Incompatible

      – Что случилось? – Выразительные, серые глаза смотрели на меня сквозь толстые линзы круглых очков. – Вы выглядите обеспокоенно. Только не говорите мне, что вы снова не высыпайтесь. – Нет, просто… – Тяжелый выдох раздался в абсолютной тишине небольшой комнатки. – Может прервемся на чашечку чая или кофе, что вам угодно? – Но?.. – Небольшой перерыв не помешает, – Хайсе непринужденно улыбнулся.       Размахивая своими широкими плечами, он лениво приближался к выходу рабочего кабинета, попросил, чтобы я проследовала за ним. Мне ничего не осталось, как починиться.       Небольшое помещение, заставленное кухонной утварью, практически ничем не отличалось от нашей кухни. Развешенные вдоль стены кухонный гарнитур, небольшая электронная плита и точно такой же крохотный холодильник превращали комнату в некое подобие коридора и создавали ощущение холостятского минимализма. Лишь к концу этот коридор действительно превращался в комнату, хоть и небольших размеров с выходом на балкон, посередине которой стоял стол подстать всему остальному по размеру. – Присаживайтесь, Киришима-сан, чувствуйте себя как дома. – Сасаки повернулся в сторону гарнитура, в очередной раз демонстрируя мне свою спину с идеально сидящей на ней рубашкой. – Так что, чай или кофе? – Кофе, если можно крепкий. – Хм, необычные предпочтения для такой юной девушки, как вы. – Он снова нелепо улыбнулся, замечая, что я все еще стою возле стола, смотря себя под ноги. – Ну что же вы. Присядьте.       Не выходя из прострации, села и направила свой взор на окна балкона.        Прошла целая неделя, а может и больше, с того неприятного случая, и мне казалось, что всю эту неделю я провела в своих мыслях, рассуждая о правильности и неправильности, обдумывая каждое сказанное мной слово, задавая себе один и тот же вопрос: «А стоило ли?». И каждый раз не находила ответа, а может быть просто боялась его находить. Конечно, папе я не показывала всех этих душевных страданий, мне просто не хотелось, чтобы он в очередной раз винил себя в чем-то, в чем он вовсе не виноват. Не могу назвать себя любителем покопаться в собственных мыслях, но наблюдая эту несправедливость каждый день, я не могу вести себя иначе. По крайней мере, я считаю это несправедливостью.       – Хотите о чем-нибудь поговорить, Киришима-сан? – Хайсе резко ворвался в мои мысли, ставя передо мной чашечку дымящегося и ароматного кофе. – Что-то случилось? – С чего вы взяли, что что-то случилось? – ответила я без привычной мне дерзости и казалось, что сейчас он видит меня насквозь, словно бы в его толстые линзы был встроен некий сканер, который сканировал все мои мысли. – Бросьте, Киришима-сан, мне прекрасно знакомо это выражение лица, только в мое время было не так много людей кому бы я мог высказаться, и кто мог бы дать мне совет. Да и не особо хотел утруждать моего единственного близкого друга. Должно быть вы думайте так же, в попытках решить проблему самостоятельно. – Сасаки сказал это с абсолютной уверенностью, неотрывно глядя мне в глаза. И на минуту мне показалось, что мы чем-то похожи, что между нашими взглядами образовалась некая связь, понятная только нам обоим.       Я чувствовала это физически и эмоционально и никогда не испытывала ничего подобного. Не испытывала это непреодолимого желания довериться человеку и рассказать все, что скопилось во мне за все это время, начиная со смерти моей матери. Такого непреодолимого, что по спине побежали мурашки, а я так и не смогла оторвать взгляда от серых глаз, которые с каждой секундой будто бы становились все темнее и темнее. – Да… – я буквально выдохнула это тихо и почти не слышно, но мне почему-то показалось, что он услышал, и даже если это не так, то прочитал по губам или понял на подсознательном уровне благодаря той связи, что тянулось между нами слабо натянутым тросом между двух скал, возвышающихся над бездонным морем или океаном, от которого так и веяло холодом. И мне казалось, что, если я отведу взгляд, он оборвется, и я снова воздвигну вокруг себя огромные стены из недоверия и холодности. Снова упаду в эту холодную воду и снова попытаюсь выбраться из бесконечного потока волн самостоятельно, надеясь на собственные силы. – Я не принуждаю вас, просто знаю, что, если держать в себе вы не найдете правильного выхода, сделайте хуже или вообще ничего, когда стоило бы. Как бы банально это не звучало, но это так. – Хайсе хотел было опустить взгляд, но я моментально подхватила его, боясь снова оказаться в холодной воде. – Я поссорилась со своим братом неделю назад, вернее… мой отец поссорился – я замолчала, подбирая слова, чтобы продолжить, – Причина очень серьезная и личная, и я не могу сказать вам всех подробностей. – Ничего, я понимаю, горите то, что считайте нужным сказать. – Его глаза снова заглянули мне прямо в душу, и я почувствовала, как трос между нашим зрительным контактом натянулся сильнее. – Это произошло пару лет назад, и с тех пор я и мой брат мягко говоря не ладим. Я не придавала этому должного внимания, я должна была объяснить ему, что так было нужно, но подумала, что все разрешится само собой. Тогда он высказал все обвинения отцу, но он не виноват, абсолютно не в чем, я просто… – Пыталась защитить отца? – Да, но мой брат не понял этого, и теперь… – Вы сомневайтесь в том правильно ли вы поступили? – Угу… – Он словно бы читал мои мысли, и мне несомненно нравилось это, мне было легче высказаться, когда за меня заканчивали половину фраз, да и любому было бы легче. – Я конечно не психолог, но кое-что я могу сказать. Как бы банально не звучал мой совет, но нужно просто поговорить. Возможно, вы хотели услышать от меня совсем другое? – Хайсе прищурил свои глаза, еще более внимательнее разглядывая мою реакцию. – Нет, я понимаю, но… – Я снова не успела договорить. – Нужно начать из далека, с самого начала, и выявить корень всех проблем. – Я хотела сказать, что с моим братом это будет практически невозможно. – Я медленно обвела край чашки указательным пальцем правой руки, наблюдая за тем, как мое отражение плавно покачивается на волнах темной жидкости. – Тем более, что попытка уже была, но мы оба сорвались.       Я вспомнила, как крича пыталась оправдать себя. «Это не так! Я не оставляла тебя!» – пронеслось в моей голове. Но это правда, я даже не думала его оставлять и не должна была, это входило в мои обязанности старшей сестры, всегда быть рядом. Я не оправдываюсь! – Тогда вы должны быть более сдержанны, чем ваш брат. Даже если он будет проявлять агрессию, вы не должны отвечать тем же. – Впервые за это время Хайсе отвел свой взгляд в сторону, упуская меня из виду, и задумался. – Хоть это довольно простая истина, но ее сложно придерживаться.       Я отодвинула допитый кофе, наблюдая за тем, как пальцы Сасаки тут же плавно охватили чашку и медленно приподняли ее над столиком, за которым сидела я. Его пальцы все так же медленно проходились по тонким и хрупким стенкам керамики, по которым струилась вода, смывая остатки кофе, которые тут же растворялись в ней.       Я не знаю почему, в тот момент я ощутила такое спокойствие и даже умиротворение, которое не испытывала даже в собственном доме, где постоянно находишься словно меж двух огней, не решаясь занять ничью из сторон, в попытках примерить их. Не испытывала находясь рядом с Йорико, которой, казалось, могу рассказать абсолютно все на свете, зная, что она поддержит меня, но не сможет сказать ничего, потому что ее жизненный опыт ровно такой же, как и у меня. Не испытывала даже наедине с самой собой, когда можно не скрывать всех чувств и эмоций, просто лежать, глядя в потолок или уткнуться в подушку, проронив парочку беспомощных слез. Но тогда почему здесь я чувствую себя так, словно бы нет никаких проблем.       Словно бы я не нахожусь в этой извечной войне со своим братом, которая иногда отнимает столько сил. Словно бы нет и этой войны между ним и моим папой, которую я пытаюсь хоть как-то разрешить, но каждый раз еще больше убеждаюсь в своей беспомощности. Словно бы нет ни сожалений, ни этих детских оправданий, ни желания повернуть время вспять, не душераздирающей тоски по самому дорогому человеку на земле, которого уже невозможно вернуть. Ничего. Ничего кроме шумящей воды, стекающей по его жилистым рукам, и запаха недавно сваренного и допитого мною кофе.       Может быть уютная атмосфера маленькой кухоньки так влияет на мое сознание или же… – Ну что ж. Продолжим занятие? – М, конечно, Сасаки-сенсей…

POV Тоука

***

      Солнце плавно заходило за горизонт, освещая своими лучами последний день жаркого лета. Душный неподвижный воздух постепенно остывал, и уже сейчас можно было почуять отголоски приближающейся осени. Все вокруг окрашивалось в багровый цвет заката. Поистине завораживающее зрелище. Завораживающее именно сейчас, когда Токио становилось непривычно тихим, но уже после захода солнца огромный мегаполис заискрится миллионами огней неоновых вывесок, а улицы его наполнятся миллионами людей, провожающих лето, отпуская его до следующий встречи ровно через год. Всего час, или чуть больше, отделяли тишину замеревшего города от шума толпы людей и музыки, которая будет сочиться из множества заведений. Всего один крохотных промежуток времени, до полного захода солнца.       Девушка инстинктивно зажмурила глаза, когда подняла голову на огненное солнце, утопающее в очертаниях многоэтажек. Странное ощущение меланхолии, не свойственное ей, с каждым шагом охватывала ее сильнее, когда подошва ее потертых кед плавно касалась остывающего от летней жары асфальта. Они молча шли вдоль тротуара, и тени их все меньше и меньше выделялись на его фоне. – Поверить не могу, что уже завтра все начнется сначала. Будто бы и не было никаких каникул. – Произнесла Йорико, когда меланхолия полностью охватила ее чувства. – Словно бы и лета не было. – Дополнила Тоука, неотрывно глядя под ноги, дела ситуацию еще более печальной. – Тоука, скажи, – Косака остановилась, и лишь спустя мгновение Киришима смогла заметить это и, последовав примеру подруги, так же замерла не месте. – Что-то случилось за лето, чего я не знаю? – Почему ты так решила? – Недоумевая спросила Тоука. – Потому что я вижу, что что-то не так. – Не так? – Да. – Йорико пристально стала изучать свою обувь, словно бы та вдруг неожиданно показалась ей чрезмерно интересной. – Просто… Ты всегда в своих мыслях и ведешь себя более сдержано чем обычно.       Косака резко поймала взгляд подруги, что у той не было ни единого шанса отвести его.       Тоука понимала, что врать Йорико бесполезно, и та видит ее насквозь, но если бы она сама знала, почему вечно думает о чем-то, о чем сама забывает, сразу же выходя из мыслей. – Нет. Ничего не случилось. – Как можно оптимистичней и с ноткой свойственной ей насмешки произнесла Киришима. – Просто думаю над тем, как бы снова не запустить свою учебы, делая упор лишь на литературу. – Точно? –Косака нахмурила брови. – Йорико, если бы со мной что-то случилось, ты бы узнала об этом первее всех.       Тоука видела, как мимические морщинки на лице девушки плавно исчезли, и в душе снова воцарилось привычное спокойствие. – Идем, а то уже холодает. – Облегчено произнесла Киришима, искреннее улыбаясь. – Угу. – Так же искренне улыбнулась Йорико, зная, что ее подруга врет.       Девушки медленно двинулись в сторону дома.       С каждым шагом от душного воздуха оставалось совсем мало следа, а небо загоралось миллиардами сверкающих пузырьков, выделяющихся на фоне темных облаков. Где-то в дали загорались первые вывески, а солнце, наконец, попрощавшись с летом, вовсе исчезло в пучине городского пейзажа.

Огромный мегаполис постепенно оживал.