От Владивостока до Петербурга

      До прибытия в столицу оставалось около часа времени. У меня не было возможности зайти к Мари или поговорить с ней, потому как она готовила поезд к Москве. Все бегала, будила спящих, просила сдать белье заблаговременно, успокаивала детей, которые уже успели ко всем привыкнуть, и мысль о разлуке вызывала неконтролируемые рыдания. Я бы и сама разрыдалась, потому что дальше Москвы этот поезд не едет. Это означало, что последняя станция, на которой мы сможем побыть друг с другом, будет через час. И у нас будет от силы пара минут, чтобы проститься, потому как начнется новая посадка, мон Вигнетт займется пассажирами, а я ускачу на другой поезд к своей мечте, которая уже не казалась такой значительной на фоне вспыхнувшей влюбленности. В глазах проводницы тоже читалась некая печаль, но вместе с тем непоколебимая уверенность. Казалось, у этой женщины все под контролем. И я верила в это. — Карамелька, не расстраивайся, все будет прекрасно! — Спасибо, Лекси, — улыбнулась я, пытаясь отогнать грустные мысли. — Да, жаль, конечно, что расстаемся все. Эти долгие поездки очень сближают, — с грустью вздохнув, сказал Сергей, который сидел с нами. — А телефоны и социальные сети для дебилов придуманы? — язвительно заметил Леша. — Это все равно не то... — с досадой протянула я. — Ну да, не потрогать, не помацать, — улыбнувшись, констатировал парень, — но хоть что-то. — Твоя правда. — Товарищи, любимые мои, хорошие, готовим белье, сдаем мне сразу! — в коридоре показалась мон Вигнетт, и я не придумала ничего лучше, чем слезть с полки и прижаться к ней, обвив руками шею Мари. — Все хорошо, вишенка, не расстраивайся. — Постараюсь... — тяжело вздохнув, я отстранилась, присаживаясь на полку Лекс. — Лекси, — проводница жестом подозвала ее к себе. Та поднялась со своего места и подошла к мон Вигнетт, — это тебе. Женщина нацепила на шею вампирши причудливого вида кулон. Готова поспорить, он стоил целое состояние. Выглядел как солнце, на краю которого можно было рассмотреть ухмыляющийся полумесяц. — Ты... Ты его нашла?! — радостно воскликнула Лекс. — Да. И теперь он снова твой. — Спасибо, радость моя! — закричала писательница, крепко обнимая подругу. — Ну, ты чего... — Я думала, что никогда больше его не увижу! Ты - просто чудушко мое любимое! — Да прекрати, — Мари, смеясь, отстранила девушку и отправилась дальше собирать белье и будить тех, кто еще не проснулся. — Твоя фамильная драгоценность? — поинтересовалась я. — Типа того. Мне с этой херовиной... — Лекс наклонилась к моему уху. — Даже солнце не страшно! Я посмотрела на писательницу с каким-то облегчением и была искренне рада за то, что нашелся амулет для суровых современных реалий, с которыми необходимо справляться, учитывая ее положение. Вздохнув, я снова вспомнила о том, что необходимо собраться и подготовиться ко встрече со столицей. — Тебе помочь, коротыш? — засмеялся Леша. — Не надо, я сама, — фыркнув, я полезла обратно на свою полку.

***

      В Москве было очень душно. Об этом успели разныться и Леша, и Сережа, и, внезапно, Бонифаций. Мы стояли на платформе, ребята болтали о дальнейших планах, а я смотрела в глаза Мари, не в силах оторваться и пойти узнавать расписание поездов. Мы обнялись, она все так же ласково поцеловала меня в макушку. — Все будет хорошо, котенок, ничего не бойся. — Я не боюсь, мне просто очень грустно, Мари. Кажется, влюбилась я, понимаешь? — Понимаю, потому что я тоже влюбилась. Ты невероятная. Классная и милая. Я тебя обожаю. И в сексе ты - просто огонь... — Мари! — смущенно захихикала я, несильно ударяя женщину в грудь. — Но наша разлука не будет вечной, душа моя, тебе придется возвращаться во Владивосток... — мон Вигнетт подмигнула мне, после чего снова крепко обняла. — Проверишь потом снова мои билеты? — еле выдавив из себя улыбку, я нашла силы посмотреть ей в глаза. — Проверю. Повисла неловкая пауза. Рука проводницы легла на мою щеку, после чего она очень нежно коснулась своими губами моих. Прильнув к Мари, я обвила руками ее шею, и мы слились в уже совсем не нежном поцелуе. — Найди меня, котенок, — женщина направилась в вагон, оставляя меня наедине с этими словами. — Лекс? — Потом поговорим, — девушка кивнула на других наших соратников. — Лидия Михайловна и Серега, оказывается, ехали до Москвы, — грустно вздохнув, оповестил нас Леша. — Лидия Михайловна-а-а-а! — писательница бросилась на грудь женщине, крепко обнимая ее. — Ой, ну ты чего, все хорошо, Лекси, — я заметила, как наша попутчица смахнула слезу и тоже обняла собеседницу. — Леха! Удачи тебе, братан, пиши, если что. Будешь в Москве - звони обязательно, затусим, как боженьки! — засмеялся Сережа, пожимая руку Леше. Парни обнялись, пообещав не прекращать общение и продолжить обсуждение стратегий в FIFA уже на просторах социальных сетей. — Бонечка, — Лидия Михайловна подошла к музыканту, совсем по-матерински обняв огромного Бонифация, — очень ты хороший парень, надеюсь, все у тебя в жизни будет хорошо. — И я надеюсь, что Вы со всеми невзгодами справитесь, — впервые за все то время после ссоры мужчина искренне и тепло улыбнулся. Он пожал руку Сергею и сообщил, что отправляется смотреть расписание поездов, пускай по его глазам отчетливо было видно, как оборотня раздражает присутствие Лекс, он держался молодцом. — Ярослава, голубушка, — мы с Лидией Михайловной тоже обнялись, тепло и по-дружески, — желаю отлично отдохнуть в Петербурге! Если вдруг будешь в Москве, пиши обязательно Сереже! — Хорошо, обещаю! — радостно сообщила я.       После еще одной порции долгих и частично мучительных прощаний, я в компании Лекс и Леши отправилась смотреть табло с расписанием поездов. Когда парень отошел за банкой газировки, я наклонилась к писательнице. — Что она имела ввиду, когда сказала "найди меня"? — Не знаю... Может, в социальных сетях? — глуповато улыбнулась вампирша. Было очевидно, что Лекс что-то недоговаривает, но спорить, выяснять отношения и пытаться вытрясти правду из полуторатысячелетнего вампира - так себе идея. — Карамелька, я не знаю, что в голове у мон Вигнетт. Может, она имела ввиду поезд. Чтобы ты взяла билеты на этот же поезд. Откуда я знаю? Эта фраза меня успокоила. В самом деле, скорее всего она имела ввиду именно это. Мари знала, что я еще не брала обратные билеты. Пока я размышляла над сказанным писательницей, к нам вернулся Алексей, уставший, но очень счастливый. — Дамы, у нас есть два часа, чтобы тусануть на московском вокзале! — А где Бонифаций? — поинтересовалась я. — Не знаю. Мне кажется, он пошел зарабатывать на билет до Питера, — парень хихикнул, вызвав и мою усмешку тоже. — Вы серьезно думаете, что после нашей с ним ссоры он решит поехать вместе? — подала голос Лекс. — Так из-за чего вы поругались? — Не знаю, видимо, приревновал меня к Ярославе. Ты знаешь, он не спешил мне объяснять. — Да и хрен с ним, короче. У меня есть отличная идея... — Здесь нет бурятов, Леша, — с наигранной печалью оповестила я. — Нам не нужны буряты! Предлагаю подходить к китайцам и спрашивать, знают ли они что-нибудь о методе бесконтактной кражи. — Какой, нахер, бесконтактной кражи? — спросила Лекс. — Азиатский ген, мать! Все, что ты делаешь, азиаты сделают лучше. Если ты воруешь кошельки, азиаты смогут сделать это с закрытыми глазами и без рук, я уверен! — Придурок, — я засмеялась, — у тебя получше идей нет? — Есть! Мы можем... — Извините пожалуйста, Вы знаете что-нибудь о бесконтактной краже? — Хах, сука, Лекс! Дабы не быть как Лев Толстой и не усложнять ни мою, ни Вашу жизнь: диалоги, выделенные курсивом, означают, что персонаж общается на другом языке. В данном контексте - это китайский. (прим. авт.)

***

      Устроившись на своей полке, я уже было собралась скучать и рассматривать виды за окном, как ко мне в плацкарт ввалилось уморительное трио. Девушки, на вид лет двадцати-двадцати трех, разукрашенные, словно собираются на День Мертвых, в очаровательных коротких платьях, на высоких каблуках, с замашками столичных светских львиц и такими же понтами. Они втроем сели на противоположную полку. — Марина, это что, мне наверху спать типа? — Марина, какого хрена, Марина? — Да девочки, отстаньте, у меня реснички отклеиваются! — Ой, Марина, ну ты ваще-е-е. Я уже была готова сделать себе сеппуку, как к нам ввалились старые знакомые. Лекс, Леша и Влада. Судя по всему, суккуб была основной причиной такой задержки. Не знаю уж, как отмазалась писательница и куда пошла, чтобы призвать демоницу, но сработало это должным образом. — Девчонки, давайте меняться, нас с подругой разлучили. Неохота с этим нудным футболистом с двадцать шестого ехать. Столичные цацы воодушевились идеей о путешествии с футболистом и поспешили любезно сменить место обитания. — Там реально футболист едет? — поинтересовалась я. — Да, какой-то чувак с села, столицу приехал покорять, но она что-то не покоряется. Решил покорять культурную. — Никто же не говорил о том, что там звезда мирового футбола едет, — с явным наслаждением и злорадством произнесла Влада.       Пока мы болтали о бесконтактной краже и о том, что же удалось узнать Лекс, поезд тронулся. — О, супер, пойду я переодеваться, — многозначительно посмотрев на суккубшу, Алексей отправился в туалет. Она помедлила, но через некоторое время отправилась следом. — Ой, какой ей тут кайф, столько невинных и голодных душ, — с улыбкой констатировала Лекс. — Ты ее призвала, чтобы вас было трое? — Нет, она очень голодная. Голодный суккуб под рукой - никакущий союзник. — Справедливо... Кстати, совсем забыла спросить. Как тебе вновь гулять средь бела дня? — Охуительно. Думаю, теперь я вообще самый сильный вампир на свете. — Ты прекрасна, Лекс, — улыбнулась я. — Спасибо, полумесяц мой златовласый! — кажется, возможность существовать вне подвалов и темных помещений днем сказывалась на писательнице наилучшим образом. Она переместилась к окну, увлеченно начав что-то записывать. Я смотрела на ее хмурое, задумчивое и сосредоточенное лицо, находя в этом хоть какое-то утешение от разлуки с Мари.       Минут через двадцать вернулись Леша с Владой. Парень держал в руках игральную колоду и многозначительно посмотрел на нас. — Играем? — На раздевание? — томно спросила Влада. — Конечно нет, какой ужас! — воскликнула я. — Давай, — усмехнулась Лекс, доставая из своей сумки бутылку виски. — Волшебница! Вискарь притаранила! — Алексей прямо таки просиял, потянувшись за стаканами. — А если так, то можно и на раздевание... — усмехнулась я, готовя неебически крутой тост.

***

      Вечер и ночь прошли довольно обыденно, несмотря на алкоголь и "дурака" на раздевание. Я еле продрала глаза, надо мной склонилась Лекс, что-то ворча себе под нос. — Что такое? — Мы почти приехали, Карамелька. — Блин, голова так болит, просто жесть... Лекс, преврати в вампира. — Не проси о том, на что не готова согласиться, — задумчиво протянула писательница, поднимая меня с полки без видимых усилий, — собирайся давай, в тебе азиатский ген, что ли, присутствует, что алкоголь так хреново переносишь? — Если бы во мне присутствовал азиатский ген, я совершила бы бесконтактную кражу твоего кулона и, продав его, купила себе небоскреб в Нью-Йорке. Лекс засмеялась и, убедившись, что я в порядке, отправилась будить Лешу. Влада сидела на пустующей боковой полке, рассматривала виды за окном. — Хочу попасть в Вальгаллу... — мечтательно вздохнув, произнесла суккуб. — Тогда рагнарек начнется раньше времени, — усмехнувшись, ответила Лекс, все еще пытаясь привести Алексея в чувство. — Мне нужно будет... Опохмелиться... Ярослава, ты пойдешь со мной в бар? — Пойду, — кивнула я. Нужно было как-то запить горечь расставания с мон Вигнетт. — Алкаши ебучие, вы хоть ноги переставлять сможете? — Ой, Лекс, не начинай! — возмущенно прокряхтел парень, схватившись за голову. — Я если начну, ты охуеешь. — Так, давайте не будем, — устало попросила я. Взяв сумки и чемоданы, мы направились к выходу из вагона, неспешно и вальяжно. Каждый думал о чем-то своем, пытаясь не смешивать положительные и отрицательные эмоции, полученные в путешествии.       Оказавшись на улице, я крепко обняла Лекс, прижимая ее к себе как можно сильнее. — Такая ты разбойница, Лекс, но я тебя обожаю! — Я тебя тоже люблю, Карамелька, думаю, еще увидимся! — она подмигнула, и на секунду ее глаза стали желтыми. — Лекс, ты - просто секс, надеюсь, еще увидимся, — к нам подошел Леша, крепко обнимая обеих. — Конечно, ты что! Питер - невероятно маленький город, обязательно увидимся! — Это сейчас сарказм? — Частично, — кивнула писательница, после чего по-доброму стукнула Алексея кулаком в плечо. — Ле-е-е-екс, — заныла Влада, — пойдем скорее, нам еще к Маше надо зайти. — Да, да, идем. Вампирша бросила на меня немного грустный взгляд, после чего, нахмурив брови, развернулась без лишних слов и начала удаляться в сторону метро. — Ну что, Яся, в Питере - пить? — Бухать.

***

      Мы договорились зачекиниться в хостелах и после встретиться на Невском. Мне идти было ближе, поэтому пришлось ожидать Алексея рядом со станцией метро. Мы все-таки обменялись номерами, чтобы не потеряться в этой гуще туристов, и я лениво бродила неподалеку от выхода. На противоположной стороне дороги собирались гости города рядом с гидами. Среди этой огромной толпы заметно выделялась одна женщина. Она была довольно высокой, статной даже, можно сказать. Ее белый деловой костюм придавал еще больше солидности, а черные волосы показались необъяснимо знакомыми. Все пристальнее всматриваясь в подозрительную фигуру, я перестала обращать внимание вообще на все, что происходит вокруг. Вдруг женщина обернулась и посмотрела на меня своими выразительными, почти черными глазищами. Готова поклясться, это была Мари! Она улыбнулась мне, после чего, подмигнув, повела группу туристов на экскурсию. Готовая сорваться с места, догнать, развернуть и устроить конфронтацию, я уже было двинулась с места, как меня вернул в реальность Леша. — Чем ты тут занимаешься, а? Уже нашла мадам, на которую глаз можно положить? — жизнерадостно отозвался парень. — Да нет... Показалось, наверное, не знаю. Пойдем. — Ну пойдем. А куда пойдем? — Да в любой паб, давай, пошли!       В "Сибирской Короне" было уютно. Мы пробрались за барную стойку, заказав по бокалу пива. — Ну, давай обсудим нынешнее положение дел, — вздохнув, предложил Леша, — Лекс - хер знает где, Влада - хер знает где. Вот от этого, кстати, мне совсем грустно. Бонифаций явно не желает ни с кем общаться и все такое... Или на билеты зарабатывает стоит до сих пор. — Ты сюда приехал просто по приколу? Вот так, без родных и друзей в Питере? — Да. Я тоже авантюрист! — он радостно ткнул меня в плечо. — И это в момент, когда я почти поверила в то, что одна такая сумасшедшая на свете... — Ой, не томи, давай за нас!       Изрядно накидавшись, мы болтали о жизни. О том, где бывали, чем занимались и занимаемся сейчас. Оказалось, мы живем не так далеко друг от друга и в одно и то же время играем в новенькую UFC по вечерам. Вообще, Леха оказался клевым собеседником, по крайней мере, когда пьян. Из-за того, что мы весь день и вечер провели в этом пабе, персонал начал коситься и хихикать, мол, вот они, настоящие туристы, пиво херачить приехали в культурную столицу. Бармен уже заканчивал свою смену, ожидая второго работника. Еле переставляя ноги, Алексей неспешно направился в сторону туалета, утверждая, что вернется еще быстрее, чем я допью свой эль. Посмеявшись, я перевела взгляд на барную стойку. Кажется, мужчина, весь день и весь вечер подливавший нам пиво, начал нервничать из-за того, что его не сменяет на посту коллега. И вот коллега появился. Вернее, появилась. — Мари?! — воскликнула я. Женщина спокойно попрощалась с барменом, заменяя его и отпуская куда-то вниз по лестнице. — Я рада, что ты меня нашла, — промурлыкала женщина, протирая стакан. — Ты что здесь делаешь? — Работаю. Не видишь? — она наспех сделала какой-то коктейль, пододвигая его мне. — За счет заведения. — Ты... Объяснить не хочешь, что вообще происходит? — Хочу, и именно поэтому я здесь, в этой дебильной форме, на этой дебильной работе, в этом дебильном пабе, у меня нет времени ждать, когда ты засобираешься обратно во Владивосток. Мне нужно, вишенка, чтобы ты протрезвела, выспалась и встретилась со мной у Летнего Сада часов в одиннадцать вечера. Сможешь? — Смогу-у-у... — Окей... Дай мне свой телефон. Мон Вигнетт, видимо, установила напоминание и попросила коллег вызвать мне такси. — Мне же эта вся хрень не снится, верно? — вздохнула я. — Нет, совершенно. Все действительно так, как ты понимаешь. Вот она, я, Мари мон Вигнетт, стою за барной стойкой, работаю и все такое. Жду у Летнего Сада, как проспишься. Береги себя, — Мари поцеловала меня в щеку, после чего удалилась куда-то в сторону подсобного помещения для персонала. — Да куда ты опять убегаешь, стерва?! Ответа не последовало. Кто бы сомневался. Поднявшись со своего места, я вежливо обратилась к официантке с просьбой проследить за Лешей и убедиться в том, что он уедет в свой хостел. Совершенно не хотелось терять боевого соратника из-за какой-нибудь глупости.       На улице было прохладно. Я курила в ожидании машины, желая закричать на весь Невский о том, что в мире происходит какая-то хуетень, другого слова и не подберешь даже при всем желании. Опять звонил телефон. На этот раз уже таксист, пытался выяснить, где точно я нахожусь. — Я прямо рядом с центральным входом, тут, в общем, штучки всякие, все такое... Искренне надеюсь, когда-нибудь удача все-таки мне улыбнется и я создам культ "и все такое". Эта заразная хрень просто никого не отпускает из своих цепких лап. Несмотря на мои расплывчатые пояснения, водитель меня нашел, и я с наслаждением плюхнулась на заднее сидение. — Здравствуйте, спасибо, что так быстро меня обнаружили, снаружи мерзко, холодно и ветрено. — Ничего страшного, я понимаю, — таксист улыбнулся, трогаясь с места.

***

      Черт его знает, что это вообще произошло и какого хрена Мари из проводниц перепрыгнула в бармены. Интерес, естественно, взял свое, поэтому, откиснув в хостеле до вечера, я все-таки собралась на встречу с этой странной чудо-женщиной, поверив в реальность происходящего. Не сказать, что меня одолевали сомнения или что-то такое, нет. Просто это было слишком странно. С другой стороны, после оборотня и вампира в поезде, меня уже мало что удивляло. Потрясение и недоумение испарились, оставив в голове одну лишь решимость выяснить, какого хрена происходит и как можно за несколько часов уволиться из РЖД и начать работу экскурсоводом, а затем быстренько переместиться за барную стойку.       За окном уже стемнело, моя физиономия быстро юркнула в метро. Вагон встретил разрозненной группой из уставших и вымотанных, вечно бегущих по краю людей. Они сваливались друг на друга, вздрагивали, когда засыпали, читая книгу. Беспристрастно разглядывали других пассажиров, пытаясь найти хоть что-то, за что можно было бы зацепиться взглядом. Обреченно смотрели в потолок, закрывая глаза от усталости. Есть ли вообще какие-то преимущества от жизни в столице? Думаю, да. Это - Петербург. Здесь под конец дня ты больше похож на вымотавшееся, загнанное в угол животное, но, как это говорят, твоя душа стремится в небо. Потому что это - Петербург. И ты едешь в этом сраном метро, долго, нудно, музыка в наушниках рассказывает тебе свои невероятные истории, физически ты еле закрываешь и открываешь глаза, хочется лечь и никогда больше не вставать. Но внутри у тебя все еще живет этот маленький, крылатый говнюк, который бесконечно готов дергать тебя за твои собственные, подаренные культурной столицей крылья, призывая парить над Невой и просто созерцать то, что так успокаивает истерзанную душу. Я люблю Санкт-Петербург. Пускай я здесь и недели не прожила и все мое пребывание в городе состоит из пабов и хостела. Есть здесь какая-то магия, которая ни одному живущему человеку неподвластна. Питер - это, определенно, сердце России. Воплощение всего, что я люблю в своей стране с ее фундаментальной культурой и творческими личностями, безумцами и городскими сумасшедшими, которые катаются целыми днями на эскалаторе и показывают прохожим язык. Невероятный, потрясающий и вдохновляющий на великие свершения город. Вдруг в вагон зашел Бонифаций. Я даже не сразу его узнала, только по этим голубым глазищам, огромному росту и широким плечам. Он тоже выглядел уставшим. — Бонифаций, здравствуй! Как у тебя дела? Вздрогнув, мужчина повернулся на мой голос и, увидев, улыбнулся во все свои тридцать два зуба. — Яросла-а-ава, как ты? Куда едешь? — мы обнялись. — В Летний Сад. — Зачем тебе? Он же уже закрыт. — Ты не представляешь, что случилось. Да и я сама не представляю. Мари попросила встретиться с ней там сегодня вечером. — Мари? Мари мон Вигнетт? А что она... — Не спрашивай даже, я понятия не имею, какого хера происходит. Хочешь, прокатимся вместе? Не думаю, что она будет против! — Ты не поверишь, но я и так направляюсь в Летний Сад. — А ты зачем? — Лекс попросила меня о встрече. Сказала, что ей есть, что добавить к той истории, которую она поведала мне в поезде, — оборотень тяжело вздохнул, — а я и рад. Меня просто разрывают сомнения, и я хотел бы знать всю правду. Все сходится. Мы просто бездумно воюем с теми, кто бесконечно скрывается в тени, не причиняя вреда никому. Если не считать какие-то стычки с особо задиристыми представителями человечества. — Знаешь, я привыкла думать о вампирах как о каких-то владыках мира. Что они там в правительстве сидят, влиятельные такие, все дела... — Насколько мне известно, так и было. До момента, когда кто-то просто вырезал последний крупный вампирский клан. С удовольствием бы пожал руку тому, кто это сделал. — Ну, в Летнем Саду у тебя будет такая возможность, — на моем лице отразилась усмешка, а Бонифаций, кажется, впал в абсолютное замешательство. — Ты хочешь сказать, что это была Лекс? Это она так сказала? — А у тебя есть причины ей не доверять? Оборотень потупил взгляд, медля с ответом. — Нет.       Удивительное свойство судьбы - сплетать жизни людей так, что они сами не перестают охеревать от происходящего. Мы медленно продвигались по пустынной улице к назначенному месту. Бонифаций был мрачнее тучи, которая буквально грозилась вылить на нас огромное количество капель воды. Я услышала какие-то шорохи недалеко от входа. Это оказалась Мари. На ней были какие-то архаичные кожаные штаны, сапоги, достающие до колен, просторная рубашка, которую под фигуру подгоняли кожаные ремни, а на указательном пальце правой руки красовалось странного вида кольцо, которое приковывало внимание. — Привет, вишенка, — она улыбнулась. Без лишних слов я подошла к ней вплотную, целуя такие желанные губы. Когда она прервала поцелуй — видимо, времени действительно было мало — я отвесила мон Вигнетт смачную пощечину, от которой подошедшая совершенно бесшумно Лекс вздрогнула, а в глазах ее отобразился самый настоящий ужас. — Какого хрена, мон Вигнетт?! Может, потрудишься объяснить, что это за цирк? Женщина улыбнулась. Вместо того, чтобы вмазать мне в ответ, чего я ожидала, зная ее характер, Мари лишь погладила меня по щеке и пристально посмотрела в глаза. Что за самородок эта проводница... — Бонифаций, — равнодушно отозвалась она, кивнув в почтительном приветствии. Оборотень сделал то же самое, — думаю, вам есть, о чем поговорить с Лекс. Я даю пять минут, не больше. — Мари... — начала было я, но она властным жестом велела мне замолчать. — Я понимаю, что ты не понимаешь. Но скажи я раньше о своей настоящей природе, ты бы просто сбежала и забыла все, как страшный сон. Ты здесь, потому что я позвала тебя, и я безмерно благодарна тому, что ты пришла. Видишь ли, мне нужна помощь... — Моя помощь? Серьезно? — Да. Видишь ли, я... Путешествую. И в своих путешествиях мне очень не хватает дипломатического дара, способности убеждения и ведения переговоров. А ты... Я знаю про тебя гораздо больше, чем ты думаешь. Если быть честной - все. Я знаю, что это ты подралась с тем парнем во дворе и угрожала сломать ему руку, если он расскажет, кто его избил. — Мари! — мои щеки покрылись румянцем. Откуда она это знает?! — Но я здесь не за тем, чтобы посмеяться над твоим прошлым. Ты нужна мне, вишенка. Ты - безумно красивая, талантливая и замечательная. Я влюблена в тебя, безусловно, наверное, это - единственная причина, по которой я прошу тебя путешествовать со мной, если быть честной. Потому что я могу не вернуться. — Что это значит? К нам вернулись Лекс и Бонифаций. Оборотень был зол, как тысяча чертей и каналья впридачу. Непонятно, злился ли он на вампиршу или на принципы общины, в которой жил все это время. Но отчего-то в его взгляде буквально пылала решимость. — О, вы вернулись. Прекрасно. Тогда я могу быть максимально откровенной? — Вполне, — пробасил музыкант. — Гитара с тобой? — поинтересовалась мон Вигнетт. Мужчина кивнул. — Буду краткой. Как я уже сказала, моя работа - это путешествия. По Вселенной. — Чего? — переспросила я. Лекс улыбнулась. — Ты знала?! — В каком смысле? — Бонфаций удивленно выгнул бровь. — В прямом. Мироздание не может быть нарушено, и то, что задумано Спящими, не должно подвергаться изменению. Когда что-то происходит, я просто прыгаю в разлом и оказываюсь в мире, где что-то идет не по плану. — Кто такие Спящие? — поинтересовалась я. — Гиганты, которые нарисовали этот мир, — Мари улыбнулась, — и я, можно сказать, их далекая правнучка. — Так ты, считай, богиня во плоти? — удивленно спросил оборотень. — Ну, на богиню я не тяну, это точно. — Да полубог она, успокойтесь, — со скучающим видом ответила Лекс. Выражение моего лица вряд ли можно было описать какими-то словами, — и, да, Яся, предупреждая твой вопрос, ты действительно спала с полубогом. — Твою... Мать! — сорвалось с моих уст, после чего я ошарашенно глядела по сторонам. — Я все еще не понимаю, зачем полубогу все мы, — возразил Бонифаций. — Нравитесь вы мне. С Лекс я давно знакома, и мы путешествуем вместе. А вот вы двое... Ты можешь оказаться очень сильным союзником, Бонифаций. В последний раз, когда я отправилась одна исправлять косяки народа Уту, меня чуть не задушила эта тварь с щупальцами. — Осьминог? — Хуже. Гуманоид-осьминог. Они ростом в полтора раза больше меня, а их мерзкие, сопливые щупальцы до колен свисают. — О-окей... — протянул оборотень, оглядываясь на нас, — что еще нужно знать перед тем, как ты закончишь свое предложение, от которого невозможно отказаться? — Что ты наконец-то можешь жить так, как хочешь, и делать то, что сочтешь нужным, а не то, что тебе сказали твои старейшины. Ну и плюсик в карму за службу на страже Мироздания. А еще я научу тебя превращаться в какую-нибудь инфернальную форму. Или сам научишься. Есть один мир, в котором, если мы туда попадем, ты сможешь стать намного сильнее... Короче, у меня нет времени, решайте. Мне нужно в Летний Сад. — В смысле? — озадаченно протянула Лекс. — В прямом. Мы сейчас пойдем в Летний Сад. — Я согласна, — только и вымолвила я, вызвав широченную и теплую улыбку мон Вигнетт. — Я тебя в обиду не дам, вишенка. — Никто из нас не даст, — добавил Бонифаций, подходя ближе, — я с тобой, Мари мон Вигнетт. — Вы - самые лучшие мифические твари, которых я встречала в своей жизни, — обрадовалась женщина, небрежно касаясь ворот, ведущих в Летний Сад. Они заскрипели, после чего начали открываться. — Сейчас вы очень быстрым шагом зайдете туда и повернете направо. Затем спрячетесь в кусты, и не дай боже вас кто-нибудь заметит. Ясно? — Там же никого... — начал было оборотень. — Заходите, я сказала! — крикнула Мари, и мы послушно шагнули за ворота.       Как и ожидалось, внутри никого не было, разве что небо прояснилось, чему я несказанно обрадовалась. Мы молча сидели в кустах, рассматривая окрестности. — Странно как-то это все, не находите? Как будто... Я замолчала, потому как откуда-то из-за угла послышались голоса. Говорили на французском. Какого хрена туристы в такой час делают здесь? Выглянув из своего укрытия, я была готова заорать от удивления. Кажется, эти товарищи стащили костюмы у тех болванчиков, которые предлагают сфотографироваться с ними, типа заселфиться с аристократией девятнадцатого века. Зачем они это сделали? Но то, что случилось дальше, совершенно выбило меня из колеи. — Дамы и господа, добро пожаловать в Петербург девятнадцатого века. — Могла бы и подольше интригу подержать, Мари! — с укором заметила Лекс и посмотрела на меня. — Эм... Девятнадцатого... Века? — протянул Бонифаций. — Да, это параллельный нашему мир, в котором конкретно сейчас готовится убийство царя. Если это произойдет, планете конец. — Почему это? — спросила я. — Потому что здесь все немного по-другому. В этом мире возобладали паровые двигатели, и на их основе люди уже создают оружие массового поражения. — Стимпанк ебучий, — с отвращением заметила Лекс, облегчая мое понимание ситуации. — То есть мы просто переместились в параллельный мир, где победил стимпанк и должны спасти царя от покушения, чтобы люди просто друг друга не стерли с лица земли? Так, получается? — Получается, — отстраненно ответила мон Вигнетт, оглядывая окрестности, — Лекс, мне понадобится твой безумно хороший французский. — Я в твоем распоряжении, Мари, — вампирша кивнула, готовясь действовать. — В этом мире, Яся, — полубогиня посмотрела на меня, — ты приняла обет молчания. Я кивнула. И, кажется, приняла обет молчания до конца своих дней, потому что попросту охуела от происходящего. Как и Бонифаций, в общем. — Ну что, царь, готовься к спасению, — усмехнулась Лекс и вынырнула из кустов, удаляясь в сторону, откуда пришли те странные люди. — Идем. Мы шагнули следом. Мари, кажется, нервничала и очень торопилась, поэтому, завидев какого-то мужчину, не стала церемониться и одним ударом вырубила бедолагу. — Скажу, что дочь греческого купца, а у нас там равноправие, — усмехнулась мон Вигнетт и принялась переодеваться. — Сложите этого товарища куда-нибудь, где его не найдут до утра. Мы с Лекс принесем вам одежду. Мы послушно удалились, спрятавшись чуть ли не в самом дальнем углу сада. — Она не могла просто взять и наколдовать одежду? — возмущенно задал риторический вопрос Бонифаций. — Видимо, у полубогов тоже лимит на магические силы. Кто-то мутит одежду, а кто-то - порталы между мирами. — Ага. И теперь нам нужно найти всех убийц в сраном Летнем Саду! Он же огромный! — Думаю, именно поэтому Мари и Лекс не пошли вдвоем. — Надеюсь, мы не пожалеем о том, что в это втянулись... — протянул оборотень, внимательно смотря по сторонам. — Не знаю, как ты, а я уже не жалею. Мы побывали в мире стимпанка, чувак! Теперь даже сдохнуть не страшно! Мужчина улыбнулся. — Будем надеяться, что этот мир стимпанка нас не убьет.