От Владивостока до Петербурга

      Волнение не позволило мне уснуть ночью. Предвкушение поездки в город, который я хотела посетить всю свою жизнь, не давало покоя, пальцы предательски тряслись, а дыхание то и дело сбивалось от волнения. Наконец-то у меня появилась возможность совершить путешествие в Санкт-Петербург, жемчужину России и ее сердце. Написав об этом всем, кому можно и нельзя, я взглянула на часы и улыбнулась своим мыслям. Время собираться.       Внизу уже ждал таксист, приветливый мужчина лет пятидесяти, он курил и разглядывал двор, где уже вовсю играли друг с другом дети. Вывалившись из подъезда с чемоданом и рюкзаком, я направилась в его сторону. — Здравствуйте, это Вы на вокзал? — поинтересовался водитель. Нет, блин, просто я, отправляясь на работу, так и не решила, что надеть, поэтому определяться буду уже на месте. — Да, здравствуйте, — вежливо улыбнувшись, я подошла к багажнику автомобиля и таксист помог убрать вещи. Как только я удобно устроилась на переднем сидении, мне уже было захотелось окунуться в мир музыки, но не тут-то было. — Куда едете? — спросил мужчина, не отрывая взгляда от дороги. — В Питер. — Что, прямо на поезде отсюда в Питер? Это же десять суток! — У меня паническая боязнь самолетов, поэтому приходится чем-то жертвовать... — Да Вы же половину отпуска в поезде проведете... — Люди подчас готовы отдать гораздо больше, чтобы исполнить мечту, — холодно заметила я, отвернувшись к окну. Какое, блин, тебе вообще дело до моего отпуска, сиди крути свою баранку дальше! — Мелкие у Вас мечты какие-то, — мужчина усмехнулся, после чего замолчал. Не удостоив таксиста ответом, я продолжала разглядывать бегущие мимо улицы и дома, поражаясь собственному безумию. Вот так взять продолжительный неоплачиваемый отпуск и на все свои кровные рвануть в Петербург... Так романтично-идиотично это все выглядит, даже сейчас, когда я уже на полпути к вокзалу, все еще хочется сдать билеты и сидеть себе на попе ровно. Я собрала волю в кулак и тяжело вздохнула, мой взгляд упал на телефон, который уже десять минут разрывался от бесконечных входящих вызовов. Настроения говорить с кем-либо абсолютно не было, поэтому я не придумала ничего лучше, чем выключить его и убрать обратно в карман. — Вам сколько лет хоть? — Тридцать два, — процедила я, уставившись на свое отражение в боковом зеркале. — А чего одна? Такая красивая, фигуристая, блондинка, — он сделал акцент на последнем слове, чем практически вывел меня из себя, — а ни мужа, ни детей? — А они померли все, — безразличный тон моего голоса заставил водителя заткнуться и начать следить за дорогой. Наконец-то, надо было сразу это придумать и ему сказать, чтобы он вообще ни о чем больше не спрашивал.       Владивосток провожал дождем, словно оплакивая денежные средства, вложенные мной в эту безумную адвенчуру, казавшуюся хорошей идеей только одному человеку из всего моего окружения - мне самой. Рассчитавшись с водителем, я забрала свой чемодан, накинула на спину рюкзак и спокойным шагом двинулась искать нужную мне информацию касательно платформы, к которой нужно подойти, чтобы попасть в этот злосчастный поезд. "Хм, вторая, далеко идти не надо, это хорошо", подумалось мне, но выдвигаться сейчас было бы крайне глупо. Из-за погоды желания выходить на улицу раньше времени совершенно не возникало, поэтому, устроившись поудобнее в зале ожидания, я принялась разглядывать окружающих. "Интересно, зачем пожилые люди вообще куда-то ездят? Тем более на поезде Владивосток-Москва? Когда стану старой и бесполезной, обязательно буду делать так же!". Какой-то подозрительный мужчина вертелся около автомата с кофе, не решаясь закинуть заветные монетки внутрь и заказать себе бодрящий напиток, от которого лично меня всегда клонило в сон. Между рядами сидений носились дети, и я решила сразу помолиться всем божествам о том, чтобы они не попали в один вагон со мной. К ним присоединилась маленькая собачка, и меня передернуло от отвращения. Последнее, чего мне бы хотелось, так это ехать рядом с существом, похожим на крысу, воняющем псиной и вечно рычащим даже на воздух. Мой взгляд скользнул в сторону и наткнулся на нее. Безумно красивая женщина в форме проводника направлялась в главный зал, держа в руке небольшую сумку с вещами. Ее черные волосы струились по плечам, доходя до поясницы, словно заколдованные, притягивали, не позволяя оторваться. Холодный, ледяной взгляд карих, почти черных глаз скользнул по мне, вызвав чуть ли не детское смущение. Я почувствовала, как щеки предательски краснеют, и отвернулась. Словно специально, почти впритык к месту, где сидела моя унылая физиономия, проводницу остановил мужчина и принялся что-то спрашивать. Интерес взял верх и я вновь посмотрела на незнакомку. Она, нахмурив брови, задумалась, явно не понимая, чего хочет собеседник. — Так какая у меня платформа? Вот билеты, подскажите, пожалуйста! — А табло в главном зале для дегенератов? — поинтересовалась проводница, тяжело вздохнув. Прямой нос и ярко выраженные скулы вызвали во мне самую настоящую зависть, но вместе с ней и неподдельное восхищение, возможно даже что-то еще, в чем я просто не решалась признаться в первую очередь самой себе. Девушка вдруг оторвала взгляд от своего собеседника, устремив его на меня. Она заметила смущение, которое вызвал этот жест доброй воли, в глазах ее заплясали веселые огоньки, а губы расползлись в очаровательной улыбке. — Девушка, вы перестанете мне грубить? Тоже мне, сервис называется! — мужчина, кажется, вернул ее в реальность, чем крайне опечалил женщину. — Хорошо, прошу прощения, покажите свой билет. — Вот, пожалуйста. У меня еще другие есть, вот, это жены, а это детей, пожалуйста. — Мне не нужны другие билеты. Владивосток-Москва - вторая платформа, посадка начнется через пять минут, можете идти. — Так бы сразу! — обрадованно заключил пассажир и, схватив два неподъемных чемодана, направился к своему семейству. — Мудак бестолковый, хорошо, что не мой вагон, — пробурчала проводница, следуя за ним к выходу на улицу. Так эта красотка, значит, едет со мной в одном поезде? Прекрасное начало, мне уже нравится! — Уважаемые пассажиры, посадка на скорый поезд номер двадцать один, Владивосток-Москва, начнется через пять минут, просьба пассажирам пройти к своим вагонам, — раздалось в громкоговорителе, и я поспешила к выходу. И какие еще приятные сюрпризы мне готовит это путешествие?       Дождь, кажется, усилился с того момента, как я зашла в помещение вокзала, но погода уже давно отошла на второй план: все мои мысли занимала брюнетка в форме, которая любит грязные ругательства. Интересно, в каком вагоне эта красотка будет проводницей? Мне редко везет, так что, скорее всего, она будет присутствовать только в моих эротических фантазиях. Обнаружив свой шестой вагон, я покорно ждала начала посадки. Рядом со мной пристроился молодой парень, копающийся в новеньком макбуке, изредка поглядывая на меня с присущим мужскому полу интересом. Кажется, я уже слишком стара для этого дерьма... Наши с ним взгляды встретились, а мой мозг лишь окончательно в этом убедился. — Смотри, макбук под дождем не намочи, эта херня от пыли-то работать перестает. — Я бы лучше тебя намочил, киса, — протянул он. Демонстративно закатив глаза, я развернулась, не веря своему внезапно свалившемуся на голову счастью. — Пассажиры шестого вагона, прошу ко мне с билетами! — раздался уже знакомый, звонкий голос проводницы. Ноги едва не подкосились от радости, и я быстрым шагом направилась к поезду. — Ваш билет, пожалуйста, — учтиво попросила брюнетка, расплываясь в обольстительной улыбке. — Да, конечно, прошу вас, — я протянула ей паспорт и билет, внимательно разглядывая бейдж. Мари мон Вигнетт? Серьезно? Как женщину с таким именем вообще угораздило пойти работать проводницей? Отличный псевдоним для порно-индустрии же! — Ваш паспорт, Ваш билет, Ярослава Александровна, место двадцать шесть, верхнее. Она ласково поддержала меня за локти, помогая забраться в поезд и от ее прикосновений словно током ударило. Боже, леди, вы что, из Рая сбежали прямиком в РЖД? Кое-как протиснувшись с чемоданом по узкому коридору и дойдя до своего места, я обнаружила, что попутчиков еще нет. Воспользовавшись этой ситуацией, я быстро затолкала чемодан на самую верхнюю полку, достала из рюкзака самое важное и раскидала по своему будущему мини-пристанищу на ближайшие десять суток. Скинув один матрас на нижнюю полку и расправив свой, я поспешно забралась наверх и принялась отправлять всем смски о том, что в поезде супер-круто и что дома буду нескоро. До моих ушей донеслось недовольное кряхтение, и я с ужасом поняла, что боги нихера не милосердны и прямо сейчас по коридору кто-то тащит детей. — Маруся, иди быстрее уже, у меня чемоданы в руках! Ну, давай! Иди дальше! Маруся, видимо, решила довести родителей до припадка эпилепсии, потому как останавливалась у каждой боковой полки и спрашивала, их это место или нет, искренне обижаясь на злобные комментарии своей мамы. Пройдя мимо моего обиталища, они остановились у соседних полок. Холодок пробежал по спине. Они будут ехать буквально в двух метрах от меня. Где ваше сраное милосердие, боги, ангелы и пророки? Не представляя расклада хуже, я уткнулась лицом в подушку, проклиная весь белый свет. — О-о, так мы будем ехать вместе? — тот самый парень, что был так занят своим макбуком, — мое предложение все еще в силе. — Отвали, — угрожающе прошипела я и повернулась лицом к стене. Окей, это чудовище будет спать напротив меня, просто замечательно. Он лишь улыбнулся и, развалившись на нижней полке, снова достал ноутбук. — Сережа, ну давай быстрее уже! Надо успеть творожок съесть, как сядем! — к нам ввалилась уморительного вида женщина лет пятидесяти, волоча за собой два огромных пакета со жратвой, а ее попутчик, явно моложе лет так на тридцать, нес два чемодана. — Ну успеем еще! — он закинул один из них на верхнюю полку, после чего уничтожающим взглядом смерил паренька с макбуком, — Это наше место, молодой человек. — Так а я на верхней полке. — Ну так и вали к себе на верхнюю полку, — злобно процедил мужчина, — я пошел к себе, скоро приду. — Хорошо, сладкий, я тебя буду ждать. От этой сцены меня, можно сказать, практически вывернуло наизнанку, и я с еще большим энтузиазмом принялась разглядывать стену. — Милочка, а вы чего там наверху улеглись? Вы посидите, а то спина будет болеть! Спускайтесь-спускайтесь! — А ваш Сережа меня обратно не отправит? — с недоверием поинтересовалась я, вызвав усмешку на лице парня, который уже залез к себе и что-то увлеченно печатал. — Ой, да нет, ну что Вы сразу, он хороший мужчина! — Ну, мне-то откуда знать... — промямлила я, спускаясь вниз. — Он у меня такой золотой, хороший, вам обязательно надо познакомиться! Сына, иди сюда! Слегка охренев от происходящего, я не могла вымолвить и слова. — Давайте потом уже, сейчас только мешать друг другу будем! — возмутился наш сосед и я согласно закивала головой. Усевшись напротив женщины, которая уже накрывала на стол, я с содроганием ждала последнего попутчика. Если это та тетка с собачкой, я точно по дороге вскроюсь от ужаса... — Джулия, фу! Нельзя! Иди сюда! Я выглянула в коридор. К моему собственному удивлению, это была не та тетка с собачкой, а очередная мать, тащившая за собой заинтересованно разглядывающего полки ребенка. Класс, Маруся и Джулия, кажется, изнасилуют черепные коробки абсолютно всем пассажирам вагона. А вот и очертания тетки с собачкой. Взмолившись всем, кому можно и нельзя, я считала удары своего сердца и просто ждала. К счастью, в этот раз, боги, видимо, посчитав, что это будет уже совсем стремно, услышали мои молитвы, и фурия с ручным цербером размером с крысу осталась в начале вагона. Итак, если не предвидится еще больше детей и собак, мне, возможно, даже повезет в этот раз, и четвертым человеком будет кто-то мало-мальски адекватный. Закрыв глаза, я поняла, что меня клонит в сон, и позволила себе немного задремать. Через какое-то время где-то в середине вагона что-то с грохотом рухнуло, и до моих ушей донесся отборный мат грубого, но, тем не менее, женского голоса. — Уберите свою сраную собаку, иначе я сама сейчас ее ебну так, что она на своих четырех быстрее до Питера добежит, чем мы на поезде доедем! Через минуту в плацкарте оказалась девушка, на вид лет семнадцати-восемнадцати, злая, как черт, ее почти серые глаза буквально метали молнии. — Здрасьте, мне на 25 место, — встретившись с моей физиономией, взгляд девушки смягчился и она, улыбнувшись, попросила меня на минутку встать. Кивнув, я переместилась на боковое место, которое до сих пор пустовало. — Вы почему так ругаетесь? Как мужик с зоны, честное слово! — вмешалась женщина, уже собравшаяся начать трапезу. Они оглядели друг друга. — А Вас, уважаемая, ебет? — безразлично спросила юная бунтарка, оставив собеседницу придумывать текст новой нотации и оскорблений. Она без каких-то видимых усилий подняла сидение и закинула туда свой чемодан, после чего, вернув все в первоначальный вид, раскинула матрас и жестом пригласила присоединиться. Устроившись поудобнее, попутчица достала большую тетрадь и начала что-то сосредоточенно там писать. — Красивый почерк! — заметила я, вызвав тем самым едва заметное смущение собеседницы. — Благодарю. Она с какой-то безалаберностью выводила на бумаге почти каллиграфические буквы, плавно соединяя их в красивые слова, предложения, абзацы. Размашистый, красивый, небрежный и аккуратный одновременно почерк. — О чем пишешь? — с неподдельным интересом спросила я. — О любви, — она вздохнула, зачеркивая последнюю строчку. — И что ты там пишешь? Жаргоном своим зековским! — возмущенно подала голос вышедшая из ступора женщина. — Ох, прошу меня извинить за неподобающее поведение, видите ли, здесь, в этом мрачном поезде на меня свалилась маленькая собачка, а следом за ней и чемодан, я была так зла, так зла! Не представляете, сударыня, в какую ярость меня привело сие знаменательное событие! Просто отвратительное начало дня, знаете ли, когда на Вас чемоданы с полок падают! Этот город меня несказанно сильно утомил и я поскорее хочу вернуться домой, в светлый и культурный Петербург с его чудаками в вагонах метро и талантливыми музыкантами на Невском проспекте! — глаза девушки смеялись над собеседницей, но остальное лицо сохраняло крайне серьезный вид. — Ну, вот, можете же, если хотите! — Да я сама охерела. Классно сказанула, да? — Да что с тобой не так, малолетка невоспитанная?! Еще и из Петербурга! Тебя кто воспитывал такую? — Культурная столица, сука! — ее голос пародировал точно такой же комментарий одного из горожан Новиграда. Я засмеялась, чувствуя всем телом, как меня испепеляет ораторша с соседней полки. — Вот из-за таких, как вы, страна гибнет! Кто тебя такую замуж возьмет? Страшная, как атомная война, материшься, как сапожник, ничего в тебе нет! — Да вообще пиздец, — безразлично прокомментировала девушка и демонстративно уткнулась в свои записи. Похихикав, я одним глазом поглядывала за тем, что пишет юный талант. Поняв, что разговор окончен, возмущенная и обиженная почти пенсионерка поднялась со своего места и направилась, видимо, к сыну. — И давно пишешь? — поинтересовалась я. — Давно. Лет с десяти. — А сейчас тебе сколько? Глаза собеседницы оторвались от текста и встретились с моими, в них плясали озорные огоньки. — А сколько дадите? — Не буду даже пытаться... — Двадцать шесть. — Чего? Реально, что ли? Ты вампир или просто прикалываешься? — Я вампир и просто прикалываюсь, — серьезно ответила она и что-то вновь записала в своей тетради. Охренеть, так значит, я проведу ближайшие десять суток с окультурившейся донельзя бабой и ее золотым сыночком, мудаком с макбуком и писательницей-вампиршей. Ну просто замечательно! Люблю поезда! — Скорый поезд Владивосток-Москва отправляется через пять минут, просьба провожающим покинуть состав! В проходе показалась очаровательная Мари, которая говорила то же самое, проходя по коридору. — Провожающие, на выход, пожалуйста! Наши глаза на долю секунды встретились и я почувствовала, как сердце пропустило несколько ударов. Какая ты, блин, чудесная, я уже жду не дождусь, когда поезд тронется и я смогу каждые полчаса бегать к тебе за чаем... — Белье принесу чуть позже, — Мари подмигнула мне, скрываясь в тамбуре. Кажется, это путешествие будет одним из самых интересных событий моей жизни.