирует первый удар, направленный на его шею. Незнакомец хищно скалится и неведомой силой отталкивает Коки назад. Маехара успевает отступить и добраться до ноутбука Мимуры, тут же закрывая крышку и направляясь к входу на крышу. И единственному выходу, собственно. Путь для отступления на всякий случай подготовлен уже и давно готов выполнить свое предназначение. Окадзима бросается в атаку с целью отвлечь незваного гостя, пока остальные собирают наиболее важные вещи и документы с записями и отступают назад, к намеченному выходу, готовые прикрыть спину догоняющему их парню. Итона быстро отправляет что-то через пульт управления, достает спрятанный до этого пистолет и метко стреляет в голову гостя, пока Окадзима догоняет остальных. Стреляет и теряется, потому что нечто умудряется отразить несколько пуль, выпущенных в незнакомца, под ноги Итоне. Инстинкты уверенно и навязчиво твердят, что пора сваливать как можно дальше. И только разум непосредственно подсказывает своему хозяину, что происходит. Долбанные тентакли, щупальца, которые уже давно должны были кануть в лету вместе с их разработчиком. — Уходим. — вкрадчиво шепчет Итона, медленно подходя к выходу и не прекращая стрелять по неподвижной цели, ловко отмахивающейся от обычный пуль как от мешающихся мух. Итона покидает крышу последним, после чего парни надежно закрывают дверь и подпирают ее откуда-то взятой стальной трубой небольшого диаметра. — Что-то тут не так. Нужно быть осторожными. — мимоходом все же делится своими мыслями Маехара, заглядывая за очередной поворот на лестничной площадке. Тишина непреодолимо давит на сознание парня и ощущается напряжением в спине. Опасность ощущается всеми клетками организма. Желание выжить и вернуться здоровым визжит на границе сознания, как сирена. Все это мешает сосредоточиться на таком важном и необходимом задании: выбраться из здания живым и по возможности невредимым. — Вы заметили? — тихо шепчет Итона, бесшумно передвигаясь к перилам и недовольно смеривая расстояние до нижних этажей. — Он использовал щупальца. — А еще он слишком просто дал нам смыться с крыши. — кивает в ответ Маехара, тут же поворачиваясь лицом к остальным и печально усмехаясь. — Скорее всего, где-то в здании они устроили засаду. Заманили нас в ловушку. Что будем делать? — На лестнице темно. Либо они болваны, что решили, будто смогут затаиться где-то около лестницы и внезапно напасть на нас, либо… — Либо они вышли на охоту. — согласно подхватывает мысль Итоны Мимура, напряженно обводя помещение взглядом. В радиусе трех метров еще можно что-то рассмотреть, но дальше — та еще проблема. — Да, и в любом случае мы можем нарваться на неприятности. Скоро с крыши полезет тот придурок, и тогда нас зажмут с двух сторон. — Вооруженного столкновения не избежать. Вот только мы ничего не знаем о нападающих. Плюс, мы окажемся в невыгодном положении, если нас действительно зажмут. — Можно спуститься на веревках между лестничными пролетами вниз, а потом уже к выходу направиться. Если сделать это быстро, то нас не успеют остановить. — Не, они заметят. В лучшем случае начнут стрелять по нам — больно открытое пространство тут. А если перережут веревку, то мы либо разделимся, что нам не выгодно, либо же разобьемся. Слишком большой риск. — А если в шахте лифта? За ней вряд ли будут следить. — Это больше подходит, но опять же мы рискуем. Да и пространство замкнуто, даже выбраться не успеем. — Но по лестнице тоже не вариант идти. Мы и время потеряем, и соберем все засады. А так хоть есть шанс, что нас не заметят. — Ладно, сдаюсь. — Маехара шутливо поднимает руки и усмехается, но обречение слишком отчетливо читается в его глазах. — Только будьте осторожны. Мы еще даже не начали. Парни осторожно продвигаются по коридору, поглощенному тьмой, и вздрагивают от любого шороха, готовые начать бойню. Впрочем, до дверей лифта они добираются без каких-либо происшествий, не натыкаясь ни на одного возможного потенциального врага. Маехара и Мимура пытаются открыть двери лифта без лишнего шума, Окаджима достает необходимые инструменты и оборудование для безопасного спуска. О дверь, ведущую на крышу, все отчетливее слышны удары того гостя с крыши, и парни просто надеются, что он немного опоздает с приходом. Не просто же так он дал им столько форы. Явно хочет поиграть в охотника-добычу, так почему бы не переиграть его в этой незатейливой игре? Маехара, скептически оглядев не выглядящие надежными тросы лифта, недовольно цокает и хмурится, поправляя крепления для спуска и оружие, спрятанное в одежде. Окадзима подходит к шахте и кидает взгляд вниз, лучше натягивая перчатки на руках. Мимура поправляет рюкзак за спиной и проверяет, на месте ли ноутбук. Итона продолжает что-то делать через пульт управления, и со стороны действительно кажется, словно ему все равно на происходящее. — Я пойду первым. Лифт на нижних этажах, и нам несказанно повезло в этом. Последний пусть закроет двери, чтобы нас не спалили. И будьте максимально тихими, малейший шорох нас выдаст. После небольшой инструкции по поведению Маехара прыгает в шахту и крепко хватается за трос, тут же переплетая его ногами, и цепляется креплением за трос. Слишком громкий звук спуска в оглушающей тишине приводит парней в себя и заставляет поторопиться. Следом за Хирото спускаются Итона и Мимура, а завершает процессию Окадзима. Изначально парни открыли двери лифта не полностью, только чтобы сами могли пролезть в них без проблем, и потому, убрав небольшое препятствие между ними, двери легко закрылись по инерции. Открыть двери на втором этаже Маехаре и Итоне не составило труда. Пока Окаджима, параллельно прислушиваясь к звукам на верхних этажах, вылезал из шахты лифта, ребята быстро осмотрелись вокруг и, не найдя никаких следов пребывания здесь других людей, направились к лестнице. Опасность быть застигнутыми врасплох в темном помещении все еще присутствовала, и потому постоянно оглядываться пришлось на всем пути. До выхода и уж тем более до отступного пути оставалось всего ничего. Тишина настораживала парней и продолжала давить на их психику. Вот только, когда парни почти оказались в холле первого этажа, они услышали глухой стук каблуков обуви о бетонный пол. Догадка о личности этого человека сама собой появилась в головах отступающих. — Вы так долго шли сюда. Я заскучал. — насмешливо проронил голос из темноты. Сияющие в темноте, словно фосфор, глаза настораживали. — Идите дальше, я его задержу. Встретимся в оговоренном ранее месте. — едва различимым шепотом сказал Маехара, выходя вперед. В правом рукаве блеснуло лезвие ножа. В рукаве левой руки привычно был спрятан старый-добрый нож из материала, напоминающего резину. Оружие в самый раз для носителей щупалец. — Хорошо. — кивает Итона и направляется к почти незаметной двери, находящейся под лестницей, игнорируя парадную дверь. Мимура и Окаджима следуют за ним и даже не оглядываются. Осознание этого факта немного успокаивает и вселяет уверенность в своих действиях. Знать, что тебе доверяют, — бесценно. Маехара глубоко вдыхает воздух и выдыхает. Руки начинают дрожать, по спине — холодный пот. Незнакомец с крыши больше не скрывает щупальца, и Хирото насчитывает четыре штуки. На губах появляется усмешка — и что она только не означает. Маехара удобнее перехватывает нож, левой рукой нащупывает пистолет, с которым он управляется хуже, и мягко — беззвучно — ступает на бетонный пол, останавливаясь в нескольких шагах от некогда преступника. Хотя сейчас вряд ли что-то изменилось. — Ого. — насмешливо тянет незнакомец, скидывая капюшон плаща, после чего и вовсе стаскивает мешающуюся вещь на пол. Остается мужчина только в майке, а щупальца, обвивающие руки по всей длине, как-то странно парят в воздухе. Рыжие отросшие волосы закрывают его глаза, но даже так они продолжают немного светиться. Маехара проходится по его внешнему виду взглядом и делает для себя вывод, который озвучивать пока не спешит. И не решается. — Кто бы мог подумать, что обычный человек решит выступить против меня. — Ну, мне же не впервой. — равнодушно склоняет на бок голову Маехара, следя скучающим взглядом за отбрасываемым мутные блики лезвием ножа, который он подбрасывал в воздух. — Я таких, как ты, в школе гонял по двору. — пренебрежительно роняет как бы задумчиво Хирото, хватает нож за рукоять и криво усмехается. Маехара провоцирует мужчину, и даже разочарованно выдыхает, когда тот ведется. Как ребенок, ей-богу. Одно из щупалец — тоже почему-то светящееся — стремительно несется к парню, явно намереваясь обезглавить парнишку. Вот только все идет не по плану — конец, отрезанный ровно, словно по шаблону, падает на пол, а рана заливается голубоватой жидкостью. Слизь капает на пол с остатка щупальца, которое тут же восстанавливается, и с ножа в левой руке Маехары. Незнакомец скалится, но продолжать нападение не собирается. Хирото лениво стряхивает остатки слизи и удобнее перехватывает такой привычный еще со школьных времен нож цвета хаки. Хорошо, что он прихватил его — как Карма и предвещал, тут он пришелся как раз. Преступник точно является каким-то экспериментом. К слову, весьма неудачным. Почему и как его отправили на зачистку здания остается той еще загадкой. Но подсвечивающиеся глаза и щупальца вряд ли являются чем-то нормальным. Да и скорость их движений, хоть и молниеносна, но все равно медленнее Коро. А ведь даже в школьные года умудрились создать существо, способное двигаться в два раза быстрее их учителя. Наверняка ученые успели продвинуться в этой области. — А ты не так плох. — А вот ты хуже моего знакомого. Над тобой что, эксперименты ставили? А когда поняли, что ни на что не годен, то решили использовать по максимуму и выкинуть? — Ты, вероятно, говоришь о тех прототипах, которые управляли сами собой и со временем захватывали сознание носителя? Видишь ли, это новый экземпляр. Ими управляю я. Что же, так даже проще. Маехара сделал мысленную пометку у себя в голове и усмехнулся. Он ни за что не смог бы справиться с кем-то вроде Коро или Шинигами, но вот человек — это совсем другое дело. Потому что у человека ограниченное количество ресурсов, в отличие от монстров. И самых классных учителей, конечно. Маехара срывается с места и направляется на противника. Замечает справа движущееся щупальце и тут же отсекает значительную часть. Второе щупальце движется слева — так предсказуемо — и с ним справиться намного проще. Еще два щупальца отсекаются одновременно, и до того, как восстанавливаются другие, Маехара ловким движением валит преступника на под грудью, заводит одну из рук за спину, придавливает коленом грудину ближе к бетонному полу и заламывает руку до хруста в плечевом суставе. Преступник под ним шипит, а Маехара приставляет к его горлу нож. На обдумывание ситуации уходит лишь миг, а после Хирото точным движением перерезает рыжему мужчине глотку. Кровь хлещет фонтаном первые минуты и окатывает Маехару теплой волной. Где-то за спиной слышатся шаги — не иначе, подкрепление прибежало на звуки боя. Хирото чертыхается, вытирает глаза рукавом — безуспешно — и бегом срывается к парадным дверям. Сбежать с крыльца не составляет никакого труда, но вот громкие хлопки и пули, позади врезающиеся в асфальт и бетон, напрягают, и парень сворачивает за поворот, чудом умудрившись в него вписаться. Там его уже ждет машина — Мимура стоит рядом с открытой дверью и готов в любой момент прикрыть спину бывшего одноклассника. — Уезжаем. — взволнованно кричит Хирото, заскакивая в машину и захлопывая дверь за собой. Коки прекращает огонь и начинает разворачиваться, но тут его настигает шальная пуля. Прямо в грудь. Мимура удивленно и в то же время испуганно вздыхает, странно дергается, но Маехара быстро затаскивает парня в машину, захлопывает дверь, и машина стремительно скрывается за поворотом. Звуки стрельбы остаются позади, и теперь приходит осознание, что с Мимурой что-то произошло. — Эй, ты как? — взволнованно интересуется Маехара, пока Окадзима спереди тихо цыкает и ускоряется, проезжая перекресток на желтый сигнал светофора. Итона напугано смотрит в зеркало заднего вида и явно переживает за состояние товарища. — Да нормально вроде. — тяжело выдыхает Мимура, пока Маехара поудобнее устраивает его тело на заднем сидении. Коки расстегивает спортивную кофту и достает свой ноутбук, который прикрывал его грудь и живот, и откидывает его в сторону. Маехара хмыкает, берет вещицу в руки и находит отчетливую дырку в корпусе. — Вот только ноут жалко. — Да ты везунчик. — весело фыркает Маехара и показывает на пулю, которая почти вышла из корпуса. Мимура улыбается и нащупывает то место, куда могла попасть пуля, рукой. Эта область саднит, и Коки невесело понимает, что скоро вылезет синяк. Как он будет объяснять его появление своей девушке, когда все закончится — вопрос на миллион. — Там все данные были. Как мы теперь их Акабане передадим? — Я ему уже отправил всю полученную информацию. — тихо сообщает Итона, окидывая заднюю часть салона автомобиля равнодушным взглядом через зеркало заднего вида. В машине воцаряется тишина, и Окадзима сворачивает на прилегающую территорию, направляясь к месту встречи с остальными одноклассниками. *** Юкимура приоткрывает один глаз и тут же обратно закрывает, чувствуя, как жгучая боль распространяется где-то внутри черепа. Все тело болит после пребывания в плене у непонятных людей и периодического избиения до кровавого кашля. Вставать не хочется, а холодный бетонный пол в темном помещении кажется невероятно удобным. Провести так оставшееся время кажется даже неплохой идеей, и Акари почти поддается возникшему наваждению, но где-то справа от себя, метрах в трех, слышит шорохи. Тело само собой напрягается, а сознание настораживается и лишает девушку возможности расслабиться, как она хотела поступит всего минуту ранее. Юкимура открывает глаза, но пока не двигается и не дает присутствующим понять, что она пришла в себя, лишь сильнее стискивает челюсти, до скрежета зубов, желая наиболее удачно перебороть боль в голове и всем теле. Неизвестная фигура — Акари бы вряд ли ее вообще заметила, если бы не звуки после каждого движения — стоит немного поодаль спиной к Акари и то и дело берет что-то в руки, после чего откладывает лишнее в сторону. Юкимура едва различает в непроглядной тьме светлые волосы. Осознание происходящего отказывается приходить в страдающую от боли голову, и Юкимура решает просто остаться на полу. Сил уже ни на что не хватает. Хочется просто остаться в этой всепоглощающей тишине, и ничего не видеть, не делать, не слышать и не замечать. Акари вновь прикрывает глаза и мучительно жмурится, стараясь скинуть глупое наваждение заплакать. Тело страдало все это время и сейчас тоже продолжает страдать от разрывающей боли, но больше всего страдает душа, так и не отошедшая после потери родителей. Лезвия воспоминаний разрывают призрачную плоть на части и убивают одним своим существованием. — Потерпи немного. — раздается рядом ластящийся шепот знакомого голоса. Ее правую руку осторожно освобождают от остатков одежды, протирают чем-то с горьким запахом спирта и в вену втыкают иголку, одну из многочисленных за последние несколько дней. Юкимура из-под ресниц смотрит на знакомого человека и легко, едва заметно улыбается, прикрывает глаза и проглатывает ком, вставший в горле. Дышать становится чуть проще, потому что Накамура здесь, и она вряд ли продолжит измываться над телом и сознанием бедной актрисы. — Где это мы? — тихо интересуется Юкимура, хотя отчетливо понимает, что ей все равно. Просто не хочется продолжать находиться в тишине, окутывающих все пространство вокруг. Накамура начинает вводить препарат внутрь организма, и Акари морщится, вновь открывая глаза и с отвращением смотря на свою правую руку в крепкой хватке одноклассницы. Рио отвечать не спешит, предпочитая сосредоточиться на введении обезболивающего. Юкимура лениво прикрывает глаза и облегченно выдыхает, когда иголка медленно покидает ее тело. Спокойствие медленно разливается и наполняет искалеченное тело. Акари погружается в свои ощущения, чувствуя каждый саднящий синяк и каждую царапинку. С течением времени возвращается ясность рассудка. Голова перестает раскалываться от боли, а тело вновь становится словно ее, готовое подчиняться приказам. Юкимура лениво открывает глаза и понимает, что все еще находится в темноте, но эта тьма больше ее не пугает. Акари пробует пошевелить рукой и с легкой улыбкой понимает, что осязание к ней возвращается. Юкимура чувствует, как становится намного легче, и дальше продолжать лежать на холодном полу больше не видит никакой надобности. Актриса осторожно поднимается на ноги, нащупывает рукой стену и направляется по направлению к месту, где до этого копошилась Накамура. Цель оказывается найдена сидящей на стуле за какой-то преградой и что-то рассматривающей в темноте на своих руках. — Объяснишь, что происходит? — нарушает тишину немного хриплым голосом Акари и нагло подходит ближе, вглядываясь в какую-то папку. Рио продолжает хранить молчание. Акари уже не надеется получить ответа, потому садится на рядом стоящий стул и облокачивается руками на столешницу, задумчиво сверля темноту перед собой. — Давай дождемся пробуждения Хаями. — нарушает молчание Накамура, перелистывая книгу и начиная читать новую страницу. Юкимура косится в ее сторону и пытается оценить обстановку, чтобы предположить хотя бы, где находится Ринка. — Не хочу повторять одно и то же несколько раз подряд. Акари кивает и обводит помещение внимательным взглядом. Глаза натыкаются на стоящее неподалеку кресло, похожее на стоматологическое, а на нем — хрупкую фигуру девушки. Юкимуре действительно интересно, что случилось с Ринкой и Рио, пока она была захвачена, и как они смогли оказаться в одном месте. Акари еще раз обводит помещение оценивающим взглядом и, убедившись в отсутствии окон и надежно закрытой двери, включает настольную лампу. Лампочка на сорок ватт светит достаточно ярко для девушек, проведших некоторое время в полной темноте, и Накамура с Юкимурой невольно щурятся, привыкая к свету. Рио на подобное своеволие Акари ничего не говорит и продолжает читать документы. Акари же начинает быстрый осмотр своего тела, чтобы оценить свои возможности на дальнейшие действия. Следы от многочисленных уколов уже пропали, как и мелкие синяки и царапины. Те, что были покрупнее, начали затягиваться и вскоре тоже пропадут. Юкимура бы даже не обратила внимание на столь скорое исцеление своих травм — в конце концов, она успела уже в свое время убедиться в своей быстрой регенерации, — если бы не странное тянущее ощущение в районе задней части шеи. Такое знакомое и одновременно с этим чужое. Всепоглощающее и опустошающее. Обжигающее, как огонь, который она не так давно хотела использовать для убийства Коро-сенсея. Юкимура испуганно поправляет рукава легкой кофты и смотрит на Накамуру взглядом, полным множеством вопросов. Рио замечает этот испуганный взгляд, но не отвлекается от чтения и только ведет недовольно плечом, мол, все потом объясню. Акари настороженно щурится и по своему же желанию заставляет привычные зеленоватые щупальца появиться перед ней. Теперь становится понятно, почему так сильно болело тело. Сколько же она находилась в плену, раз в ее теле успели вырастить щупальца? Ей самой понадобилось чуть меньше года для этого. Тогда что случилось во внешнем мире? И существует ли он еще? Со стороны Хаями слышится хриплый полустон-полувздох. Накамура и Акари оказываются рядом с ней почти моментально, и пока Рио готовит какой-то препарат, Юкимура начинает осматривать тело Ринки. Кожа с еле заметными потемнениями постепенно возвращает свой оттенок, царапин, синяков или еще каких-либо следов избиений больше не наблюдается. Акари стискивает челюсти, понимая, почему Ринка страдает от боли. В ней тоже вырастили щупальца. Юкимура переводит настороженный взгляд на Накамуру, которая вводит в вену очередную ампулу обезболивающего, и замечает, что все следы избиения с Рио давно уже сошли на нет. Кажется, они втроем конкретно влипли. Примерно через час Хаями окончательно приходит в себя. Юкимура замечает странные проблески в правом глазу Ринки, но ничего не говорит и ведет себя очень тихо. Накамура продолжает читать свои бумаги, наполовину разбросанные по комнате, а Хаями недовольно скалится и шипит, держась за живот. Впрочем, и он в ближайшее время регенерирует. Рио заканчивает чтение документов и на глазах сжигает каждый листок. Только после этого она поднимает взгляд голубых усталых глаз на девушек и легко тянет губы в обреченной улыбке. Сразу становится понятно, что Рио вовсе не отдыхала все эти месяцы. Может, симптомы от ужасной усталости в организме и исчезли, но вот глаза прекрасно выдавали своего обладателя. Впрочем, не одна Накамура натерпелась за это время. — Думаю, вы уже заметили некоторые изменения, которые нам так любезно предложили использовать. — наигранно добродушно тянет Накамура, то ли угрожающе улыбаясь, то ли скалясь. Юкимура едва заметно кивает и прикрывает на долю секунды глаза, больше не чувствуя у себя за спиной ужасающей ауры, давящей на хрупкие плечи и сознание девушки во времена средней школы. Хаями хмурится и кивает, ощущая тяжесть в правой глазнице. Зато четкость окружающего мира усилилась в несколько раз и каждая деталь стала намного заметнее. — Как ты тут оказалась? — небрежно и почти недружелюбно интересуется Юкимура, сверля взглядом блондинистую макушку. Рио оборачивается и ехидно усмехается. Хаями так же продолжает хранить молчание и не вмешивается, вероятно пытаясь отойти после всего пережитого. — Прилетела в Японии на самолете, а потом каким-то образом оказалась тут. — спокойно отвечает Рио, и Юкимура не чувствует исходящих от нее волн волнения. Значит, Накамура говорит правду. Акари выдыхает и скрывает лицо за ладонями, со всей силы жмурясь и проглатывая ком. Как она могла сомневаться в Рио? Накамура ведь делает все, чтобы спасти человечество от загребущих ручонок Всадников. Кажется, Акари распереживалась слишком сильно, чтобы удостоить сомнениям проверенных людей. — Очнулась от жуткой боли, потом оказалось, что мы все находимся в одной комнате. Пока пыталась понять, что случилось с Хаями, очнулась Юкимура. Потом пришла в себя и Хаями. — Ужас какой-то. — заключительно шепчет Хаями и прикрывает глаза, чувствуя себя сильно поломанной игрушкой. Юкимура согласно кивает и обращает свое внимание на Накамуру. От нее пахнет какой-то свежестью, и Акари действительно засомневалась поначалу, что Рио могла находиться с ними все это время. Но если предположить, что ее захватили совсем недавно, тогда и вопросы отметаются в сторону. В конце концов, они с Ринкой находится тут намного дольше Накамуры и успели провонять сыростью и плесенью, смешанной с грязью подвальных помещений. — И какого хрена они вырастили в моем теле щупальца? — недовольно спрашивает в пустоту Акари, откидываясь на спинку поломанного стула. Ринка косится на девушку, моргает и тут же недовольно хмурится. Накамура немного прикрывает глаза и мельком осматривает пол, но никто не обращает внимание на ее задумчивость и некоторую скрытность. Как и на крайне подозрительное поведение. — Как ты это поняла? — заинтересованно смотрит в сторону Юкимуры Ринка, разворачивается к ней всем корпусом и оставляет нахмурившуюся Рио наедине со своими мыслями. Акари приподнимает брови в немом вопросе и отвечать не спешит, не надеясь даже продолжать свои размышления. Вот только Хаями смотрит так проникновенно и выжидающе, что сопротивляться желанию высказаться актриса не может ни физически, ни морально. — Достаточно быстрая регенерация — это раз. И, хотя она у меня стала приобретенной после первых щупалец, я чувствую тянуще-расслабляющую тяжесть в районе шеи. — поделилась Акари и указала пальцем на заднюю часть шеи, где и до этого покоились щупальца. Хаями медленно кивает в ответ и понимает, что чувствует нечто подобное. Страх неизведанного поселяется в голове. Ринка прекрасно помнила, как щупальца захватили контроль над Акари, а теперь у них нет никого, кто мог бы остановить их. — Тем более я смогла их извлечь. — легко пожимает плечами Юкимура, но тут же хмурится и задумчиво смотрит в пол. — Правда, как-то странно они ощущаются. Нет привычной напряженности в теле, и аура их намного… хм, как бы это выразить… мягче, что ли. Они все так же цепляются корнями за нервные окончания, но контроль над телом даже не пытаются захватить. — растерянно делится Юкимура и в нервном жесте проводит ладонью по задней части шеи. — Они вывели новый вид. — подает голос Накамура и подсаживается к девушкам чуть ближе. Ринка и Акари заинтересованно переглядываются и поворачиваются к ней в ожидании продолжения. — Эти новые щупальца не будут пытаться завладеть телом носителя. Они только в случае опасности могут начать защищать тело носителя, но так будет поступать каждый паразитирующий организм. — И откуда ты только взяла эту информацию? — удивленно проронила Юкимура. Впрочем, оказавшиеся на столе документы сами ответили за девушку. Наверняка Рио успела стащить парочку документов и спрятать их где-то в слоях одежды прежде, чем ее перетащили сюда. — Думаю, нам стоит выбираться отсюда. — проговаривает вслух свою мысль Хаями, вставая с насиженного места. Юкимура растерянно смотрит на нее, все еще переваривая услышанное. — Нам нет смысла задерживаться здесь больше. Тем более, ребята волнуются. Необходимо сообщить им, что с нами все в порядке. — Погоди немного. — строго останавливает Накамура Ринку и силой усаживает ту на место. Акари, все еще потерянная и задумчивая, стягивает с грязных волос резинку и завязывает более надежный хвост. Рио передвигается медленно, будто лениво, но во всех движениях блондинки ощущается напряженность и даже тяжесть. — Ты еще не восстановилась? — тихо спрашивает Юкимура под удивленный взгляд Ринки и молча отворачивается после кивка. Хаями вдыхает полной грудью затхлый воздух комнаты и лениво и вальяжно откидывается на спинку стула, натягивая рукава кофты так, чтобы спрятать под ними кисти рук полностью. — Для начала нужно выяснить, что мы вообще сможем предпринять для побега. — строго и голосом командира предлагает Рио и ждет ответной реакции. Впрочем, столь долгожданной реакции после ее слов так и не последовало. — Мы находимся в подвале неизвестного здания. Если мы хотим выбраться, то нам нельзя привлекать к себе внимание. Сбежать нужно максимально тихо и быстро. Вы же понимаете это? — Я могу тут все сжечь. — горько усмехается Юкимура, переводя взгляд с пола на Накамуру. Акари до сих пор помнит, как вызывать огонь и пользоваться им даже при условии, что ее тело будет в порядке. Без истощения и усталости. Без потери контроля и мучительной боли. Без возможности умереть от нехватки жизненных сил. В ответ Накамура тяжело вздыхает. — Мои щупальца могут принимать различную форму. — делится важной информацией Рио и вытягивает вперед руку на всеобщее обозрение. Ее пальцы приобретают голубоватый оттенок и вытягиваются на несколько сантиметров, неестественно выгибаясь. Словно в них не осталось костей. Акари отстраненно наблюдает за ее способностью и не может не соотнести ее способность со способностью тела Коро-сенсея. — Так я могу влиять на любую часть своего тела. — Мило. — язвительно добавляет Юкимура, на что получает недовольный взгляд Рио. Акари лишь пожимает плечами и не может выразить словами, как вся эта ситуация выводит ее из себя. Мало того, что ей пришлось пережить в прошлом, так еще сейчас, помимо нее, страдают ее друзья. Просто прекрасно. — Я могу смотреть сквозь стены. — неуверенно делится Хаями, откидывая мешающиеся распущенные волосы за спину. — Правда только правым глазом. — Это твоя способность? — скептически переспрашивает Акари, выгибая бровь в немом вопросе. Юкимура и Накамура с помощью своих щупалец при необходимости смогут постоять за себя, Ринка же сгодится разве что для шпионажа. Слишком сомнительно, чтобы оказаться правдой. Янагисава точно не хотел бы, чтобы его противники легко проиграли, и наверняка всем дал щупальца со способностью сражаться. Легкие победы ему никогда не были нужны. А в том, что инициатором всего произошедшего, был именно Котаро, сомневаться не приходилось. Он словно подписался своим фирменным почерком. — Нет, это просто факт. — устало тянет Ринка, ровно садится на стуле и протягивает вперед руку ладонью вверх. Юкимура внимательно всматривается и замечает мелкие наросты, похожие на мелкие волоски ярко-желтого цвета, в центре ладони. — Я не знаю, что могу и должна делать с этим. — Вероятнее всего, у тебя вот эта способность. — воодушевленно восклицает Накамура, поднимается со стула и кидается к столу с документами. На поиски нужной страницы уходит всего пара минут, после чего Рио возвращается и отдает листок Хаями. Юкимура наклоняется ближе к девушке и внимательно вчитывается в написанное. — Ого. — информативно выдает Юкимура, удерживая себя от того, чтобы присвистнуть. Ринка выгибает бровь в недоумении и начинает читать всю информацию заново. — Способность поражать цель в поле видимости. — задумчиво тянет Акари и проводит по волосам рукой. — Не используй ее слишком часто. — предостерегающе предупреждает Накамура, и Хаями в ответ согласно кивает. Юкимура прищуривается, желая возразить, но понимает, почему Рио сказала это. Жизненную энергию, которую предстоит использовать Ринке для борьбы, найти не так уж и легко. А до боя с главным злодеем еще слишком далеко, и истратить все тузы в рукаве только на подходе к нему будет очень глупо. — Не используй свои руки для применения способности. — в ответ кидает Ринка, и Акари согласно кивает. Самостоятельно понять свои достоинства и недостатки бывает сложно, и очень важно иметь верных союзников, которые укажут тебе на твои недостатки и помогут исправиться. Накамуре действительно не следует использовать свою способность так, как она показала им, иначе может оказаться в такой ситуации, что защитить себя не сможет. — Сколько мы еще продолжим сидеть в этом гадюшнике? — недовольно интересуется Акари и потягивается, всем телом наслаждаясь легкой разминкой. Хаями складывает лист бумаги в несколько раз и убирает его в задний карман джинсов, чтобы позже внимательно изучить его снова. Пока что информация частично уплывает и не дает изучить свою собственную способность досконально, со всеми вытекающими последствиями. — Полагаю, смысла оставаться тут больше нет. — отвечает Накамура и поднимается со стула. Девушки следуют ее примеру, после чего немедленно подходят к двери. Хаями кидает взгляд на дверь и стену, прикрывает левый глаз, в то время как правый загорается едва заметно желтоватым оттенком. Спустя пару мгновений Ринка смаргивает, и способность тут же деактивируется, возвращая привычное видение мира. — Чисто. Накамура превращает палец правой руки в щупальце, придает ему форму ранее увиденного ключа от этой двери и отпирает дверь. Снаружи действительно тихо и пустынно, и лишь где-то с другого конца коридора слышатся голоса небдительных охранников. Девушки одна за другой выскальзывают из комнаты, прикрывают за собой дверь и отправляются к выходу из подвала. Юкимура двигается впереди, прислушивается к малейшим шорохам и звукам. За ней идет Ринка, которая то и дело осматривается и разведывает обстановку за очередным поворотом. Завершает процессию Накамура, которая следила за тем, чтобы их не заметили. Впрочем, все это было лишним. Во всем подвале едва ли насчитывалось десять человек, включая самих горе-пленниц, и всех девушки спокойно обошли, не бросаясь в глаза никому из присутствующих. В готовности нанести предупреждающий удар не было вообще никакого смысла, потому что и противников, желающих остановить, навредить и предотвратить этот побег, не было. Юкимура чувствовала готовящуюся западню, но подтвердить свои догадки не могла, потому что Хаями не видела никого. В конце концов, Акари пришлось похоронить свои догадки под неоспоримыми фактами, но к своим ощущениям девушка прислушиваться не перестала. — За дверью кто-то есть. — внезапно произнесла Ринка, тормозя Юкимуру, которая уже была готова открыть дверь. Двигались девушки тихо, бесшумно, и заподозрить их приближение было сложно. — Сколько? — невозмутимо поинтересовалась Рио, словно ждала появления кого-то. — Десять. — четко ответила Хаями, но тут же нахмурилась и вновь взглянула на дверь с помощью вспомогательной способности. — Но они все носители. — Что? Неужели мы не единственные подопытные крысы в подвалах Всадников? — слишком язвительно задала риторический вопрос Акари, прищурившись. Руки уже давно чесались навалять какому-нибудь подонку, неудачно выскочившему на них, да возможности все никак не представлялось. А тут десять человек поджидало их — как можно таким шансом не воспользоваться? — Им всем подселили щупальца нового типа. — быстро начала посвящать в курс дела Рио, и Акари несколько удивилась ее хладнокровию. Будто не сбегала с вражеской территории, а играла в игру дома на компьютере. — А значит, они не выкинут ничего, с чем нельзя было бы нам справиться. Мы сражаемся с людьми, а не монстрами вроде Коро или Шинигами, и уж тем более не с щупальцами. — Да, так намного проще. — весело фыркнула Юкимура, испытавшая на себе возможности обоих. Впрочем, Накамура была права. Сражаться с людьми была всегда проще, потому что они не сделают ничего, что не в их силах или чего они никогда не делали. И уж намного проще придется биться с носителями, которые не привыкли к паразитам в их теле. Они вряд ли будут доверять щупальцам, используя их лишь как вспомогательное средство или способ защититься. А с такими противниками справиться легче легкого. Накамура с помощью своей способности открывает полностью автоматизированную дверь, и Юкимура тут же выскакивает вперед, принимая на себя первые удары. За ней следует Рио, а Хаями активирует способность и остается в некоторого рода прикрытии, чтобы остаться незамеченной. Щупальца сами рвутся в бой. Словно по команде, хотя Юкимура обдумать даже толком ничего не успела, они обездвижили несколько мужчин, которые только начали стрелять из пистолетов. Еще несколько были связаны щупальцами Накамуры, которая, несмотря на предупреждение, продолжала использовать в бою руки. По подсчетам Акари в деле оставалось еще человек пять, но когда актриса обернулась, чтобы найти их и обезвредить, то была удивлена развернувшейся картине: четверо мужчин лежало на полу полностью обездвижимые. Рядом стояла Накамура, отозвавшая щупальца и внимательно осматривающая неподвижные тела. Впрочем, надолго они не задержались. Девушки покинули подвал, после чего оказались на первом этаже неизвестного здания. Пустынный холл встретил их молчанием и загробной тишиной, вызывая на подсознательном уровне некоторые сомнения. Юкимура недовольно нахмурилась, инстинкт самосохранения не переставал сообщать об опасности, несмотря на то, что самой этой опасности нигде не наблюдалось. Девушки спокойно, не считая тех носителей, выбрались из здания. — И куда теперь? — растерянно поинтересовалась Ринка, двигаясь за Юкимурой. Накамура плелась позади, не обращая внимания на подруг. Собственные мысли не давали покоя, а страх неудачи как никогда сильно ощущался даже в кончиках пальцев. Необходимо было как можно скорее связаться с Акабане и еще раз обсудить дальнейшие планы. — Мне нужно домой. — быстро проговорила Юкимура, сворачивая в малолюдный переулок и внимательно оглядывая его. Накамура и Хаями недоверчиво и даже шокировано проводили ее взглядами, а затем направились за ней с целью выяснить мотивы. — Зачем? — все же решила спросить Накамура, пребывая в странной прострации с самой встречи с девушками. Рио и сама не могла понять, что такого могло с ней случиться. Словно совесть решила проснуться в столь неподходящий момент и начать работать исправно и так некстати. Ее серьезно можно было бы заподозрить в какой-либо подлой ситуации, учитывая подозрительное поведение и вечное неучастие, хотя она до этого всегда выступала чуть ли не инициатором происходящего. Рио бы именно так и сделала, но Хаями и Юкимура либо старательно игнорировали это, либо и вовсе не замечали. Что, несомненно, было на руку. — Для начала стоит принять душ. — нервно проронила Акари, сворачивая за угол и проходя немного дальше по переулку, ведущему неизвестно куда. Рио скептически следила за ее действиями, пока Хаями стояла рядом и ничего не понимала. — Тем более, есть люди, которых нужно навестить перед всем. — тяжело выдохнула последнее слово Юкимура, имея в виду Сато, после чего извлекла из стены плохо лежащий кирпич и достала из небольшой выемки связку ключей. Успокаивающий холод в руке остудил голову, заполненную различными мешающимися мыслями. Почему-то Акари никак не могла успокоиться. Не сейчас, когда родители недавно погибли, и актриса не могла даже спокойно оплакать их из-за навалившейся на нее реальности. Юкимура не могла отправиться сейчас с подругами в место сбора с одноклассниками, потому что она в любой момент может выйти из себя. Для начала следовало взять себя в руки. И никто не сможет ей помочь в этом лучше Акеми. — Ты серьезно? — насмешливо и в то же время почти угрожающе переспросила Хаями, изумленно — в плохом смысле этого слова — переваривая намерения Акари. Нет, ну разве так можно поступать? Пока все ребята готовятся к предстоящей борьбе, Юкимура собирается съездить домой вместо того, чтобы помочь им? Вот так легкомысленно поступить? — Ты же в курсе того, что Министерство Обороны Японии собирается устроить войну и геноцид всего человечества, и единственное, что тебя волнует — не воняет ли от тебя? — Ринка вдруг взрывается, не желая принимать такую действительность. — Успокойся. — холодно прерывает Хаями Юкимура, развернувшись к ней лицом. Накамура из-под ресниц наблюдает за девушками, не собираясь вмешиваться в разбор полетов. Рио уже давно догадывалась, что между ними может возникнуть подобное напряжение из-за различий во взглядах, и решить все разногласия следовало перед предстоящими событиями почти что апокалипсиса. — Сейчас все равно никто ни на кого не нападает. Если я могу хоть немного отдохнуть и провести время с семьей, то я буду это делать. Не хочу сожалеть о том, что мало времени была с близкими людьми. — У тебя нет семьи. — иронично выдает Хаями, практически скрипя зубами. — И близких людей у тебя тоже нет. — Больше нет. — еле сдерживая ярость, выплевывает Юкимура и делает движение — скорее зародыш, потому что тут же одергивает себя — в сторону Хаями. — Но это не значит, что никогда не было. И у меня еще кое-кто остался. — чуть мягче отвечает Юкимура, но тут же стискивает руки в кулаки. Язвительные фразы стремятся вырваться наружу, и Акари не хочет им мешать. — В отличии от тебя. — Иди к черту. — выплевывает Хаями и разворачивается в направлении автобусной остановки. До места сбора отсюда добираться совсем недолго. И на такой неприглядный внешний вид Хаями не хочет обращать внимание. Юкимура провожает взглядом Ринку и кивает Накамуре, после чего разворачивается, садится в машину и уезжает к себе домой. Рио провожает ее взглядом и слабо улыбается. Как она и ожидала, собственно. Юкимуру и Хаями объединяла общая трагедия — потеря семьи. Но каждая справлялась в ней по-своему и даже не хотела замечать боли другого человека. Акари стремилась заполнить пустоту, образовавшуюся после смерти родителей, хоть какими-то эмоциями и чувствами, чтобы не казаться себе пустой и мертвой. Как и в средней школе, когда девушка нашла в себе силы двигаться дальше только посредством ненависти. Вот только сейчас она заполняла себя положительными чувствами: любовь, дружба. И ее стремление убежать к источнику этого чувства — единственному источнику, как показала практика — вполне можно было понять. В конце концов, Сато могла ей дать ту самую опору, в которой нуждалась совсем разбитая вечными страданиями душа Юкимуры. Хаями же вряд ли чувствовала какую-то пустоту от потери отца. Да, они смогли разъяснить все противоречия и прийти к обоюдному пониманию, но привычка жить и не верить Кенджи так и осталась с ней. Ее сердце было полностью отдано Рюноске, но даже без него Хаями смогла бы спокойно принять смерть родителя — единственного, кто о ней заботился, пусть и в своей грубоватой манере. Поэтому Юкимура и Ринка не смогли бы друг друга понять. Одна полностью зависела от любви окружающих ее близких людей, а другая привыкла быть сильной и независимой от других людей. Разные, словно вода и огонь, они несомненно хорошо друг друга дополняли и потому были отличными напарницами. И теперь им оставалось только самим осознать такую простую и одновременно с этим сложную истину. И Рио постарается открыть им глаза на нее. Накамура тяжело вздыхает и медленно направляется за Хаями. Сначала необходимо выяснить все с Кармой. *** Юкимура давно не сидела за рулем автомобиля, привыкнув, что ее всегда отвозили и привозили на съемки нанятые водители. Компания, которая сотрудничала с Акари, даже в таких мелочах не хотела рушить свои принципы. Дорога до дома прошла спокойно и без особых приключений, и Юкимура была безмерно благодарна судьбе, богу — кому угодно — за эту минутку безмятежности и успокоения. Машина плавно тормозит около дома. Юкимура стремительно покидает салон и столь же резво направляется в дом, желая освежиться и забыть о том аде, который она недавно пережила. Пусть ее организм и регенерировал быстро, но мышцы до сих пор помнили об избиениях и боли после вживления в организм щупалец. Вторых грёбанных щупалец во второй раз за неудачную жизнь. Дверь дома оказывается не заперта, но Акари это волнует мало. Возможно, там сейчас находится Сато, и после душа Юкимура сможет выговориться ей и пережить весь ужас еще раз, но только для того, чтобы окончательно от него избавиться. Не ехать с Хаями и Рио в место сбора сразу было мудрым решением: среди бывших одноклассников Юкимура не смогла бы показать свою слабость. В объятиях же такой доброй и душевно близкой Акеми перебороть себя было проще простого. Потому Юкимура бодро входит в дом и проходит в гостиную, чтобы замереть на месте и грозно взглянуть на незваного гостя. Незваный гость с небольшим замедлением замечает хозяйку дома, после чего оборачивается и смотрит на нее как-то испуганно и потеряно. — Акари, прошу, помоги мне. — жалостливо просит Харада, и Акари дергается после того, как парень произносит ее имя столь нежно и мягко. Ей это не нравится. По крайней мере, так ее имя произносили только родители и сестра. Печальные воспоминания отзываются болью в сердце, и Юкимура не замечает, как черты ее лица становятся острее и грубее. Не замечает этих изменений и Акио, желая забыть об увиденном всего несколькими часами ранее. — Пожалуйста, объясни, что за чертовщина творится.