Elysa

POV Тоm

      Такое странное чувство. Понимаешь, оглядываясь в прошлое, что ничего-то особенного и не случилось — ни предательства, ни расхождения в интересах, ни ссор. Все прекрасно, как и всегда. Господи, ну какая же, в сущности, ерунда, правда? Да, будут другие люди, будут другие шансы и дороги. Все будет меняться и постепенно, заменяя на на места других. Жизнь не заканчивается, на арфу натянуты новые струны взамен оборванных, и пусть звучание стало немного иным, чуть более резким, музыка-то звучит дальше.       «Истинный музыкант».       Ну, в конце концов, у всего должен быть предел и завершение?       Все проходит, и это пройдет. Ты научишься без сожаления отпускать и уходить, ценить то, что в жизни у тебя осталось, перечеркнешь память незаживающим шрамом — ведь жизнь продолжается, как ни крути. Потом найдутся новые причины для печали и радости, потом появятся новые звезды, снова сложатся и улыбки, и целый мир.       И это такое странное, такое болезненное чувство сейчас для меня. Я точно о таком не думал, да и что врать: такое я не испытывал вовсе. Видимо, какая-то надежда на это во мне уже зарождалась. Даже не знаю, рад ли я этому или это того не стоит. Принесет ли что-то новое или разочарованность? Ответа я не знал, но хотел бы, если честно. Что-то новое. Очень хорошо звучит. Всю свою жизнь я преследовал слишком лёгкие цели.       Мысль о чём-то новом меня пугала, но и возбуждала одновременно. Хочу попробовать что-то новое…       Я вдруг понял, что мне скучно. Удивленно покачал головой. Посмотрел на свои руки. Припомнил события и дела последних дней. Кажется, все в порядке. Откуда взяться скуке? Не такая скука, что мне нечем заняться в этот момент, а в жизни. Все как по течению. Я не жалуюсь, конечно, на это. Мы добились этого потом и кровью. Мы занимаемся тем, что любим и творим. И другим это нравится, о нас знают многие люди, мы пытаемся донести все смыслы и чувства через музыку. Мы популярны, мы любимы. Что-то таки гложет внутри.       — Ты от скукоты прячешься? — раздался внезапный голос Билла, вошедшего в мою комнату и бесцеремонно плюхнувшегося на диван, что напротив меня. Он был еще не готов к выходу, — Зачем?       — Надоело, — он выдохнул, — Знаешь, мне тут вдруг стало скучно. Но не так.       — Это как? — озадачился Билл, склонив голову вбок, но прищурившись с серьезным взглядом.       — Ну, знаешь, мы учимся, играем в известной рок-группе, общаемся со многими людьми. Нас любят и уважают. Делаем то, что любим. Мы добились того, о чем мы с тобой мечтали с детства, Билл. Но постоянно одно и то же ведь… Может быть, я должен сделать что-то другое? Внести в жизнь что-то новое? Эти мысли меня никогда не задевали. У меня было все, как по маслу. Я сейчас не понимаю. Какой-то щелк, — я щелкнул правой рукой и остановился на пару секунд, глядя в одну точку под ногами брата, который слушал меня, не перебивая. В такие моменты мы знаем, что лучше выговориться и выплюнуть все до точности и до конца, — И вдруг осознал это. Что же может мне не хватать? Семья, Ты, здоровье, лучшие друзья, фанаты, популярность, любимое занятие… Красота и обаяние.       — Ну вот, Том возвращается, — Билл закатил глаза и откинулся на спинку дивана, накинув ногу на ногу и подперев голову, но продолжал слушать.       — Я реально не понимаю почему меня это гложет, мать твою. Всю жизнь было спокойно и прекрасно. После известности, конечно. Но, бля… Что это может значить? Если никогда не испытывал ничего нового, как же узнать, хорошо оно или плохо? — Билл смотрел на меня и раздумывал мои мысли.       Именно мысли.       Единственный человек, которому я могу доверять… Я могу рассказать всё на свете и знаю, что он поддержит меня. Билл всегда меня поддерживал, как и я его. По-моему, это очень важно, когда есть человек, который тебя понимает. Я рад, что у меня есть он. Я знаю, что могу следовать его совету, не задумываясь, ведь всё, что мне когда-либо советовал брат, шло мне на пользу. Очень важно следовать совету близкого тебе человека, но нужно быть внимательным, чтобы этот совет не навредил. Я знаю, что его советы не навредят мне ни в коем случае, потому что он, возможно, и проходил через всё это однажды. И он учится на ошибках и, конечно, не даст совершить их мне. Все, что тревожит меня или просто те же мысли я сразу делюсь с ним.              — Том, вносящий в жизнь что-то новое — странная картина, — а может и зря поделился. — Если честно, Том, с одной стороны я тебя понимаю, — он снова принял подлежащую позу — слушающего и советующего брата. — Меня иногда посещали подобные мысли, и я думал, что я один такой из нас. Нуждающийся вечно в чем-то новом, в какой-то встряске и вечно не сидящий на месте. Я не говорю, что ты скучный и тебя все устраивает, но не скрою, порой бывало.       — Что же ты делал?       — Ну, как видишь: новая прическа, — мы засмеялись, — новый имидж группы, новый стиль, новое мировоззрение на окружающих людей. Теперь я стал более опытен и бдителен, чем обычно. Не знаю, что ты собираешься предпринимать, но я принял это «новое» и пробую его на вкус, так сказать, — он усмехнулся. — Мне это нравится. Да, будут минусы для кого-то, и критика не останется в стороне, но ведь нам не привыкать? Я давным-давно забил на это. Мы с тобой. Ладно бы что-то делать, а то лежать под этими плюшками и нифига не делать — приятного мало. Поэтому если ты хочешь новой жизни и ощущений, то принимай смело это побуждение. Потом может и не прийти. Опоздаешь.       Это было ново, но и эта поддержка сделала многое. И пусть разум пока отказывался понимать новое для себя чувство, сердце уже полностью отдалось в его власть.       «Я попробую, Билл, и надеюсь, что разочарование не будет ожидать меня в конце пути».       С одной стороны, не хотелось становиться объектом очередного эксперимента судьбы, ибо эти эксперименты редко кончались добром; с другой стороны, мне надоело это все. Испытывать по этому поводу что-то новое, необычное, что-то удивительно теплое. Что-то, что мне не доводилось испытывать раньше. Я очень рискую, да. Выставляя након надежду и желания зажить новыми красками. Но ведь кто не рискует, тот не пьет шампанское? А я не хочу жалеть и надеяться на пустые ожидания. Уже хоть как-то превозношу разнообразие.       Рутина в жизни любого человека неизбежна, как и у меня. Она ждет меня буквально ежедневно. Все одинаково. Сраная школа, подготовка к экзаменам, но любимый дом, семья, друзья и соц. сети. Что же еще? Симпатичные одиннадцатиклассницы? Пожалуй.       Каждый день я понимаю одно — я ненавижу школу. Я устал от неё ещё во втором классе, что уж говорить о тринадцатом, черт возьми. Жизнь здесь — рутина. Рутина — болото, которое затягивает в себя с каждым днём всё больше. Из него хочется вырваться, но, чем больше я барахтаюсь, тем больше увязаю в этом болоте. А помочь некому, так как все вокруг — тоже в этой рутине. Уверен, что Билла посещали эти мысли. Воспоминания и мысли о школе — не самые лучшие у нас. Мы просто ненавидели школу всей душой. Может и сейчас нас более зауважали, в отличие от 7-8 классах, но все тут понятно, почему вдруг.       Мы просто мечтаем поскорее свалить и полностью отдаться музыке. А мы тут…       Разве для этого мы живём? Для чего жить-то? Для других? Человечество давно привыкло думать только о себе, о своей личной шкуре и блаженствах. Кому понравится просирать свою жизнь ради человека? Некоторые скажут — для того, чтобы завести семью, оставить потомство. Некоторые — чтобы прожить её достойно, но вряд ли найдутся те, кто не знает, для чего нам дана жизнь. Я, например, не знаю… Каждый верит, что у него есть предназначение. Каждый. Но только ещё не все его поняли и приняли. Мне с ранних лет было интересно узнать, для чего же я предназначен, для чего я живу. Музыка, пожалуй. Вот и ответ.       Какие-то странные мысли, пугают они меня. С каких это пор я стал задумываться над смыслом жизни? Кажется, я медленно схожу с ума от этой скукоты.

***

      Обычное утро. Будильник на телефоне «орёт» на весь дом, стараясь разбудить меня. А я ненавижу рано вставать. Я всегда поздно ложусь — это привычка, мне так удобно. Ночью ко мне приходит вдохновение, и я пишу хорошую музыку. Она явно лучше, чем написанная днём. Но каждое утро я ненавижу себя за это, делая это все ради поклонников, что слушают и предпочитают наши песни.       Ну, ладно. Сейчас моя задача — это собраться. Лениво поднявшись с кровати я направился к зеркалу у шкафа.       — Не в самом лучшем состоянии.       На голове косички уже давно ослабли, придётся их снова долго и мучительно заплетать. Не самая любимая часть этого имиджа. Почему-то опухшее лицо и синяки под глазами.       «Боже, я похож на бомжа…» — пронеслась мысль у меня в голове. Пусть только кто попробует узнать Тома Каулитца в таком виде. Громко вздохнув, направился в душ. После пятнадцати минут, остатки сна уже улетучились.       Переодевшись в неизменную широкую одежду в виде клеточной рубахи с черной футболкой и такого же цвета джинсы, я спускался вниз, вспоминая, что предстоит сегодня в школе. Пять или шесть каждодневных и скучных уроков. Однотипные лица одноклассников и учителей. Ничего интересного. Разве что…       — Единственное, что радует так это — пятница. Последний будний день, а значит впереди выходные дни, — начал я, садясь за стол напротив брата и растягиваясь. — Директор мог бы и этот день выходной для нас дать.       — Нас и так не было в школе всю неделю, — отозвался брат, заливая молоко в хлопья.       — И что? Для нас можно было сделать исключение. Я бы поспал еще… Бля, как же меня достало мое же нытье об этой школе, — я посмотрел на Билла, разваливаясь на стуле и сморщившись. Билл утвердительно закивал, жуя. — Я заебался уже от…       — С одной стороны, я немного соскучился по школе, — сказал он, перебив и поджимая губы и глядя в точку. Я удивился, приподняв брови. — Хоть и ненавижу это заведение.       — Да поскорее бы избавиться, — отозвался я, шарясь в телефоне в просторах соц.сетей. — Как только выпустимся, укатим отсюда. Куда-нибудь на острова, пожалуй… — высказался я.       После пятнадцати минут завтрака и разговоров мы засобирались, но брат как всегда, — Поехали уже, Билл. Ты даже не одет и не накрашен. Завязывал бы с этим. Больше времени было б…       — Никогда!       Вот уже добрались до школы. И здравствуй, скукота! Каждый день одно и то же. И почему мы не можем перейти на домашнее обучение, черт побери? Я простонал, расстегивая ремень безопасности, и полез за сумкой на заднем сидении.       — Стонать с девушками будешь, которые вон уже, — Билл показывал через лобовое стекло на круг как раз-таки одиннадцатиклассниц. Я улыбнулся, сдвинув брови и присмотрелся — увидели, как ты приехал, и прихорашиваются, — мы засмеялись и пошли ко входу школы, выходя из машины.       — А что? Сегодня вполне можно…       — Ты уже половину школьниц тут пере… — он не договорил, так как мимо нас проходили учителя, но он не продолжил, потому что нам обоим ясно. Я довольно улыбнулся и уже был в каком-то предвкушении вечера.       Только сделав шаг на территорию заведения тут же ловим взгляды всех. И снова череда дней, снова взгляды.       «Ну, нам не привыкать опять же».       Всё, что мы можем делать здесь — ловить их от учащихся, да и от учителей. Это просто есть и будет всегда.       Многие люди из нашего «фандома» уже давно создали, так называемые, сплетни, который разлетелись на всю всемирную паутину — интернет. Извращенские картинки, фанфики на самый разный вкус и цвет, разные сайты и рисунки. Я не отрицаю, что некоторые сделаны невероятно хорошо и красиво. А другие были даже очень похожи на нас, но это просто фотошоп, который к нам ничего иметь не должен.       Как и говорил Билл: «Критика не останется в стороне.» Думать об этом бесполезно, косые взгляды никуда не денутся.       Это просто есть и будет всегда.       Зайдя в класс, когда до начала первого урока осталось пять минут, но перед этим встретившись с Густом и Гео и после, разойдясь, мы с Биллом прошли к своей парте, обсуждая новую песню.       Этот альбом будет нечто новым.       Опять же новое, что как раз я хочу начать. Что заставляет меня пойти на это? Хочется всегда чего-то нового, чего-то необычного, чего-то… Надо пробовать новое. Выходить из привычных рамок. Иначе, можем запутаться в том, что делаем. Или в том, кем мы хотим казаться. Все. Все люди всегда меняют что-то и я — не исключение.       «Используй свою репутацию, попробуй что-то новое!» — очередной диалог с самим собой, который и начинался тогда, как только я задумался о своей жизни. Мне нравится то, что наша работа заносит нас иногда в странные места и позволяет изучать что-то. Больше никакая работа не даст такую возможность.       Как же много этого слова. «Новое». Я точно с такими мыслями сойду с ума, не добившись желаемого.       Удивительно, что могло произойти, позволь ты себе открыться новому. Удовольствие от жизни черпается из наших встреч с новым. И меня уже начинает принимать моя часть начавшейся жизни… Но в виде чего? А точнее…       «В виде новенькой девушки в классе?»