Очень приятно, Смерть.

POV Себастьяна       Итак, господином было дано задание. Я искал ту самую леди почти целый день, но все следы сходились у порога лавки гробовщика. Всё бы ничего, но смущает меня одна деталь: здесь пахнет шинигами. Хотя этих тварей всегда возле людей много ошивается… Но сталкиваться с ними я не люблю. Что ж… Я постучал и, не дождавшись ответа, вошёл в лавку. В лавке темно, пахнет древесиной и лежалой плотью (неприятное сочетание), относительно тихо, хотя где-то что-то скрипит и скребётся.  — Здесь кто-нибудь есть? — спросил я, невольно вздрагивая от звука своего голоса.  — Эх, ну вот! Хотел клиента напугать, а тут демон! Вас, демонов, попробуй напугай! — с капризными интонациями в голосе проговорил кто-то. Я повернулся на звук. Крышка гроба, прислонённого к стене, медленно со скрипом отодвинулась, и из темноты за ней вышел некто в тёмном балахоне с какими-то бусами на поясе и в цилиндре.  — Простите, вы хозяин лавки? Мне нужна инфор…  — Безымянный шинигами в отставке к вашим услугам! — перебил меня некто, сопроводив слова шутовским поклоном. — я опешил. Вообще шинигами все — личности неординарные и, частенько, с изрядным «приветом», но я никак не могу к этому привыкнуть.  — Очень приятно, — пробормотал я, — так вот, я к вам по делу…  — Ооо, понимаю, конечно! Только знаете… а, нет, перейдём на «ты»… вот так вот оставлять гостя стоять на пороге — не в моих правилах! Идём! Садись! — некто не давал мне опомниться, окружая вихрем чёрных одежд и резкими движениями, — А, извини, к чаю ничего нет, может подождёшь, пока я печенье испеку?  — Нет, не подожду! — наконец взорвался я, хватая за руку и разворачивая к себе взбалмошного шинигами. — У меня дело. Я ищу одну леди, а след привёл меня сюда. Поскольку вы шинигами, да ещё гробовщик, вопрос один: она мертва? — я старался чеканить слова и крепко держал не пытающегося вырваться ангела.  — Что ж, дело, так дело, чай подождёт, — мягко промурлыкал собеседник, присаживаясь на стоящий неподалёку гроб, — вопрос, мой милый, не в том, мертва та леди, о которой ты говоришь, или нет, но в том, о ком вообще идёт речь, ведь я знавал многих леди, и не совсем леди, и совсем не леди, и многие из них мертвы, мои клиенты и знакомые вообще, по большей части, мертвецы, а это значит, что искать вашу даму вам, скорее всего, уже не придётся, но чтобы удостовериться в этом скажи, прошу, её имя или какую-нибудь примету, чтобы я мог удовлетворить твоё любопытство. — ангел говорил тихо и вкрадчиво, оплетая мягкостью голоса и изломами фраз, так что я не сразу понял, о чём он спросил, и спросил ли он вообще что-нибудь. Пришлось устроить себе моральное мозгопромывание, чтобы сейчас не открутить голову этому словоблуду, а спокойно ответить:  — Всё, что я о ней знаю, это то что её звали Анда, она была весёлая и любила розовый цвет.  — Говоришь, розовые волосы, агрессивное поведение… Анна? Не знаю ни одной Анны с такими приметами! — шинигами явно издевался.  — Я этого не говорил… — процедил я, обдумывая, какими бы лестными эпитетами одарить собеседника.  — Правильно, зато я говорил… Ой-ой, не надо пожалуйста, у меня здесь ценные вещи, попортишь, за всю жизнь не расплатишься, а мне ждать лень, пока ты помрёшь… — затараторил ангел, заметив, видимо, как разгорается моя аура.  — Я не собираюсь устраивать драку в бедном квартале Лондона, не настолько опустился, — я старался говорить спокойно, — но мой господин пожелал узнать о судьбе той женщины, и он узнает, приказ я выполню.  — А кто твой господин, прости? — промурлыкал ангел, доставая с полки мензурку и прихлёбывая оттуда какую-то тёмную жидкость, выказывая, тем самым, оскорбительное пренебрежение к угрожающей демонической ауре.  — Сиэль Фантомхайв. Но тебя это не должно волновать…  — Ох, что ты, ещё как должно! — снова перебил ангел, крутя в пальцах опустевшую мензурку, — Как, говоришь зовут ту леди?  — Анда, — ответил я, еле сдерживая желание разгромить тут всё во имя себя, любимого.  — Вот как. Будь покоен, милый, считай, что выполнил приказ. Скажи-ка лучше, граф будет в своём особняке завтра вечером? Или милый мальчик обретается в другом месте?  — Тебя это не касается. — демоны первородные, я ж не сдержусь и прибью эту сволочь, так и не узнав ничего о той женщине!  — Ладно, объясню иначе, — ласково, как к больному ребёнку обращаясь, проговорил ангел, — куда приходить Анде, чтобы увидеться с графом? Или она может не рассчитывать на личную встречу?  — Она придёт, ты даёшь гарантию? — осведомился я, окидывая шинигами презрительным взглядом.  — Ничего я не даю, — поморщился ангел, — хотя, если ты боишься за своего графа, могу пообещать, что я не расскажу ничего о нём другим ангелам, по одной причине: они мне не поверят, так как не знают меня. Но и ты мне кое-что пообещай, душой господина клянись, что ни слова ему обо мне не скажешь*, не напишешь, жестами не передашь, а-то знаю я вас, демонов… Если ты не обещаешь, то не обещаю и я безопасности твоему «подопечному». — вот наглец! Ещё условия мне ставит! Я лишь усмехнулся в ответ и, резко развернувшись, вышел из лавки. Время вечернего чая, а если я его не подам, этот чай, господин будет недоволен.

***

Вчера мой маленький лорд расспрашивал меня о результате поисков, но я сказал лишь, что его гувернантка, скорее всего, придёт в четверг вечером. Вот это «скорее всего» разозлило господина изрядно, он даже сказал, что я плохой слуга, отчего мне захотелось виновато прижать ушки, чего я не сделал только за неимением последних. Так вот, сейчас именно вечер осеннего четверга. Снова идёт дождь. Господин что-то читает, сидя в кресле, а точнее, делает вид, что читает. Я же вижу, что он смотрит в одну точку, погружённый в свои мысли. Вдруг зазвенел дверной колокольчик. Господин встрепенулся, а я, конечно, кинулся открывать. Однако, кажется, лучше бы я этого не делал… Порог перешагнула высокая сухощавая дама с струящимися по плечам до неприличия свободно* серебристыми волосами. Если отсутствие груди, заметное в облегающем светло-розовом платье можно было списать на моду*, то абсолютно не женственную походку оправдать нельзя было ничем… «леди» поклонил(ся/ась) спустившемуся только-что графу (да, поклон, а не книксен*, что вообще должно бы выдать «леди» мгновенно) и промурлыкал(а) приторно-знакомым голосом:  — Анда Дэтта*, мой господин. Очень рада вас видеть, вы меня помните…