Парень его мечты

      POV Андрей Жданов.       Телефон звонил долго, нудно и противно, я предпочел решить, что мне это снится, но не тут-то было.       — Андрюша, просыпайся, твой мобильный звонит, — Катенька поцеловала меня в плечо и протянула трубку. — Соня, просыпайся.       — Алло, — со сна я даже не взглянул на дисплей.       — Андрей?       — Секунду, — прошептал я. Сна как не бывало. Я поцеловал Катеньку, спустился вниз и вышел на балкон, чтобы разговором не мешать спать моей девочке. — Кира?! Ты?!       — Я, Андрюша. Нам срочно нужно увидеться.       — Погоди, я не понял, ты где? В тюрьме?       — Нет! Меня десять минут назад отпустили. Я еду к тебе, просто позвонила, чтобы узнать дома ли ты.       — Я не дома. И не нужно ко мне приезжать, слышишь?       — Я поняла, я все поняла, — в голосе появились истерические нотки. — Ты дома, только не один, а с какой-нибудь моделькой!       — Снова здорово! Кирочка, я же вроде бы уже тебе говорил, что женщины меня не интересуют — это раз. Но есть еще и два-с… Кто ты такая, чтобы заглядывать в мою постель? Кто ты такая, чтобы устраивать мне истерики по поводу моей личной жизни?       — Я? Я?! Андрюша, я твоя невеста!       — Твою мать! Кира! Ты о чем? Какая невеста? Я Сашке предложение сделал. Сашке! Теперь жду ответ. Понятно? И все! И хватит! Я больше не хочу говорить на эту тему.       — Сашке? Моему Сашке?       — Да!       — Ты решил сделать нас с братом врагами?       — Вообще-то вы и так не очень-то большие друзья.       — Господи, — заплакала Кира, — какой позор, какой ужас! Брат увел у меня жениха. Надо мной весь бомонд хохотать будет.       — Черт! Я об этом не подумал. Кирюша, не надо плакать. Сашка еще не согласился, да и вообще…       — Что вообще?       — Мне понравился другой, Кирочка. Так что все еще не окончательно.       — Теперь ты будешь изменять Сашке? Мучить его? Пожалуйста, оставь его, я прошу тебя.       Я на какое-то время замолчал, сделал вид, что думаю, а сам посмотрел на часы, выматерился про себя (только Кире может прийти в голову позвонить в шесть-тридцать утра).       — Хорошо, я оставлю Сашку в покое, — спасибо, Кирюше, она дала мне удачный пас. — И давай закроем эту тему. Ты лучше скажи почему тебя выпустили… Да еще в такую рань!       — Игорь Петрович помог. Спасибо тебе за него.       — Не за что. Подробнее можешь рассказать? Что там с убийством Лариной?       — Вот об этом и хотела с тобой поговорить, Андрей. Давай я сейчас поеду к себе, приму ванну, переоденусь, отдохну, а через пару часиков ты подъедешь и мы поговорим обо всем.       — Нет, Кирочка, я к тебе не приеду.       — Мы что? Не можем остаться друзьями?       — Расстаться друзьями, ты хотела сказать?       — Нет, остаться, Андрюша! Остаться! Помнишь, ты хотел посетить врача, возможно, тебе помогут, и тогда…       — Кирюша! Невозможно! Понимаешь? Невозможно! Даже если я снова стану самым натуральным натуралом — невозможно!       — Почему?       — Наши отношения себя изжили. Тебе плохо со мной, а мне — с тобой. Ничего вернуть нельзя. Да и не было у нас с тобой ничего хорошего, признай это. Живи дальше. Ты еще встретишь человека который тебя полюбит. И тогда ты поймешь, что такое счастье. И может, даже будешь благодарна мне, что я решился разрубить этот Гордиев узел.       — Знаешь что? — тумблер ненависти включился мгновенно. — Не было у нас ничего хорошего? Только плохое было, да? Ну, так ты еще не знаешь, что такое плохо. Я сегодня же начну процесс раздела «Zima…»       Мой смех оборвал ее словесный понос. Господи! Как хорошо жить-то!       — Ты ничего не перепутала, Кирочка? Не заболела ретроградной амнезией? Не ударилась головой о нары?       — Андрей, что с тобой? Ты чего такой неадекватно довольный?       — Я? Я не просто довольный! Я счастливый! Знаешь почему?       — Почему?       — Потому что вот уже несколько дней, как все что ты можешь сделать, это получать свои проценты по акциям «Нефтегаз». Потому что никакого отношения к «Zimaletto» ты больше не имеешь! Потому ч…       — Ах, ну да! Совсем из головы выскочило, не до того было. Мы же больше не имеем отношения к компании.       — Да-да! Вы больше не имеете отношения к компании. Ни ты, ни Сашка, ни Кристина. Это точно.       — Так ведь и ты с родителями тоже не имеете отношения к «Zimaletto», правильно?       — Нет! Не правильно! Не правильно, Кирюша!       — Что?! Ты обманул меня?       — И да, и нет!       — Хватит говорить загадками! Я сегодня же приеду в компанию и мы обо всем поговорим.       — Извини, но нет!       — Что нет?       — Сегодня я очень занят. Мы встретимся завтра в «Ришелье», все вместе. Ты, я, Сашка, Кристина и Алекс…       — А при чем здесь Алекс? — перебила меня Кира.       — Значит, при том, если он мне на этой встрече нужен. Так вот, жду вас завтра в два на обед.       — Я не понимаю зачем такие сложности. Мы можем приехать в «Zimaletto».       — Нет! Не можете, вам всем троим в компанию путь закрыт, и это не обсуждается.       — Что?! — казалось, что Кира начала задыхаться. — Ну, ладно… Ладно! Запомни эту минуту! Ты еще об этом пожалеешь.       — Убьешь меня, как Ларину? Да?       — Что? Меня отпустили! Понимаешь ты? Отпустили!       — Конечно отпустили, кстати, я тоже руку к этому приложил. Ты только забыла сказать, что никто с тебя непредумышленного не снимал. Кирюша, я знаю все! — с этими словами я нажал кнопку «сброс», а потом и вовсе выключил мобильный.       Аккуратно, чтобы не потревожить Катин сон, я сварил себе кофе, сделал два бутерброда и снова вышел на балкон. Мне было о чем подумать…       Ночка сегодня выдалась чумовая, ни я, ни Катюша не спали почти до самого утра, можно сказать, всего-то часа за два до Кириного звонка и уснули. А все почему? А все потому, что Глеб полночи нам спать не давал. Раскрутил Вику на признательные, сдал ее в милицию, позвонил Игорю Петровичу и сразу поехал к нам, докладывать о проделанной работе. Можно подумать, что без его немедленного доклада мы с Катюшей ни есть, ни пить, ни спать не смогли бы.       Честно говоря, я попытался сопротивляться ночному вторжению частного сыщика. Когда он позвонил и сказал, что преступление раскрыто, и он едет к нам с докладом, я ответил, что мы уже спим.       — Ничего, просыпайтесь. Вы зачем меня наняли? Чтобы я взял в оборот Викторию — это раз. Расследовал само убийство — это два. Допросил Потапкина и отследил все связи самой Лариной — это три. А так же для того, чтобы держать тебя в курсе дела. Правильно?       — Правильно.       — Работу заказывал? Получи и распишись! А мне с утра за новое дело браться.       Приехал Глеб только около часа ночи. И с порога затараторил.       — Ну, Андрей, я много видел всяких преступников. Всяких, поверь мне! И преступлений я тоже видел немало. Но тут! У меня просто нет слов.       — Здравствуйте, Глеб Семенович, — поздоровалась Катенька.       — Здравствуйте, красавица. Простите, что мешаю вам спать, но работа есть работа.       — А можно как-то ближе к делу? — вмешался я.       — Можно! Особенно если вы мне кофеёчку с коньячком сможете предложить.       — Вам только предложить, или подать тоже? — рассмеялась Катя.       — Мне можно не предлагать, только подать, — не остался в долгу Глеб. Но, увидев мой хмурый взгляд, быстренько выпил коньяк, запил его кофе и спросил. — Ребятки, вам подробно рассказывать или только самую суть? Потому что если я начну описывать, как мы «кололи» Викторию, то как раз до утра мне времени хватит. Нет! Я много повидал змей на своем веку, но такую скользкую и наглую — это впервые.       — Глеб, да какое нам дело, как ты заставил Клочкову говорить, по мне, так хоть иголки ей под ногти всаживал, главное, что есть результат. Так что переходи сразу к сути.       — Андрюшенька, какой ты у меня кровожадный! — начала юморить Катя, но и она заметила мой хмурый взгляд и быстро добавила: — За что и люблю.       Я злился, я правда злился. И было от чего. Накануне Катька сдала анализы, оказалось, что у нее понижен гемоглобин, врач посоветовала ей есть виноград, печень, свеклу, прописала таблетки, а еще сказала, что Кате нужно побольше отдыхать и высыпаться. Я даже от секса с ней сегодня отказался, чтобы девочка моя подольше поспала. И вот пожалуйста, приходит Глеб и ни сна, ни отдыха.       — Глеб, Катенька беременна, ей нужно высыпаться, так что переходи сразу к сути.       — Так бы сразу и сказали. К сути, так к сути. А все случилось именно так…       Когда Клочкову уволили, причем при попустительстве ее лучшей подруги, она решила этой подруге, то есть Кире, отомстить. И надо сказать, что в этом своем желании поджарить Воропаеву в аду на медленном огне Виктория, увы, была далеко не одинока. Не было во всей Москве ни одной модели, которая бы не порадовалась, увидев Киру не только поверженной, но и павшей. А тут еще так совпало, что и Потапкин не прочь был бы «этой хамке» (а он Киру Юрьевну иначе и не называет) хвост прищемить.       — Андрей, о Потапкине отдельный разговор будет. Не здесь и не сейчас. Мужик конечно, виноват, но…       — Глеб! Я не хочу сейчас говорить о вине СерСерыча! Пусть этим занимается суд. Давай ближе к теме, прошу тебя.       — Ладно.       В общем… Вика встретилась с Лариной, у которой на Воропаеву не просто зуб был, а целый зубище. Поболтали заклятые подружки, поболтали, да и разработали целый план, как отомстить Кире. И все бы у них получилось, но вмешался его величество случай! Увы.       — Ты хочешь сказать, что Ларина сама полезла к дракону в пасть?       — Не просто сама полезла. Наталья сама вырыла себе могилу...