Альбом с колдографиями

Если бы кто-нибудь спросил Гермиону Грейнджер, какой самый опасный фактор грозит работе её отдела в Министерстве магии, она бы уверенно ответила: коррупция, тёмные артефакты и политическое давление. Но она бы ошиблась, ведь самым опасным фактором оказался букет. Огромный. Абсурдно дорогой. Безупречно собранный букет белых роз и эвкалипта, который стоял на её столе и выглядел так, будто знает о ней слишком много. Утро Гермионы Грейнджер началось спокойно и размеренно. А потом ей доставили цветы: бело-зелёную композицию с идеально выверенной асимметрией, словно кто-то нанял флориста с дипломом по архитектуре. К цветам прилагалась карточка. Она прочитала её не один раз. После третьего прочтения молодая женщина медленно села.

«Я не умею говорить это вслух, ты знаешь. Но я думаю о нас постоянно. Д.М.»

— Нет, — сказала Гермиона вслух. — Нет-нет-нет. Этого не может быть… нет. Она перевернула карточку. Проверила подпись. Пергамент. Почерк. — Его почерк, — она помнила эти идеальные буквы ещё со школы. Она уставилась на букет так, словно он мог объясниться, но тот заговорщически молчал.

***

В это же время, в другом конце Лондона, Драко Малфой пил кофе, лениво просматривая отчёты уже в своём кабинете. Малфой находился в прекрасном настроении. У него был план. Он отправил цветы. Он сделал редкий — крайне редкий — эмоциональный жест. И даже не сбежал после этого. Что уже можно было считать личным ростом. — А где отчёт Грейнджер? — спросил он, не поднимая глаз. Секретарь, молодой парень с выражением лица человека, который уже совершил ошибку, но ещё не понял какую именно, замер. — Я… отправил всё, как вы сказали, мистер Малфой — неуверенно отчеканил он. — Надеюсь, ты не перепутал адреса, — дежурно бросил Драко, готовясь к худшему. Очень плохая пауза заполнила все пространство в кабинете Малфоя. Драко медленно поднял взгляд. — Ты же не перепутал адреса?! — Ну… — начал секретарь. — Ты. Перепутал. Адреса?! — заорал блондин. — Там было два отправления разом, и… карточки… и я подумал, что… — замешкался парень. Драко закрыл глаза. Он ощутил, как стресс точечно ударил мигренью в правый висок. За что ему всё это, Мерлин? — Скажи мне, что отчёт по делу о международных соглашениях не ушёл моей девушке. — Боюсь сэр, — начал он спешно перепроверять — …ушёл. — А романтическое письмо к годовщине наших с Асторией отношений не попало к Гермионе чёртовой Грейнджер. Секретарь молчал, закусив обе губы и покраснев, аки помидор. Драко медленно поставил чашку. — Ты уволен. — Но, мистер Малфой… — Потом восстановлю. Возможно. Если переживу сегодняшний день. А сейчас пшёл вот!

***

Когда дверь её кабинета распахнулась, Гермиона всё ещё тупо смотрела на букет и идеально расположенные цветы в нем. И на ту злосчастную записку. — Я услышал, что тебе прислали цветы, — сказал Гарри, заходя внутрь. — И если это от того, о ком я думаю… — он остановился. — О. — Не начинай, — предупреждающе сказала Гермиона. — Это же от него? — Это не может быть от него. — Но это его инициалы? — Да. — И его почерк? — Да. — И его стиль «я эмоционально недоступен, но страдаю»? — Да! Гарри прищурился. — Тогда это от него. — Это ошибка. — Очень дорогая ошибка. — Гарри! — Я просто говорю, если это его способ наконец признаться, то… — Он все еще встречается с Асторией. — Это делает ситуацию… даже интереснее, — Гарри поправил очки. — Это делает её невозможной!

***

Тем временем Астория Гринграсс с недоумением открывала конверт от Драко. — Отчёт, — сказала она, слегка удивлённо. И начала читать. Через тридцать секунд её лицо изменилось, а через минуту стало слабоузнаваемо от злости. — «Нарушения протокола… дипломатическое давление… риск международного скандала…» — миловидная блондинка медленно опустила бумагу. — Это что, какая-то метафора? Она пролистала дальше: — «Необходимо срочно пересмотреть границы и условия сотрудничества. Стороны должны признать отсутствие совместимости». Он… расстаётся со мной через юридический отчёт?! Вот ведь козёл!

***

Через час в кабинете Гермионы уже было три человека. Гермиона, Гарри и ревнивый Рон. — Это признание, — уверенно сказал Рон. — Это ошибка! — в третий раз повторила Гермиона на автомате. — Никто не отправляет такие букеты по ошибке, — возразил Поттер. — И никто не пишет такие карточки, если не влюблён, — добавил Уизли зло. — Он не влюблён в меня! Точка! — Ты уверена? — спросил Гарри. Гермиона замолчала. — Да, — сказала она чуть тише. Рон скрестил руки. — Тогда почему ты так покраснела? — Я не покраснела! — Ты покраснела. — Это из-за злости! — Ага, — сказал Рон. — Конечно же.

***

Спустя ещё полчаса запыхавшийся Драко Малфой ворвался в Министерство магии с видом человека, у которого была всего одна цель: остановить катастрофу. — Где она? — Доброе утро, — сказал Гарри. — Поттер, где Грейнджер? — В своём кабинете, но… Драко ушёл, не дав ему и шанса договорить. — Это будет весело, — сказал стоящий рядом с Поттером Рон. — Она его отошьёт, а потом я изобью ему лицо. — Это будет Армагеддон, — поправил Гарри с тревогой в голосе. — Для него — да. А для меня — весело, — усмехнулся рыжий. Дверь кабинета Гермионы распахнулась. — Грейнджер, привет, — он остановился и, мысленно простившись с яйцами, закрыл за собой двери. Гермиона стояла у стола. Его помпезный букет лежал рядом без намека на вазу или воду. Очень заметный букет, благо зачарованный от увядания. Они посмотрели друг на друга. — Это не то, что ты думаешь, — начал Драко. — Интересно, — холодно ответила Гермиона, — потому что я думаю, что ты отправил мне цветы с признанием. — Я этого не делал. — Тогда это ещё хуже. — Почему хуже?! — Потому что тогда я получила чужое признание! — Это не признание! Точнее оно моё, но… — Там буквально написано! — Я знаю, что там написано! Они оба замолчали. — Это были цветы для Астории, — наконец сказал он. В конец ничего не понимающая Гермиона моргнула несколько раз: — Что? — Это было для Астории. А отчёт… должен был быть для тебя. Отправлял мой новый горе-секретарь, не я. — То есть ты не… — она указала на букет. — Нет. — Совсем нет? — Совсем нет. — Понятно, — сказала Гермиона чуть расстроенно и сразу же отвернулась. Драко нахмурился: — Почему ты выглядишь… разочарованной? — Я не выгляжу разочарованной! — Ты выглядишь разочарованной. — Я выгляжу злой! — Ты выглядишь как человек, который хотел, чтобы то признание было правдой. — Малфой! В этот момент дверь снова открылась и в кабинет вошла Астория со скомканным отчётом в тонких маникюренных руках. — Секретарь сказал, ты будешь здесь. Нам нужно поговорить, — сказала она. Гермиона медленно закрыла карие глаза. Как же она устала… — Я выйду, а вы тут сами… — засобиралась Грейнджер. — Нет, — сказала Астория. — Останься. Драко выглядел так, словно и сам предпочёл бы исчезнуть. — Астория, это недоразумение… — Ты отправил мне отчёт о разрыве отношений?! — Это не… что?! — «Нарушение границ», Драко? Гарри и Рон, которые каким-то образом уже стояли в дверях, синхронно наклонились вперёд, бесстыдно подслушивая. — Это юридический документ! — О, я поняла, — сказала Астория. — Ты решил оформить наши отношения как международный конфликт, а потом рассторгнуть? — Это не… да послушай ты… — А цветы? — она кивнула на букет. — Это компенсация? — Это тоже ошибка! После его слов Астория замерла, а потом вдруг посмотрела на Гермиону. Затем снова на Драко. И так несколько раз. — …Оу, — только и вырвалось у неё. — Это не то, что ты думаешь, — быстро сказал Драко. — Это буквально то, что я думаю, — ответила она. — Нет! — Ты отправляешь ей цветы, мне — отчёт о разрыве, и говоришь, что это не то, что я думаю?! — Да! Совсем не то, — Малфой знал, что его невеста не семи пядей во лбу, но не подозревал, что этот милейший ангел может быть настолько беспросветно глуп. — Это ещё хуже, — сказала Астория. — Какой же ты мудак! Меня ведь все предупреждали на твой счёт, а я не верила… Следующие десять минут превратились в хаос. — Я не влюблён в неё! — закричал Драко. — Ты уверен? — переспросила почти рыдающая Астория, мгновенно успокаиваясь. — Да! — Тогда почему ты так нервничаешь? — Я не нервничаю! — Ты кричишь. — Я не кричу! — Нет, ты кричишь, Драко. И не делай из меня дуру! — Я… немного кричу, — попытался успокоится Малфой, хотя на деле ему хотелось прорычать, что «дура она и есть, причём набитая». — Он кричит, — подтвердил Рон из-за открытой Асторией двери в кабинет Грейнджер. — Рон, заткнись, — рыкнула Гермиона, догадавшись, что они с Гарри пришли наблюдать за разворачивающимся скандалом разве что без попкорна. — Я просто наблюдаю, — вполголоса оправдался Уизли. — Ты не наблюдаешь, ты комментируешь! — Это часть наблюдения! Астория вздохнула, снова перетягивая внимание на себя. — Ладно. Давайте разберёмся. Она указала на букет. — Это должно было быть для меня? — Да. — С этим текстом? — она выхватила записку и быстро прочитала. — Да. — То есть ты пишешь мне признания, но не можешь сказать их вслух, при том что мы уже год встречаемся? Драко замялся. — С этим… чуть сложнее. — Понятно, — кивнула она, а потом посмотрела на Гермиону. — А ты? — Я получила это по ошибке. — Но ты его прочитала. — Да. — И? Гермиона сжала губы: — Это не имеет значения. — Имеет, — сказала Астория. — Вы ведь раньше были вместе. И тоже ровно год. — Не имеет, — зло отрезала Грейнджер, глядя в пол. — А ты покраснела, — вставил Рон, заглядывая в кабинет. — РОН! Что ты вообще тут забыл? Уходи прочь из моей приёмной! Драко провёл рукой по лицу. — Это абсурд. — Нет, это очень показательно, — сказала Астория. — Это ошибка секретаря! — Это подсознание. — Это абсолютно точно не подсознание! — Не подсознание? Ты случайно отправил признание не той девушке. — Я не… Да это был даже не я, Тори! Все замолчали. Астория посмотрела на него внимательно. Очень-очень внимательно. — Скажи честно, — сказала она. — Если бы это не было ошибкой… ты бы когда-нибудь отправил ей что-то подобное? И я бы хотела проверить твой ответ заклинанием Веритас. — О, — тихо сказал Гарри из дальнего угла приёмной. — Никакое не «о», — резко рыкнул Драко, отвлекаясь. — Очень даже «о», — поддакнул Рон. Драко не ответил, а Гермиона замерла. Обычная глупая ошибка секретаря грозила стать чем-то ужасно-нелепым, если не катастрофичным. И всё это на полдня парализовало работу её отдела. — Это вовсе не тот вопрос, на который мне нужно отвечать, — наконец извернулся Драко. — Это именно такой вопрос, — вздёрнула носик Астория. — Ты всегда отказывался обсуждать ваши с ней отношения. Так что либо ты сейчас честно всё скажешь, либо я ухожу. — Я не знаю, — тихо признал он. И этого оказалось достаточно. Астория кивнула сама себе — не резко, не драматично. Просто она всё для себя поняла. — Хорошо, — сказала она. — Астория… — он попытался воззвать к её благоразумию. — Нет. Всё в порядке. Я подозревала. По тебе это всегда было видно. Что ты всё ещё её… — она положила отчёт на стол. — Честно? Это самый странный способ расстаться, который я когда-либо видела. — Мы не должны расставаться, глупая. — Мы расстаёмся, Драко. Потому что ты не должен «не знать». Ты обязан знать, — она улыбнулась немного грустно, но спокойно. — И говорить вслух подобное спустя год отношений. Всего доброго, — повернулась она на каблуках. — Удачи вам с… цветами. Блондинка вышла оставив Драко и Гермиону смущенными и шокированными. — Ну, — вклинился Гарри. — Всё прошло лучше, чем я ожидал. — Это прошло даже хуже, чем я ожидал, — сказал Рон. Гермиона посмотрела на дверь, а затем захлопнула её перед носами своих лучших друзей. Потом она перевела взгляд с букета на Драко. — Ты разрушил свои отношения из-за неправильно доставленного букета. — Спасибо за констатацию, Грейнджер. — Пожалуйста. — И теперь все думают, что ты влюблён в меня. — Это абсурд, — ответил Малфой напыщенно. — Да нет, это даже логично, — протянула она. — Это ни разу блядь не логично! — Ты только что сказал «я не знаю»! — Это не то же самое! — Это буквально то же самое! Они смотрели друг на друга не моргая несколько долгих минут. Обоим показалось, что прошла вечность. — Ты правда была разочарована, поняв, что это оказалось неправдой? — вдруг спросил Драко. Гермиона моргнула. — Что? — Что, если бы букет был для тебя? — Это не имеет никакого значения, — отмахнулась она. — Значит, ты бы обрадовалась. — Это не… — начала она, оставив надежду на то, что сегодня вообще поработает. — Значит, да, — настаивал её бывший. — Малфой… — Значит, да, — пропел он снова. — ЗАТКНИСЬ! — не выдержала девушка. — Значит, да, — тихо повторил он. — Ты была бы рада цветам от меня. Гарри медленно потянул Рона за рукав. Подслушивать через дверь ему уже надоело — Мы уходим. — Почему это? — Потому что сейчас начнётся что-то, за что нас потом убьют. — Справедливо. Они оба тихо удалились. Рон решил не бить лицо Малфою, оставив его на растерзание Гермионе. В кабинете Грейнджер ещё долго молча стояли двое волшебников и огромный ароматный букет между ними. — Это всё твоя вина, — сказала Гермиона. — Моя? — Ты же написал ту карточку. — Для другой девушки! — Но написал! — Я не знал, что ты её прочитаешь! — Но я прочитала! — Это не моя вина! — он помолчал. — Ладно. Частично это моя вина. — Частично?! — Хорошо. В основном моя вина. — Спасибо. Он красивый, — вдруг сказала Гермиона, глядя на цветы. — Я знаю. Я же выбирал. — Для неё. — Да. — У тебя хороший вкус, — многозначительно отметила гриффиндорка. — Я знаю. Она закатила глаза. — И ты правда не знаешь? — тихо спросила она. — О чём? — О том, что ты сказал. — Нет, — честно ответил он. — Но не будь она хороша в заклинании истины, поверь, я бы безбожно солгал не задумываясь. Она кивнула. — Понятно. — Это плохо? — Это… честно. И в твоем мудацком стиле. А еще… Это меня пугает, — добавила она. — Меня тоже. Они снова посмотрели друг на друга. — Нам стоит вернуться к работе, — наконец сказала Гермиона. — Да. — У нас отчёт. — Который ты не получила вовремя. — Который я не получила вовремя, — повторила она, глядя на мятый пергамент. — И в надлежащем виде. — Я пришлю его снова. — Без цветов? — Без цветов. — Жаль, — тихо сказала она. Он усмехнулся. — Я могу отправить и их в качестве извинения. — Не надо. — Я могу... — Малфой… — Грейнджер… — Всего один букет, — подмигнул он. — Один отчёт, — чётко ответила она. — И только. — И больше никаких ошибок. — Никаких. Они замолчали. — Это звучит как плохая идея, — снова нарушила молчание Гермиона. — Это звучит как отличная идея, — сказал Драко. В министерском коридоре Гарри повернулся к Рону. — Сколько времени ты им даёшь до нового скандала? — Неделю. — Я даю три дня. — Спорим? — Спорим. А внутри опустевшего кабинета Гермиона всё ещё смотрела на букет. И уже не была уверена, что хочет его вернуть или выбросить.

***

На следующий день Министерство магии уже гудело. Слухи распространялись быстрее, чем заклинания. — Ты слышал? Малфой отправил Грейнджер цветы. — Какие цветы? — Огромные. С признанием. — Он же встречается с Гринграсс? — Уже нет. — Почему? — Отправил ей уведомление о расставании. — …что? — Да. — Я просто обожаю это место!

***

На следующий день весь отдел Грейнджер получил копии отчёта Малфоя. И один дополнительный файл без подписи получила только Гермиона. Со всего одним предложением: «Теперь это не ошибка.» А ее столе стоял новый букет. Меньше и проще, но с другой карточкой. Она прочитала и на этот раз не спорила.

***

Неделю спустя Малфой вновь оказался в её кабинете. Гермиона Грейнджер всегда считала, что умеет контролировать ситуацию, но в данный момент ситуация контролировала её. — Это ничего не значит, — сказала она, глядя на розовые пионы от него. — Это значит всё, — лениво ответил Драко Малфой, стоя у окна. — Это ошибка. — Это сперва была ошибка. Но ты его не выбросила! — Это всё ещё ошибка! Но цветы не виноваты, что ты болван. — И ты всё ещё держишь их на виду на столе, — не без удовольствия заметил он. Гермиона медленно повернулась к нему. — Я держу его на столе, потому что выбрасывать дорогие цветы — расточительно. — Ну да, конечно же, — он по-змеиному сощурил серые глаза. — Это логично. — Абсолютно. — Ты к нему прикасаешься, поправляешь лепестки. Это видно. — Потому что они смялись! — Ты читаешь карточку снова и снова, даже не спорь. — Я перечитываю её для анализа. — Конечно, — пожал он плечами и не переставая улыбаться. В дверь резко постучали, они оба замерли. — Войдите, — сказала Гермиона. На пороге стояла ведьма из соседнего отдела с подозрительно сияющими глазами. И с ещё одним букетом. — Доставка для Гермионы Грейнджер. Гермиона моргнула. Драко медленно повернул голову. — Этот я не отправлял. Ведьма поставила на стол второй букет. Он был… другим. Более ярким. Более хаотичным. Слишком по-гриффиндорски красным. — Карточка внутри, — сказала сотрудница с явным интересом и нехотя вышла. — Не открывай при мне, — попросил Драко. — Но я должна. — Нет, не должна. — Я просто обязана знать, — она схватила карточку. Открыла. Прочитала. Замерла. — О нет, — у девушки опустились руки. — Что там? — Не твоё дело, — тихо отмахнулась Гермиона. — Грейнджер, — Малфой со злостью напомнил о своём присутствии. — Это от Рона. — Что? — Это от Рона! — Почему Уизли отправляет тебе цветы?! — Я НЕ ЗНАЮ! Через тридцать секунд Рон уже стоял в кабинете. — Ты получила? — ЧТО ЭТО?! — требовательно спросил Малфой. — Цветы. — Я ВИЖУ ЧТО ЭТО ЦВЕТЫ! — Гермиона уже совсем ничего не понимала. — Красивые, да? — ПОЧЕМУ ТЫ МНЕ ИХ ОТПРАВИЛ?! Рон моргнул. — Потому что Гарри сказал, что это поможет. Гермиона медленно повернулась к Гарри, который тоже теперь стоял в дверях. Но выглядел он так, будто уже пожалел обо всём. — Гарри, — устало начала Гермиона, понимая, что второй рабочий вторник кряду безнадёжно испорчен. — Да? — Поттер деловито поправил очки. — Объясни. — Я подумал… что если Малфой отправил тебе цветы, то… ну… Рон тоже должен… ну… — СОРЕВНОВАТЬСЯ?! — Я бы не так это сформулировал… — Ты так это и сформулировал, дружище, — вставил Рон. Драко скрестил руки. — Это абсурд. — Это все твоя вина, Малфой, — обреченно сказала Гермиона. — Каким таким образом Уизли — моя вина? — Ты начал это! — Я ничего не начинал! — Ты отправил букет! — НЕ ТЕБЕ! — НО ВТОРОЙ — МНЕ! ВОТ ОН ЗДЕСЬ! В этот момент дверь снова открылась. — ЕЩЁ ДОСТАВКА! Все замерли. — Нет, — сказал Драко. — Нет, — повторила Гермиона. — Нет, — улыбнулся Гарри. — О да, — тихо сказал Рон. На этот раз это был курьер с коробкой. — Для Гермионы Грейнджер. — Я отказываюсь, — сказала она. — Уже оплачено. — КЕМ?! — возмутилась она. — Драко Малфоем. Шатенка очень медленно повернула голову. Драко выглядел искренне оскорблённым. — Я этого не делал. — ОН ВРЁТ! — сказал Рон. — Я НЕ ВРУ! — ТОГДА КТО ЭТО СДЕЛАЛ?! — Эм… это был я, — голос прозвучал из коридора. Все медленно посмотрели на дверь, где стоял… Томас. Тот самый горе-секретарь. С выражением человека, который уже выбрал себе могилу и место на родовом кладбище. — Я пытался исправить ситуацию, — начал он. — Ты сделал ХУЖЕ! — одновременно сказали Гермиона и Драко. — Я подумал, если отправить ещё один подарок, то… — ТО ЧТО?! — Всё станет… менее неловким? — Открой, — закомандовал Рон. — Нет. — Открой. — Нет! — ОТКРОЙ! Гермиона все же открыла коробку чисто из интереса. Внутри оказался торт с надписью: «Прости, облажался». — Я увольняю тебя, — тихо сказал Драко. — Вы меня и так уже уволили, — пробормотал Томас. — Я повторно тебя увольняю, идиот! Я всё давно решил, а тут снова ты со своей блядской самодеятельностью! — Это уже не недоразумение, — сказала Гермиона. — И не ори на персонал. Тем более в моем кабинете. — Это катастрофа, — отметил Гарри. — Нет, это лучшее, что происходило за неделю, — вклинился Рон. — Это конец моей карьеры, — вставил Том. — Это худший день в моей жизни, — добавила Гермиона. — Сомневаюсь, — сказал Драко. — Учитывая, что ты пережила войну. — Это худший рабочий день! — Вот так уже лучше. Ты опять выглядишь разочарованной. — Я выгляжу уставшей! — Ты выглядишь… — МАЛФОЙ! Просто заткнись. — Хорошо. Гарри тихо прошептал Рону: — Один день. — Я даю им вечер. — Нам нужно это остановить, — сказала Гермиона. — Согласен. — Никаких больше доставок. — Абсолютно. — Никаких цветов. — Никаких, — повторил Малфой. — Никаких жестов. — Никаких, — согласился он, укоризненно глядя на поникшего Томаса. В кабинет снова постучали. — НЕТ! — закричали они в унисон. Но дверь снова открылась и это был уже не курьер. Это была сова. Птица уронила конверт прямиком на стол и улетела прочь. Гермиона закрыла глаза. — Я не открою это. — Да открой, — подначивал Рон в надежде, что ситуация станет еще хуже. — Нет. — Открою я, — резко сказал Драко, сделав шаг вперед. — НЕ ТРОГАЙ! — закричала Гермиона но он уже распечатал конверт и пробежал глазами по пергаменту. — Это от Астории. — Тогда читай вслух, — потребовала Гермиона. — Не уверен, что это хорошая идея, — начал Малфой. — ЧИТАЙ! Он вздохнул: «Гермиона, возможно, это больше не моё дело, но ты должна знать. Я никогда никому этого не говорила, но ходят слухи, что он так тебе и не признался. Драко Малфой — разговаривает во сне. А, если вдруг ты не знала, во сне человек не способен лгать. Так вот, частенько во сне Драко звал тебя, просил прощения за то, что струсил. Я долго не хотела видеть очевидного. Думаю, мы обе понимаем, что это значит. Когда отношения принимают серьёзный оборот, Малфой просто сбегает, вместо того, чтобы признаться в чувствах. Делай с этой информацией, что хочешь. Я умываю руки. Астория». — Оу, — выдохнул Гарри. — Поттер, Уизли, а не пойти бы вам… — начал Драко зло, но Гермиона остановила. — Мальчики, дайте нам минутку наедине, — попросила она. Когда они с Томом вышли, Грейнджер предусмотрительно поставила на двери «заглушку» при помощи заклинания. — Милое письмо от твоей бывшей, — начала она. — И абсолютно бесполезное, ведь я во всем признался в записке с пионами, — просто сказал Драко. — Ты должен произнести это вслух, — улыбнулась Грейнджер. — Гермиона, — он посмотрел ей в глаза, сдаваясь. — Я люблю тебя. И всегда любил. Но год назад я испугался силы своих чувств и повёл себя, как мудлан. Прости. — И впредь это не повториться, — уточнила она тихо. — Никогда, — добавил Малфой и наконец её поцеловал.

ФИНИТЕ ИНКАНТАТЕМ