Секрет книжной мыши

      Четверг, пятница прошли без приключений. Субботнее утро Малфой провел вместе с Пэнси и Блейзом на свежем воздухе, болтая ни о чем, ничего не делая, лишь изредка возвращая однокурсница на землю, когда та сильно залетается в розовой дымке их с Драко отношений. Солнце проснулось и как быстро дотопало до верхушки неба, припекая макушки греющихся учеников. Так минута за минутой, обед, снова разговоры, но уже в гостиной, и время для вечерней прогулки. Много свежего воздуха не бывает, а в одиночестве он порой полезней. Слизеринец спустился по лестнице, ведущей к главному входу и свернул на дорожку, затерявшуюся среди столетних деревьев. Всю неделю Гермиона, как могла, избегала встреч с ее собственным демоном и это до сих пор ей хорошо удавалось. На общих предметах она была тихоней, в Большом Зале никаких лишних, привлекающих внимание, движений и все проходило замечательно. Вечером с мальчишками говорили у камина, восполняя молчание на протяжении дня. На младших курсах гриффиндорка недолюбливала выходные, ведь нет никаких занятий, поэтому приходилось самой себе искать книги для чтения. И вот на этой неделе нелюбовь стала настолько сильной, что девушка решила не покидать пределы гостиной, игнорируя завтраки, обеды и ужины. Друзья, конечно же, разрушили идеальный план с самого начала, потащив Гермиону за едой силой, однако дальше обошлось без принуждения. Гарри и Рон удивленно поглядывали на подругу, так как от нее за всю субботу ни разу не услышали любимых слов о библиотеке. А в воскресенье своими действиями девушка окончательно добила друзей, сказав, что сегодня идет гулять с ними и учеба может подождать. Она, правда, все же захватила с собой книгу и когда компания отдыхала под сливочное пиво, читала ее с чашечкой ароматного шоколадного кофе. И пока волшебница легко и спокойно проводила свое время, Драко ожидал ее прихода. Зачастую она уже сидела на своем месте, перед тем как появлялся слизерениц, но звезды на небе стали по-другому, а предвкушаемая встреча постепенно превращалась в пытку. Малфой сделал уроки на пару дней вперед, взял в руки то, что никогда бы не стал читать, лишь бы не сидеть и сверлить взглядом пустое место. Потихоньку ученики начали покидать библиотеку, зажженные свечи сообщали о том, что совсем скоро полностью стемнеет и пора выбираться. Поэтому не долго думая, Драко поднялся, из-за чего пространство наполнил резкий скрип, исходящий от стула, что едва не влетел в стену. Лицо парня напоминало разъяренного зверя, пока руки машинально сгребали школьные принадлежности в сумку. — Мы еще поиграем с тобой в кошки-мышки, — сказал Малфой в темноту и развернувшись, быстро направился к себе, будто и не сидел там до посинения. Понедельник — самое лучшее время, чтобы что-то начать. Для кого-то это учеба, для кого-то это старт с избавлением от вредных привычек, а для кого-то просто понедельник, не несущий особого значения. Так думала гриффиндорка, когда спускалась на завтрак: «Всего лишь понедельник». Мальчишки после вчерашнего выглядели плохо, если не сказать, что отвратительно ужасно. Но пока они доходили до Большого Зала, привели себя хоть как-то в нормальный вид: заправили рубашки и завязали галстуки. Хотя последний явно мешал Рональду и тот грозился его вовсе снять, за что ловил предупреждающие взгляды от Гермионы. Прием пищи прошел подобающим образом, не считая по уши грязного Уизли, безумную Лаванду и гляделки между Поттером и Джинни, что не могло не радовать. Девушка рассказала, что вроде как у них все налаживается, поэтому в свободное время после занятий они договорились погулять. Рон наверняка опять пропадет вместе с Браун, поэтому Гермиона решила зайти в гости к своим сокровищам. Они так же стояли в ряд, маня названиями на своих корешках. Девушка провела пальцем вдоль, останавливаясь на любовных зельях и прочих заклинаниях, навевающих романтику. Странно было видеть ее в школе, но тут иногда и не такие сюрпризы можно найти. Поборовшись с внутренним «я», гриффиндорка все же взяла книгу, прижав к себе, чтобы не привлекать внимание. Волшебница не спеша спускалась к длинному коридору, через который лежал путь в гостиную, смотря то под ноги, то на картины, разбавляющие однотонные стены. Вот показался коридор, где с другой стороны уже находился еще один человек. Шаги навстречу и Малфой приближается ближе. Они идут как игрушечные солдатики, которых одновременно завели ключиком, а теперь они шагают дружно в такт. Смотрят вперед, не замечая друг друга, проходят рядом. Рукава мантии легко задевают, соприкасаются и расходятся в противоположные стороны. Уходят далеко, каждый со своими мыслями и Малфой останавливается, кидая небрежно: — Знай, Грейнджер, я не ждал тебя целый день, и больше такого никогда не повториться. — А чего ты хотел? Чтобы я собственноручно послала себя на смерть? — спокойно, никаких криков и истерик. — Я бы и пальцем тебя не тронул… — «Ведь я гразнокровка». — Книжная мышь. Прячешься за ними в надежде, что они защитят, строчишь в свой блокнот до чертиков откровенные вещи и боишься. — Что боюсь? — С нескрываемым удивлением в глазах, этот человек страшен своим спокойствием и непредсказуемостью. — Вылезти на свет. И не ожидая ответа, слизеринец развернулся и ушел, до следующего раза, пока они снова не столкнуться, в чем Малфой собственно не сомневался.