Белый луг / White meadow

Nosce te ipsum — Познай самого себя. Латинский афоризм. Четырьмя годами ранее. Утро. Дом. Тишина. Девочка лениво открыла глаза, яркий солнечный свет ослеплял, и она зажмурилась. Еще так рано — на будильнике 6:40. Почему она встала ни свет ни заря? Хотя, с другой стороны, эти двадцать минут можно потратить на валяние в кровати. Привыкнув к лучам солнца, пробивающимся сквозь тонкие прозрачные занавески, юная царевна открыла один глаз. Для начала достаточно. В хрустальной тишине тихо трепетали невесомые стеклышки люстры под потолком, исполняя свою песню ненавязчивому весеннему ветру, залетевшему в комнату сквозь приоткрытые деревянные рамы. Так, в обстановке комнаты вроде ничего не изменилось. Значит, она больше не спала. Повернув голову чуть вправо, девушка посмотрела на дверь. Она была раскрыта нараспашку, видимо, Матильда не вытерпела её компании. Эта толстая, рыжая кошка, пережившая все нападения уличных псов и имеющая авторитет у всего живого в квартале, приходила домой только по двум нуждам: поесть и поспать с девушкой в обнимку. Остальное же время она пропадала на улице. Неторопливо стащив себя с ночного убежища, еще так сильно манившего обратно в свои теплые объятия, Кэролайн потянулась и снова упала на кровать, но уже совершая утренний ритуал — пятиминутные потягивания, сопровождаемые постоянными зевками. Довольно улыбнувшись, девушка наконец встала и, сделав несколько шагов по холодному, чуть поскрипывающему деревянному полу, подошла к зеркалу. За ночь, возможно, девушка стала чуть выше на пару миллиметров. Длинные, золотистые волосы, чуть завивающиеся на кончиках, снова спутались, из-за них выглядывали два любопытных глаза, чуть отливающие то коричневым, то ярко-зеленым, как яркая трава, цветом. Маленькие, почти незаметные ямочки у уголков рта и тёмно-коричневые веснушки, рассыпавшиеся картой звездного неба на её щеках, придавали картине общую свежесть. Нос, к сожалению, был всё еще таким же курносым, как и двенадцать часов назад. Довольно почесав родинку у правого глаза и чуть потерев густую бровь пшеничного цвета, девочка покрутилась перед зеркалом в невидимом вихре и вытянула длинные, изящные ручки к потолку. Можно еще немного почитать, прежде чем все обитатели дома начнут портить абсолютную тишину, сейчас же прерываемую лишь тихими, размеренными вздохами да поскрипыванием еловых ветвей о стекла окон в гостиной. — Кэро-о-ол, вставай! Царь требует завтрак! — донеслось из-за двери, видимо, брат уже бодрствовал. — Сам иди, ты вчера меня заставил завтрак готовить. Твоя очередь! К тому же, ты старше меня. — Ну и ладно! — в полной тишине послышалось шлепанье босых ног по деревянному, еще прохладному паркету, тихий скрип несмазанных петель большой двери в коридоре. Через минуту парень стоял на пороге. Перед девушкой предстал лохматый, с растрепавшимся пучком огненных волос на голове юноша, и был он в еще не расправившейся ото сна пижаме, от которой так и веяло домашним уютом и теплом. Неуклюжая, долговязая фигурка занимала все пространство в дверном проёме и хитро, по-заговорщически улыбалась. Этот двухметровый увалень сжимал огромную подушку в худых руках и хитро улыбался. Стянув резинку с волос легким движением руки, парень мотнул головой, и рыжие локоны тут же рассыпались в беспорядочном танце на его голове, а глаза цвета только скошенной травы играли нездоровым огнем. — Даже не смей! — Веселый, звонкий и детский голос прорезал тишину. — Нет уж, сегодня ты получишь сполна, мерзкая грязнокровка! — да, эти дети были большими любителями киновселенной. До девушки мгновенно дошёл незамысловатый план брата, и она соскользнула с кровати, попутно стащив свою подушку. — Ты готов к бою, несчастный маггл? О, да! — юная леди с визгом кинулась на своего «врага». — За Нарнию! — Экспелярмус! *** Кэролайн Грегори. Настоящее время. — Кэролайн, ты где? — послышалось из глубины особняка. Стук дорогих каблуков отлетал от старых стен, легким отзвуком проносился в застарелом воздухе и указывал о приближении своей деловой владелицы. — Я здесь, — немного поерзав на подоконнике, не сразу ответила я. Поместье Доуэлов выглядело огромным, грандиозным, и вместе с тем немного пугающим. Пятиэтажный белокаменный особняк с мебелью, сделанной преимущественно из красного дерева, обитой дорогими шелками, казался мне искусно сделанной шкатулкой. Слишком вычурно, возможно даже сами обитатели, некогда жившие здесь десятки лет назад, иногда задумывались на эту тему. С противоположной стороны картинной галереи, в которой я решила ненадолго спрятаться от вездесущей подруги, поглядывал розовощёкий ангелок с пышным венком из луговых трав на голове. Его взгляд выражал полную безмятежность и спокойствие, в котором он уже третий век проводил свою жизнь в этом мрачном, но пышном здании. — Ты готова? Через пятнадцать минут мы должны выехать, иначе опоздаем на вечеринку! — голос подруги был уже совсем близко, скорее всего, она сейчас проходила последний пролет винтовой лестницы, ведущей в мое временное пристанище. — Да, только тебя и жду. — С легким вздохом выдавила я из себя. Мия легкой поступью вошла в комнату и, увидев меня, охнула. — И в этом ты собираешься идти туда? — ее личико выражало полнейшее недовольство, словно она увидела что-то совсем неподобающее, мой светло-зеленый джинсовый комбинезон и желтая, свободная футболка были явно не по духу этой парижской моднице. Взгляд девушки скользнул к моим ногам и, встретившись с синими кедами, в которые были небрежно заправлены концы джинс, вернулся к моему лицу в полнейшем непонимании и разочарованности. — Ну да, что такого? Я посчитала это вполне подходящим, знаешь, как в нём удобно? — нутро подсказало, что эта «битва» была окончательно мною проиграна, когда Мия недовольно сморщила свой аккуратный, прямой носик, усердно намазанный всякими дорогостоящими кремами и сыворотками, лишь скрывающими всю ее природную привлекательность. — Да моя мама в таком не ходит! — чего и следовало ожидать. Я была, мягко говоря, возмущена. Но спорить с Доуэлами — самоубийство. Игра, в которой не выиграть. Засунув всю свою гордость от греха подальше, снова огляделась по сторонам, но глаза опять остановились на девушке. Короткое, обтягивающее платье подруги абсолютно подходило ей, как по фасону, так и по тёмно-морскому цвету, отражающемуся в её выразительных, обрамлённых темными, длинными ресницами, глазах. — Ладно, исправляй. — Я сползла с подоконника, надела портфель на одно плечо и в полной покорности протянула ей обе руки, украшенные разноцветными фенечками и браслетами, сплетенными из тонких нитей.  — Хорошая девочка, — Мия потащила меня в свою гардеробную, уводя вдаль от места уединения. Пробегая длинный коридор, я мимоходом заглянула сквозь деревянную створку огромного окна. На улице светило багровое солнце, со старинных клёнов, величественно раскинувших свои ветви по периметру здания, слетали позолоченные листья, такие же медлительные и неповоротливые, как и их родители. *** — Черт, ты издеваешься? — я обреченно вздохнула, увидев и сначала даже не узнав свое отражение в золотистом озере старинного зеркала, аккуратно пристроенного у стены.  — Не выражаться, дамочка! Думаю, это платье тебе очень идет, к тому же оно гармонирует с цветом твоих глаз! — Мия взмахнула руками, жестом указывая на неверность моих суждений. — Это вообще платье? Больше похоже на купальник с юбкой. — Нет, это именно оно, и оно очень тебе идёт. И вообще, кто-то ужасно отстал от моды. — Хорошо, тогда дай мне, отставшей от моды, пойти непонятно куда в своем костюме. К тому же, все будут пялиться на мою родинку. — Я указала подруге на левую ногу, на которой одиноко красовалось большое коричневое пятно. — Так, Кэролайн, ты идешь в этом, больше даже не поднимай этот вопрос. Твоя родинка никому не нужна, не переживай по этому поводу, — Мия довольно посмотрела на меня и взглянула на часы.— Мы должны выехать сейчас же! — Хорошо. Можно я хотя бы куртку надену? — мне в ответ последовало недовольное фырканье, обозначающее отказ. — Я же замёрзну, а. — Даже на этот легкий укор не последовало никакого отклика. — Ну и что это за вечеринка? — Вот на месте и узнаешь. — Девушка аккуратно поправила свое колье, чуть сверкающее в ярком отсвете багрового луча уходящего солнца, упавшего на него из окна. Колье было наверняка, даже точно из бриллиантов, дешевле подруга даже не наденет, но сейчас украшение сверкало гранатово-красным, зловеще-кровавым цветом. Идея надеть высокие каблуки и после нескольких попыток пройтись в них по комнате, казалась мне уже не такой радужной, так что я сняла этот шедевр дизайнерской мысли и, отложив их обратно на полочку, уставленную подобными «красавцами», решила, что пока похожу босиком или же в любимых кедах. Подруга бесцеремонно отобрала мой кожаный портфель и вручила мне маленькую, аккуратную сумочку — клатч, усыпанный разными стекляшками. — Ох, у меня просто чудесные предчувствия по поводу этого вечера. — С радостным вздохом произнесла Мия. Мы спустились на улицу и сели в красивую, и как всегда очень дорогую машину. Доуэлы не скупятся на свой имидж. Посмотрев в маленькое окошко, я мысленно попрощалась с белокаменной усадьбой, окруженной такими же неповоротливыми и старыми клёнами. Я попрощалась и с тишиной, гордо царившей в абсолютно опустевшем дворце, так сильно приходящейся мне по душе. Машина тихо рыкнула, показывая готовность к поездке, и спустя пару мгновений мы уже ехали подальше от этого местообитания спокойствия и уединения, в город, полный ночных клубов и развлечений. Александр Хардстилл. Настоящее время. Виктор сегодня был боле похож на демона, нежели на обычного себя. Горящие озорным огоньком каре-бордовые глаза, темный деловой костюм, зализанные назад абсолютно чёрные, как сама ночь, волосы — этот имидж был немного непривычен для него в моих глазах, хотя глубоко внутри я оправдывал друга. На такой шаг в современном мире решится не каждый мужчина. Мой взгляд устремился на проезжую часть, Вик сказал, что скоро приедет его возлюбленная, которой он собирался сделать предложение именно сегодня и ее подруга, которую «дорогая Мия не могла оставить одну скучать, поэтому ты будешь ее развлекать». Дорогой спорткар подъехал к противоположной стороне дороги и припарковался. Оттуда вылезли две девушки. Чутье подсказывало мне, что именно их мы и ждали. — Эй, Александр, посмотри, кто тут у нас! — Виктор так же оживился, увидев их, это было ясно даже по тону его голоса. Я повернулся к другу, на его лице играла хитрая, однако взволнованная ухмылка. — Ну и какая из них украла твое сердце? — Та, что улыбается. — Виктор еще раз поправил волосы, как и всегда, когда он напряжен или сильно нервничает, и немигающим взглядом смотрел в сторону той самой, укравшей его сердце и душу. Мия Доуэл подбежала к нам и одарила победной улыбкой Виктора, заключив его в крепкие объятия, ее подруга же стояла поодаль и что-то печатала в телефоне. Слабый свет дисплея осветил ее красивое, можно даже добавить привлекательное лицо: пухлые губы, прямой, можно даже сказать миниатюрный нос и немного заметные, юношески — детские щёки. Немного суровости добавляли тёмные волосы и такие же, слегка насупленные брови. На мой счёт, абсолютно не вписывающиеся в общую картину. Как и слишком короткое платье с парой кед. — Кэролайн, иди сюда! Хватит в телефоне лазить. — Позвала девушку Мия, всё ещё не отлепившись от моего друга. — А, что? — Кэролайн убрала смартфон в сумку и рассеянным взглядом окинула всю улицу. — Иди сюда, копуша! — «невеста» от души махала одной рукой ей и та, смутившись, послушно подошла к нашей компании и улыбнулась. В глазах девушки блистали искорки, отражающиеся от вывесок ярким зелёным огневом, а когда я улыбнулся ей в ответ, уши юной леди зарделись лёгким огнем. — Добрый вечер, меня зовут Александр. — Представившись, я протянул девушке руку. Она с легкостью ее пожала, видимо, даже не представляла, что настоящим леди руки целуют. Интересная особа, однако. — Очень приятно. Меня зовут Кэролайн, как вы уже, возможно, поняли. — А я Виктор, — Друг заговорщицки улыбнулся мне и жестом пригласил всю компанию внутрь. Кэролайн Митчелл. Настоящее время. В здании было много людей. Мия чувствовала себя прекрасно, она танцевала, мне же хотелось обратно в усадьбу, но, увы, приходилось сидеть со скучающим видом за клубной стойкой. Рукой я поманила подругу, та подлетела ко мне, словно пушинка. — Мия, может, я пойду? Я не очень люблю подобную «шумиху». — Умоляющий взгляд был оставлен без внимания, собственно, как и все мои попытки улизнуть отсюда без важной, по словам подруги, причины. — Нет, Кэролайн, мы приехали развлекаться, и мы развлечемся! Веселье только началось, ты чего. — Мне не нравится это заведение. Тут слишком много людей. Это нервирует. Да и музыка очень громкая. — Мия словно не слышала меня и, быстро стащив мою тушку со стула, побрела в самую гущу отдыхающих. — Кэролайн! Давай, хоть немного потанцуй. Ты же можешь, если сильно захотеть. — Давай ты будешь отрываться, а я где-нибудь в уголке посижу? — Ответа на мою мольбу не последовало, Мия сделала вид, что не слышала этого. — Ну ладно, я буду развлекаться без тебя, раз мисс Кэролайн у нас такая бука, — я проводила девушку грустным взглядом и задумалась. — Извините, не могли бы вы уделить мне пару минут? — звучный мужской голос, раздавшийся из-за спины, заставил меня вздрогнуть. — Александр, конечно, я не против. — Я еще раз быстро окинула взглядом зал и, заметив подругу, о чем-то разговаривающую с Виктором, устремила взор к новому собеседнику. Александр уже присел рядом и поправлял пиджак, так и кричавший о самодостаточности и богатстве своего обладателя. — Кэролайн, вам нравятся подобные заведения? — мужчина устремил на меня свои зеленоватые глаза с неподдельной искоркой интереса. Они прожигали насквозь. — Вы имеете в виду бары или клубы? — я немного отпила коктейля, заботливо поставленного барменом возле меня ранее. — Да, именно, — Мужчина спокойно подозвал официанта и заказал стакан холодной воды. — Честно говоря, нет. Это Мия притащила меня сюда. Я бы с гораздо большим удовольствием посидела у неё в усадьбе, да даже попутешествовала, но не находилась здесь. Наступила неловкая минута молчания. Мы оба не знали, как поддержать разговор. Всё же детское любопытство пересилило преграды, и я пыталась незаметно рассмотреть Александра, хоть и выглядело это, наверняка, очень заметно. Легкая, нарочитая небрежность, расстегнутая верхняя пуговица отглаженной рубашки. Чем-то он напоминал мне викинга из древних сказок. — Ну что, насмотрелись? Я почувствовала, как мои уши опять раскаляются. Ну за что? Ненавижу эту дурацкую привычку с детства. Отведя взгляд от мужчины, я поняла, что в помещении стало слишком жарко, слишком тесно. — Ладно, расскажите о себе. — Чуть наигранный, тяжелый вздох и Александр снова доброжелателен. И опять этот вездесущий интерес. — Пойдемте на улицу? Тут очень жарко. Если вы, конечно, не против. — Хорошо. На улице было чудесно — совсем недавно начали опадать первые осенние листья, лето признавало власть наступающей осени, но вечером было ещё тепло. Солнце только ушло за горизонт, оставив после себя яркий, акрилово-бронзовый след на угасающем небе. Я втянула ноздрями чуть доносившийся с набережной запах моря и на секунду, буквально на одно мгновение, прикрыла глаза. Ветерок тихо щекотал руки, словно зовя поиграть с собой да побегать вслед за листьями. — Ну, так откуда вы? — Александр отвернулся в сторону набережной тоже, по-видимому, вдыхая чуть солоноватый призрак моря. — Я приехала сюда на каникулы с Мией, ее семья любезно пригласила меня в свой особняк на неделю. Честно говоря, я не люблю большие города, по-моему, гораздо лучше жить в уединенном, маленьком поселении, — на мгновение я снова предалась размышлениям, пришедшим вкупе с теплыми ощущениями, словно с давно забытым прошлым. Что-то теплое изнутри наполнило душу. Почти осязаемые воспоминания, не воспринимаемые глазом, вылезшие из глубины подсознания. Ощущения свободы и, как ни странно, уединения. — Вы занимаетесь спортом? — этот вопрос пришел в мою голову спонтанно, но всё же, неплохая идея поддержать разговор. — Ну да, немного, — и снова повисло неловкое молчание.— Чем вы любите заниматься? — Да так, всего помаленьку. Я не люблю хвастаться. А вы откуда? — Мы с Виктором тоже проездом тут. Мы с ним деловые партнеры… С моря прилетела большая стая чаек, своим гоготаньем наполнившая тишину, окружавшую нас. Через несколько мгновений мимо припаркованных авто пронеслась тёмная машина и утянула за собой шлейф тишины. — О, это очень интересно. Простите, пожалуй, я пойду, посмотрю, как там Мия, она может что-нибудь натворить. Она девушка веселая, знаете ли. — Хорошо, давайте вернемся. — Иногда мне кажется, что я работаю ее охранником. — Возможно. — Мужчина отвернулся и, что-то пробормотав себе под нос, устремился к входу в клуб. Я же не спешила вслед за ним. *** Я стою посреди большого поля, окруженного сосновым, непроглядным лесом. Вокруг меня пляшут золотые листья, в своем танце кружа и меня, словно свою подружку. Сухая, высокая желтая трава тихо шуршит под ногами, напевая тихую песню. Местами из-под нее выглядывали последние, еще не увядшие, осенние цветы… *** Вокруг стоит непроглядная тьма, даже через закрытые веки чувствую это. Я попыталась открыть глаза, но безуспешно. По всему телу волнами раскатывается слабость, словно мне пришлось бежать марафон. Ах, точно, мы же были в клубе, обрывки недавних воспоминаний и событий кружились в разуме, словно вихрь назойливых, обжигающих снежинок. В носу стоял сильный запах стоячего воздуха, смешанный с ароматом книг и сена. Каждое лёгкое движение руки или другой части тела стоило огромных усилий, я скоро поняла, что накрыта чем-то тяжелым. Плотным одеялом, по-видимому. — Эй, тише, — чуть уставший голос совсем неподалёку от меня объявил о своём нахождении, я узнала голос Александра. — Что… Что случилось? — я удивилась своему сиплому голосу. — Где Мия? — Успокойся. Ты у меня дома, Мия и Виктор тоже здесь, они сейчас в столовой. — Можно мне к подруге? — очередная попытка встать была отклонена на стадии поднятия одеяла. Мужчина с легкостью положил одеяло на место, прихлопнув меня им, словно муху. — Нет, полежи пока. Ты еще слишком слаба. Я позову Мию, — послышался тяжелый вздох и звук удаляющихся шагов. — Подожди, Александр! Мне нужно кое-что спросить… — я открыла глаза, но ничего не увидела. Странно, что для такого простого действа мне потребовалось столько сил. — Что? — Новый знакомый вернулся в комнату, чуть скрипнув дверью. — Что вчера случилось? — Да я и сам толком не знаю. Глаза привыкли к скудному свету, еле просачивающемуся через тёмные портьеры, я увидела силуэт Александра. Он стоял, склонившись у кровати. Мужчина выглядел очень уставшим, волосы были небрежно зачесаны назад, под глазами появились мешки. — Тебе что-нибудь принести? — его голос чуть смягчился, словно давая понять, что мне можно чувствовать себя здесь в безопасности. — Воды, если можно, — прочистив горло, я добавила. — Пожалуйста. — Хорошо. — Одним движением он развернулся к моему пристанищу спиной и исчез за дверью. Я перевернулась на другой бок и спряталась под одеялом. Немного странным мне показалось то, что вчера я была в платье, а сейчас на себе ощущала мягкую, можно сказать махровую пижаму. Да, интересно вчерашний вечер проведён, нечего сказать. Я пыталась рассмотреть комнату. Было видно, что вся обстановка дорогая. Большое окно закрывала темная штора. Прошло какое-то время, прежде чем я услышала далёкие шаги, доносящиеся, словно в подземном бункере. — Эй, котик, ты меня звала? — такой знакомый, звонкий стук каблучков и голос Мии нарушили тишину, царившую вокруг. — Да, дорогая. Не хочешь объяснить, что вчера случилось? Ну, и окошко открой. Девушка послушно распахнула шторы, в комнату мгновенно забрались лучики утреннего солнца, пронизывая собой, казалось, застывшую комнату. Мия радостно улыбнулась и открыла створку окна, пропустив свежие вихри воздуха, врывающиеся так бесцеремонно. — Потом все расскажу, — девушка внимательно смотрела сквозь оконные рамы. Ее прекрасные каштановые волосы тихо трепал морозный ветерок, подруга прищурилась, по-детски улыбаясь. К сожалению, этот прекрасный миг спокойствия и уединения был нарушен. *** — Вот, держи, — мужчина поставил на прикроватный столик серебряный поднос, на котором гордо возвышался графин с водой, небольшой стакан и ваза с разнообразными фруктами. — Спасибо, но я не просила фрукты, — я подарила ему болезненную улыбку, но тут же поняла, что он вовремя принес вазу. Тело возвращалось в обычный жизненный ритм, и живот отчаянно требовал руку потянуться за персиком, так маняще красовавшимся на самом верху посудины. В голове шла борьба между этикетом и голодом, и последний, однозначно, выиграл. Я, само собой схватила персик, закопалась в подушки почти с головой, попутно второй рукой по-хозяйски наливая в стакан прозрачную жидкость. Александр аккуратно присел на краешек кровати, я же, не обращая на него ни малейшего внимания, наслаждалась прекрасным угощением и свежей водой. Горло постепенно переставало болеть, и во мне нашлись силы, чтобы тщательнее разглядеть присутствующих в этой, по-видимому, спальне. Новый знакомый внимательно смотрел на меня, пронизывая внимательным взглядом глаз цвета скошенной травы. По его виду можно было смело сказать, что мужчина провел явно бессонную ночь. В тоже время Мия выглядела свежо, даже лучше чем в обыденной жизни. В комнате витало напряжение, это немного пугало. Закончив с трапезой, я поняла, что без объяснительного разговора здесь явно не обойтись. Рука нервно сжалась в кулачок, и, подмяв подушку под бок, я решительно спросила обоих присутствующих: — Что тут происходит? Вы можете мне объяснить? Я ничего не понимаю. Ни-че-го-шень-ки. Вся решимость мгновенно улетучилась, по одному лишь взгляду Александра я поняла, что-либо случился всемирный потоп, либо что-то похуже. — Эй, что случилось? Кто-то умер? — Нет. Его ответ не удовлетворял все мои вопросы, количество которых и так всегда было на высоте, а сейчас я могла просто до смерти заговорить человека. — Слушай, Кэролайн, — Мия сделала пару легких шагов и оказалась рядом с нами, — Ты вчера упала в обморок. Вот и всё, что, собственно и случилось. Ничего, не переживай, — её спокойный голос выводил меня из душевного равновесия, заставляя все недовольство, весь испуг вылезать наружу. Александр тихонько усмехнулся, совсем незаметно, но я заметила, и это было последней каплей в бурлящем ручье негодования. — Ты что ухмыляешься? Совсем не смешно, между прочим! — реакции на моё замечание не последовало, ну я и не удивилась. Мия выпорхнула из комнаты, желая не встревать в назревающую стычку.  — Переодевайся и спускайся вниз. Кэролайн, Виктор вчера сделал предложение твоей подружке, а ты бухнулась в обморок и всё испортила. Им теперь не до тебя. — Как обухом по голове стукнул.  — Хорошо, я поняла. *** Легкое колыхание еловых веток, снег, падающий сотнями алмазов и тусклый свет луны. Как тут спокойно! Ветер кружил снежинки, и я, как маленькое дитя, упала в снег. Вокруг расстилалась лишь бескрайняя тайга. Опомнись. Ты не здесь. Страх наплывал штормовыми волнами, сковывал тело железными цепями. Опомнившись, я рванула в лес. Опрометью сбежав к замерзшей реке, поблескивающей синевой льда, я поскользнулась, прокатилась на попе по снежному склону и шлепнулась животом прямо на лед. Повернув голову назад, в сторону, я закрыла глаза.  — Что? Где я? Что…